Месть и Зависимость

tenebris saecula

Смерть. Смерть — это то, что преследует меня с самого рождения. Ходит около меня, гонится, пытается догнать. Но я быстрее. Смерть матери. Затем отца. Потеряла всех, кем дорожила. Кажется, пришла и моя очередь.

***

Мэрибель лежала ничком, прислушиваясь к тишине. Совершенно одна. Никто не наблюдал за ней. Здесь никого не было. Она была не вполне уверена, что сама здесь есть. Прошло довольно много времени — а может быть, никакого времени не проходило, — и ей пришло в голову, что она существует, что она не просто бестелесная мысль, потому что она лежит, определенно лежит на чем-то. Следовательно, у неё есть чувство осязания, и к тому же существует поверхность, на которой она лежит. Придя к этому выводу, Мерибель почти тут же осознала и тот факт, что она лежит на чем-то холодном и мокром. Мэри спросила себя, не сохранилось ли у неё и зрение, раз есть осязание. Открывая глаза, она поняла, что они по прежнему при ней. Девушка лежала в тёмном тумане — правда, подобного тумана она никогда прежде не видела. Вдали виднеются, как ей показалось, светлячки. Поверхность, на которой она лежала, казалась холодной, мокрой, колючей, то, на чём было невозможным находиться. Мерибель села. Это движение воспроизвело механизм, который отдаётся болью в конечностях. Однако, прекращение её свидетельствовало о конце? Конце не только страданий, но и её существованию? — Абсурд, — криво усмехнулась девушка, встав и оглядевшись. — Пофилософствуй — ум вскружится. Следует ли меня начать карьеру писательства? Нахожусь ли я в бреду? Чем дольше она приглядывалась, тем больше видела. Высоко вверху поблескивала луна.

