Рассвет

Настало время снимать гипс. С самого утра Андрей был в прекрасном расположении духа, и после всех утренних процедур Марк достал специальные ножницы, чтобы наконец-то вызволить своего принца из оков. Андрею было немного даже печально расставаться с гипсом, так как такой опыт пришёлся ему вполне по вкусу такому мазохисту как он. Но недостатки перевешивали, поэтому он жаждал этого момента всей душой. Пока Андрей думал, Марк же закончил разрезать гипс. И начал потихоньку снимать разрезанные части. Первой он освободил голову: лицо Андрея резко обдало прохладным свежим воздухом, которому он подставился, замечая, что стало легче дышать. Но следом за этим ощущением пришло другое - ноющая боль в затёкшей шее. Так его постепенно освобождали из его потной тюрьмы, пока он не остался полностью голым сидеть на кровати. - Отлично, родной. Пойдём тебя вымоем, а после тебя ждёт то, что ты любишь больше всего. На лице Андрея просияла улыбка, а Марк подхватил его на руки и понёс в ванную. Положив свою ношу на дно ванной, Марк стал регулировать воду, доставать пену и пробку для ванной. - Ты можешь двигаться, - между делом кинул он Андрею. Тот сразу же отмер и принялся разминать затёкшие шею, спину и конечности. Когда он закончил, Марк взял губку и начал осторожно намывать любимого, второй же, ловко скользнувшей вниз, рукой он начал ему надрачивать, нежно водя рукой по откликающемуся на каждое движение члену. Андрей начал тихонько постанывать сквозь стиснутые зубы, на что Марк лишь усмехнулся, но руку убрал, сразу как почувствовал, что его парень вот-вот кончит. - Подожди, тебе ещё в магазин надо ходить, - Андрей приглушённо застонал, - Сегодня, - безапелляционно заявил Марк, всем своим видом показывая, что не передумает. Не так Андрей хотел размять, отвыкшие от физической активности руки, но спорить не мог, тем более, что магазины он любил и уже практически сделал правилом совместные походы в тц, а его вылазки в Пятёрочку в соседнем дворе вообще были одним из немногих мест коммуникации с другими людьми. Другое дело, что были обязательные правила, без выполнения которых, Марк не отпускал любимого в магазин. Он взял Андрея под колени и поясницу и быстро посадил на стиральную машинку, специально накрытую полотенцем, обтёр его и сказал ждать. Вернулся Марк буквально через минуту, принеся серую коробку и чистую одежду. Открыв серую коробку, он достал из шкафчика над раковиной спирт и лубрикант. Обрабатывая железные детали уже знакомой Андрею конструкции. Обработанные детали складывались рядом с Андреем, и, когда всё было готово, он взялся за самую громозкую конструкцию и обернул её вокруг талии Андрея. Аккуратно вставив член в специальную железную конструкцию, повторяющую его форму, спереди, Марк взял железный уретральный расширитель и стал обильно его смазывать, после чего продел кончик через железное кольцо, приставил к уретре и аккуратно надавил. Тонкая трубочка быстро и легко скользнула внутрь, и Марк, посмотрев на зажмурившегося и елозящего по полотенцу Андрея, с хитрой улыбкой продолжил вводить расширитель. После этого, он сомкнул железный ремень на талии любимого и затянул его потуже, сказав после всего, чтобы тот перевернулся. Андрей аккуратно лёг животом на машинку так, что локтем практически упирался в стену, а носочки ног неустойчиво балансировали на краю ванной, и приготовился, Марк в это время уже смазывал самый большой дилдо из тех, что были в наборе. Держа дилдо в левой руке, он постепенно начал разрабатывать задний проход своего парня смазанными пальцами, после чего, постепенно ввёл дилдо, а введя, шутливо напомнил Андрею, что нужно дышать, так как тот боялся сделать лишний вдох или движение с этим металлическим гигантом внутри. Марк же продолжал, частенько отпуская шутки про вид Андрея. Дальше он взял крепления на бёдра и застегнул их, выбрав минимальную длину цепи, ноги едва можно было раздвинуть на пару сантиметров. После чего Марк помог Андрею одеться, и, вытащив инвалидную коляску в коридор, он помог любимому дойти до неё на ватных из-за огромного холодного дилдо внутри ногах. Андрей аккуратно сел на коляску, надел верхнюю одежду и накинул на ноги плед. Поцеловав перед уходом Марка, он выехал из квартиры и вызвал лифт. Усесться удобнее никак не удавалось, уже ставшие непривычными ощущения не давали покоя, как будто этого было мало, Андрею захотелось в туалет, из-за чего он тихонько застонал. Лифт приехал, выехав из него и направившись к неудобнейшему пандусу, Андрей всё больше жалел о том, что поехал. Съехав вниз, он надел перчатки без пальцев и открыл двери подъезда. Снаружи было достаточно тепло, весеннее яркое солнце пригрело землю, из-за чего снег стремительно таял, превращаясь в грязь. Каждый раз Андрей жалел, что дороги у них не чистили от