Приходи домой

Фрин и Лиара прибыли в назначенное место. Пять часов вечера, на улице светло и тепло. Чуть прогулявшись по городу, они зашли в нужную им библиотеку. Эта библиотека отличалась своей атмосферой: как будто из прошлого века, бесконечное множество книг на полках, но при этом чисто и восхитительно. Преобладал деревянный, коричневый свет. Полы выложены темной плиткой, в цвет молочного шоколада. А на стенах различные плакаты в честь писателей или объявления о мероприятиях. Сегодня висела красочная вывеска, на ней изображена Фрин, название ее книги «Могу, но зачем?», автобиография известной филологини двадцатого века Кейт Беркер. Фрин вместе с дочкой поглазели на эту вывеску перед библиотекой, а когда зашли, то увидели ещё больше похожих плакатов. — Мамуля, ты везде! — девочка прыгала на месте от счастья и подходила ближе, вплотную рассматривая, — ты такая красивая. Фрин по привычке хотела сказать дочери быть потише, так как они всё-таки в библиотеке, но вовремя опомнилась, что никого пока что нет. Их впустили за полчаса до презентации по специальному пропуску. Несколько людей стояли за дверью, явно на это мероприятие. С листочками для автографа, с пакетами подарков. — Лиара, — позвала Фрин дочь и села перед ней на один уровень, чтобы она обратила внимание, — мы с тобой уже говорили на эту тему. Но давай ещё раз: здесь ведём себя спокойно. Ты будешь сидеть на первом ряду, не разговаривай с незнакомцами. Если они что-то скажут, то… — То я скажу, что не разговариваю с незнакомыми, — договорила девочка недовольно закатила глаза, — я все помню. — Отлично, но мы на серьезном мероприятии, и я хотела убедиться, что ты все помнишь, — Фрин встала как обычно и прижала к себе малышку, — когда пройдет встреча, то мы пойдем покушаем блинчиков. — Ура! — Лиара в предвкушении потерла ладони друг об друга, — я хочу с шоколадом. — Хорошо, — кивнула Фрин и они зашли в «зелёную» комнату, где можно было подготовиться. Стояли бутылки с водой, диван и открытки для посетителей. Фрин осмотрела себя: вроде бы все на месте, макияж хорошо выглядит, ничего не растеклось. На ней был строгий костюм с черными каблуками. Она не стала совсем уж принципиальной и оставила волосы распущенными с лёгким кудрями. В комнату зашёл администратор и поздоровался с Фрин: — Здравствуйте, Фрин Армстронг, я отвечаю за встречу с читателями. Меня зовут Сомчай Манопрак, можно просто Сомчай, — мужчина был выше Фрин несмотря на то, что у нее были высокие каблуки. Он выглядел расслабленно, в клетчатой рубашке и темных брюках. — Здравствуйте, приятно познакомиться, — Фрин пожала ему руку, внутри от осознания, что уже скоро будет то событие, которое она так ждала, из груди вырывалось сердце. — Мы запланировали встречу на полтора-два часа, — он сел на диван напротив, — после нее ещё будет автограф-сессия. Все ли в силе? Хорошо себя чувствуете? Фрин поспешила угукнуть. Она почти не спала всю ночь от волнения, а снаружи изображала взрослую и серьезную женщину. — Да, все просто отлично. Мужчина посмотрел на Лиару. Он потер переносицу и спросил: — Мы можем предоставить человека, который присмотрит за вашей дочкой. Наша художница отвечает за многие плакаты здесь, но также отлично ладит с детьми. У нас есть специальный уголок для ребят, с интересными книжками и эта специалистка может провести мастер-класс по рисованию, посоветовать литературу. Чтобы у Вас было меньше поводов для беспокойства. — Я хочу рисовать! — у Лиары радостно загорелись глаза, — можно? Пожалуйста! — Да, конечно, я не против если ей будет весело, — обычным тоном девушка скрывала дрожь в голосе. — Тогда пойдёмте, я покажу этот уголок, — они втроём встали с дивана и вышли из этой комнаты, придя в дальнюю секцию библиотеки. Обстановка была уже другой. Действительно, везде стояли полки с книгами для детей, на окнах разноцветные наклейки, пол в форме разноцветных пазлов, несколько столиков с белой бумагой и карандашами. Даже маленькая зелёная доска с красочным мелом. А на подоконнике плюшевые игрушки. — Вау! Как в садике, — Лиара