Практика в Министерстве

      Так было непривычно просыпаться без будильника и в тишине. Кажется, родители уже ушли на работу, а брат еще тоже наверняка спал. Вот только снова не было никакой радости.       Наверное, папе не терпелось узнать о ее возвращении и его причинах, но ее будить не стали. Роза и сама пока была не готова говорить. Нужно было дождаться вечера.       Изнутри начинал пробиваться какой-то истерический смех. По нечетным неделям она с утра счастлива, а по четным ей хочется выть. Впрочем, сейчас это был ее осознанный выбор.       — Никак не могу привыкнуть, что не один дома, — поморщился Хьюго, спускаясь на кухню в одних трусах.       — Только не говори, что пока две недели все были на работе, ты тут по дому голый ходил, — закатила глаза Роза.       — А может и ходил, — усмехнулся брат. — Я думал, ты у дяди Билли. Да и потом, это же дом, а вот ходить голой по кабинету Министра… Или вы не раздевались?       Роза запустила в него помидором, но Хьюго удалось увернуться, отчего теперь на стене красовалось красное пятно.       — Сам будешь мыть стену, — сказала Роза.       — Вот еще, — не согласился Хьюго. — Это ты кинула, а я ничего не сделал, да и потом, ты совершеннолетняя, с палочкой ты это за секунду уберешь, а мне руками мыть?       — Ничего, полезно будет, — буркнула Роза.       Хьюго сел за стол и начал таскать у нее из тарелки нарезанные огурцы, пока Роза полезла в холодильник.       — Ты чего вернулась-то? — спросил Хьюго. — Или дядя Билл тоже оказался против твоих отношений?       — Нет, просто… — поджала губы Роза, но все же решила поделиться с братом, несмотря на то, что они любили подшучивать друг над другом, у них были теплые отношения и очень доверительные. — Я познакомилась с Драко.       — И поняла, что Скорпиус жалкое подобие той стати, что излучает его отец, и ты решила, что тебе нужен именно он, — толкнул проникновенную речь Хьюго. — Решила таким образом доказать папе, что Скорпиус еще не самый плохой вариант, который может быть?       — Да иди ты, — усмехнулась Роза.       — Ну да, тогда бы папу точно хватил бы удар, — кивнул брат. — Ну или он точно нарушил бы закон, а мы бы его навещали в Азкабане по выходным и праздникам.       Вот только шутки совсем не поднимали настроения.       — Я люблю Скорпиуса, — сказала Роза. — Просто я… Я поняла, что не смогу так жить. Зная, что меня ненавидит отец, зная, что Скорпиусу пришлось отказаться от всего. Не знаю, это не правильно. Создание одной семьи не должно разрушать две другие.       — Не знаю, по-моему, это все чушь, — сказал Хьюго. — Если любишь, то плевать на мнение других.       — Как видишь, не плевать… — покачала головой Роза. — Да и потом… Оказывается, что у них, действительно, есть негласные законы жениться на чистокровных, которые приносят вместе с браком еще и выгоду в бизнесе или обществе. Я боюсь, что Драко сумеет донести это Скорпиусу. И что тогда будет, если он примет решение не в мою пользу через пару лет? Это будет намного больнее, чем закончить все сейчас.       — Ты вообще умеешь жить настоящим, а не будущим? — закатил глаза Хьюго. — Ты хоть раз в жизни наслаждалась процессом? Ты хоть раз читала книгу только потому, что тебе это нравится, а не потому, что тебе это пригодится по жизни или будут спрашивать на уроке? Ты хоть раз получала удовольствие от написания эссе, потому что ты узнаешь что-то новое, а не потому что если ты все сдашь на отлично, то тебя сделают старостой факультета и школы? Уверен, все наслаждались этой практикой, веселились, пока ты носилась по всем отделам, чтобы проявить себя везде и оставить свой след.       — Хьюго, — тяжело вздохнула Роза. — Ты…       Но она не успела договорить, так как в дверь раздался звонок.       — Чего они так рано? — спросил Хьюго, посмотрев на часы. — Мы же на два договаривались…       Роза убрала свою волшебную палочку в ящик с приборами, чтобы магловские друзья Хьюго не увидели ничего подозрительного в их доме, а газеты на столике их вряд ли заинтересуют.       — Роза, это к тебе, — послышался крик брата их коридора.       — Кто? — удивилась Роза.       — Ну так иди сюда и узнаешь, — сказал Хьюго.       Роза направилась к входной двери. Кто это мог быть? Если Доминик или Роксана, они бы воспользовались камином. В районе у нее не было подруг из магловских девочек, чтобы к ней пришли. Может, это Пьер? Да нет, это какая-то чушь. Может, Драко Малфой…       — Скорпиус? — Роза застыла в коридоре, смотря на Скорпиуса, который был в шортах и обычной футболке.       — Может, объяснишь, что это было? — Скорпиус достал пергамент, который она ему отправила.       — Может, ты войдешь? — спросил Хьюго. — Чего на пороге стоять и соседей радовать.       Малфой вошел, закрывая за собой дверь.       — Ладно, пойдем в мою комнату, — вздохнула Роза.       — Только заглушку не забудьте поставить, — крикнул им вдогонку Хьюго. — Я не собираюсь слушать ваши горячие примирения.       — А ты оденься, — сказала ему Роза. — А то вдруг решишь присоединиться, зов природы…       Они со Скорпиусом вошли в ее комнату под возмущения Хьюго, что это за намеки на его ориентацию, а Роза закрыла дверь и правда наложила на нее заклинание. Только вот в этот раз близости точно не будет. Роза знала, что сдержится, надо закончить все раз и навсегда.       — Я все написала, — сказала Роза, присаживаясь на кровать. — Мне нечего добавить тебе.       — Это из-за моего отца, да? — грустно спросил Скорпиус. — Роза, мне плевать на его мнение, я люблю тебя, а остальное…       — Скорпиус, ты не можешь знать наверняка, — тяжело вздохнула Роза. — Это так кажется, что мы без родителей сможем все сами, нам будет все равно, а если отец тебя лишит наследства?       — Ты все слышала, да? — усмехнулся Скорпиус. — Да мне плевать на все, что он будет говорить и делать, если надо….       — Нет, Скорпиус, так нельзя, — покачала головой Роза. — Так неправильно, я так не хочу.       Она видела, как ее слова делают больно Скорпиусу.       — С этого и надо было начинать, — закусил губу Малфой. — Если ты не хочешь, то это все меняет.       — Скорпиус, ты меня не так понял, — Роза умоляюще посмотрела на него. — Я хочу быть с тобой, но я не уверена, что у нас получится.       — Надо не думать, а делать, — настаивал Малфой. — Если мы будем прятаться от трудностей, тогда ничего не получится, да.       — Да как ты не понимаешь, — взмолилась Роза. — У нас с самого начала все неправильно, все как-то не так… Ну посмотри на Альбуса. Делали совместный проект, погуляли, влюбились, сначала неловкий первый поцелуй, потом все остальное. А у нас? Будто все это какие-то знаки, которые буквально кричат, что нам не нужно продолжать. Я буду строить карьеру, ты женишься на своей Розье. Так будет лучше.       — Кому лучше? — спросил Скорпиус, вскакивая с ее кровати и повышая голос. — Мне не будет лучше с этой Розье. Я люблю тебя и не хочу жить так, как живут мне подобные. Но если этого не хочешь ты, то да, это, конечно, все меняет.       — Я так и знала, что ты все неправильно поймешь, — сказала Роза. — Я просто не хочу, чтобы мне было больно.       — Значит тебе плевать, что больно мне, — крикнул Скорпиус. — Я думал, что мы все решили…       Роза не знала, что ему ответить. Да, сейчас им больно, зато потом не будет больнее. Она была уверена, что они все делают правильно.       — Удачи тебе, — Скорпиус зло посмотрел на нее. — В построении карьеры и всем остальном.       Скорпиус резко открыл дверь, отчего в комнату ввалился Хьюго. Роза закатила глаза. Не дом, а дурдом.       — Хьюго, блин, — Роза переступила через брата, который по ее просьбе все же успел одеться.       Роза побежала вниз по лестнице, ей хотелось, чтобы они со Скорпиусом остались друзьями, ей не хотелось его терять.       — Скорпиус, подожди, — она схватила его за руку на выходе.       — У тебя одна попытка сделать так, чтобы я остался, — Скорпиус холодным взглядом посмотрел на нее.       — Скорпиус, я… — Роза не знала, как правильно использовать эту попытку. — Я хочу, чтобы мы остались в нормальных отношениях, несмотря на то, что у нас ничего не получилось.       — Попытка не засчитана, Уизли, — сказал Малфой, развернулся и уверенно зашагал на выход.       — Скорпиус, — крикнул ему вслед Роза, но он уже трансгрессировал, даже не оглянувшись по сторонам.       Роза съехала по двери и закрыла лицо руками. Он ее ненавидит. Она все испортила своими руками. Но нет, она все сделала правильно. Если ей так больно сейчас, то потом точно было бы еще больнее.       — Ну и дура ты, Роза, — в дверях появился Хьюго.       — Чего тебе от меня надо? — всхлипнула Роза. — Это не твое дело.       — Может и не мое, но я тебя не понимаю, — сказал брат.       — Надеюсь, никогда и не поймешь, — Роза поднялась с пола. — Все, закрыли эту тему.       — Как хочешь, — пожал плечами брат.       Хьюго ушел гулять с друзьями, а Роза осталась одна. Раз ежедневные прогулки с Малфоем отменились, то у нее появилось время, чтобы освоить японский. Наконец-то она этим и займется.       — Роза, ты дома? — вечером дома появился Рон.       — Да, пап, я у себя, — крикнула Роза.       — Что, никуда гулять не пошла? — спросил Рон.       Роза покачала головой и отложила свой самоучитель по японскому языку на тумбочку.       — Нет, — тяжело выдохнула она. — Планы изменились.       Рон вошел в ее комнату и сел туда же, где еще с утра сидел Скорпиус. Роза вдруг поняла, насколько сильно любит отца. Ей от одной мысли становилось плохо, что она могла больше так с отцом никогда не поговорить в своей комнате.       — Я рада, что вы с мамой помирились, — сказала Роза. — Она тебя очень сильно любит. Так что можешь выбросить все глупости из головы. Ей никто кроме тебя не нужен.       — Да, я знаю, — улыбнулся Рон. — Просто… в отношениях не всегда все просто.       — Я знаю, — кивнула Роза, поджимая губы.       Между ними повисло неловкое молчание.       — Я рад, что ты дома, — сказал Рон. — Роза, извини меня, что был вчера резок. Я не хотел. Но при этом я не собираюсь забирать свои слова назад касательно этой семейки.       — Пап, я все понимаю, — улыбнулась Роза. — Давай просто не будем поднимать эту тему.       — Нет, ты меня дослушай… — Рону явно было это сложно говорить. — Мы с мамой поговорили… В общем, если хочешь, встречайся со своим Малфоем. Я не против, но против. Просто будь готова, что все это плохо кончится, я не хочу твоих слез. Но всегда поддержу…       — Спасибо пап, правда, мне это важно, — Роза обняла папу. — Но мы расстались. Думаю, что мы слишком разные. Давай закроем эту тему, ладно?       — Я рад, что ты приняла такое решение и, раз конфликт улажен, то предлагаю пойти на кухню и приготовить ужин, наша мама сегодня обещала не задерживаться, — улыбнулся Рон, целуя ее в макушку.       Роза давно не помнила такого чудесного вечера в семье. Мама не задержалась с работы, папа шутил весь вечер, на столе был накрыт настоящий пир, как в Хогвартсе в честь окончания учебного года. Они даже вчетвером поиграли в настольные игры, а родители ушли в спальню, обнявшись, что у Розы и Хьюго не осталось никаких сомнений, что шкаф с противозачаточными зельями сегодня точно опустеет.       — А ты говорил, что я не права, — сказала Роза перед тем, как пойти спать. — Неужели есть что-то дороже семьи?       — Любовь? — спросил Хьюго. — Папа же принял. Помирилась бы. Чего ты правда фигней занимаешься.       — Кроме любви важна еще гармония, — заметила Роза. — Папа не принял Скорпиуса. Во-первых, он даже сам это сказал, а во-вторых, сказать не равно, действительно, принять. Ну и, наконец, остается и Драко, не думаю, что у него за эту ночь что-то изменилось.       — Зря ты так, пожалеешь, — сказал Хьюго.       — Все, закрыли тему, спокойной ночи, — сказала Роза, уходя к себе в комнату и стараясь не думать обо всем.       Роза решила, что если им суждено быть с Малфоем, то они будут, может для этого должно пройти несколько лет.       Следующие две недели Роза посвящала учебе, гуляла вечером по территории их небольшого городка, пару раз они собирались с девчонками у нее дома, но тему с Малфоем никто из них не поднимал. Даже Альбус ничего не сказал ей, когда они все собрались на праздновании дня рождения Гарри. Может, он не виделся эти дни со Скорпиусом, поэтому ничего не знает.       А первого августа, как всегда, пришло письмо из школы с необходимой литературой и прочим инвентарем, который нужно купить.       — Когда пойдем? — спросила Роза у девочек, пробегаясь взглядом по списку.       — Может, в выходные? — предложила Роксана.       — Да ну, там будет не протолкнуться, — поморщилась Доминик. — Все младшекурсники ходят с родителями на выходных, так как в будние дни те работают.       — Они все ходят под конец месяца, сейчас все еще на каникулах, — возразила Роксана.       — Чего мы спорим? — вмешалась Роза. — Пойдем сегодня, точно никого не будет.       Девочки с ней согласились, и они договорились вечером отправиться на шоппинг.       — Ну что, куда пойдем? — спросила Роза, когда они с девочками в три часа дня встретились в Косом Переулке.       — Предлагаю сначала подкрепиться, — сказала Роксана. — А то сил не будет таскать книжки.       — Ты волшебница или кто? — усмехнулась Роза. — Мы уже можем колдовать, да и сумочка с незримым расширением…       — Да, точно, все забываю, что нам уже семнадцать, — стукнула себя по лбу Рокси.       — Но подкрепиться я бы тоже не отказалась, — сказала Роза.       В Косом Переулке выбор был не велик, поэтому подростки в основном собирались в кафе-мороженом, куда они с девочками и отправились, тем более с такой жарой мороженое было в самый раз.       — О, кажется, мы не единственные решили сегодня закупаться, — сказала Роксана, указывая на компанию из пуффендуйцев, учившихся на год младше них.       — Может, они просто гуляют, — пожала плечами Роза.       — И не они одни, — сказала Доминик, смотря на вход.       Роза тоже обернулась. На входе стояла компания из слизеринцев во главе с Малфоем. Паркинсон жалась к Малфою, Забини и Гойл, разве что Альбуса не было в этой привычной компании, а как следствие и Булстроуд, без Альбуса ей вряд ли было интересно это общество.       Их взгляды со Скорпиусом встретились. Роза могла с уверенностью сказать, что он не рад ее видеть. Видимо, все еще злился.       Может, это знак? Раз они встретились… Но подходить при слизеринцах к Скорпиусу ей не хотелось.       — Вы доели? — спросила Роза. — Пойдемте отсюда.       