***

Может быть, это и есть выход? Не вижу даже силуэт собственных рук. Пытаюсь подняться на ноги. Они все ещё дрожат после «Коронации». Стою пару минут в тишине, пытаюсь все обдумать, вспомнить события, которые привели к такому состоянию. Грех. Грех, который стоит мне жизни. Бледные руки дотронулись до холодного серебра…как взяла её в руки… и наконец… как надела диадему на свою голову… Боль… Мне хотелось кричать. Глупость. Глупость. Глупость. Глупость. Как можно быть такой глупой. «Второе правило, которое тебе надо запомнить, Мэри.–его голос стал серьёзным. —Находясь в нелегкой ситуации, не стоит строить из мухи — слона, представь проблему как запутанный узел, чем больше ты дёргаешься, нервничаешь и боишься, тем больше ты запутываешь узел и наоборот, если ты спокойна, и расслаблена — ты распутываешь его.» Мне хотелось плакать. «Третье правило—Слезы. Слезами ничего не изменишь, потому что миру нет дела до твоих слёз. Однако, люди плачут не потому, что они слабые, а потому, что они были сильными слишком долгое время. Ты ведь сильная? Попытайся считать от 1 до 7.» Замолчи. Замолчи. Хватит. Снова воспоминания. Прошу… Один. Горло сдавливает ком, усиливаясь с каждым моментом. Оно горит, словно от ожога. Два. Губы начали дрожать, нижняя губа дёргаться. Три. Дыхание стало более прерывистым. Четыре. Очередное воспоминание начинает лезть в голову, затуманивая разум. Пять. Блокируй. Блокируй. Блокируй. Не думай. Шесть. Стало легче дышать. Губы перестали дёргаться. Дыхание стало ровным. Семь. Зрение вернулось. Я вернулась к реальности, жадно глотая воздух. Упала на колени. Справляясь с нахлынувшими эмоциями. Необходимо проверить на наличие палочки. Она на месте. Палочка лежит в своеобразной ножны. Мне показалось неудобным носить её в кармане или в мантии. Поэтому на уровне бёдер висит кармашек из кожи вместе с палочкой. Быстро, удобно и безопасно. Осматриваюсь вокруг. Вижу силуэты деревьев. Деревьев? По моим воспоминаниям, я была в Выручай-Комнате. Дотронулась до диадемы… и я здесь. Могло ли меня отбросить? Если да, то где я сейчас? И надо ли мне кричать, звать на помощь? Нет. Если я начну кричать, то меня может найти Пожиратель Смерти или кто-то хуже. И тут вопрос у него возникнет: Как же я прошла мимо них и осталась незамеченной? Хоть я и не была в школьной форме, думаю по мне не трудно догадаться, что я ещё ученица Хогвартса. А если слишком далеко меня отбросило? Тех, кто может обо мне беспокоиться, уже давно нет в живых. Искать не будут. Это я знала точно. Я пришла к выводу, что лучше не буду кричать, а осмотрюсь вокруг. Наложила вокруг себя Пульсито Силентиум. Резко потемнело в глазах. Я была все еще слаба для заклинаний. Держу палочку наготове. Однако на атаку сил не хватит. Я понимала, что палочка скорее для уверенности. Вариант с Трансгрессией я даже не рассматривала. Я бы трансгрессировала, только вот, расщепленной оказаться не хотелось. В небе светила яркая луна, но на нее все время наплывали облака и погружали землю во мрак. Разве не чудесно ночь смотреть на звездное небо и загадывать желание на падающие звезды? Только вот, наше чудо уже мёртвое, как и желания, которые мы загадываем. Потому что звезда — свет, проблеск, которому уже очень много лет… И он мертв, как и мои желания теперь… Тучи все сильнее сгущались над небом. Вероятно, что дождь или гроза. Я понимаю, что необходимо найти выход или хотя бы спрятаться… Но сил не было. У меня была невыносимая жажда, который был стимулом двигаться дальше. Также на улице все холодало. А если начнется дождь или гроза? Нет, нужно спрятаться. Или понять, что меня окружает. Я лежала на мокрой траве, а около меня рос большой, и как мне думалось, старый дуб. Обойдя его, я поняла, что была окружена пятью заросшими тропинками. Однако, какая из них привела бы меня в безопасность? Вокруг по-прежнему сияли светлячки, несмотря на то, что первые капли дождя опустились на горизонт. Это было удивительно и непонятно для меня. Особенно то, что спустя мгновение, огоньки собрались в небольшую кучку и скрылись в темноте третьей тропинки. Нужно ли мне следовать за ними? Может я уже умерла, а светлячки единственный путь к спасению от вечных скитаний? Я все еще в бреду… В лесу царили тьма и тишина. Я углубилась в него, и вскоре, тропа разделилась. Пройдя мимо поросшего мхом пня, и услышав шум воды, поняла, что где-то поблизости должен находиться ручей. Огоньки уходили все глубже в лес. И где-то через полчаса деревья окончательно преградили мне путь. Огоньки ловко проскользили мимо прощелин, растворившись в воздухе. Вручную мне не избавиться от преграждения. Однако, была ли я способна на еще одно заклинание? Другого выхода не было. И направив палочку на деревья и прошептала в пустоту: — Бомбарда Максима. Белый огонек света попал в цель, и взрывная волна породила свет, который спустя несколько секунд погас, оставив лишь груду древесины на траве. Подняв голову, я увидела величественный замок. Хогвартс. Ноги подкосились, и я с трудом смогла устоять на месте. Он был другим. Другим, по сравнению с последними событиями. Дементоры, вечные тучи. Словно говорили о горе и положении Хогвартса. А сейчас он был родным. Таким, когда я приехала на первом курсе. С огромными амбициями и с радостью открытых передо мной возможностями. Шесть лет прошло. Шесть. Но что случилось сейчас. Он был таким, как шесть лет назад. Меня это радовало, но больше — пугало. Я не хочу отдаваться иллюзиям, здесь было что-то не так. Сейчас передо мной стоял сложный выбор. Поддаться им или нет? Однако, выбор сделали за меня. Иначе я никак не могу объяснить то, что я погрузилась во мрак. И открыла глаза лишь тогда, когда услышала голоса возле себя. Попробовала найти палочку, однако, не могла и пальцем пошевелить. Все тело было парализовано.

***

— Профессор, я буду тщательно следить за своим факультетом. Я заверяю, такого больше не повторится — сказал парень виноватым голосом. — Том, мальчик мой, конечно я тебе верю! Но по секрету скажу, что Альбус требует от Диппета большей внимательности к твоей личности. Я его уже пробовал отговаривать. — Профессор… — Мерлин, что тут происходит… На траве лежала девушка. Вся в земле, волосы были в крови. — Том, беги за помощью, хотя нет, сможешь её донести? Мерлин! — Конечно, профессор. — отрешенно сказал парень, взяв девушку на руки и понёс в сторону Хогвартса.

