День Святого Валентина

      Джеспер обожал день всех влюбленных. Разумеется, к такому обаятельному красавчику, как он, всегда было повышенное внимание со стороны девушек (а иногда и парней), но сегодня это было особенно заметно. В этот день он получил целую гору валентинок от девушек (некоторые подписали по несколько штук) и ещё пару от парней. Всех он узнал по почерку и ни одному человеку не подписал ответную. Джес чувствовал себя «плохишом» из-за этого, и ему нравилось это чувство. Да, он бэд бой, он крут (Нина назвала его детсадовцем из-за этого).       На дне стопки была одна валентинка, подписанная незнакомым почерком. Тонкий, аккуратный, с девчачьими закорючками. В классе было только три девушки, которые не были влюблены в Джеспера. И это только потому, что одной из них нравились девушки, вторая была преданна своему парню, а третья — Нина Зеник, которая больше по фьерданцам (или, скорее, по одному определённому фьерданцу). Но проверить всё же стоило. Джеспер подошёл к Мике и попросил показать конспект за прошедший урок. Её почерк был слишком жирным. Из парней возможных кандидатов не было, поэтому Джеспер решил просто забить на это дело.       Вообще-то, его просто распирало от любопытства, но слишком большое внимание к чужим конспектам и домашним заданиям вызовет подозрения. Джес ведь играет роль местного дурачка (играть особо не приходится), так зачем ему интересоваться уроками? В общем, ему пришлось забить.