Они вышли на улицу. Сейчас она была куда более оживленной, чем когда они прибыли. Вот только настроение пропало.       — Девочки, давайте сегодня без меня? — спросила Роза. — Нет настроения покупать ничего.       — Эй, мы без тебя не пойдем, — сказала Роксана.       — А настроение надо поднимать! — сказала Доминик. — Учебники мы купить успеем, а вот кое-что другое…       Доминик притащила их в магазин нижнего белья. Роза лишь закатила глаза. Ей такое едва ли могло поднять настроение.       — Ну чего вы такие кислые? — спросила Доминик, крутясь перед зеркалом в примерочной в кружевном белье. — Не нравится?       — Доминик, с тобой нельзя ходить по магазинам, я себя сразу чувствую гадким утенком, — сказала Роксана. — Ну откуда у тебя такое тело?       — Ежедневная работа, — сказала Дом. — Как думаете, Патрику понравится больше черное или красное?       И если Роксана убивалась по своей неидеальной фигуре, то Роза по тому, что ей такое белье покупать незачем. Кто на него будет смотреть? Самоучитель по японскому?       — Слушайте, раз у нас сегодня шоппинг, то я зайду к мадам Малкин, — сказала Роза. — Мне нужно мантию с новой нашивкой купить.       Оставив девочек в магазине белья, Роза в одиночестве отправилась в нужный ей магазин. Колокольчик оповестил владелицу магазина о посетителе. Вот только она была не единственной покупательницей в магазине.       — Скорпиус, — сказала Роза, увидев знакомые платиновые волосы.       Малфой резко обернулся. Он был один, без своих друзей. Неужели это и есть тот самый знак?       — Привет, — слабо улыбнулась ему Роза.       — Так-так, молодые люди, — мадам Малкин вышла из своего кабинета. — Последний курс? Мантия? Или настолько выросли, что нужен целый комплект формы?       — Извините, я зайду в другой день, — Малфой быстро вышел из магазина, снова загремев колокольчиком.       Роза с грустью посмотрела ему вслед. Да, он явно ее не захочет слушать. Да и ничего нового она ему пока не скажет. Наверное, Розе хотелось, чтобы он понял, что она имеет в виду. Но Скорпиус упертый, он не станет пытаться объяснить ничего отцу, ему легче порвать с ним отношения, а вот Роза не поддерживала такие разрушающие методы на практике, пусть в теории когда-то и была готова на такой шаг.       — Мне нужна мантия с нашивкой старосты школы, — сказала Роза, делая заказ.       — Ох, дорогая моя, поздравляю! — порадовалась за нее мадам Малкин. — Я вас такими маленькими помню, как первый раз форму приходили первую покупать. И вот уже староста школы. Еще чуть-чуть и уже свадебную мантию буду вам шить.       — Это вряд ли, — грустно усмехнулась Роза.       — Чего так? — спросила мадам Малкин, делая замеры. — У такой красавицы нет любимого человека?       — Любимый-то может и есть… — вздохнула Роза. — Но сначала нужно строить карьеру.       Мадам Малкин начала рассуждать, что семья важнее любой карьеры, а у Розы перед глазами была Розье в этой самой свадебной мантии.              Первое сентября наступило незаметно. Роза упаковывала свою новенькую мантию в дорожную сумку, чтобы по прибытии в поезд сразу переодеться. Ей, как старосте школы, придется патрулировать поезд, а значит, нужно будет сразу привести себя в порядок.       — Роза, Хьюго, быстрее, а то опоздаем, — кричал им Рон снизу, который уже вытащил все чемоданы.       Через десять минут все семейство уже сидело в машине, которая, прежде чем поехать, пару раз дернулась на месте, так как Рон забыл снять ее с ручника на стоянке.       — Рональд, признайся уже наконец, что ты не сдал тогда на права, а применил к инструктору Конфундус, — сказала Гермиона.       — Не правда! — возмутился Рон. — Я просто волнуюсь, когда ты сидишь рядом, это как на экзамене. Что, я серьезно говорю. В том году мы на вокзал ездили без тебя и прекрасно доехали, правда, дети?       — О да, — сказал Хьюго. — С ветерком.       Мама и правда в том году их не провожала на поезд, так как у нее в девять утра было важное совещание. Конечно, они с Хьюго расстроились, но заверили маму, что ничего в этом страшного нет. Однако родители всю ночь родители выясняли отношения, Рон был очень недоволен, что какое-то совещание стоит того, чтобы не проводить детей, которых они не увидят следующие несколько месяцев до каникул. Соответственно с утра Рон был невыспавшийся, что едва встал с кровати в последний момент, да еще и злой. Их задержал полицейский за превышение скорости, и Рону снова пришлось наложить на него Конфундус, иначе они бы опоздали на поезд. Это был их секрет с отцом. Маме они в письме написали, что добрались до вокзала без происшествий.       — Кхм, — Рон кашлянул, сильнее вцепляясь в руль и внимательнее смотря на дорогу.       На вокзале они были уже пол одиннадцатого, быстро прошли через барьер и нашли Поттеров. Правда, там были только Гарри, Джинни и Лили. Альбус уже ушел со своей девушкой в купе.       — Мам, пап, я тоже пойду, — Роза поцеловала родителей в щеки. — Нужно помочь первокурсникам занять места…       — Конечно, дорогая, — Гермиона обняла дочь. — Удачного тебе учебного года. Я уверена, что ты сдашь все экзамены. Главное, не позволять всяким неприятностям брать над собой верх, да?       — Да, — кивнула Роза. — А вы с папой не ругайтесь. Мы приедем с Хьюго на Рождество и проверим. Много не работай, это тоже вредно.       — Как скажешь, милая, — усмехнулась Гермиона. — Если что, я положила тебе в сумку несколько флакончиков зелья… для непредвиденных случаев, когда дойти до Больничного крыла не будет времени.       — Мам, — покраснела Роза.       Весь август они обсуждали с мамой ее решение. Роза надеялась, что мама даст ей какой-нибудь совет, но та сохраняла нейтралитет, что это выбор Розы, она не в праве на него влиять, а просто примет любое ее решение. Но, кажется, мама подозревала, что держаться на расстоянии от Малфоя в школе у нее не получится, а значит, чувства снова возьмут верх.       — Роза, — настала очередь отца давать ей наставления. — Я думаю, что МакГонагалл не будет против, если ты откажешься жить в башне старост, а предпочтешь остаться в своей комнате.       — Пап, все нормально, — заверила отца Роза. — У меня в башне будет отдельная комната, туда никто не сможет прийти без моего приглашения.       — Ну, ладно, — сказал Рон. — Я люблю тебя.       Роза попрощалась с Гарри и Джинни, которые пожелали им веселого года и новых знакомств, и направилась к первому вагону, который изначально принадлежал старостам. Точнее, этот вагон состоял из небольшого помещения со столами для собрания, но в самом уголке было отдельное купе с непрозрачной дверью, где старосты школы могли отдохнуть. Розе сейчас больше всего хотелось ехать одной, без кучи своих родственников, в тишине, чтобы никто не мешал думать.       А думать ей было о чем. Хоть она и заверяла и маму, и папу, что ничего страшного, что ее коллегой будет ее бывший парень, сама в этом она не была так уверена. Она помнила, как убежала из Косого Переулка при одном его виде, а остальные вещи для школы покупала набегами, осматриваясь по сторонам, прежде чем зайти в тот или иной магазин, чтобы Малфоя не было нигде поблизости.       