Больше короны

Дилюк и не заметил, как минуло четыре года, и он занял трон своего отца. Все случилось до ужаса предсказуемо, но для Дилюка это было самое неожиданное событие, какое только могло произойти. Он до последнего не верил, что Крепус так скоро покинет этот мир. Полгода он не отходил от его кровати. Полгода не желал слушать наставления отца, утверждая, что занимать его трон он планирует не раньше чем через десять лет, а лучше и больше. Полгода потребовалось, чтобы неизбежное наконец случилось, а на осознание потребуется еще больше. Дилюк до сих пор иногда думает, что Крепус сидит в своих покоях и скоро придет к нему о чем-нибудь поговорить. Что вот совсем скоро они снова встретятся в трапезной и обсудят будущий план по улучшению государства, снова шуточно повздорят, а Чжун Ли будет внимательно слушать обоих и приведет их к примирению в виде идеального решения проблемы. Рагнвиндру до сих пор больно смотреть на постамент отца в саду, ведь мысленно тут же возникает его образ. Живой образ. В день смерти Крепуса многие во дворце со слезами на глазах выдохнули с облегчением: тяжело смотреть на страдания другого, понимая, что тебя может ждать то же самое в будущем. От тяжелой смерти не застрахован даже король — чем же остальные лучше? В тот день Дилюк заперся у себя в комнате и не выходил оттуда до рассвета. Служанки говорили, что временами оттуда доносились крики и звуки разбивающегося стекла. На следующее утро он вышел из своих покоев со спокойным выражением лица и принялся за работу. Чжун Ли заметил, что у Рагнвиндра были красные глаза, а под ними залегли синяки. Все знали, что Дилюк был очень привязан к своему отцу и что его потеря давалась Рагнвиндру тяжело, но только Джинн знала насколько. Дилюк написал ей всего-лишь одно письмо, в нем было не больше пяти строчек, одну из которых занимало соответствующее правилам этикета приветствие. Предложения были сухие, в них было больше фактов, чем переживаний юноши, но даже этого ей хватило, чтобы все понять. Она знала, что чем более безэмоциональным становился ее друг, тем тяжелее было у него на сердце. Она тут же написала ответ. В нем не было привычного в такие моменты «ты справишься», «мне жаль» и «все будет хорошо» — Дилюк терпеть не мог подобных фраз. Вместо этого она написала короткое: «Ты так долго говорил, что сделаешь все, чтобы стать достойным правителем, теперь настало время показать, насколько правдивы были твои слова. Не подведи своего отца, он на тебя надеялся при жизни, и все еще надеется с неба». Это было именно то, что ему нужно было услышать. Джинн как всегда мастерски подобрала слова в ту минуту. В начале было тяжело, даже страшно. Стоять во время коронации перед толпой людей, говорить речь, держаться достойно перед аристократией — все эти вещи были для него совершенно обычными. Только тогда Дилюк стоял перед всеми в качестве принца. Когда же он стал королем, то все это стало ощущаться по-другому. — Это так тяжело, Чжун Ли, как только отец со всем этим справлялся? — однажды вечером спросил Дилюк, сев в кресло и склонив голову к коленям. — Все не переставая смотрят на меня и запоминают каждое слово. У меня возникает ощущение, что что бы я ни говорил, это вызывает у народа одни лишь упреки и недовольство. — Будь все на самом деле так, вас бы не слушали с таким вниманием и уважением. И, уж поверьте, если бы люди были недовольны, вы бы уже давно знали об этом, — королевский советник сидел напротив, читая книгу. — Я слышу, как они перешептываются, стоит мне только отойти. — А знаете ли вы о чем они говорят? — А ты знаешь? — тут Дилюк поднял голову, внимательно уставившись на мужчину. — Они удивлены, что вы в столь юном возрасте прекрасно