***

— Я тебе ещё раз говорю, Армандо. Я пошёл в Запретный лес, на поиски Бундимуна. И Том предложил мне свою помощь. — Это так, Том? — спросил мужчина. — Да, директор.— ответил парень. —А девушка? — недовольно сказал тот же мужчина, который явно не был рад всей ситуацией. —А девушка лежала на траве неподалеку от Хогвартса. Я честно говоря удивлён, что никто не заметил этого раньше. У Роланды Трюк был урок! Думаю, что не надо быть в полном сознании, чтобы догадаться, что этой девушкой была я. Армандо… Директор. Армандо Диппет? Я конечно могу ошибаться, ещё не отойдя от зелья, которое вероятно в меня впихнули, но он умер в октябре 1992. Если только… Нет, нет. Я никогда не отличалась чрезмерной мечтательностью или безумством. Однако мысль о том, что я попала в прошлое… А если все-таки попала, то куда именно? То, что это был Хогвартс –сомнений не возникало. Нужно было все тщательно обдумать, прежде чем начинать разговор, однако… — Кажется, она уже проснулась. — кратко заметил тот парень, который вероятно меня и нашёл с профессором. Черт. — Вот и выясним сейчас, все подробности. — вмешался в разговор мужчина. Придется открывать глаза. — Здравств… — пыталась поздороваться я и резко зажмурилась. Тут мне играть не пришлось, как только я начала говорить, голову поразила острая боль. —Слизнорт, подай склянку с зельем! — торопливо возразила женщина, как я полагаю целитель. Рядом стоял Гораций Слизнорт. Нет, не из моего времени. Зельевар на двадцать, а то и на сорок лет моложе. Мои предположения по поводу прошлого подтверждались, что не могло не повергнуть в ужас. Но только внутренне. Внешне, мне необходимо все также оставаться напуганной и сонной девушкой. На самом деле так это и было, но в иной степени. — Разумеется. — сказал Слизнорт, подав склянку. Он выглядел сбитым с толку. — Вот держи, выпей! — шепнула целитель, вложа в мои руки зелье красного цвета. Сомнений не было, это Крововосполняющее зелье. Я его принимала каждые 3 часа, когда меня укусила змея. Каждые 3 часа дали мне запомнить его горький вкус. Ладно укус змеи, но сейчас… зачем мне это зелье. Есть предположение, что когда я теряла сознание, то ударилась головой. — Выпей, милая! Это не отрава, а Крововосполняющее зелье — милым голосом сказала женщина. Тут я осознала, что непристойно долго смотрю на свои руки, погруженная в воспоминания. Когда-то я научусь их контролировать, а не они меня. Подумалось мне, и я уже решив выпить зелье, но меня остановил веселый смех Слизнорта. — Конечно не отрава, его варил Том Реддл, мой лучший ученик! За него я ручаюсь! Он вас и принёс до Хогвартса. Ох, даже не знаю, что бы делал, если он не пошёл со мной?! — сказал Слизнорт, жестом указывая на парня, которого я до этого момента не замечала. —Профессор, вы мне льстите! — вежливо улыбнулся парень, то ли мне, то ли себе. Но когда все внимание снова было уставлено на меня, на его лице пролизнула самодовольная улыбка. Том Реддл. Нет.Нет.Нет.Нет. Я сильно проебал… Школьные годы Тома Реддла. Волан-де-морта, Темного Лорда. Я могу его называть любым именем. От этого он или его поступки моральнее не становятся. Вспомнив про зелье: я сомневаюсь, что он был настолько неосмотрителен, чтобы варить отраву при свидетелях. Особенно для невинной девушки. Так ведь? Необходимо свыкнуться, что в этом времени Реддл ко мне равнодушен. Он еще не Темный Лорд. Соберись. Думалось мне, пока мои дрожащие руки тянулись к моему лицу. Выпив его, я почувствовала тот-же горьковатый вкус. — Спасибо за зелье. — поблагодарила я парня. На что получила кивок в ответ. Только сейчас я заметила, что была не в своей одежде. Палочка. Её не было, как и кармашка для ее хранения. —Где моя палочка? — сказала я, прежде чем осознала это. Очень неосмотрительно! С каждым сказанным словом и совершенным действием, я все больше в себе разочаровываюсь. Где же моя собранность? Где? Однако все смотрели на меня… С пониманием? —Она у меня, если вам так будет безопаснее мисс, я могу вам её принести — сказала целитель с сочувственным тоном, тоном которого я не понимала. Женщина тем временем удалилась в свой кабинет, который в будущем будет принадлежать Мадам Помфри. — Мы понимаем вашу заботу о своей безопасности, мисс. Но в Хогвартсе вам ничего не угрожает.