Так и сейчас, она шла по перрону к первому вагону и осматривалась по сторонам. Семикурсников было видно сразу, особенно мальчиков, все возвышались над толпой. Но блондинистой макушки тут не было.       — Доброе утро, — поздоровалась с машинистом Роза, которого видела первый раз в жизни.       — А, староста школы, поздравляю, — сказал он.       — Спасибо, — улыбнулась Роза.       Вагон старост был ей знаком. Все же старостой она была уже два года, поэтому самое ее первое собрание и знакомство с коллегами прошло именно здесь два года назад. А вот купе ей не терпелось увидеть.       — Вау, — ахнула Роза, как только дверь отъехала в сторону, позволяя ей войти внутрь, как только она приложила к ней свой новенький начищенный значок старосты школы.       Однажды ей довелось летать в бизнес-классе в самолете. Это купе не содержало привычных диванов, здесь были два комфортных больших кресла, которые позволяли откинуть спинку и выставить подставку для ног, чтобы провести дорогу с комфортом. В отличие от других купе, здесь был еще и столик.       — Класс, — Роза разложила кресло и легла в него. — Все же быть старостой школы это круто.       Она мечтала о том, как завтра вечером сходит в отдельную ванную старост школы, которая находилась прямо в башне. Наконец, поезд тронулся. Роза привела свое кресло в обычное положение и открыла шторку на окне, чтобы любоваться пейзажами Лондона.       Она ждала, что Малфой может появиться тут с минуты на минуту, но Лондон остался далеко позади, а Скорпиуса все не было. Наверное, он решил быть со своими друзьями, все же купе для старост школы это привилегия, а не обязательство. Роза старалась не думать, что Малфой из-за нее не вернется в школу, хотя эта мысль прочно засела в ее голове.       Может, он из-за нее так сильно поссорился с отцом, что сбежал из дома и из школы, лишь бы тот его не нашел?       — Мисс Уизли, — к ней заглянул преподаватель по защите от темных искусств, который в этом году был дежурным сопровождающим. — Через пятнадцать минут начинайте патрулирование.       Роза кивнула, но не решилась спросить у него, где ее коллега. Наверное, так будет лучше. Роза и правда не хотела пересекаться с Малфоем как можно дольше.       Она открыла свою сумку и достала оттуда форму. Кажется, за месяц она еще чуть-чуть выросла, потому что юбка в том году ей не казалась такой короткой. Роза убрала джинсы в сумку и следом сняла с себя футболку, начиная аккуратно ее складывать.       Вдруг сзади послышался щелчок, а затем звук открывающейся двери. Роза вскрикнула и резко обернулась, прикрываясь футболкой. На пороге стоял Малфой, который уже был в школьных брюках и белой рубашке, не хватало только мантии.       — Малфой, — сказала Роза. — Какого черта ты тут делаешь?       — Осмелюсь напомнить тебе, что я тоже староста, — сухо сказал он. — А это купе для старост и вот то кресло по праву мое. Или ты думала, что я откажусь от должности, чтобы не дай Мерлин она не повредила такие нежные отношения в моей семье? Ну уж нет, один раз я из-за тебя отказался от привилегий, хватит.       — Скорпиус, пожалуйста, давай не будем ссориться… — сказала Роза, виновато поджимая губы.       Малфой лишь хмыкнул и вошел в купе, закрывая дверь, бросил свою сумку на пол и сел в свое кресло.       — Я уверена, что мы сделали правильный выбор, — сказала Роза. — За этот месяц мы внутри семьи все так сблизились.       — Я рад за тебя, — сверкнул глазами Скорпиус. — Но если ты думала, что наше расставание сблизит меня с отцом, то ты ошиблась, я ушел из дома.       — Как? — ахнула Роза, взмахивая руками, отчего футболка упала на пол, а она стояла перед Скорпиусом лишь в юбке и лифчике.       Роза инстинктивно прикрыла грудь руками, обнимая себя.       — Чего я там не видел? — максимально незаинтересованным тоном спросил у нее Скорпиус, но все же не отводил полный желания взгляд от ее полуголого тела.       Роза смутилась, вспоминая все, что между ними было.       — Скорпиус, пожалуйста, не начинай снова этот разговор, — поджала губы Роза. — Мне тоже очень тяжело сейчас видеть тебя и делать вид, что между нами ничего не было.       — Так зачем его делать? — Скорпиус встал и подошел к ней так близко, что у Розы сбилось дыхание. — Ты придумала себе какую-то хрень и хочешь уничтожить мою жизнь и свою. Ты боишься, что я женюсь? Я могу дать тебе слово, что этого не будет.       — А мой отец? — шепотом спросила Роза. — Даже если он сделает вид, что принял тебя, это будет не так…       — Здесь нет твоего отца, — Малфой огляделся.       — Если мы продолжим все еще на год, будет больнее заканчивать, — сказала Роза.       Но, кажется, у Малфоя были свои планы. Он схватил ее за талию, прижал к себе и впился поцелуем в ее губы. Роза пыталась сопротивляться, пыталась отпихнуть его от себя, но все было тщетно. Как тогда, в том лифте Министерства, она снова потеряла рассудок и ответила на поцелуй.       Руки Малфоя легли на ее бедра и медленно поползли наверх. Она чувствовала, как подушечки его пальцев гладят ее нежную кожу на внутренней стороне бедра. Низ живота скрутило от желания.       Скорпиус сводил ее с ума этим жарким поцелуем, щеки горели, а его пальцы уже переместились совсем высоко, ловко справляясь с преградой из ее трусиков и провели по половым губам, где уже скопилась ее собственная влага, организм ее как всегда подводил.       — Ох, — судорожно выдохнула Роза в губы Малфоя, когда его два пальца оказались в ней.       — Неужели ты хочешь лишить себя этого на всю жизнь? — спросил Скорпиус, работая рукой все активнее, а ноги ее уже не держали, поэтому она отчаянно хваталась за его плечи.       — Молчи, — попросила она.       Скорпиус толкнул ее на столик, задирая и без того короткую юбку ей на живот. Его губы оставили пару засосов на ее шее, а затем он отогнул чашечку ее лифчика и втянул губами сосок, заставляя ее снова застонать, откинуть голову и заерзать от нетерпения на столе. Среди стука колес послышался резкий звук расстегивающейся ширинки.       — Скорпиус, — застонала Роза еще громче, когда Малфой вошел в нее, что аж посыпались искры из глаз.       — Что? — спросил он у нее горячим шепотом на ухо, не переставая входить в нее все глубже.       — Не останавливайся, прошу, — умоляла его Роза.       Ей казалось, что мир остановился, что его не существует вовсе. Есть только она и он. Они как единое целое.       Разряд тока пробежался по всему телу, и Роза не сдержала крик, когда оргазм пронесся по всему ее телу. Дрожь била ее внутри и снаружи, Скорпиус следом замер в ней на несколько секунд, и она почувствовала вытекающую из себя его горячую сперму. Действительно, хотелось, чтобы это мгновение застыло навечно, так внутри было хорошо.       Вдруг дверь купе открылась и на пороге стоял преподаватель.       — Мисс Уизли, я… — начал он, смотря в какие-то списки, но тут же запнулся, подняв на них взгляд.       Роза быстро спрыгнула со стола одергивая юбку, Малфой еще быстрее застегнул штаны и развернулся к преподавателю, закрывая ее полуголое тело собой. Сердце бешено стучало уже не от оргазма, а от страха. Что с ними сейчас будет?       — Это что такое? — ахнул он. — Мало того, что я вас обоих там жду, так вы… В поезде, полном детей, и это старосты школы… Так, сейчас оба быстро взяли списки учеников и прошлись по всем вагонам, чтобы сверить все ли присутствуют. Как только всех рассадите по телегам в Хогсмиде, оба пойдете в кабинет МакГонагалл. Я прямо сейчас ей напишу все, что здесь было, можете попрощаться со своими значками!       Профессор ушел также быстро, как появился, а Роза чувствовала, что готова расплакаться. Ей было стыдно и страшно. Как она объяснит родителям, за что ее лишили значка?       — Все будет хорошо, слышишь? — Скорпиус попытался ее приобнять, но Роза выдернула свою руку, судорожно застегивая блузку и накидывая сверху мантию. — Неужели для тебя какой-то значок важнее того, что есть между нами, что мы чувствуем?       Роза ничего не ответила, лишь вышла из купе.       Она взяла списки из рук преподавателя, на которого старалась не поднимать глаза. Мерлин, какой стыд. После такого нужно менять школу, она теперь не сможет ходить на уроки.       От секса не осталось тех приятных чувств, которые были еще полчаса назад. Почему жизнь ее ничему не учит? Сначала кабинет мамы, теперь поезд. Нет, Малфой и эти чувства на нее определенно дурно влияют. Она не готова из-за него так рисковать своей репутацией и будущей карьерой.       — Уизли, Уизли, Поттер… — Роза вошла в купе, где сидели ее кузены и девушка Альбуса.       — Роза, что с тобой? — удивилась Роксана. — Давай, заходи, ничего не случится, если ты пять минут не будешь выполнять обязанности старосты.       — Мне некогда, — сказала Роза, закрывая дверцу купе.       Все согласно списку были на месте, поэтому Роза вернулась в свое купе старост и села в свое кресло. По щекам лились слезы. Раньше они всегда считали, что поезд едет слишком долго, всегда хотелось побыстрее оказаться в Большом зале, есть вкусности, только не сегодня.       — Роза, — через пятнадцать минут к ней присоединился Малфой. — Да что нам сделает эта старуха? Скажет, чтобы впредь такого не было. Да и кому она отдаст значки, этим идиотам с Когтеврана Голдштейну и Корнер?       Роза снова ничего ему не ответила. Молчала Роза всю дорогу и до Хогвартса, когда они со Скорпиусом заняли последнюю тележку. Это еще хуже, чем если бы отец тогда их застал…       — Проходите, — сказала МакГонагалл.       Роза вошла в кабинет директора и застыла на месте. Возле МакГонагалл стоял ее отец. Хотелось подняться на Астрономическую башню и прямо сейчас спрыгнуть с крыши.       — Мистер Малфой, мисс Уизли, объясните, пожалуйста, что за письмо я получила от дежурного профессора? — спросила она, поднимая перед собой пергамент.       Роза опустила глаза. Ноги были ватными, голос пропал, даже слезы и те, кажется, высохли. Она всю дорогу не знала, как объясняться с МакГонагалл, а тут был еще отец, даже не мама.       — Простите, профессор, а что в этом такого? — спросил Скорпиус, который, видимо, решил взять в свои руки этот разговор. — Мы взрослые совершеннолетние люди, которые любят друг друга.       — Мистер Малфой, а Вам не кажется, что… кхм… — кашлянула директор. — Вы выбрали не очень подходящее место для любви?       — С одной стороны, я согласен, — сказал Скорпиус. — Но с другой стороны, несмотря на то, что это поезд, в данное купе не было доступа ни у одного ученика, кроме нас, следовательно, нас никто не мог увидеть, а профессор человек взрослый, не думаю, что мы его удивили, тем более, что он зашел уже когда все закончилось.       — Мистер Малфой, Вы забываетесь! — ахнула директриса. — Столько работаю в этой школе, но никогда с таким не сталкивалась!       — Нет, вы слышали это? — возмущался Рон. — Я просто требую его исключить из школы!       В кабинете повисла тишина. Роза так и стояла, изучая носы своих туфель. Пусть все это будет сон, пожалуйста…       — Где его отец? — резко спросил Рон. — Я хочу поговорить с ним, что если я еще раз увижу его сына рядом со своей дочерью…       — Мистер Уизли, мистер Малфой отказался приходить сюда, даже когда я описала подробно всю ситуацию, — ответила МакГонагалл. — Он сказал, что… не имеет больше никакого отношения к… мистеру Малфою.       — Это как? — нахмурился Рон.       Роза впервые подняла голову, но повернула ее вбок, посмеотрев на Скорпиуса. Его лицо никак не изменилось, он все так же с вызовом смотрел на МакГонагалл и ее отца. Впрочем, сейчас это совсем не важно.       — Нет, профессор, я требую, чтобы они не пересекались нигде в школе, иначе я заберу свою дочь, — сказал Рон.       — Нет! — впервые подала голос Роза. — Ты не можешь. Это моя учеба, экзамены. Я останусь в Хогвартсе!       — Знаю я, к какой учебе ты так стремилась! — закричал на нее Рон.       — Мистер Уизли, держите себя в руках, — за Розу даже заступилась МакГонагалл. — Но одно я вам могу пообещать точно, я лишаю обоих привилегии жить в башне старост, каждый будет жить в своей спальне. Значки старост школы остаются до первого нарушения и только потому, что в школу приезжают иностранцы, нечего разводить скандал. Вам все ясно?       — Да, — хором ответили они.       МакГонагалл выгнала всех из кабинета и сказала, что из-за них и так задерживают распределение и начало пира. Директриса отправилась в зал, а Рон остался поговорить с Розой. Что ж, лучше он накричит на нее сейчас, чем завтра прислал бы громкоговоритель, так есть шанс, что об их сексе в поезде не узнают хотя бы ученики школы.       — Мистер Уизли, — начал Скорпиус.       — Можете быть свободны, молодой человек, — Рон, кажется, держался из последних сил.       — Мистер Уизли, я люблю Вашу дочь, а она любит меня, — не сдавался Скорпиус. — Неужели Вы не позволите своей дочери быть счастливой?       — Если я еще раз увижу тебя ближе, чем на километр от нее, я не посмотрю, что ты еще щенок… — сказал Рон, сжав зубы.       — Простите, но это решать Розе, а не Вам, — сказал Скорпиус, разворачиваясь, и зашагал прочь.       С уходом Малфоя обстановка стала еще более напряженной, хотя Роза надеялась, что отец к ней будет более благосклонным.       — Прости, пап… — сказала Роза.       — Роза, я в тебе разочарован… — сказал Рон. — Может, я бы со временем принял все вот это, но… Этот мальчишка дурно на тебя влияет. Посмотри, какая ты с ним стала? Это не моя дочь. Как он пел у нас на ужине, а что говорил сейчас. Он научил тебя врать нам! Зачем ты соврала мне, что вы расстались? Я теперь не смогу доверять тебе…       — Этого больше не повторится, обещаю… — сказала Роза.       Отец лишь покачал головой и исчез в камине. Роза знала, что он ей не поверил. Она услышала то, что всегда боялась услышать от родителей, папа в ней разочарован.       — Роза, — Скорпиус поджидал ее около горгульи.       — Что тебе еще от меня надо? — не сдержалась Роза, начав на него кричать. — Ты все испортил, доволен? Я просила тебя, говорила, что мне важно, но тебе все равно. Ты эгоист, Малфой, не подходи больше ко мне.       — Значит вот так, да? — еще один взгляд разочарованного в ней мужчины, который ей дорог.       — Да, — прошептала Роза. — Не знаю, что случилось у тебя с отцом, но я не хочу, чтобы моему было вот так на меня все равно.       — Я вышел из рода, — сказал Скорпиус. — Я сделал это, потому что мне не нужны имя, богатство, невесты. Если отец против моего счастья, то он мне не отец. Видимо, мы и правда слишком иначе смотрим на жизнь…       Скорпиус не стал ее дожидаться и зашагал прочь. Роза всхлипнула, утерла слезы, дождалась, пока его шаги стихнут, и тоже пошла следом в Большой зал. У нее есть только один шанс восстановить свою репутацию хотя бы в глазах преподавателей — быть идеальной ученицей и старостой.              С того злополучного дня прошел ровно месяц. Месяц, как они со Скорпиусом не произнесли друг другу ни слова. Месяц, как она восстанавливала в глазах преподавателей свою репутацию. Месяц, как папа писал ей каждый день, а она подозревала, что у него тут в школе есть информатор (наверняка, Хьюго), поэтому он и пишет, сравнить показания. Месяц, как она безуспешно пыталась его забыть.       Девочки совсем не помогали ей. Мало того, что Роксана твердила о правильности ее выбора, а Доминик об огромной ошибке, постоянные разговоры о Малфое с любой точки зрения не помогали выкинуть его из головы, а главное — из сердца. Альбус тоже не давал ей расслабиться, постоянно при ней, как бы невзначай, заводя разговоры о том, как Скорпиус вечерами страдает в их спальне, а на его советы найти себе другую девушку, грубо посылает его.       Но все же были две вещи, которые хотя бы иногда, но отвлекали ее. Разумеется, на первом месте была учеба. Роза с каждым днем чувствовала приближение ЖАБА, да и преподаватели не давали им об этом забывать, задавая горы домашнего задания. Книги поглощали ее, что она не замечала никого вокруг, порой забывая об ужине. Но ночью мысли возвращались.       Хорошей терапией за этот месяц были и прибывшие иностранцы. Роза помогала ребятам адаптироваться, с другими старостами они организовывали на выходных различные мероприятия, чтобы познакомить ребят с Хогвартсем, с их культурой, друг с другом. Но сейчас, спустя месяц, все это уже стало не так актуально, французы и американцы прекрасно вписались в их дружную семью, обзавелись друзьями, могли без сопровождения найти любую дверь в замке, поэтому у Розы поубавилось забот.       Впрочем, на ближайших выходных предстоял поход в Хогсмид. Роза очень сильно ждала его. Хотелось выбраться из стен школы, отвлечься от учебы и проблем, все же она себя совсем загнала, параллельно к подготовке к ЖАБА изучая иностранные языки, все еще не бросая мечту о поступлении на стажировку в Конфедерацию магов.       — Роза, — в пятницу вечером окликнул ее Пьер, когда девочки вытащили ее в школьный двор после ужина немного прогуляться.       Да, наверное, Пьер был единственным иностранцем, кто ни с кем не познакомился в течение этого месяца. Точнее, конечно, познакомился, у него были со всеми прекрасные отношения, но Роза не могла сказать, что он обрел именно друзей, больше однокурсников, с которыми они обсуждали учебу, но не более. И Роза прекрасно знала, почему. Пьер хотел «дружить» только с ней и ни с кем больше. Роза же считала, что она будет обманывать парня, начав проводить с ним время, а думать о другом. Роксана ей твердила, что так и нужно, иначе как она забудет Малфоя, должен быть кто-то, кто придет ему на замену, а тем самым вытеснит несносного блондина из ее сердца. Доминик говорила ей поступать так, как велит сердце, а Роза окончательно запуталась в своем сердце. На совместных уроках она чувствовала взгляд Малфоя на себе. Несмотря на его слова в тот вечер, ведь именно он тоже поставил вторую точку, после нее, кажется, он все еще, действительно, продолжал надеяться, что она передумает, Альбус не врал. Розе и правда хотелось плюнуть на все и как в поезде забыться в его объятиях и поцелуях. Но она знала, что дальше снова поднимет этот разговор. Это будет очень жестоко по отношению к нему.       — Привет, Пьер, — засияла Роксана, пихая ее локтем в бок.       — Привет, — буркнула Роза, опуская книжку.       — Bonsoir, — сказала на французском Доминик.       Пьер им всем кивнул и опустился рядом на их плед, стаскивая из небольшой мисочки пару ягодок клубники.       — Завтра великий день, да? — с улыбкой спросил он.       — Почему? — тут же оживилась Роксана, предвкушая что-то грандиозное, о чем она могла забыть.       — Ну, поход в ваш расхваливаемый Хогсмид, — пояснил парень. — Я столько о нем слышал, особенно за последнюю неделю, что мне уже и правда не терпится там побывать.       — На самом деле, если так подумать, в Хогсмиде нет ничего выдающегося, — заметила Роза, у которой сегодня испортилось настроение после урока зелий, ведь Слизнорт поставил ее работать с Малфоем и заявил, что на ближайший месяц, пока они разбирают это сложносоставное зелье, пары меняться не будут. — Обычная магическая деревня, коих много по всему миру. Магазины там самые стандартные, кафешки обычные, а даже если подумать, то очень низкого качества. Впечатление производит только первый раз, а потом все радуются походам туда только потому, что это смена обстановки, выйти хоть чуть-чуть за пределы школы. Держу пари, если бы семикурсникам, прошедшим экзамен по трансгрессии, разрешали бы на день отправляться в любое место, никто бы не остался в Хогсмиде. Но так как ты первый раз, думаю, тебе понравится.       — Ну, раз ты такой эксперт этой деревни, может, сопроводишь меня завтра и покажешь лучшие места этого злачного места, чтобы я не тратил свое время на то, что не достойно внимания? — спросил Пьер.       Роза поджала губы. Да, ловко он напросился на свидание и все перевернул в свою сторону. Рокси снова пихнула ее локтем.       — Я… я не знаю, — неуверенно проговорила Роза, жалобным взглядом смотря на Доминик, но та не давала ей никаких подсказок.       — Пожалуйста, — улыбнулся Пьер. — Я как-то не влился ни в одну из компаний, а мои французские друзья захотят пойти с кем-то из ваших по той же причине, что они знают деревню.       — Просто я планировала идти с девочками, ну, знаешь, всякие там магазины… — начала искать отмазки Роза, тем более, что это было сущей правдой, это была их традиция уже многие годы ходить втроем в деревню.       Сначала они шли в магазины одежды, как хотела Доминик, потом покупали сладости, которые любила Рокси, затем заходили в книжный магазин, который так любила Роза, ну а дальше обедали в Трех метлах.       — Так пусть Пьер пойдет с нами, вот и все, — сказала Роксана, которая явно поняла, что Роза сливается и отрезала ей все логичные пути отступления. — Давно было пора разбавить нашу компанию каким-нибудь парнем, Доминик, ты ж не против?       — Ну, если Пьеру будет интересно с нами… — неуверенно пожала плечами кузина.       — Конечно, — заверил их француз. — Значит, до завтра?       Пьер ушел, а Роза и Доминик вопросительно уставились на Роксану.       — Ну что? — девушка закатила глаза и цокнула языком. — Роза, между прочим, ты сама нам говорила, что иностранцев очень важно интегрировать на этот год в нашу жизнь. Что, он бы сидел один в замке? У МакГонагалл к тебе возникли бы вопросы.       — Рокси, не строй из себя дурочку, ты прекрасно знаешь, зачем он напрашивался с нами, — сказала Роза. — Ему плевать на эти магазины и деревню, если бы я осталась на стадионе летать на метле, он бы ни секунды не жалел, что не пошел в Хогсмид.       — Ладно, уже пригласили, ничего не поделать, — сказала Доминик. — Только, Рокси, давай без глупостей завтра.       