***

      На химии Джеспер сидел как на иголках, но это было его обычное состояние в большинстве случаев, поэтому никто особо не заметил разницы. Он постоянно крутился, отпускал шуточки обо всём происходящем и делал вид, что что-то пишет в тетради, когда на него обращал внимание учитель.       К доске вызвали Уайлена, странноватого кучерявого парня, о котором Джеспер почти ничего не знал. Ван Эк, в отличие от Джеспера, общался только с двумя ребятами, слегка пугавшими остальной класс — Инеж и Казом, — но особо не видно, чтобы это как-то его огорчало. Уайлен начал писать, и крутившийся до этого без конца Джеспер замер на месте. Это был тот почерк. Один в один. Те же закорючки и та же тонкость. Да ну, нет. Это не мог быть он.       Джеспер несколько раз сверил надпись на открытке и писанину на доске, замечая всё больше сходств, но пытаясь при этом найти опровержения своей теории. Уайлен в это время уверенно и быстро пояснял учителю всё, что успел написать. Получив своё «отлично», он пошёл за свою парту, опустив голову и явно погрузившись в свои мысли.       На перемене Джеспер сидел и пялился на Уайлена, пытаясь понять, чем же мог ему понравиться. То есть, Джеспер всем вокруг нравился, но все вокруг — обычные люди. А Уайлен был… неземным, что ли. Эти его золотистые кудри и светлые голубые глаза. И точеные, но каким-то образом мягкие черты лица. Эта его манера держаться на людях, очаровательнейшая улыбка, которую, вообще-то, можно было не так часто увидеть. То, как он идеально справлялся буквально со всеми предметами, кроме языков и литературы, и как будто даже не напрягался, чтобы отвечать всегда правильно. От него никто никогда не слышал мата или просто плохого слова, он никогда никому даже не умышленно зла не причинял. Только нимба над головой не хватает. А Джеспер был… ну, Джеспером. Полной противоположностью Уайлену и полным разочарованием отца, хотя тот старательно это отрицал, но Джеспера так просто не обмануть. Он понимал, что косячит постоянно и отца этим вечно расстраивает. Его оценки были ниже среднего, а поведение оставляло желать лучшего. Но изменить всё это, как бы ни старался, он не мог, поэтому со временем просто смирился со своей ничтожностью и стал стараться хотя бы не скатиться ещё ниже. Получалось не всегда.       — Давай начистоту. Ты влюбился? Ты ни на кого на моей памяти ещё не пялился такими глазами-сердечками. — Матиас, сидящий рядом с Ниной, согласно покивал на её слова и с участием посмотрел Джесперу в глаза.       — Что? Нет! Да с чего ты вообще такое взяла! Я в жизни ни в кого не влюблялся по настоящему, ты же знаешь.       Тут встрял уже Матиас.       — Значит, настало время это восполнить. Это не первый раз, когда ты на него залипаешь. Далеко не первый. Каждый раз, когда он появляется где-то недалеко, ты смотришь не него таким взглядом, будто либо мысленно его раздеваешь, либо мысленно произносишь ему свадебную клятву.       — Никогда я его не раздевал! — Возможно, ему стоило говорить это потише, потому несколько человек обернулись на эти слова. Насчёт свадебной клятвы Джеспер ничего не сказал, потому что, возможно (только возможно!) он и представлял, как этот рыжик будет смотреться у алтаря в белоснежном смокинге. Ему очень шло. — И, знаете что, ребята? Я вас ненавижу. — Джес очень по взрослому показал язык. Не хватало только ногой топнуть.       — Ты просто бесишься, потому что он никогда не обращал на тебя внимание. Он тут почти единственный, кому на тебя совершенно плевать, так что ты решил запасть на него. Потому что сложные уровни всегда проходить интереснее. Ты хоть представляешь, как долго я пыталась достучаться до Матиаса? Оно того стоило, — тут последовало это мерзкое влюбленное переглядывание, которое Джеспер терпеть не мог, — так что прямо сейчас ты пойдёшь и заговоришь с ним, ясно?       — Нет.       — Тебе слабо что ли? — Джеспер ненавидел этот её приём. Она же знала, что эти слова заставят его хоть с вышки прыгнуть.       — Просто напоминаю, что я тебя ненавижу, — сказал Джеспер, вставая со своего места.       Он подошёл в Уайлену и. замер на полминуты, просто втыкая в лицо одноклассника. То, что Джеспер вообще осмелился к нему подойти, ещё не значит, что он придумал, что говорить. Чем вообще Уайлен увлекается? Чем живёт? Какая тема его реально заинтересует? Почему он такой красивый?       — Ты что-то хочешь? — Его вопросительный взгляд такой милый…       — Да, тебя.       