осмотрелась и обняла Фрин, — ты иди работай. Я хочу сама. — А где женщина, которая присмотрит за ней? — Фрин в ответ прижимала дочь, а когда та отстранилась, то посмотрела по сторонам. Ее не было видно за книжным стеллажом, а когда Фрин и Лиара увидели художницу, то сразу же узнали в ней Арису. — Здра… — она запнулась, ее красные волосы сегодня были пострижены короче, чем были вчера, — …вствуйте. Пауза длилась недолго, и Фрин уже пожалела о том, что согласилась на эту затею, однако Лиара вряд ли захочет теперь сидеть два часа и слушать скучные разговоры, когда есть место с игрушками и рисунками. — Здравствуйте, Ариса. — О, вы знаете друг-друга? — спросил Сомчай, и увидел положительный ответ на лицах девушек, — замечательно, тогда Фрин, можете пожалуйста пройти на сцену для регулировки микрофона, и для прочих моментов? Фрин ничего не оставалось, как согласиться. — Дочь, — она окликнула ее, — веди себя хорошо. Я скоро приду. — Ага, — девочка отмахнулась и была вовсю увлечена детским уголком. Фрин теперь не знала как рассказать обо всем Бекки. Она не любит что-то скрывать от нее и уверена, что Бекки после их плохого периода, честна с ней. И она планировала также хранить правду, и в голове придумывала возможные варианты рассказа о том, с кем занималась рисованием дочь. — «Дорогая, мы вчера в поезде были все десять часов с моей бывшей, наша дочь нашла с ней общий язык. А ещё они в течение нескольких дней будут заниматься рисованием пока я провожу встречи все это время», — нет, Фрин уже чуяла осуждение Бекки. Она ведь могла отказаться от этой затеи. Тихо налаживая дыхания от всех сопутствующих факторов сразу — она мысленно повертела головой, чтоб убрать ненужное. Нет, это не то о чём нужно думать прямо сейчас. Сцена была маленькой и уютной. Стульев не так много, но и не мало. Перед сценой стоял стол, где лежали несколько десятков копий ее книги для продажи. Также специальная трибуна для того, чтобы было удобно читать отрывок из текста. Фрин держала в руке микрофон и говорила как ей комфортно чтобы он стоял. Она бы с удовольствием бы отказалась от стойки, но так проще держать книгу и жестикулировать, рассказывая о своем произведении. Далее следовала настройка звука, фона, музыки. Проверка презентации, Фрин ещё раз прошлась по всем слайдам. Когда Сомчай удовлетворённо кивнул, пройдясь в своем блокноте по всем пунктам по настройке выступления, тогда Фрин оставалось пять минут на внутреннюю подготовку. Сердце колотилось ещё сильнее прежнего. Фрин совсем забыла что может позвонить своей жене. Она вышла за кулисы и дрожащими руками набрала контакт «БекБек». — Алло, — Фрин услышала ее голос и стало так комфортно. Это ее дом, — ты уже выступила или ещё нет? — Ещё нет. Я так переживаю, — призналась Фрин, — пять минут до выхода. — Попереживай со мной в данную секунду. Отдай мне все нервы, всю трясучку. Я сама уж как-нибудь справлюсь, — твердые нотки подбадривали Фрин, — ты моя самая любимая писательница, знаешь об этом? — Ну конечно, мы же женаты. — Ого, значит самая лучшая писательница ещё и моя жена? — хихикнула Бекки, — я серьезно. Ты сможешь. Я бы тебя сейчас поцеловала и обняла, но не могу. Просто представь как сильно я хочу этого. И тебе станет легче. — Я так уже скучаю по тебе… — тихо прошептала Фрин, сердце ныло от тоски, — ты не представляешь как у меня руки трясутся. — Надеюсь от моей неотразимости через телефон, — хваленно заявила Бекки и когда услышала еле слышный смешок Фрин, довольно продолжила, — ага, наконец посмеялась. Я знала, что мое чувство юмора застигнет тебя врасплох. Фрин подумала как бы сейчас хорошо было бы прижаться к ней. Зарыться руками в ее волосы, мягко целовать ее, увидеть смущенную улыбку. — Все, мне пора, — кратко ответила Фрин, — я пошла. — Покажи им всем какая ты классная писательница, — Фрин с большой неохотой выключила звонок и мысленно представила как ее Бекки сейчас переживает. Она ведь знает, что они обе волнуются. За кулисы пришел Сомчай: — Готовы? Вас там ждут, — Фрин утвердительно покачала головой.