С утра Роза порадовалась, что Роксана учится на Пуффендуе, а значит, не живет с ней в одной спальне. Роза была уверена, что в противном случае она бы точно не дала ей выйти из спальни в джинсах и толстовке, заставив надеть платье. Но Роза не собиралась наряжаться, она всегда ходила в Хогсмид в таком виде, и тот факт, что сегодня с ними идет парень, не мотивировал ее менять свои привычки.       — Мерлин, Роза, в чем ты? — ожидаемо ужаснулась Роксана, но ей пришлось заменить свое кислое выражение лица на радостное, потому что к их компании приближался Пьер. — Привет, ну что, готов незабываемо провести сегодняшний день?       Они вчетвером отправились через главные ворота на центральную дорогу, пропуская всю толпу вперед, которая мечтала занять лучшие столики в «Трех метлах» или купить что-то в «Зонко» или «Сладком Королевстве» без очереди. Роксана не умолкала ни на секунду, рассказывая Пьеру немного истории Хогсмида, а потом начала красочно описывать ассортимент каждого магазина. Роза же шла с краю и смотрела на дорогу, считая попадающиеся камушки.       — Ну, что ты решила? — спросила Доминик.       — Ты о чем? — Роза подняла на нее глаза.       — Ну… — поджала губы Дом. — Ты же знаешь, что Роксана точно в какой-то момент оставит вас наедине.       — Значит, мы продолжим прогулку, как друзья, — твердо сказала Роза. — А если он полезет ко мне, то сам будет виноват.       — Ладно, — вздохнула Доминик. — Но все равно не будь так строга, может, и правда что-то выйдет, кажется, он неплохой парень.       Роза удивленно посмотрела на кузину. Кажется, Доминик надоело ее вечно плохое настроение. Но нет, это гадко использовать Пьера…       — Доминик! — послышался голос Виктуар.       — Вик? — Дом даже открыла рот от удивления. — Что ты тут делаешь? Что-то случилось? С Тедом, с ребенком?       — Мне Роксана вчера написала, что ты так по мне соскучилась и так хотела видеть, что я все бросила и приехала, — кузина обняла свою сестру. — Прости, что после свадьбы с Тедди мы так редко вас навещаем… Пойдем куда-нибудь? Ты мне все расскажешь.       Роза усмехнулась. Да, Рокси не промах. Знала, что сама она не утащит никуда Доминик, а вот беременной Вик та отказать не сможет. Ну да, точно, вот она уже им помахала и отправилась с Виктуар в ближайшее заведение. Роза повернулась к Роксане.       — Ой, — наигранно сказала та. — Я совсем забыла, меня однокурсница просила помочь ей с выбором подарка своему парню, я вас оставлю ненадолго, не скучайте!       Кузина вприпрыжку направилась в магазин «Все для квиддича».       — Кажется, мы остались вдвоем, — неуверенно сказал Пьер, чувствуя какую-то неловкость, может, если он и планировал сам как-то остаться с ней наедине, то, видимо, не так сразу.       — Да, — тяжело вздохнула Роза, понимая, что одна она точно никуда не пойдет, да и бросить Пьера тут одного посреди дороги будет очень некрасиво. — Куда хочешь пойти?       — Ну, судя по рассказам Роксаны, первое, куда нужно зайти, это «Зонко», — Пьер указал на нужный им магазин.       Роза усмехнулась. Да, Роксана везде поспела. Вот, и нового клиента их родителям подогнала, ведь из «Зонко» никто не уходит с пустыми карманами (если только денег), скорее настолько пораженным, что мечтает вернуться туда вновь.       — Привет, Роза, — ей помахала Ким, помощница папы и дяди Джорджа, которая работала здесь в их походы в деревню.       — Привет, знакомься, это Пьер, приехал по обмену, ничего не знает, поэтому нужно поразить, как ты умеешь, — усмехнулась Роза.       — Будет сделано! — засмеялась Ким.       Роза даже немного повеселела, когда наблюдала за реакциями Пьера на ту или иную безделушку. Ее саму все эти вещи давно не поражали, скорее наоборот, вошли в обиход. Но видеть искренние реакции волшебника на волшебство и правда было очень круто.       — О, Роза, привет, не ожидал, что ты зайдешь! — в конце их экскурсии по магазину из кабинета начальника показался Рон, целуя ее в макушку.       — Папа? — удивилась Роза, чуть напрягаясь, все же их последняя встреча была не самой приятной. — Ты что тут делаешь?       — Не поверишь, дочка, я тут работаю, — засмеялся Рон.       — Ну, ты обычно редко бываешь в этом филиале… — нахмурилась Роза, понимая, что отец тут наверняка, чтобы следить за ней.       — Так сложились обстоятельства, сегодня нужно было поработать здесь, да и тебя хотелось увидеть, — сказал Рон. — А кто этот молодой человек рядом с тобой?       — Это Пьер, из Шармбаттона, один из тех, кто приехал по обмену, ну помнишь, та программа, я рассказывала летом, — сказала Роза.       — Да, конечно, очень приятно, Рональд, — Рон протянул руку французу. — Ну, как, нравится тебе у нас тут?       Пьер и Рон начали обсуждать Хогвартс, а Роза думала, неужели и правда Хьюго доносит на нее? Отец просто так бы не приехал. Наверняка хотел проверить, не пошла ли она в Хогсмид с Малфоем. Интересно, он будет переживать, что она не с кузинами, а с другим парнем, или будет только рад, главное, что не со Скорпиусом? В любом случае, ей было противно, что все это какой-то тотальный контроль, поэтому ей захотелось уйти отсюда.       — Пап, нам с Пьером пора, — встряла в их разговор Роза. — Он первый раз в деревне, нам нужно многое успеть посмотреть.       — Да-да, конечно, идите, гуляйте, а у меня работы много, — сказал он. — Ким, вручи нашему новому покупателю базовый набор.       — Да, конечно, — кивнула девушка.       Пьер и Ким ушли, оставляя ее наедине с отцом.       — А он неплохой парень, — одобрительно сказал Рон.       — Что? — удивилась Роза. — Кто ты и что сделал с моим отцом?       — Ну, не придирайся, — нахмурился Рон. — Я не против, что у тебя могут быть отношения, просто я хочу, чтобы этот парень был достойный.       Роза лишь покачала головой и направилась на выход. Мерлин, как это отвратительно. Отец готов отдать ее первому встречному парню, лишь бы его фамилия была не Малфой.       — Мне уже нравится этот поход, — сказал Пьер, держа подмышкой огромную коробку с различными вредилками.       Дальше они закупились сладостями в «Сладком королевстве», Роза показала Пьеру свой любимый книжный магазин, где они провели почти целый час, наконец, выбрав себе новые книги по вкусу, даже зашли в магазин по квиддичу, где было не протолкнуться, все же тоже как никак, а достопримечательность.       — А вот там вот находится Воющая хижина, — Роза показала на ветхое здание, когда они дошли до края деревушки. — Ее использовали для одного ученика в семидесятых годах прошлого века, так как он был болен ликантропией, но директор дал ему шанс получить образование вместе со сверстниками.       — Ого, — сказал он. — Нет, сейчас и у нас к оборотням стали относиться лучше, но пятьдесят лет назад такого точно бы не позволили.       — Да, это было огромное исключение, — кивнула Роза.       — Ну, кажется, мы все уже посмотрели, из тебя прекрасный рассказчик, — улыбнулся Пьер. — За это я хочу тебя отблагодарить и угостить обедом, если ты не против.       — Ладно, — безразлично сказала Роза. — Пойдем тогда в «Три метлы».       