–сказал Диппет. На что я, лишь рассеяно кивнула. «забота о своей безопасности»? Геллерт Грин-де-Вальд. Ещё одного Тёмного мага не хватало. Один растёт, так ещё на тебе… Если он сейчас продолжает свои злодеяния, и Том, примерно на том же курсе, что и я. То есть на шестом, то сейчас примерно 1943 год. Вспоминай. Через год состоится дуэль между Альбусом Дамблдором и Геллерт Грин-де-Вальдом. Пятьдесят пять лет. Именно на столько я перенеслась в прошлое… Тем временем целитель принесла мою палочку. Взяв её в руки, по всему телу прошёл холодок. Это было первым наблюдением о волшебном мире, которое я узнала от родителей. «Знаешь, сложно описать словами чувство, когда берёшь палочку в руку. Но я попытаюсь: будто тысячи искринок загораются в твоём теле, согревая тебя и принося тепло.» У меня было все наоборот, становилось холодно, но я признавала её родной. Отцу я так и не успела об этом сказать. Не успела. Я понимала, надо придумать легенду, по которой я оказалась в таком положении. Если связать мою судьбу с Грин-Де-Вальдом, то что, моих родителей убил тёмный маг. Я была на домашнем обучении. При трансгрессии все бумаги чудесным способом испарились? Чушь конечно. Надо придумать что-то более правдоподобно. В принципе история с Грин-Де-Вальдом более или менее. Но вот с бумагами. В Магическом мире все не так легко, как хотелось бы. — Мне бы не хотелось задавать столь неудобный вопрос, Мисс… –начал беседу директор Диппет. — Мисс Дарклинг, сэр — ответила я свою настоящую фамилию, не видя смысла скрывать единственного обладателя этой фамилии. —Мисс Дарклинг, я директор Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс Армандо Диппет. Я бы хотел задать вам пару вопросов. Вы сможете на них ответить? —Да, директор, смогу. Но прежде, я бы хотела спросить, какое сегодня число? –спросила я, пытаясь оттянуть предстоящий разговор. —Сегодня седьмое сентября. –нетерпеливо и быстро бросил Армандо, явно желая поскорее избавиться от проблемы. —Мы нашли вас без сознания на траве возле территории нашей школы. Я бы хотел поинтересоваться, как так вышло. Как Вы здесь оказались?! — Я помню, что мы с родителями собирались гулять… Но затем раздались хлопки трансгрессии. А дальше я особо ничего не помню. Только отрывки. Смерть и… –слезы начали образовываться в уголках моих глаз. Больше драмы, Дорогая! Сама попала в эту ситуацию, решай… — Чья смерть? — отрешенно спрашивает Диппет. Было настолько тихо, что было слышно лишь мои всхлипы. —Моих родителей. — сказала я, сделав паузу, а затем начала плакать. Свойственно беде, которую я выдумала. Отчасти, от моего настоящего положения. Но я старалась не думать об этом. —Мерлин… — неверяще вымолвил Слизнорт. —Если вы устали или не хотите говорить, можете отказаться Мисс Дарклинг! — сказал директор. — Нет, я сейчас успокоюсь, Сэр. Только дайте время. — сказала я, уткнувшись лицом в ладони. И начала думать по поводу документов. Ситуация была куда хуже и сложнее, чем я могла себе представить. Если верить Катберту Бинсу, то в это время. особенно было распространено движение против магглорожденных или грязнокровок. В свое время, я была чистокровной, хоть моя фамилия и не входила в Священные двадцать восемь. А тут, если я скажу, что полукровка, думаю, что никто придираться не будет. — Я думаю, что готова, Сэр… — сказала я, убрав руки от лица. Смотря на директора с печалью и в перемешку с непониманием. — Ну если готовы, то позволите задать вопрос? На что я ответила слабым кивком. — Как звали ваших родителей? — спросил директор. — Мама была маглом, ее звали Амелия Уильямс, а отец был волшебником — Александр Дарклинг. — То есть, вы полукровка — спросил Том, все это время стоящий рядом со Слизнортом. — Это так. — А что по поводу обучения? — на этот раз уже Слизнорт подал голос. —Моя мама отказалась отдавать меня в Хогвартс или иное Магическое учреждение. Она до конца не верила в происходящее. Поэтому я обучалась на дому. С одиннадцати лет я училась у своего отца, параллельно проходя магловскую программу. Что