***

Девушка вышла на сцену с негнущимися ногами и руками, будто соткана из ваты. Но увидев людей перед собой немного успокоилась: не пусто, значит ее действительно ждали. В углу был фотограф, он запечатлел ее выход. Аплодисменты и музыка стихли и девушка взяла микрофон, начиная свой монолог. — Здравствуйте. Меня зовут Фрин Армстронг. Я автор биографии под названием «Могу, но зачем?». Я ее написала полгода назад об известной филологине Кейт Беркер, — Фрин держала в руках собственную книгу. На обложке была изображена женщина о которой шла речь. Презентацию переключал отдельный человек, Фрин подошла к трибуне за пару шагов и положила книгу на нее. — Эта женщина зацепила меня своей историей. Однажды, когда я листала очередные литературные статьи в поиске вдохновения, мне на почту написал ее сын. Его зовут Поло Беркер. Он попросил меня ознакомиться с историей его мамы. Мне показалось это интересным. Поло прислал мне ее дневники, фотографии. При жизни Кейт хотела написать автобиографию про себя, но увлеклась воспитанием детей, затем внуков. И так и не написала. Ее внимательно слушали, была не давящая, а идеальная и спокойная тишина. — …В ее жизни было многое. Она хотела поделиться опытом как смогла совмещать филологию, семью и болезнь. Кейт болела системной красной волчанкой, страдала от бессонницы, депрессии. Но несмотря на это — создавала чудесные тексты про историю Англии, ее литературу, изучала происхождение слов. Родственники запомнили ее светлым и добрым человеком. Фрин сделала глоток воды из бутылки, потому что в горле першило. — В частности, дневники которые она оставила детям, содержат стихи. В основном о любви. Я бы хотела вам зачитать одно из этих стихотворений. Зрители приготовились слушать. — Плыла рыбка и мечтала, Что у нее нет причала. А был бы причал приплыла бы я к нему И отдала душу рыбаку. Поймал бы меня отец той дочки, что я люблю И рассказала бы я историю свою. Про то, как увидела ее одну Мечтающую, но не мою. Я б выполнила для нее желание одно И уплыла бы на дно. Она закончила читать стихотворение и осмотрела публику. Кто-то записывал в блокнот свои пометки, кто-то не отрывал взгляда на нее. — Жизнь Кейт полна сюрпризов. И плохих и хороших. Вся информация, что написана в книге, взята из первых уст ее детей. В основном Поло рассказывал о ней. Я почувствовала, что миру нужно знать о таких сильных людях. Кейт несколько раз оказывалась на грани жизни и смерти из-за своей болезни. Но чудом выживала. И каждый день для нее был сложным шагом, иногда она не могла встать с кровати из-за самочувствия. А иногда весь день занималась работой и детьми. Фрин перестала переживать. Она поняла, что всем интересно. И никто даже не достает телефон, дабы пропустить это время. Слабо улыбнулась самой себе и зачитала пару записей из дневника филологини. А когда ее презентация закончилась, то Сомчай попросил задавать вопросы Фрин. Читатели поднимали руки. — Почему такое название? — один из людей встал и с интересом спросил Фрин. — Потому что Кейт часто задавала этот вопрос себе. Однажды, ей стало слишком тяжело совмещать несколько разных жизней и она подумала: я все могу, но зачем? Это даст мне сил? Это поможет в карьере? Это не испортит отношения с семьёй? А точно ли я могу, или опять не рассчитаю свои силы? Поло говорил, что