разбираетесь в совершенно различных сферах. Есть и те, кто относится к вам с настороженностью, считая ваше поведение превосходной игрой. Большинство же считают, что у прошлых короля и королевы просто не могло быть менее одаренного ребенка. — И откуда у тебя такая осведомленность в сплетнях народа? — саркастично произнес Дилюк. Помнится, Чжун Ли всегда подчеркивал, что перешептывания людей за чужими спинами его не особо интересуют. — У дворца есть вездесущие уши в виде прислуг, — просто сказал мужчина, слегка улыбнувшись. Его ушами выступал один несносный казначей, любящий поговорить обо всех со всеми. — Надеюсь, что твои слова правдивы, — Дилюк выпрямился и глубоко вздохнул. Слова главного советника его немного успокоили и даже ободрили. Теперь понятно, почему отец всегда к нему прислушивался. — Вам стоит пойти отдохнуть, завтра будет тяжелый день. — Не думаю, что теперь в моей жизнь хоть один день можно будет назвать легким, — устало ухмыльнулся Дилюк, все же поднимаясь с кресла. — Тебе тоже не мешало бы отдохнуть, ты сегодня еле на ногах стоял весь день. — Голова болит немного, все хорошо, — отмахнулся Чжун Ли, смотря на своего правителя. — Ну как знаешь. Тогда доброй ночи. — Доброй ночи, — мужчина встал и низко поклонился, смотря вслед Рагнвиндру, а у того подобное действие вызвало улыбку. Когда Дилюк был принцем, тот лишь в знак уважения склонял перед ним голову. Так непривычно ощущать себя в новом статусе.

***

Время летело, подобно стреле. Аудиенции с народом, бумажная волокита, восстановление церкви, грандиозное празднество по поводу дня основания Тейвата. Дилюк и забыл, что раньше жил по-другому: часами просиживал в библиотеке, убивал время с Син Цю (который, кстати, спустя два года после коронации Дилюка занял место своего отца, став министром иностранных дел), бывало, целый день не слезал с Сокола, наслаждаясь природными просторами. Сейчас все это отошло на второй план. Но была одна вещь, которую Дилюк совершал независимо от занятости. Ежегодные походы в город. Не по королевским делам, как обычно делал Крепус. Он просто гулял по улицам города и наслаждался обычной жизнью. Чжун Ли это крайне не нравилось. «Вы необоснованно подвергаете свою жизнь опасности, отправляясь за стены дворца всего лишь с двумя почти не вооруженными стражниками». — Я отправляюсь в простолюдинской одежде, издалека я полностью сливаюсь с толпой, а вблизи без короны на голове меня мало кто узнает, — было ему ответом. В конечном итоге, главный советник успокоился, точнее, смирился с упрямством своего господина. Сыграло свою роль и то, что Дилюк брал с собой оружие. Когда Рагнвиндр совершил свой первый поход в город после коронации, он впервые почувствовал, что дышит свободно и дворцовые дела покидают его. Он почувствовал себя по-настоящему живым. Спустя год он уже точно знал все места, где мог найти Венти и послушать его истории и узнать самые последние новости королевства. Казалось, ни одно событие не ускользало от внимательных глаз барда. В один подобный день, когда Дилюк направлялся в таверну, он почувствовал, что за ним кто-то наблюдает. Приказав страже оставаться на месте, король вошел в безлюдный переулок. Будет нехорошо, если из-за чьей-то личной неприязни пострадают невинные люди. — Кто ты? Выходи по-хорошему, — мужчина крепко сжал меч, готовясь в любую секунду вытащить его из ножен. — Вот значит как мы встречаем старых друзей? — из темноты появился силуэт высокого мужчины с поднятыми руками. Рагнвиндр заметил два поблескивающих кинжала у него на бедре. — Мы знакомы? — Теперь уже я начал в этом сомневаться, — незнакомец вышел на свет, недовольно скрестив руки на груди. У него были короткие синие