В этот момент, смотря на удивлённое выражение лица Уайлена, Джеспер захотел застрелиться. Возможно, он так и сделает в ближайшем будущем. Он снова накосячил! Нет, он даже диалог завести нормально не смог! Окей, ладно. Надо реабилитироваться прямо сейчас, или всё потеряно.       — Кхм, я имел в виду, что мне нужен твой мозг. Я абсолютно ничего не понимаю примерно… в каждом предмете в этой школе? Да, в каждом, кроме физры. А ты вроде как умный парень. Можешь объяснить мне хотя бы тему урока, который прошёл сейчас? Пожалуйста? — Последняя реплика стала похожа скорее на скулеж, чем на человеческую речь, потому что Джеспера прямо коробило от того, с каким осуждением смотрит на него собеседник.       — Зачем тебе это? Собрался начать учиться в последние полтора года школы?       — Чего ты сразу так? Может, я непризнанный гений, а ты тут сразу со своим «Зачем тебе это?», — Джес пытался передразнить его, спародировав тонкий голос Ван Эка, но парень не оценил его стараний. Всё становилось только хуже и хуже. Он был готов признать, что начал разговор совсем не так, как надо было, но потом-то что было не так?       В общем, слово за слово, и Джеспер всё-таки получил своё объяснение, пусть и не понял даже половины. Уайлен разъяснял всё прекрасно, но Фахи даже понятий основных не знал, так что это было бесполезно. Хотя что-то ему прояснилось, за что он очень тепло отблагодарил Уайлена. Разговор окончен, а Джеспер так и не получил то, чего хотел. Точнее, кого хотел. Он снова молча уставился на рыжика, пытаясь придумать, что сказать, но под этим взглядом, спрашивающим «Чего тебе ещё?» думать было очень страшно. Что ж, надо быстро что-то делать. Хуже ситуация уже не обернётся, так что можно пойти во все тяжкие и сказать наугад.       — Знаешь, как я уже сказал, у меня проблемы и с остальными предметами. Можем мы как-нибудь встретиться и позаниматься? Пожалуйста? — Снова этот скулёж.       — Ладно. — Это звучало скорее, как приговор, чем как обычное соглашение. — Но ты будешь должен мне что-то взамен. Я ещё не придумал, что, но я скажу тебе потом. — А затем Уайлен улыбнулся ему. Самой очаровательной улыбкой на свете. И ещё самым очаровательным образом поправил свои прекрасные волосы.       Джеспер мысленно запечатлел этот момент и заархивировал самым надёжным образом. Возможно, но только возможно, он и правда влюбился, но признавать этого он не собирается как можно дольше.       Уже на следующий день, после уроков, они сидели в городской библиотеке. Уайлен тихим голосом пытался донести до Джеспера хотя бы какие-то крохи информации, но тот постоянно отвлекался, пытался перевести тему разговора на что-то отвлечённое (иногда у него даже получалось), просто уходил в свои мысли и переставал воспринимать любую информацию, так что уже через двадцать минут Уайлен выглядел очень замученным. Джесперу даже стыдно стало (самую малость). Он честно пытался сосредоточиться на предмете, но его организм отторгал любые попытки.       — Слушай, тебе это точно нужно? Я не вижу в тебе реальной заинтересованности. Ты просто тратишь моё и свое время. — Он сказал это спокойным тоном, но Джеспер прямо слышал, как старательно тут скрывается раздражение. Ситуацию нужно было срочно исправлять.       — Нет! То есть да! То есть… понимаешь, мне и правда это нужно, отец донимает меня с оценками. Но, — тут он слегка замялся. Конечно, самые близкие друзья (Нина и Матиас то бишь) знали про проблему Джеспера, но никто больше. Почему-то ему было стыдно в этом признаваться, хотя все наверняка и так догадывались. Что ж, Уайлен не выглядел как кто-то, кто будет это разбалтывать или реагировать как-то не так, — У меня СДВГ. — Сердце заколотилось и глаза захотелось отвести, но за весь день это был первый раз, когда Уайлен словил с ним зрительный контакт. Ну какие же у него всё-таки глаза… — Ты можешь отказаться заниматься со мной, потому что я и сам понимаю, что я невозможен. Я постоянно отвлекаюсь, забываю всё через три секунды и не могу усидеть и пяти минут. Я пойму, если ты прямо сейчас встанешь и уйдёшь.       Уайлен только молча всматривался в его лицо, наверное, пытаясь что-то осмыслить. Джеспер прямо видел, как в его прекрасной, идеальной формы голове крутятся шестерёнки. Затем Ван Эк посмотрел на стол, в задумчивости хмыкнул и кивнул своим же мыслям.       — Хорошо. Ты можешь ёрзать на стуле сколько угодно, только, пожалуйста, запоминай то, что я тебе говорю. Я буду опрашивать тебя каждые десять минут. — И, вздрхнув, он продолжил свою лекцию.

