Третий закон Ньютона

Тяжёленькая зажигалка с гравировкой в клеточку приятно лежала в руке. Ещё одна часть загадочного «Бенни», ещё одна улика, ещё один шаг к его логову в «Топс». У этого человека не было никаких понятий о морали или чести — он не только схватил и попытался убить курьера, он предал и оставил без вознаграждения людей, которые помогли ему это сделать! Она, однако, смогла договориться с Ханами. Они мирно уйдут, освободив заложников. Нельзя же их после этого убивать. — У меня есть приказы. Избавиться от Ханов, и неважно, есть заложники или нет, — сказал лейтенант Монро. — Но они же отпустили заложников! Они просто хотят мирно уйти. Ты же сказал, что отпустишь их, если они просто уйдут, — она с ужасом думала, каково там сейчас бедным Ханам. Они не хотели ничего плохого, но проблемы нашли их сами — сначала с Шестой, а теперь и с НКР. — У меня приказ, — вздохнул Монро. Он, видимо, уже привык к идее, что его людям придётся убить Ханов, и теперь совсем не хотел от этой идеи отказываться. Шестая начала злиться. Он не исполняет своих обещаний! — То есть вот так ты собираешься поступить? — её шёпот напоминал змеиное шипение, — они отпустили заложников, а ты их в благодарность убьёшь? Бун нервно поступил с ноги на ногу. Ему, очевидно, было некомфортно в этой ситуации с того самого момента, как впервые упомянули Ханов. Шестая надеялась, что он не обидится на неё за то, что она оспаривала приказы НКР. Он, конечно, всегда угрюмый и неприветливый, но Шестая очень дорожила его дружбой. — Слушай, — пробормотал Монро, — я тоже от всего этого не в восторге. У НКР очень напряжённые отношения с Ханами с самого Биттер-Спрингс. И если мы их здесь убьём, это ситуацию не улучшит. Шестая не очень-то понимала, о чём он, но дело, кажется, сдвинулось с мёртвой точки. Она нахмурилась. — Ну так не убивай их! У тебя есть возможность сделать всё по-другому. — Но у меня приказ... — он раздражённо вскинул руки. — И? Приказ важнее, чем поступить правильно? Если ты хоть немного дорожишь своим словом, ты должен их отпустить! Он устало кивнул. — Ты права. Они могут идти. Очень хорошо, что в итоге он поступил правильно. Но странно, что НКР вообще отдала такой приказ. Она вот простила Ханов за то, что они помогли в неё стрелять — значит, остальные тоже могли бы их простить. В любом случае, она достала ещё один кусочек головоломки. Она найдёт Бенни — и найдёт саму себя. _________________________________ В Легионе не было знати и аристократов, но некоторые были очень близки к этим определениям. Ланий, например, был самым могущественным и умелым генералом; он был настоящей живой легендой. Весь Легион смотрел на него с благоговением. Но если бы кто-нибудь спросил Луция об аристократии в Легионе, он был не задумываясь назвал имя Вульпеса Инкульты. Чем не наследный принц? Сам Цезарь обожал его как родного сына, причём до такой степени, что некоторые офицеры юного фрументария за это презирали. Кто-нибудь наверняка хотел бы убить Вульпеса из зависти; одно это заставляло Луция за ним присматривать. Самому ему Вульпес нравился — амбициозный молодой человек, который всё что угодно сделал бы для Легиона. Луций подозревал, что аудиенция, которую просит Акант, связана как раз с Инкультой, и это заставляло волноваться — противостояние ярких фигур могло привести к образованию фракций, их поддерживающих, а это недопустимо. Легион должен оставаться единым перед угрозой Медведя. Луций наблюдал, как Цезарь листал старую истрёпанную книгу, временами потирая виски. Командир преторианцев был одним из немногих, кто знал, что культ Марса — всего лишь выдумка. Даже среди высших чинов Легиона большинство искренне верило, что Цезарь — сын Марса и бог, живущий среди смертных. Это было просто необходимо для всеобщего послушания. — Мой господин чувствует себя лучше? — Луций внимательно