отчасти так и было, я изучала такие предметы как иностранный язык, математика, химия и физика, но только по своей инициативе. — Сейчас я должна проходить шестой курс. Но я все ещё не сдала СОВ. Из-за Грин-Де-Вальда мы вечно переезжали. — В таком случае, у нас есть к вам предложение. Вы сдаёте СОВ за пятый курс, и по мере результатов мы вас распределяем на один из четырех факультетов: Гриффиндор, Когтевран, Пуффендуй и Слизерин. А на этом я думаю, что мы можем закончить. Я понимаю ужас всей ситуации, поэтому мы оставим вас отдыхать. — сказал директор и вышел из больничного крыла, вместе с другими профессорами и Томом Реддлом. Я осталась одна. Одна, вместе с информацией свалившаяся на меня за этот промежуток времени. Все было очень плохо. Мне показалось странным то, что они сразу согласились. Не потребовав документы. Не проверили моё имя, кровь. Меня пугала неизвестность. Тем более в такие тёмные времена, как сейчас. Означало ли это, что они меня сразу раскрыли и ждут моих следующих действий? Или действительно с системой безопасности в Хогвартсе все было так плохо. Мне кажется, что Грин-Де-Вальду, чтобы победить Дамблдора надо было выпить оборотное зелье. Проникнуть точно также, как и я. И убить Дамблдора ночью. Чтобы уж наверняка победить, нужно подлить Ослабляющее зелье перед этим. Хотя, мороки то сколько. А следовало ли вообще приплетать Грин-Де-Вальда в эту историю? Сколько последствий от этого. А если спросят место в котором мы гуляли? Эту информацию легко проверить… Однако, это лучшее, что я могла придумать. Еще и Том Реддл. Сомневаюсь, что смогу спокойно переносить его в одном кабинете. Главное быть с ним вежливой, будто я его вижу впервые. Будто не он погубил моих родителей… Необходимо вспомнить всю хронологию событий. 1 сентября 1938 года. Том при распределении попадает в Слизерин. В школе Том был всегда со всеми вежлив, выдержан, учителя отмечали у этого красивого сироты искреннюю тягу к знаниям, это был лучший ученик не только на факультете, но и во всей школе. Постепенно вокруг него начала собираться довольно пёстрая толпа единомышленников самого разного возраста и склада характера. В июне 1943 года, под взглядом вызванного Томом василиска гибнет маглорождённая когтевранка Миртл Уоррен, а буквально через месяц Волан-де-Морт хладнокровно насылает смертоносное заклятье на родного отца, деда и бабушку. При этом виновным в их убийстве делает брата матери, предварительно ограбив его. Значит, он уже сделал свой второй крестраж, кольцо Мраксов. Я себя презентовала, как сироту. Значит, на летних каникулах я буду одна с Томом Реддлом в приюте. Нет. Опять он… Вторым наблюдением в волшебном мире, было то, что мой Род содержит много тайн. Как бы я не хотела развязать этот ком вопросов, он все больше запутывался. Он исходит от моих родителей. Вот просто так появился. Внезапно. Я единственная наследница. Бабушки или дедушки у меня нет. А родителей я не успела спросить. Они погибли, едва я успела сесть в поезд Хогвартс-Экспресс. Так я и осталась сиротой. Проведя все шесть лет в Хогвартсе или в приюте Вула.

***

Это место для меня настолько отвратительно. От улицы приютский голый и пустой дворик отделяют чугунные ворота, унылое квадратное здание приюта окружает высокая решётка, пол прихожей выложен безрадостной белой и чёрной плиткой. Всё говорит о том, что денег попечителей и усилий главы приюта миссис Вилсон хватает только на то, чтобы поддерживать в заведении чистоту и порядок. Дети накормлены, пусть бедно, но опрятно одеты и обуты, об нашем здоровье заботятся, раз в год нас даже вывозят на природу. Однако на то, чтобы дать бедным сиротам хоть толику любви, не хватает ни сил миссис Вилсон, ни желания двух её помощниц. Это я познала через неделю пребывания там. Сидя в подвале из-за того, что я ничего не съела за ужином. Миссис Вилсон, посчитала, что это неуважение к дарам Божьим.

***

Основные детали я продумала, остальное буду продумывать на ходу. Даже, если это и очередная игра Дамблдора, но завтра надо ещё СОВ сдавать. Показать все свои способности? Я не без понятия. Я даже не знаю, остались ли они со мной в этом времени?