***

       — Ну, как? Вы уже встречаетесь?       — Ай, иди ты. Мы знакомы буквально день.       Нина с довольным видом жевала вафлю и глазела на Уайлена, который приближался прямо к их столу. А Джеспера она, разумеется, предупредить не решила.       Уайлен был не один, а с Казом и Инеж.       — Все столики заняты. Вы не против, если мы сядем с вами?       Нина только со счастливым видом (да чтоб она лопнула от своего дурацкого счастья!) освободила от своих вещей соседние стулья.

***

      После этого обеда Нина стала вообще часто настаивать на общении всех ребят между собой. Все вместе садились на обедах, выбирали парты поближе. Инеж хорошо поладила с Матиасом, а Каз постоянно шуточно ссорился с Ниной, всегда вызывая у присутствующих как минимум улыбку, если не смех. Джесперу нравились эти трое. Ну, один из них, конечно, выделялся больше, но ему и правда нравились новые друзья. К тому же, такая дружба компаниями давала Джесперу возможность общаться с Уайленом гораздо чаще, чем могло бы быть, и делать это без привлечения внимания. Они ведь теперь все друзья, так что неудивительно, что он может подходить к нему с какой-нибудь просьбой или просто поболтать.

***

      Так шли недели. Ничего особого не происходило. Все шестеро воронят (у Каза был какой-то странный бзик на воронах, за что его стебали все, кому не лень) тусовались вместе в школе, помогали друг другу с проблемными предметами, подшучивали над неумелым флиртом Матиаса и постоянно серьёзной миной Каза. Уайлен периодически таскал Джеспера в библиотеку для занятий наедине, чтобы тот не отвлекался на болтовню с кем-то (не сильно помогало, потому что он просто болтал с одним Уайленом вместо пяти других людей). Но в целом… всё было лучше, чем месяц назад. Теперь парни хотя бы, ну… говорили друг с другом. Уайлен смог найти подход к обучению Джеспера и его оценки, кажется, даже стали слегка улучшаться. Ван Эк даже периодически подкармливал Фахи сладостями за успехи, щедро при этом хваля. Вот это ему нравилось больше всего. Его хвалил тот самый золотой мальчик… Он готов был хоть на «отлично» до конца года всё вытянуть, лишь бы у Уайлена всегда было такое довольное лицо.       Их общение всё это время не заходило сильно дальше учёбы и околошкольных тем, но даже в те небольшие моменты, когда они говорили о чем-то ещё, Джесу было видно, насколько же Уайлен интересный. Он разбирался в искусстве, философии, архитектуре, истории и даже речь его была такой завораживающей, что хоть он анекдоты тюремные травить будет, всё равно не наслушаешься. А вот Джеспер… ну, у него были явные проблемы с подбором выражений и не так уж много интересов и знаний. Он часто чем-то увлекался, но изучал это поверхностно и бросал. У него было достаточно хобби «на один вечер». Он уже успел с этим полностью смириться на момент начала общения с Уайленом, но теперь его грыз его же мозг. Он чувствовал себя неинтересным и непримечательным для кого бы то ни было. Особенно для Уайлена. Вообще-то, он всегда себя так чувствовал, лишь прикрываясь самоуверенностью, но ему и не перед кем было блеснуть своим глубоким внутренним миром. А тут… он. И вот делай ты, что хочешь. Джеспер стал улавливать всё, что Уай говорил о чем-то отвлеченном и потом искал информацию об этом в интернете. Что-то, опять-таки, забывалось за три секунды, но что-то завоёвывало его внимание на несколько дней, за которые он читал, смотрел и слушал что-либо об этом всё свое свободное и несвободное время. А пару раз Нине и Матиасу даже пришлось терпеть его гиперфиксации на определённых личностях вроде Де Капелля.

***

      В таком недообщении прошло несколько месяцев. Парни в целом немного узнали друг друга, оценки Джеспера улучшились (конечно, отличником он не стал, но поднялся достаточно, чтобы удивить учителей и отца), вся компания сдружилась, и вроде бы всё было хорошо. Но учебный год подходил к концу, репетиторство Уайлена Джесу больше не требовалось, а значит и общение наедине рисковало прекратиться. Они всегда были либо в общей компании с остальными, либо вот так, втроём: Уайлен, Джеспер и учёба. Это не особо нравилось Джесперу, это его раздражало, нервировало и не особо-то устраивало, но это было лучше, чем ничего. А сейчас он рисковал остаться с этим самым ничем. Нужно было действовать, и действовать быстро. Но подойти к Уайлену и сказать «слушай, ты мне очень нравишься и кажешься суперинтересным, суперумным и суперкрасивым, я хочу слушать, как ты говоришь об искусстве и истории сутки напролёт, ты не против устроить что-то такое?» не представлялось возможным. Уайлен очевидно не был заинтересован в общении вне школы, иначе бы он уже сказал об этом, верно? А вдруг он точно так же думает, что это Джеспер не заинтересован в общении и поэтому ничего не предлагает? И вот сидят они оба, как дурачки, и молчат. Да не, бред…       — Ты собираешься ему признаться?       Нина, как обычно, сидела с видом всезнающей, будто бы понимала, как ему стоит поступить сейчас. Да ничего она не знала! Ещё и задаёт такие вопросы прямо тогда, когда Уайлен уже направляется к ним.       — Признаться в чем?       — В том, что уже спланировал вашу совместную жизнь на годы вперёд и придумал имена вашим детям и питомцам? А может в том, что пялишься на него с мечтательным видом каждый раз, когда он на тебя не смотрит? О, привет, Уай. Мы тут как раз о тебе говорим, — протянула Нина с милейшей улыбкой. Ведьма. — Знаешь, было бы здорово с тобой поговорить, но мне уже пора идти. — Конечно, никуда ей было не пора идти. Она только зыркнула на Джеспера, мол, действуй, идиот, и поспешно удалилась.       Ну, была ни была. В конце концов, получить отказ ведь лучше, чем жить в неизвестности, верно? Какой кошмар, он ведь и правда мог получить отказ… Джеспер бы этого не пережил.       — Привет. Слушай, уже конец года и твоё репетиторство мне больше не нужно, но… — Уайлен медленно кивнул и стал ожидать, пока Джес соберётся с мыслями. — Не хотел бы ты, ну… пообщаться вне школы? Я понимаю, что тебе это может показаться неинтересным, потому что да о чем со мной можно говорить, но я был бы рад и молчать, лишь бы ты говорил. Ты вообще очень интересный и очень красивый. Я не хотел этого говорить, прости. То есть, ты и правда красивый, но говорить этого я не хотел. Прости ещё раз, я не хотел поставить тебя в неловкое положение, но я сейчас это сделал. В общем, можем мы хотя бы раз погулять? Если тебе не понравится, ты можешь сразу же сказать, и я больше лезть не буду. А можешь не согласиться прямо сейчас, и это облегчит тебе жизнь заранее.       Уайлен только медленно кивал, слушая всё это.       — Ты вообще дышал, пока говорил?       — Нет, — сказал Джеспер, хватая ртом воздух.