волосы, больше напоминавшие гнездо, один глаз был скрыт под черной повязкой, а другой ярко сиял, совсем как… — К… Кэйа? — О, так ты меня помнишь? — Альберих радостно улыбнулся. — Давно не виделись, Дилюк, ты сильно изменился. — Могу сказать о тебе то же самое, — Рагнвиндр убрал руку с меча и выпрямился. — Что с глазом? — А, ничего серьезного, я его просто… — Кэйа уже собирался по привычке отшутиться, сказав что-то на подобии «пропил» или «проиграл», как делал это обычно, но осекся, — законы улицы довольно жестоки, знаешь, всякие непредвиденные ситуации и прочее… — Альберих нервно почесал затылок. — Ты им видишь? — Нет, и ни сколько не страдаю от этого, — Кэйа долго внимательно рассматривал Дилюка, подмечая все детали. Бедный, но все же идеально чистый костюм крестьянина, учитывая холодный властный взгляд, смотрелся на нем слегка комично. — Почему Его Величество разгуливает по городу в обличии простолюдина? — Считай это моим хобби. — У богатых действительно свои причуды. — Ты все эти годы был в городе? — Не совсем, — уклончиво ответил мужчина. — Раньше ты был менее скрытным. — Много времени прошло, ты тоже совсем не похож на того мальца, что бегал за мной по городу. Я тогда даже не особо и осознавал, что таскал за собой настоящего принца. Для меня эти статусы особо не о чем не говорили. После этих слов Дилюк напрягся. — А сейчас? — Если ты прикажешь, то я, не думая, преклоню перед тобой колено. Но не жди чего-то большего — то, что ты сидишь на троне дает тебе право лишь казнить меня при надобности — не больше. Услышав этот развязный тон и шутливую манеру, Дилюк невольно улыбнулся. Ему стало значительно легче. — Сейчас ты находишься здесь не в качестве гостя, но если хочешь, то мы могли бы продолжить нашу давнюю экскурсию. Здесь есть еще несколько мест, куда Его Высочество точно не ходил. — Прошу, только без этих фамильярностей. Глаза Кэйи сверкнули: — Не любишь, когда к тебе обращаются по статусу? — Только не из твоих уст. — Ваше Величество, вы долго не возвращались, с вами все в порядке? — в переулок вбежало два стражника в такой же одежде что и Дилюк. — Все в порядке, я встретил старого друга. — А ваш друг, он… — Не должен никак вас интересовать, — тут же перебил Кэйа. В его голосе непривычно звучал металл. — Не беспокойтесь, ему можно доверять, — спокойно сказал Дилюк, хотя сейчас он озвучил скорее свои желания, чем реальные мысли. Все же никогда нельзя сказать, куда могла занести жизнь Кэйю за все эти годы. Столь неожиданное появление казалось ему странным, хотя и безумно радовало. Приятно видеть старых друзей, особенно тех, которых так давно искал. — Как прикажете, — стражники синхронно поклонились. Слово короля было для них законом. — Я не могу их отпустить, сам понимаешь. Они будут идти за нами на расстоянии. — Как жаль, что ты больше не сможешь от них убежать, — Кэйа, как и тогда, схватил Дилюка за руку и помчался прочь из переулка, — тогда пусть попробуют угнаться! — Кэйа, черт, мы же уже не дети! — Ой, да ладно тебе, засиделся небось в этом своем дворце, — в этих словах действительно была доля правды. Глянув назад и заметив бегущих за ними стражников с недоумевающими лицами, Дилюк впервые после смерти отца искренне рассмеялся, совсем забыв об окружающих людях. В этот раз они расступались и озабоченно смотрели странной компании в след. Дилюк не имел ни малейшего понятия, куда Кэйа завел его в этот раз. В начале их путь проходил через главные улицы, потом Альберих свернул на дорогу, где почти никого не было, и остановился перед совсем маленьким домиком. Дилюк наконец смог отдышаться. Кажется, за это время он не только не догнал Кэйю по физической подготовке, но и безнадежно отстал. — Не хочешь