День Святого Валентина

      Одним утром уходящего августа Уайлен спустился в гостиную, а там его ждали уже две упакованные сумки, личный водитель и отец, смотрящий на него то ли с любовью (трудно поверить), то ли со строгостью.       — Ты едешь в частную школу. Будешь профессионально учиться музыке, раз уж бизнес тебе не унаследовать. — Выражение фальшивый любви с лица уже спало. Ожидаемо. — Помнишь, я как-то уже говорил о ней? Одевайся и садись в машину, ты едешь туда прямо сейчас.       Под ложечкой засосало. Это кончится нехорошо. Ему не дадут никому сообщить, куда он уезжает, разумеется. На Уайлена накатил такой сильный страх, что даже дышать стало тяжело, но лицо он всё равно сохранил. Он до последнего надеялся, что отец не станет поступать с ним так же, как с матерью, что даст спокойно отсуществовать. Видимо, всех неугодных ждала одна дорога.       — Мне даже с друзьями попрощаться нельзя? Ты не мог предупредить меня раньше?       Жалкие попытки хоть как-то исправить своё положение. Он знал, что ни с кем он не попрощается, ещё до того, как задавать вопрос.       — Не волнуйся, твоим друзьям расскажут о твоём отъезде уже в школе. Сейчас поторопись.       По холодному взгляду отца стало ясно, что больше возражения не принимаются. Уайлен направился в свою комнату, пытаясь скрыть дрожь в руках. Может, он и правда отправляется в обычную навороченную школу, но его напряг тот факт, что никаких конкретных названий ему не дали, а в глазах отца едва поблескивало мрачное ожидание.

***

      Они ехали уже около четырёх часов без остановок. Уайлен всё это время сидел как на иголках, нервничал и всячески пытался не размякнуть, готовый ко всему. К сожалению, долгое сидение и местами неровные дороги его вымотали. Он пытался выведать у водителя, куда они едут, как долго ещё им до этого места или хоть какую-то информацию, но тот молчал. Стёкла в машине были затемнены, так что он только смутно понимал направление езды, к тому же машина виляла на дорогах так часто, что сбиться с наблюдений можно было бы запросто и с обычными окнами. Уайлен, разумеется, пытался связаться с друзьями, но связи на телефоне совершенно не было. Его будто глушили. Несмотря на то, что тревога нарастала с каждым часом, да ещё и телефон разрядился (теперь он не знал даже времени), Уай сильно устал и разомлел от жары в кабине автомобиля. Он пытался попросить об остановке хотя бы чтобы подышать, но в ответ встречал лишь молчание. Он даже задремать успел слегка, когда они наконец доехали до места назначения. Сон, конечно, был неспокойный и полный несвязных тревожных картинок, но помог немного восстановиться.       — Мы приехали. Вылезай.       Уайлен заторможенно заморгал и слегка размял затёкшие от сидения в одной позе конечности. Он открыл дверцу, и сердце сжалось до размеров комка. Они были в лесу. На какие-то здания рядом не было даже намёка. «Тут-то я и умру», — пронеслось в голове. Уайлен хотел что-то сказать, но ком в горле не позволил ему даже пискнуть. Он уже мысленно распрощался со всеми друзьями. Со всепонимающей Инеж, с мрачноватым, но по сути своей не таким уж плохим Казом, с Джеспером, о котором можно говорить очень долго… Наверное, о Джеспере он сейчас жалел больше всего. Ему не хватало даже того огромного количества времени, что они провели вместе, и никогда бы не хватило. Всегда хотелось урвать ещё хоть минуту. И всегда хотелось чего-то большего. Иногда ему даже казалось, что в глазах парня мелькает ответное желание, но эту догадку он пихал глубоко в задворки сознания. Не было там никакой взаимности, всё он выдумал.       Водитель грубо поставил Уайлена на колени. Он даже не пытался сопротивляться. Это глушь, тут никто не поможет, а сам Уай слишком хилый, чтобы иметь хоть крошечные шансы против этого амбала.       Руки мужчины резко сомкнулись на бледной и тонкой шее Уайлена.