Окрылённый

Мальчик поникше садится на дряхлый стул. Ладони цепляются за него и ощущают вылезшие занозы. — Руки на колени.— И мальчик слушается, отцепляет руки, кривясь от подцепленной занозы на пальце. Сзади рассерженно фыркают.— Я предупреждал.— Темная фигура движется к замершему мальчику и садится перед ним. Ладонь дёргают к себе, рассматривая рану, игнорируя протесты Серёжи и его пугливый взгляд. Рука сжимается на тонком запястье сильнее, что попытка дёрнуть и вырвать руку не получится.— Замолчи, хуже будет.— Шипяще цедит ворон и исподлобья сталью смотрит. Сережа замолкает и закрывает глаза, затаив дыхание. Когтистая рука легонько нажимает на подушечки пальцев. Мальчик кривится и втягивает шумно воздух. Птица замечает изменение и устремляет своё внимание на еле видный кусочек дерева, прилегающий к покрасневшей коже. Кончики когтей подхватывают занозу и вытягивают резко, чтобы боль быстрее прошла. Ворон к себе ближе ладонь подносит и дует на рану, чтобы убрать дискомфорт. Сережа даже не пискнул, лишь вздрогнул и приоткрыл глаза. Он любопытно уставился на ворона и его действия, ощущая неожиданную теплоту от заботы. Как от маминой, что давно не помнит. Сережа подрывается, обнимает Птицу тонкими и хрупкими руками, прижимаясь и роняя слезы на темные перья на плече. Ворон замирает, не зная что делать. Его уже человеческая ладонь положена на затылок мальчика и осторожно поглаживает пряди.— Вот нюни распустил. Не больно?— Более мягко говорит ворон, отстранив Серёжу от себя. Тыльной стороной ладони существо вытирает слезы с красных щек. — Немного щиплет.— Улыбается ярко мальчик и трёт глазки, что кожа немного краснеет. Птица не может сдержать улыбки, смотря на милое чудо, которое влезает в разные проблемы. Руки убирают ладошки с личика. — Не три, раздражение получишь. Садись.— Ворон поднимается, подходит к старому покосившемуся столу и берет ножницы, на пробу проводя пальцами по лезвию. Остро. Режет хорошо.— Сиди смирно.— Сережа кивает и руками сжимает свой фиолетовый свитер. В комнате прохладно и батареи давно не греют. Старые уже. Мысли завладевают мальчиком. Как же он будет переживать зиму. Совсем замёрзнет, как снеговик. Жёсткий гребешок проходится по рыжим прядям, расчесывая и укладывая их. Ворон скептически рассматривает неровный срез и продумывает, как лучше сделать. Гребешок оттягивает локон, пальцы сразу подцепляют его, а предмет меняют на ножницы. Пряди летят вниз, цепляются за свитер или щекочут шею. Сережа раз ёжится и получает несильно подзатыльник.— Я сказал, не дергаться.— Приказывает ему Птица и хмурится, рассматривая неровность. После среза локоны вздымаются, завиваются кудрями. Сережа хихикает и замолкает, чтобы не отвлекать. Приятная тишина даётся ему легко. От ожидания мальчик болтает немного ногами, мнет свитер, наклоняет голову тогда, когда скажут. Птица оценивает проделанную работу, одобрительно кивает и встаёт перед Сережей. Пальцы касаются подбородка и вынуждают мальчишку поднять голову вверх.— Потерпи ещё чуть-чуть.— Оживленный кивок, и ножницы срезают неровные пряди, гребешок выпрямляет их, и ворон подравнивает получившуюся челку. Он, конечно, не парикмахер, но ходить его маленькому другу так не позволит. Существо садится на корточки перед мальчиком, ладони кладет на щеки и поворачивает немного голову то вправо, затем влево, осматривая. Пальцы в конечном итоге взлохмачивают рыжие короткие пряди, придавая временный объем. Птица усмехается и кивает, мол всё—можешь смотреть. Мальчик подбегает к столику, хватает зеркальце с трещиной посередине. Смотрит на себя. Короткие локоны вьются и как нужно ложатся. Серёже нравится, хоть и длинные волосы ему шли, но так даже красивее. Да и веснушки так более приятны ему, ведь раньше он их не любил. Птица закусывает чуть губу от возникшего беспокойства. А вдруг не понравится. Мальчик с сияющей улыбкой подбегает к пернатому другу, обнимает его за ноги и смотрит наверх на него восхищенными широкими глазками.— Спасибо-спасибо-спасибо! Мне очень нравится!— И у существа от сердца отлегло. Он трепет мальчишку за волосы, разлохматив совсем и коротко улыбается уголком губ. — Не за что. Теперь бегом спать. — А ты? — Мне не зачем, да и кто-то уже взрослый.— Ворон хитро прищуривается и усмехается.— Или нет? Сережа колеблется, утыкается носиком в бедро, поддевая несколько перьев. Он бегает взглядом и не знает что ответить. — Фора пять минут. Не успеешь, будешь один спать.— Шепчет строго Птица, довольно скалясь. Сережа резко отрывается, удивлённо смотрит на него. А пернатый лишь закатывает глаза, улыбаясь, и в угрожающем жесте выставляет руки вперёд к мальчишке, что тот задорно пискнул и побежал переодеваться. Сегодня Птица снова раскрывает крылья и укрывает ими мальчика, который быстро уснул почти на его руках, оплетая своим тельцем целиком. Ночь показывается лунным светом. Все спят. Птица строит грандиозный план по мести. Но пусть Сережа сначала заснёт. —Спи, скоро все враги будут повержены.— А каким способом, лучше мальчику не знать. Пока что.