слова совсем, а до ближайшего магазина было ехать минут двадцать, а по такой грязи все сорок, но он упрямо поехал вперёд. Чуть не навернувшись пару раз, и постоянно ловя на себе взгляды случайных прохожих, Андрей чувствовал себя на удивление хорошо. Хотя спина уже вспотела, а руки ныли, моральное удовлетворение от реакции окружающих компенсировало всё с лихвой. Он подъехал к магазину, надел маску и въехал. Кассиры уже его знали, знали, что он не разговаривает и приезжает раз в неделю в одно и то же время, не считая пары раз в год, когда Андрей с Марком уезжали в отпуск. Для работающих в магазине он был не больше чем загадочным молчаливым инвалидом, за чьей спиной они шушукались, строя теории о его жизни, ведь, не смотря на его потрёпанный внешний вид, он всегда брал достаточно дорогие продукты, педантично выбирая и периодически принося разнообразие в стандартный список, уже выученный наизусть. Приехав домой после магазина, Андрей хотел лишь сходить в туалет, но наткнулся на суровый взгляд Марка. - Долго же тебя не было, родной. А ты знаешь, что тебе сегодня ещё убираться, - он приподнял одну бровь, на что Андрей лишь сдавленно застонал, показывая между ног и очень заметно елозя на коляске, - - Нет. Сейчас рано. Сначала уборка, потом туалет. Это будет твоим наказанием. Андрей на это смог лишь разочарованно заскулить, параллельно с обречённым видом раздеваясь до трусов. Марк же тем временем принёс ему швабру с насадкой в виде резинового фаллоимитатора, крепления на ноги, похожие на наручники с колечком в середине цепочки, и наручники с длинной цепью, в середине которой было крепление, мешочек на мошонку, а также затычку в рот в виде большого члена-вибратора. Продев швабру через кольцо, Марк закрепил ограничители движения на лодыжках, оставив для движения всего сантиметров 20. Смазав резиновый кончик швабры, он аккуратно вытащил дилдо из паза пояса верности, из-за чего Андрей пискнул от неожиданности, и Марк торопливо ввёл смазанный резиновый наконечник в уже растянутый анус любимого, а колечко мышц с удовольствием обхватило резиновую обшивку. Марк отрегулировал высоту швабры, чтобы Андрей мог стоять только на носочках, что после долгого отдыха ног, было даже немного болезненно. Затем Марк достаточно быстро открыл защёлку в поясе, выпуская наружу яички Андрея и тут же заключая их в мешочек и нажимая кнопку. По мешочку быстро пошли слабые электрические разряды, от неожиданности Андрей дёрнулся, но быстро привык к ощущениям. Следом шли наручники, которые посередине прикреплялись к поясу верности на самом кончике члена. И в самом конце Марк довольно грубо вставил в рот любимому затычку для рта, которая вошла глубоко в горло, заставляя наворачиваться на глаза слёзы. Дав Андрею какое-то время, чтобы привыкнуть к новым ощущениям, Марк шлёпнул его по заднице, кинув небрежное «Вперёд и с песней», и сел работать за компьютер. Андрей неуверенно, придерживаясь за стены пошёл сначала убирать разбросанные на полу вещи, наклоняться было прямо-таки больно, из-за чего он чуть ли не выл, слыша в ответ лишь тихие смешки из комнаты. Убравшись, пропылесосив, помыв посуду, плиту, раковины, и домывая ванну, Андрей наткнулся взглядом на стоящего в проходе ванной Марка, глаза которого были хитро прищурены, а в руках был скотч. - Сейчас будешь мыть туалет, - скорее сказал, чем спросил он, - А я тебе помогу. Взяв ёршик в руки, Марк с безумным взглядом подошёл к Андрею, который, не смотря на ситуацию, был полностью расслаблен и открыт для манипуляций. Марк же взял и немного оттянул вверх затычку для рта, сказав открыть рот пошире резко всунул ручку ёршика прямо любимому в рот, из-за чего тот на несколько секунд задохнулся и закашлялся. Дав Андрею прийти в себя, Марк взял скотч и стал методично приматывать им ручку ёршика к голове любимого, из-за чего тот только сдавлено мычал, но сопротивления не оказывал. Когда Марк закончил, он налил средства в унитаз и практически окунул Андрея головой в унитаз и сказал властным тоном «Чисти». И тот чистил. Из глаз капали слёзы от того, как сильно был растянут рот и едкого запаха Доместоса, но Андрей чистил. Когда унитаз был чист, Марк срезал скотч ножницами и аккуратно вынул ручку ёршика изо рта Андрея, из которого тут же полилась слюна прямо на пол. Посмотрев на крупные капли на кафеле, Марк сказал лишь: - Ты почти закончил, остался только пол. Мытьё пола с шваброй в анусе вообще-то было занятием не из приятных, каждое движение швабры будто переворачивало все кишки, а отжать её было настоящим испытанием, хоть и с ведром с отжимом, ведь швабре в него надо было ещё попасть. Но он в итоге справился. После чего Марк медленно снял с него все причиндалы и отнёс в комнату, где, уложив на кровать, принялся делать божественнейший массаж, пока тот не уснул.