изучал поведение Цезаря. Тот, вздохнув, отложил книгу. — На данный момент — да. Однако это жуткое давление в голове никогда не проходит. Если бы он только мог защитить Цезаря и от этого! Знание, что ему грозит опасность и никто не в состоянии отразить атаку, выводило Луция из себя. — Акант день назад просил об аудиенции, — напомнил Луций негромко. — Он не сказал, о чём хотел поговорить, только упомянул, что дело касается фрументариев. Цезарь нахмурился, как будто пытаясь вспомнить события вчерашнего дня. Неужели он настолько плох, что забыл об этом?! Ему же пятьдесят шесть — он не старик, он всего на восемь лет старше самого Луция. — Я приму Аканта сейчас, — вздохнул Цезарь. Луций, кивнул, откинул полог палатки, пытаясь не обращать внимания, как его господин болезненно щурится от дневного света. Цезарю нужен настоящий врач с настоящими ответами — и хорошо бы судьба послала его к нему поскорее. — Лорд Цезарь примет Акантуса немедленно, — объявил Луций. Что-то подсказывало ему, что эта встреча будет не из приятных. _________________________________ Цезарь с каменным лицом слушал новости, которые принёс Акант. — Его неспособность контролировать собственное либидо ставит под угрозу успех всей операции! Когда он спутался с Мартиной Гресбек, он запросто мог лишить Пика прикрытия. А интрижка с Викторией Гундерсон — вообще что-то из ряда вон! Нам только разозлённого мясного барона не хватает! Мы рискуем заполучить огромные проблемы из-за того, что наш доблестный начальник не может пропустить ни одной юбки. Цезарь, вздохнув, покачал головой. Вульпесовы похождения ни для кого не были тайной, но он не знал, что всё зашло так далеко. Акант был прав — надо что-то с этим делать. Но вот что? — А что говорит Алерио? Акант потёр свою безупречно выбритую голову — воспоминания о разговоре со своим непосредственным начальником его не радовали. — Алерио говорит, что не нужно беспокоиться, и что Лис сумеет замести следы, — продолжил он тихо, — но я не могу не беспокоиться! На Стрипе уже поползли слухи про него и Викторию Гундерсон. Говорят, он подошёл к ней, соблазнил на ровном месте, и трахал несколько часов прямо в супружеской постели. — Часов? - заинтересовался Цезарь. Акант становился всё угрюмее, слушая смешки по углам палатки. Талантами Вульпеса тут, очевидно, восхищались. — Если это всё и впрямь не даёт тебе покоя, вызови его на бой на арене, когда он вернётся. В палатке воцарилась тишина. Решиться ли Акант бросить вызов Инкульте? Цезарь надеялся, что нет; он не хотел рисковать Вульпесом. — Вызову. Цезарь мудр, да продлятся его годы. Цезарь сделал вид, что ему безразлично, и отпустил просителя. Как только фрументарий ушёл, он знаком позвал Луция в заднюю часть палатки. Сел и спрятал лицо в ладонях. — Друг мой, я чувствую себя стариком. Старым-старым стариком. Луций взглянул на него непонимающе. — Своего лучшего друга я вывалял в смоле, поджёг и скинул в Гранд-Каньон. А теперь я должен покарать Вульпеса, как других до него, но я не могу! Луций, которому Цезарь в последние годы доверял все свои тайны и мысли, отвёл взгляд. Цезарь не хотел признаваться самому себе, что Вульпес стал ему очень дорог. Как сын, которого у него никогда не было. — Я не хочу, чтобы всё так было. Но таково бремя ответственности, — прошептал Цезарь в отчаянии. — Вульпес — не ребёнок. Он справляется со своими подчинёнными-шпионами; в шестнадцать лет он смог стать деканом, а в восемнадцать — выжил после бичевания. Ничего страшного, если он покажет своим недоброжелателям, что он не маменькин сынок. Оставалось только кивнуть. Луций мало говорил, но когда говорил, его слова были прямыми и честными. Он, конечно, был прав — но Цезарю все равно не хотелось, чтобы дело дошло до арены. Если у кого-то хватило смелости поставить такой вопрос — хватит и другим. _________________________________ — Ну теперь мне всё понятно, — пробормотала Кэсс не слишком внятно. Она опиралась на Буна, или даже, можно сказать, висела на нём; путь по рытвинам и ухабам бывшей трассы 93 был непрост. — Что понятно? - Шестая сосредоточенно пыталась идти по прямой, а не зигзагами. — Понятно, что... - Кэсс прервала объяснение отрыжкой. Бун недовольно заворчал, когда Шестая в очередной раз споткнулась и тоже повисла на нём. Он выпил больше их обеих вместе взятых, и тем не менее, в состоянии идти прямо! Ну а Шестая сегодня, наконец, поняла, почему Бун так любит свой коричневый напиток. — Что понятно-то? - курьер остановилась и уставилась Кэсс прямо в глаза. — Ты такая непо... не-по-сресвн-ная! Вегасу нужен кто-то вроде тебя. Девушки обменялись смешками и, неуклюже вернувшись к Буну, взяли его под руки. Снайпер воздержался от комментариев и повёл их к торговому посту — 188. Идти было недолго; уже был виден дым от костра и вяло колышущийся в лучах заходящего мохавского солнца флаг республики. Со стороны Вегаса к посту не спеша ковылял торговый караван — его охранники, заметив нашу троицу, насторожились было, но расслабились, решив, что она не представляет угрозы. Шестая почуяла запах жарящегося на огне мяса; её живот громко заурчал. Обязательно нужно купить ужин — на всех. Курьер внимательно осмотрелась. Так вот он какой, торговый пост — 188. Тут ей внезапно пришлось пытаться восстановить равновесие — Бун и Кэсс, поддерживавшие её по дороге, одновременно заметили наспех устроенный в поломанном автотрейлере бар и устремились туда. Тщетные попытки Шестой вернуться в прямоходящее положение не остались незамеченными, судя по чьему-то хихиканью. Кареглазая девушка в коричневом капюшоне помогла курьеру дойти до скамейки. — Не хочу обидеть, но выглядишь ты так, как будто очень долго путешествовала по очень плохим дорогам. Не скажешь, откуда ты? — Из могилы, - усмехнулась Шестая. — Оо... Ну, тогда забудь, что я сказала. Учитывая обстоятельства, ты выглядишь просто замечательно, — девушка очень старалась не разглядывать Шестую совсем уж нагло, но ей это удавалось с трудом, — я, кстати, Вероника. Живу в дыре под землёй. Шестая немного задумалась. Это существо «Вероника» живёт в дыре под землёй. Оо-кей. — Ну то есть, не совсем в дыре... технически говоря, это — бункер. Но я думаю, что так звучит интереснее. Я обычно хожу здесь, ищу еду, технологии, что-нибудь полезное для моей семьи. — Эт-то х'рошо, что у тебя есть семья. Я вот не знаю, есть у меня, или нет... Вероника, нахмурившись, покосилась на Кэсс и Буна. — Слушай, я хочу у тебя кое-что спросить напрямик. — Ну? - эту Веронику определённо что-то беспокоило. — Я тут немного повздорила с Братством Стали. Странная такая компашка. Знаешь о них что-нибудь? Шестая отрицательно покачала головой. Она даже о Легионе и НКР узнала совсем недавно. — Ну и хорошо, - улыбнулась Вероника. — В принципе, они такие скрытные, что о них мало кто знает что-нибудь полезное. А куда ты направляешься? — На Стрип, - Шестая покачнулась, но Вероника смогла её удержать. — Ух ты! А можно мне с тобой? Всегда хотела повидать мир. — Конеш'н. Кстати, вот это — Кэсс и Бун. Недавно встретила. — А, и ещё кое-что, — прошептала Вероника. — Я спросила про Братство Стали, потому что я одна из них. У нас много врагов, я хотела проверить, как ты отреагируешь. Мне всё ещё можно пойти с тобой? — Конеш'н... — Какая, в самом деле, разница, с кем дружит Вероника. Видно же, что она — хороший человек. Курьер аккуратно встала и повела Веронику знакомиться с Буном и Кэсс. Теперь она наконец-то чувствовала себя не каким-то там безымянным курьером с проблемами в общении; нет, у неё были настоящие друзья, не смотря на все её странности! И совсем скоро она сможет узнать своё настоящее имя, чтобы использовать его при общении с настоящими друзьями.