попробовать здешний напиток? Думаю, тебе понравится, — и, не дожидаясь ответа, Кэйа зашел в здание. Подождав стражу, Дилюк последовал за ним. Внутри было довольно тесно, но уютно, хотя и пусто. Оно и понятно — все-таки разгар рабочего дня. Несколько столиков и барная стойка напротив дверей — вот и все убранство. Даже та таверна, где Дилюк часто находил Венти, казалась просто гигантской, по сравнению с этим местом. — Держи, — едва Рагнвиндр подошел к стойке, как Кэйа тут же протянул ему стакан, наполненный красной жидкостью. — Что это? — Ежевичное вино. Никогда не пробовал? — Не приходилось. — И очень зря. — И часто ты алкоголь днем распиваешь? — Дилюк неоднозначно глянул на жидкость в своих руках. Он в принципе был равнодушен к алкоголю, а пить что-то крепкое днем было для него просто непозволительно. — Эй, даже не думай называть меня пьяницей, — Кэйа обиженно сложил руки на груди, отставив стакан. — Это вино является чем-то вроде визитной карточки города. Видел сколько у нас ежевики в лесу растет? А вам во дворец небось только что-то заграничное на стол и ставят, — мужчина исподлобья глянул на Дилюка, но почти сразу опустил плечи, приняв расслабленную позу. — Оно не очень крепкое. С одного стакана не опьянеешь, да и жарко сегодня, хоть охладишься. И пью я всяко поменьше нашего знакомого барда. — Я просто задал один вопрос, а ты мне целую речь сейчас рассказал, — улыбнулся Дилюк, но глоток вина все же сделал. И правда вкусно. Рагнвиндр мысленно сделал пометку поставить пару бутылок этого вина на стол на следующем празднике. — Да у тебя все на лице написано было, — Кэйа ту же взял свой стакан и сделал неспешный глоток. — Сколько я тебе должен? — Должен? — опешил Альберих. — Ты должен мне? Смешная шутка. Считай это моей благодарностью за то, что не забыл спустя столько лет. — Тебя даже если захочешь не забудешь. — Буду считать это не самым удачным комплиментом. Под недоумевающим взглядом Кэйи, Дилюк встал из-за стола, подошел к бармену и попросил два стакана воды, отдав сумму, несколько превышающую цену, он молча вручил стаканы стражникам. Они смирно стояли у стены. — Мудрый правитель заботится о каждом своем подчиненном, да? — Я бы назвал это человеческим отношением к остальным. — Знаешь, я однажды не многим позже нашей первой встречи беседовал с Венти о том, каким ты станешь правителем. Он говорил, что ты будешь скорее тем, кто правит из тени. Вцепишься в трон и будешь делать все возможное, чтобы быть максимально незаметным для других стран, да и для народа тоже. — А я думал, что он обо мне лучшего мнения. — Кто сказал, что тихий король — это плохо? — А разве нет? Никакого участия в жизни страны, никаких реформ, никакого развития в различных отраслях. Государство словно погрузится в сон с подобным правителем. — Стабильность это тоже неплохо, — Кэйа сделал последний глоток вина, поднимаясь на ноги. — Знаешь, каким правителем тебя представлял я? Дилюк промолчал, но по его внимательному взгляду Кэйа понял, что хочет. — Таким, каким ты и стал. Правда не ожидал, что ты будешь в крестьянской одежде по городу разгуливать. Кстати, — мужчина прищурил глаза, улыбнувшись, — ну так, на будущее, крестьяне обычно не носят спрятанный под плащом меч, да еще и, исходя по рукояти, весьма дорогой. Но это уже мелочи. — Просто мера предосторожности. Он не сильно бросается в глаза, — лицо Дилюка оставалось все таким же спокойным, хотя внутри он испытывал смешанные чувства, далекие от спокойствия. Кажется, только что вроде и похвалили, как тут же и высмеяли. — Твоя правда, думаю, будь я королем, поступил бы так же. — Неужели? — Ага. Никогда не знаешь, что может случится, лучше быть готовым ко всему. Кстати об