Кейт со временем пришла к этому. К принятию, что невозможно делать все подряд. А когда подводит здоровье, то физически сложно себя поднять с кровати. — Спасибо за ответ, мисс Армстронг, — парень сел обратно на сиденье. Спустя пару вопросов о конкретных частях биографии Кейт, одна женщина поднялась и захотела узнать побольше о будущем Фрин: — Планируете ли вы писать дальше биографии? Может, хотите поменять направление? Фрин подумала пару секунд и ответила: — Я размышляла об этом. И у меня есть идеи для книги в более художественном формате. Она в процессе, и это что-то новое для меня. — Почему вы пишите именно биографии? — спросила другая женщина, почти бабушка. Фрин удивилась, что ее читатели, оказывается, совершенно разных возрастов. — Когда я была младше, то видела вокруг себя людей с багажом знаний и опыта, который пропадает просто так. Они уходили из жизни, и никто не узнавал об их интересных историях, удивительных ситуациях, — Фрин сглотнула ком в горле, — я хочу, чтобы мы не забывали, что среди нас есть люди со сложными жизнями и если они справились и чего-то добились, значит возможно все. Когда закончились все вопросы, то Фрин прошла к удобному креслу и расположилась, ожидая читателей с листочками для автографов, чтобы поставить свою подпись. Также, она выдавала им открытки, заранее подписанные. Она говорила с каждым человеком по минуте, многие говорили слова благодарностей, дарили подарки, и нервничали не слабее самой Фрин. Девушка же, ощущала, что скоро все закончится и могла позволить себе ментально отдохнуть. Последний человек подошёл к ней, вручил машинки для Лиары и Фрин поблагодарила его, как и всех на этом мероприятии. Читатели знали, что у нее есть семья и старались выразить теплые слова, пожелать им всего доброго. Сомчай стоял с цветами и отдал их Фрин, говоря всей публике: — Давайте похлопаем Фрин Армстронг, молодой писательнице и просто замечательному человеку! — Фрин взяла букет и устало улыбнулась всем присутствующим. — Спасибо, что пришли. Мне очень приятно, что вы выделили время, — заключительные слова Фрин. Она зашла в «зелёную» комнату, положила цветы на стол, а за ней плелся Сомчай с обилием подарком в руках от всех читателей. — Я пришлю курьера, — пообещал он, а у Фрин даже не было сил как-то отреагировать. Она просто выдохнула и выдохлась. Но на душе было приятное послевкусие. Собравшись с силами, Фрин пришла в детский уголок. Лиара внимательно выводила карандашом линии, а Ариса на доске показывала пример. Они рисовали ёжика. — Ну как вы? — тихо спросила Фрин, а Лиара услышав ее голос бросила листок и встала из-за стола. — Ты пришла! А мы рисовали. Я теперь умею и лошадь рисовать, и даже медведя! — она активно гримасничала изображая животных, — посмотри, как красиво! Фрин прошлась глазами по рисункам. И вправду неплохо. Даже очень хорошо. — Я думаю, у нее есть определенные способности к этому делу. Присмотрись, Фрин, — подметила Ариса, — Лиара быстро схватывает и чувствует анатомию животных. А это сложно для ребенка, — девушка сложила все рисунки в прозрачную папку, — держи. Она очень хорошо постаралась. Фрин взяла творчество Лиары и взяла малышку за руку. — Спасибо, что присмотрела за ней. Дочь, пойдем покушаем. — Пошли, пошли, пошли, — бесконечно повторяла девочка и они вышли из библиотеки.