new maths teacher.

      Следующий день начался, как никогда хорошо. Антона разбудили первые лучи солнца, что светили сквозь светлую тюль ему на лицо, мягко согревая его. Настроение было прекрасным; Шастун улыбнулся самому себе. Смотря в зеркало в ванной комнате, он проводит влажной пятернёй по кудрявой чёлке, убирая ту со лба. Он ещё с минуту стоит и смотрит на себя, затем разворачивается и направляется в комнату, слыша с кухни гремение посуды и мягкий мамин голос, напевающий мотивы песни Лазарева. На часах семь пятнадцать, когда Антон выбегает из парадной. В желудке приятно тянет после маминых блинов, которые Шастун умял за пару минут до выхода, а на улице пахнет озоном. Втыкая наушники в уши и включая песню xxxtentacion — «Look At Me!», он медленно бредёт по улочкам Петроградки, разглядывая осенний Петербург в лучах утреннего солнца. Антон, наверное, впервые чувствует приятное спокойствие, разливающееся где-то в груди, пока идёт в школу. И он почти уверен, что его спокойствие никто не сможет нарушить, когда сзади он слышит быстрые шаги и, не успевая обернуться, чувствует, как что-то, а точнее кто-то прыгает ему на спину. На мгновение становится страшно, ведь не зря существует куча шуток про Расчленинград, а потом Антон слышит громкий заливистый смех, который не перепутает ни с чем. Смех его лучшего друга — Димы Позова, что уехал года четыре назад в Москву в кадетское училище, как и хотели родители Дмитрия. Шаст долгие пять секунд находится в ступоре, смотря на задыхающегося от смеха Позова, а затем издаёт тихий смешок, выходя из своеобразного транса.       — Тоха! — кричит парень, отдышавшись, и крепко обнимает разомлевшего на солнце Антона.       — Привет, ты как тут?       — Да к родителям приехал, тут тебя увидел и подбежал… И под нейтральные, но такие тёплые разговоры они направились по направлению к школе. Родной голос Димки заставлял Шастуна улыбаться всю дорогу: он так по нему соскучился. Заливистый смех подростков распугивал окружающих, заставляя тех оглядываться или неодобрительно фыркать, что ж, всё равно. Ребятам нет до этого дела. Шастун замолкает, смотря на рассказывающего анекдот Поза, думает, что впервые за долгое время он не хочет закурить. Ему хорошо.       — А у тебя что нового? — спрашивает раскрасневшийся Димка, кутаясь в свой красный шарф. Хоть на улице и светит осеннее солнце, но погода всё такая же прохладная.       — Ну как… Родители нормально и я тоже. Ничего нового, только вчера произошла очень забавная ситуация… — усмехается Антон, смотря на заинтересовавшегося Диму. — У нас новый классрук, который по совместительству ещё и новый математик… Суть не в этом, короче, иду я значит в школу, курю, ну как всегда, подхожу уже к воротам, когда он начинает делать мне замечания, ну и я ему нахамил, он молодой и на учителя не похож, а я ещё и не в настроении был… В общем и целом, прихожу я на алгебру, а затем приходит он и представляется новым учителем… Я так ахуел в тот момент, ты бы знал. Мне стало даже стыдно и я извинился после урока, а он сказал, что ещё он и мой новый классрук. Такое себе начало дня было, конечно. Димка усмехается, кивает. До школы они доходят быстро, по крайней мере так кажется Антону, который ничегошеньки не замечает за разговорами.

***

      Дверь в класс открывается с тихим скрипом и все взгляды приковываются к ней. Сначала входит Антон, а за ним следует и Позов. Многие, пришедшие в десятом классе ребята, смотрят на него с интересом, думая новенький ли он или кто-то ещё, остальные же, кто остался ещё с девятого, улыбаются, подрываясь со своих мест и накидываясь на Димку с объятиями.       — Дима! — бросилась с обнимашками на него Оксана, — Я скучала!       — Привет, мелкая. Как дела? Не обижают? И Антон отходит к своему излюбленному месту, оставляя их одних. Полупустой чёрный рюкзак лежит на середине парты, а наушники вновь воткнуты в уши, когда в класс входит Попов. Синие глаза осматривают класс, натыкаясь на кого-то нового… Или нет? Шастун вытаскивает один из наушников, смотря на медленно округляющиеся глаза Арсения Сергеевича.       — Поз? — хриплым баритоном то ли спрашивает, то ли утверждает Арсений, и теперь округляться начинают глаза Антона. «Они знакомы?» — проноситься в голове Шастуна, когда он слышит:       — Арс? Неужели ты, граф, ведёшь у них математику? — следует кивок, а затем немой вопрос в глазах. — Я учился тут до кадетского. — очередной кивок со стороны Попова.       — Можно тебя на пару слов?       — Без проблем. Парни отходят в коридор, закрывая за собой дверь. Класс начинает шептаться, выдвигая свои предположения насчёт их дружбы, и дружбы ли вообще. Антон ещё пару секунд тупо смотрит на дверь, затем отворачиваясь к окну. Что-то не так. Арсений Сергеевич возвращается в класс уже без Димки, а на телефон Антона приходит лишь короткое «я уехал». И урок начинается. Какой секрет может объединять Попова и Позова?

***

      — Я приехал к тебе, по поводу сделки, ты ещё помнишь…?       — Им так это надо? Я встречусь лично с заказчиком, если потребуется, чтобы он понял, что того банкира не так легко грохнуть. Вокруг него слишком много охраны, ты это знаешь.       — Ладно так им передам. Давай топай на урок, а я пойду. Они пожимают друг другу руки. Дмитрий разворачивается на пятках и уходит.