этом, есть предположения, куда мы пойдем дальше? — Понятия не имею. Рагнвиндр понял, что Кэйа стал большим любителем поводить людей за нос и подшутить над ними. В будущем надо будет попытаться отучить его от подобного, а пока нужно смириться с его молчанием и хитрой улыбкой, с которой он вышел из таверны. В начале Дилюк думал, что Альберих покажет ему какое-нибудь отдаленное место в городе, о котором далеко не все жители знают, но когда они неожиданно вышли на дорогу, ведущую к выходу из города, Рагнвиндр немного удивился. — Помнишь, как я обогнал тебя на том лугу? — подойдя к воротам спросил Кэйа, глядя вдаль. — Ага. Ты был довольно тяжелым. — Врешь ты все. Катерина говорила, что во мне, кроме костей, ничего нет. — Не будь здесь стражи, я бы потребовал реванша. — А чем она мешает? Или не хочешь проигрывать на глазах у других? — Вот еще, — фыркнул Дилюк, горделиво подняв голову. — Королю не пристало носиться по полю, подобно ребенку. — Вот глупости какие. Так и скажи, что струсил. — Что? — Спорим не догонишь! — Подожди… Кэйа! Дилюк и опомниться не успел, как мужчина побежал вперед. Снова. Секунду поколебавшись, Дилюк не выдержал и побежал за ним, внутренне сгорая от стыда. Но все же, ему было весело. Особенно когда он в пару шагов перегнал Альбериха, оказавшись впереди. В этот раз он не обернется и не проиграет. — А ты стал бегать определенно лучше по сравнению с прошлым разом, — Дилюк еще не убрал руку от победоносного дерева, как боковым зрением заметил рядом стоящего Кэйю. Они финишировали одновременно. — Ты поддался? — Если только самую малость. Да ладно тебе, я стартовал раньше, поэтому все было честно, — заметив пристальный взгляд, сдался Кэйа. — Вообще, место, которое я хотел показать, находится несколько дальше. — Это не в городе? — Не-а. Это мое собственное место. Ну, по крайней мере, мне нравится так считать. Дилюк на секунду обернулся на перешептывающихся стражников. Заметив на себе взгляд правителя, те тут же встали по стойке смирно. — Насколько это далеко? — Уже хочешь вернуться? — Не хочу, но если поздно возвращусь в замок, то от Чжун Ли не отделаюсь. — Боже, королевский советник, который держит в страхе самого короля, ну разве не прелесть? — Эй. — Да шучу я. Успеем мы, это рядом. — Надеюсь на твою честность. — Я всегда держу свое слово, можешь не волноваться. Кэйа уверенно шел по почти полностью заросшей тропинке, город за спиной становится уже едва различим среди деревьев, когда они вышли к высокому холму. — Давай скорее, оттуда весь город как на ладони, — поторопил Кэйа, ускорив шаг. Перед закатом солнце особенно красиво освещает эти места. — Я иду сразу же за тобой. На вершине стояло одинокое высокое дерево, а впереди простирался прекраснейший вид на город и лес, которым он был окружен. Кэйа уже привычно сел под дерево, глядя на открывшуюся картину. — Я сюда прихожу, когда хочу собраться с мыслями и просто побыть в тишине. — Здесь очень красиво, — Дилюк встал рядом, направив взгляд вниз. Отсюда все улицы, по которым он ходил, все дома, которые он видел — все казалось каким-то другим, далеким, но безумно родным и прекрасным. — Мне это место как-то давно показала мама. Она любила сюда приходить, когда была еще совсем молодой. — Хах, а ты очевидно покажешь это место своему сыну. — Холм, передающийся по наследству? Звучит интересно. — Можно задать вопрос? — Смотря что ты хочешь узнать. — Почему тебя никто не видел в городе все это время? — Ты искал меня? — Кэйа поднял голову и шокировано глянул на Дилюка. А потом улыбнулся и обратно повернулся к городу. Его искали. Его хотели увидеть. Причем не абы кто, а сам принц, уже король этой страны. Не думал он, что способен запасть кому-то так