***

      Уайлен ждал этого предложения всю свою жизнь. Когда Джеспер только впервые к нему подошёл, он боялся, что словит инфаркт, потеряет сознание или ещё что.       — Я не против. Я вообще-то и сам хотел предложить. — И он за три секунды назначил встречу. — Ты тоже кажешься мне интересным. — Это он произнёс, уже уходя по каким-то делам, которые у него внезапно появились и являлись исключительно срочными.       Уходил он в туалет, чтобы там счастливо пропрыгаться, а потом нашёл Инеж, которой восторженно пересказал всю эту небольшую сцену и не менее восторженно заобнимал. ("— Тебе не кажется, что он неровно к тебе дышит?", "— Точно нет. Он в целом ровно дышать не умеет.") Подруга была за него рада, конечно, но до этого момента она и не подозревала, что Джеспер оказывает на него такое сильное воздействие.       А началось это воздействие ещё до начала их общения. Сначала Уайлену Джеспер просто слегка приглянулся, потому что он был, очевидно, гораздо громче остальных подростков. Он круто одевался и круто себя преподносил. Было вполне ясно, что его самоуверенность напускная, но у Уайлена даже такой не было, и он слегка завидовал. Потом он начал отмечать в однокласснике всё больше привлекательных черт. Во внешности, в мелочах поведения, в одежде. Он наблюдал за ним на уроках и ловил те моменты, когда Джеспер относительно спокоен (то есть просто дёргается на месте, а не дёргается и решает ещё тысячу вопросов со всем классом одновременно, параллельно споря с учителем), особенно отмечая его руки. Красивые, ухоженные, вечно в движении. На длинных гибких пальцах хорошо подобранные кольца, а на запястьях — браслеты и фенечки. Это скрытое обожание рук парня можно было бы назвать фетишизмом, если бы при появлении не самых целомудренных мыслей Уайлен не одёргивал себя. Он вообще старался прийти в себя, когда его заносило, и отвлекаться на какое-то время. Шанс хотя бы общаться с этим человеком равен нулю, так зачем тратить на него столько мыслей? Они из разных миров и никогда не пересекутся, даже при желании с обеих сторон. А желания с той стороны точно не было, потому что такой Уайлен Ван Эк? Богатенький мальчик с тревожностью, не имеющий никаких талантов и не отсвечивающий. Он не был даже уверен, что Джес в курсе его существования.       Уайлен успел даже немного поостыть (по крайней мере, он так считал), когда Джеспер сам подошёл к нему с просьбой. Тогда он чуть не умер на месте. Буквально. Сердце сжалось настолько сильно, что рисковало в итоге остановиться. Выученное спокойствие и кое-какие навыки актёрского мастерства помогли ему не упасть в грязь лицом. К тому же, когда объясняешь что-то, в чем разбираешься, смотреть в глаза собеседнику не обязательно, значит, шанс в этих глазах утонуть гораздо меньше.       После соглашения на репетиторство ему пришлось ретироваться в туалет, вот прямо как сейчас, чтобы пережить поток эмоций без лишних глаз.       К моменту предложения пообщаться не под предлогом школы Уайлен успел окончательно и бесповоротно влюбиться, поскольку раньше симпатия основывалась лишь на собственных представлениях, а сейчас она подпитывалась реальностью.       Придя домой после школы, Уайлен довольно долго обдумывал, о чем можно говорить с Джеспером вне учёбы, чем с ним можно заниматься и как при этом стоит выглядеть. Он считал себя слишком скучным, слишком не ярким и слишком зашуганным для общения с ним. Но что-то же в нём увидели? Значит, наверное, не всё так с ним и плохо, верно? К тому же Уайлен давно замечал, что действует на Джеспера как сдерживающий фактор. Рядом с ним он гораздо спокойнее. Да и собственная тревожность рядом с другом проявлялась не так сильно. Иногда даже казалось, что в его серых глазах (в его глубоких и до невозможного красивых глазах цвета грозовой тучи) он видел что-то… Нет. Есть ли у него шансы на отношения? Вряд ли, обманывать себя не стоит. Но хотя бы на хорошее общение — определенно.