Солнечный король и другие истории

— Пинки, посылка с моей шалью еще не пришла? Гусеница Филомена вошла в отделение лесной почты, постукивая ярко-красными башмачками. Кузнечик Пинки, почтальон, заволновался. — Как не пришла?! Я отнес ее тебе еще в прошлую среду! — Как отнес? В прошлую среду я весь день была в гостях у пчел. — Ну... Боюсь, я... Я просто оставил пакет на крыльце, — Пинки ужасно смутился и покраснел, насколько это возможно для кузнечика. — И кто-то его утащил! — ахнула Филомена. — Пинки, ты должен помочь мне ее вернуть. — Но я... — Не заставляй меня напоминать, что посылка пропала из-за твоей недоработки. — Хм... Ну что ж, да. Я и правда должен помочь ее вернуть, — он вышел из-за стойки и повесил на дверь почты табличку «Закрыто». — Что будем делать? — Прежде всего составим круг подозреваемых! — Филомена была начитанной гусеницей и прекрасно представляла работу сыщика. — Думаю, можно исключить птиц, лягушек и кротов: им шаль ни к чему. Кто остается? — Все насекомые нашего леса, — вздохнул Пинки. — Так мы будем искать твою шаль до самой зимы. — Вовсе нет! Мы займемся опросом свидетелей! Ты поговори с Каролиной, божьей коровкой, она все про всех знает. А я загляну к бабочке Лили. Потом встретимся и обменяемся сведеньями! — Как скажешь... Для визита к бабочке Лили Филомена запаслась медовыми пирожными: ведь она хотела поговорить, а разговаривать лучше всего за чашкой чая с чем-нибудь вкусненьким. — В прошлую среду? — задумалась Лили, услышав вопрос Филомены. — Хм, надо подумать... Погоди-ка! Ну конечно, как раз в прошлую среду я слышала ЭТО! — Что — это? — насторожилась гусеница. — Страшный стрекот, как будто летел кто-то огромный!Грохотало, словно начиналась гроза! — И ты не выглянула, чтобы узнать, кто это? — Что ты, нет, конечно! Я немедленно забралась в постель и накрылась с головой, чтобы он меня не заметил! Филомена вздохнула. Смелостью Лили не отличалась. — Ну а куда примерно он полетел, помнишь? — К лесному озеру! — шепотом ответила Лили и поежилась. — Неудивительно, ужасное место это озеро! Филомена задумчиво кивнула. У нее появилась одна смутная догадка... Каролина, божья коровка, встретила Пинки на полпути к своему домику. — Безобразие! У нас завелись хулиганы! В одной из лапок Каролина держала какой-то желтоватый обрывок, который тут же и сунула почтальону под самый нос. — Кто-то выбросил мусор прямо в мой розарий! Это что такое, по-вашему?! Пинки присмотрелся. Что-то такое знакомое было в этом желтом клочке... И вдруг его осенило. — Это же кусок почтовой упаковки! Когда его забросили к вам? — едва дыша от волнения, спросил он. — Ах, так это еще и твой мусор?! Дожили! Почтальоны мусорят в чужих садах! — Нет, что вы, это был не я... — растерялся Пинки. — Но я бы тоже очень хотел найти этого хулигана. Так когда эта бумага к вам попала? — Хм... Эту неделю я была в гостях у тетушки, сегодня вернулась и нашла это. Думаю, уронили уже довольно давно. Пинки кивнул: бумага была грязная, словно провалялась в розарии не один день. — Смотри, обязательно найди этого хулигана! Иначе я все равно буду думать, что это твои проделки! — Каролина выглядела такой грозной, что Пинки, торопливо попрощавшись, стремительно запрыгал прочь. «Еле увильнул! — с облегчением подумал он, мчась по лугу. — Ой, а это что?!» Среди травы резко выделялся желтоватый обрывок бумаги. Еще один. Пинки поднял его, осмотрел. «...це Филомене» — было написано на обрывке. — Есть! Мы почти у цели! — обрадовался Пинки. И тут же нахмурился: если похититель шали бросил один кусок пакета в саду Каролины, а второй — здесь, значит, летел он к лесному озеру. А там жила... — Оза-стрекоза! — мрачно сказала Филомена. — Это могла быть только она. — Может, оставим ее в покое? — дрожащим голосом предложил Пинки. Хищница Оза вполне могла съесть их обоих. — Ну уж нет! Как ты не понимаешь, это особая шаль! Я должна завернуться в нее перед превращением! Иначе я не стану бабочкой! Словом, ты можешь оставаться, а я иду на поиски! Остаться Пинки, конечно, не смог, и, вздыхая и причитая, поплелся за Филоменой к лесному озеру. Дом Озы они нашли без труда. Пинки заглянул в окошко. — Ее нет! — радостно сообщил он. — Войдем, найдем шаль и... Ой, что это с тобой?! Филомена словно дремала, замерев прямо посреди тропинки. «Превращение! — пронеслось в голове Пинки. — Оно начинается! Срочно нужна шаль!» Он отвел гусеницу на обочину и спрятал под листком подорожника. Затем помчался к жилищу Озы, подпрыгнул, подтянулся и пробрался внутрь через окошко. Огляделся. Шали видно не было, но в комнатке стоял большой шкаф и сундук. Может, шаль там? Из шкафа на Пинки выпал целый ворох дохлых мух, видимо, припасы Озы на зиму. — Караул! — завопил кузнечик. Убедившись, что в шкафу шали не было, он бросился к сундуку. И тут вдали застрекотали крылья: Оза возвращалась с охоты. — Нет-нет-нет, подожди немного! — лихорадочно шептал Пинки, роясь в сундуке. Стрекот приблизился, на крыльце послышался топот стрекозиных лап. И как раз в этот момент Пинки увидел что-то белое, мягкое и ажурное. — Есть! Он схватил шаль и бросился к окну. В тот же миг дверь открылась, и комната наполнилась шипением разъяренной стрекозы. Пинки понял, что выбраться уже не успеет. Оза протянула к нему свои шипастые лапы, как вдруг... За ее хвостом, в дверном проеме, что-то мелькнуло, и стрекоза вдруг вскрикнула от боли. — Беги, Пинки! — раздался голос Филомены. Она стояла на крыльце, сжимая в лапе длинную колючку. Кузнечик мигом выскочил из окна, схватил Филомену за лапку. — Бежим! Они помчались между стеблями травы, стараясь не показываться из-под листьев. Но Озе было не до них: ее теперь гораздо больше заботил раненый хвост. — Какая же ты смелая! — воскликнул Пинки, когда они с Филоменой добрались до ее домика. — А я взяла пример с тебя, — улыбнулась Филомена, зевая и заворачиваясь в шаль. — Когда я увидела, как ты забрался в окно, я поняла, что не имею права струсить. По-моему... Она замолчала на середине фразы, и Пинки понял, что продолжит этот разговор уже с бабочкой.