в душу. Ему-то показалось, что Дилюк просто рад его видеть, но не больше. На душе становилось теплее от одной мысли о том, что Рагнвиндр бродил по улицам, ища такого оборванца, как он. — Ты долгое время был единственным человеком, которого я мог назвать другом. — Вот как, я польщен и обязательно возьму за это ответственность. — Ты не ответил на вопрос. — А я и не говорил, что отвечу. Дилюк обреченно вздохнул и сел рядом: — Чувствую себя обманутым. — У каждого человека должны быть свои секреты. Когда знаешь о ком-то абсолютно все — теряется его загадочное очарование. — Как по мне, лучше знать все о том, кого подпускаешь близко к себе — так не будет неприятных сюрпризов в будущем. — Хм, у каждого свой подход к общению, — Кэйа облокотился о ствол дерева, полностью расслабившись. — На что по твоему похоже это облако? — он поднял руку к небу, указывая на белый сгусток посередине неба. — Хм, сложно сказать. — Я вот вижу скачущую лошадь. — Лошадь? Мне кажется, больше похоже на птицу, — задумчиво ответил Дилюк, пару минут смотря на облако. — Серьезно? Как ты ее вообще увидел? — Думаю, то, что тебе видится копытами мне напоминает большой хвост. Пару секунд Кэйа пристально всматривался в небо, напрягая глаз, словно от этого зависело увидит он птицу или нет. — А, жар-птица, значит. Красивая. — Я думал о павлине, но твой вариант тоже неплох. — Я никогда не видел павлинов, только слышал. — А жар-птицу так каждый день на этом холме кормишь? — А вы, Ваше Величество, остры на язык, — хмыкнул Альберих, глянув на собеседника. — Нет, я в книжке видел картинку. Вот и вспомнил о ней сейчас. — Не помню таких книг. — Вам что во дворцах совсем сказок не читают? — Читают. Лет до пяти я их с удовольствием слушал, а потом я увидел, как один мальчик, не многим старше меня читает какую-то заумную книгу с мелким шрифтом и без картинок. Кажется она была по истории. Не знаю почему, но меня это так поразило, что я решил тоже почитать что-то подобное. Ну и как-то незаметно для меня все сказки были заменены более серьезной литературой. — Мда, я-то думал, что ты стал серьезным с годами, а ты оказывается был таким всегда. — Думаю, Чжун Ли будет другого мнения. — Ты доставал главного советника короля? — Альберих с интересом повернулся всем телом к Дилюку. Неожиданная новость. — Не всегда же мне исполнять роль примерного принца, — Рагнвиндр тоже повернулся к Кэйе, слегка улыбаясь. — Правда, — на этих словах король отстранился, приняв прежнюю позу, — подобных случаев было совсем немного, но вспоминает он мне их до сих пор. — Королевский советник оказывается еще дотошнее, чем о нем говорят. — Он хороший, не знаю, как я бы справлялся сейчас без него. Я очень ценю его поддержку, хотя в детстве он действительно казался мне чересчур строгим и вечно все запрещающим. — Быть принцем крайне скучно. Все нормальное детство упускаешь. — Смотря какое детство ты называешь «нормальным». — То, в котором ты гуляешь до ночи с друзьями, а потом тебя ругают родители, за то, что ты должен был быть дома еще час назад, где ты совершаешь много глупых поступков, которые приятно вспомнить в будущем. В моем понятии нормальное детство должно быть веселым и безоблачным. Грусть, обязанности и работа — это удел мира взрослых. — Наверное, ты прав. Жаль, что не у всех юношеские годы проходят так, как ты описал. — Ну, я же сказал, каким оно должно быть по моему мнению, а не каким оно является на самом деле. — Теперь я вижу вместо птицы ребенка, — тихо сказал Дилюк, снова посмотрев на небо, чем вызвал у Кэйи приступ смеха. — Как думаешь, они еще не устали там стоять? — отсмеявшись, Альберих мотнул головой в сторону стражников, расположившихся чуть поодаль от мужчин. Он бы о них и не вспомнил, если бы не заметил краем глаза, пока хватался за живот. — Ты можешь спросить у них сам. — Пф, не думаю, что они станут мне отвечать, — прозвучало с долей насмешки, однако Дилюку показалось, что голос Альбериха стал холоднее. — Почему? — Когда я однажды попросил одного из них о помощи, мне не то что бы отказали, а нагло проигнорировали. Не знаю, чему вы их там обучаете, но манеры в этот список включить бы стоило. — Ты просил помощи у стражников? — Рагнвиндр недоуменно глянул сначала на Кэйю, потом на мужчин, стоявших сзади. — Это было давно. — Небось надо было помочь воровать яблоки? — как-то само вырвалось у него. — Эй, ты за кого меня принимаешь! — возмутился Альберих, слегка ударив Дилюка по ноге, — Для подобного всегда есть соседские мальчишки. Мне, конечно, нравится разыгрывать людей, но я бы не стал тревожить дворцовую стражу просто так, — на этих словах его голос стал заметно тише. Похоже, тогда случилось что-то действительно серьезное. Рагнвиндру хотелось узнать больше о том случае, но не в его принципах было лезть кому-то в душу без разрешения. — Я не ручаюсь за остальных, но они, — Дилюк кивнул на стражу, — хорошие ребята. Думаю, если бы тогда ты подошел к одному из них, тебе бы помогли. — Ну если ты так говоришь, то я просто не могу не по верить, — Кэйа замолчал на несколько минут, погрузившись в свои мысли. Если Дилюк ему что-то и говорил, то не был услышан. — Спасибо, что показал это место. — Да не за что. Смотреть на красивые виды, конечно, здорово, но приятнее это делать в хорошей компании, — Кэйа поднялся на ноги, встав напротив Дилюка, в алых глазах которого отражались предзакатные лучи солнца. Дилюк изменился, но его взгляд был все такой же упрямый, по-детски любопытный, горящий неведомым Кэйе огнем, способным, по его мнению, спасти или убить. — Пошли обратно, а то твой злой советник с тебя три шкуры спустит. — Не говори о нем так, словно он меня во всем контролирует. — Ну, я бы сказал скорее совершает тщательное наблюдение. — Кэйа. — Да шучу я, шучу, — рассмеялся Альберих, глядя на возмущенное лицо Дилюка. — Ваше Величество уже взрослый и может самостоятельно принять решение отправиться в замок. — Казнить тебя мало за такие слова, — по-доброму отозвался Дилюк, говоря стражникам возвращаться обратно в город. — Нельзя быть таким импульсивным, а то полстраны головы с таким подходом лишишь, — уже в открытую издевался Кэйа, во всю наслаждаясь разговором. — Даже если и лишу, тебя спрашивать не стану. — А мог бы, я довольно смышленый, может совет бы какой дал. — Не думаю, что твой совет был бы полезен. — Эй, это было обидно, знаешь. — Я не буду извиняться. — Больно мне нужны эти извинения, — Кэйа демонстративно сложил руки на груди и отвернулся от Дилюка, из-за чего едва не упал, споткнувшись о камень на дороге. Дилюк тихо засмеялся, снисходительно глядя на Альбериха. — Прямо как ребенок, честное слово. — Зато весело. Когда ты взрослый, то на тебя наваливается куча обязанностей. Иногда хочется о них забыть и отдаться моменту. Дилюк внутренне был согласен с каждым словом. В некотором смысле он даже завидовал Кэйе, за то что тот родился обычным мальчишкой. Однако сейчас, идя по улице в его компании, у Дилюка было ощущение, что он вырос в этом городе вместе с Кэйей. Что каждое утро он слышал брань торговок на рынке, шум старых тележек со скрипучими колесами. Рагнвиндр столько лет ходил по этим улицам, но лишь сейчас они показались ему безумно родными. — Кэйа, — обратился он к мужчине в конце их совместного пути. — М? — Не пропадай еще на несколько лет, ладно? Альберих на секунду опешил, но тут же его лицо приобрело умиротворенно-довольный вид: — Я постараюсь.