Они направились к трактиру, попутно разговаривая об учебе и преподавателях. К сожалению, в «Трех метлах» все места были заняты. Впрочем, на что они рассчитывали, идя туда в обеденное время? Роза заметила Рокси с пуффендуйцами, Доминик и Вик, Альбуса со своей девушкой, компанию из Забини, Гойла, Паркинсон и Булстроуд. Странно, что с ними не было Малфоя. Да и Роза в целом не помнила, чтобы сегодня хоть где-то заметила его шевелюру. За прошедший месяц в замке она не была столь удачлива, он вечно попадался ей на глаза, словно и правда преследовал. Может, остался в замке и решил, что полетать на метле будет полезнее, чем идти в деревню?       — Жалко, — сказал Пьер, когда они вышли из трактира ни с чем. — Но Роксана говорила, что это не единственное заведение.       Роза не настолько плохо относилась к Пьеру, чтобы вести его в «Кабанью голову», но и не настолько хорошо, чтобы идти в кафе мадам Паддифут, оставался лишь третий вариант.       — Если ты готов заменить полноценный обед на чашку чая и сладкий десерт, то можем пойти в чайную Ли, — нашла выход Роза. — Только придется вернуться обратно к Воющей хижине, она на самой окраине.       В чайной Ли и правда почти никого не было, парочка посетителей. Школьники сюда редко ходили, далековато. Но все же среди местных, здесь были студенты. Роза не поверила своим глазам, когда увидела, кто это был. Малфой и девушка из французской делегации. Она ее смутно помнила даже еще на Практике. Слишком скромная и неприметная.       — Молодые люди, проходите, вон тот замечательный столик у окна дожидался именно вас, — сказала приятная девушка, которая усадила их и принесла меню.       Роза заказала себе цветочный чай и ягодный пирог, Пьер взял зеленый чай и пирог с капустой. Он начал что-то рассказывать про выпечку своей бабушки, но Роза его почти не слушала. Она пристально наблюдала за той самой парочкой. Малфой даже не заметил, что они с Пьером сюда пришли, так был занят разговором со своей спутницей. Кажется, Розу это и раздражало, она прекрасно видела, что Скорпиус не играет для нее, он, действительно, искренне увлечен беседой с этой девушкой. Да, ведь это совсем не логично, если бы он хотел, чтобы она видела его с другой, то демонстративно ходил бы с этой француженкой по центральной улице. У Розы вообще было такое ощущение, что даже Забини и Гойл не знают, что Скорпиус все же пошел в Хогсмид.       — Роза, — до нее донесся голос Пьера, который, очевидно, звал ее уже не первый раз.       — Что? — опомнилась она, переводя на него взгляд.       — Ты меня слышишь? — усмехнулся он.       — Да, конечно, — кивнула Роза. — Твоя бабушка готовила варенье из малины…       — Из ежевики, — поправил он. — Вообще-то я спросил у тебя, как давно вы расстались с Малфоем.       Роза чувствовала, как глаза наполнились слезами, а она часто заморгала, пытаясь смахнуть их.       — Мы… — сглотнула Роза. — Почти сразу после окончания Практики. Так сложились обстоятельства. Можно я не буду вдаваться в подробности?       — Можно, — кивнул Пьер. — Только ответь мне на один вопрос. Ты все еще его любишь? Только честно.       — Да, — почти не задумываясь, сказала Роза.       Пьер поджал губы. Видимо, весь этот месяц, что он не видел их вместе, у него была надежда, что Роза теперь свободна. Вот только если она и была свободна, то ее сердце нет.       — Ты мне нравишься, очень сильно нравишься, — сказал Пьер, так тихо, но Роза его услышала.       — Я знаю, — ответила Роза. — Но я не могу ответить тебе взаимностью, поэтому я и избегала тебя…       — Да я уже понял, — грустно усмехнулся он. — Может, у нас хотя бы получится быть друзьями?       — А ты правда веришь в такую дружбу? — изогнула бровь Роза.       — Мне просто жалко терять из своей жизни такого интересного человека, как ты, — пожал плечами Пьер.       Им принесли заказ, Роза отпила свой вкусный чай и снова посмотрела на Скорпиуса. Кажется, он все еще не заметил, что она тут. С каких пор ее так стала раздражать искренность?       — Ты ее хорошо знаешь? — спросила Роза у Пьера.       — Ну, не так, чтобы очень, — ответил парень. — Это Амелия Шарди. Хорошо учится, чистокровная, у нее очень богатые родители, а по ней и не скажешь. Знаешь, обычно такие девчонки ведут себя достаточно вызывающе, а она очень скромная. Но с ней интересно. Она очень начитанная, может поддержать любой разговор.       — Да, я вижу, — фыркнула Роза.       Видимо, Пьер не хотел, чтобы Роза сидела весь оставшийся день с кислой миной, поэтому начал ее развлекать всякими историями из своей жизни. Роза даже один раз посмеялась. Кажется, именно ее смех заставил Скорпиуса оторваться от своей спутницы и посмотреть в их сторону.       Их глаза встретились. Роза видела, как Малфой пробежался взглядом по их столу, явно не понимая, как он их пропустил, что они уже все съели. Роза поджала губы и вернула свое внимание Пьеру.       Он продолжал что-то рассказывать, а Розе стало плохо и душно, хотелось на воздух.       — Пойдем? — спросила она, прерывая его. — Есть еще одно интересное место, которое мне нужно успеть тебе показать.       Пьер кивнул, а Розе пришлось вести его в пещеру. Так себе развлечение, но ей хотелось быть подальше от той парочки. От ревности даже сводило пальцы.       — Роза, это была замечательная прогулка, спасибо тебе, — в конце дня сказал Пьер, когда он проводил ее до гостиной Гриффиндора. — Я знал, что лучше тебя никто не расскажет про Хогсмид.       — Да, было круто, — кивнула Роза, забирая у него из рук свой пакет из книжного магазина.       — Ну, тогда, увидимся, — Пьер неловко помахал ей и направился к башне Когтеврана, где жил.       Роза поплелась в свою спальню. Соседки обсуждали свой проведенный выходной, а Роза быстро сходила в душ и отгородилась от них пологом. Перед глазами все еще был Малфой и Амелия. Они и правда хорошо смотрелись вместе. Может, если Малфой найдет себе девушку, то она будет меньше чувствовать свою вину за их расставание? Она не хотела портить ему жизнь. Да и Амелия Малфой очень даже красиво звучит…              — Ну что? — на следующий день к ней в библиотеке подсела довольная Роксана.       — Тише ты, — шикнула на нее Роза, заметив, как неодобрительно смотрит на кузину мадам Пинс.       — Как прошло свидание? — уже шепотом, но все такая же довольная спросила Рокси.       — То есть, ты даже уже не отрицаешь, что все подстроила, да? — фыркнула Роза.       — Ну а чего скрывать, когда все уже хорошо, ваши дети будут благодарны мне, что появились на свет, — подмигнула Рокси.       — Мерлин, Роксана, какие дети, что ты несешь? — зашипела на нее Роза. — Что ты там себе уже напридумывала?       — Ваше счастливое совместное будущее, чтобы ты больше не кисла из-за этого Малфоя, — цокнула языком Роксана.       Роза тяжело вздохнула. Нет, ей точно после школы нужно уезжать заграницу, подальше от своих родственничков. И если Франция со вчерашнего дня ей была противна, то может ей все же попытать удачу со стажировкой в Конфедерации?       — Давай договоримся, что это был последний раз, когда вы меня с кем-то сводите, — сказала Роза. — Между прочим, Малфой тоже была ваша идея. Я разберусь сама. Сейчас у меня экзамены.       — Опять завела свою шарманку, — фыркнула Роксана, вырывая у нее учебник из рук. — Давай, лучше расскажи, как все прошло.       — Обычно, я показала ему всю деревню, Воющую хижину, мы даже до пещеры дошли… — начала повествование Роза.       — Да плевать мне на эту пещеру, — закатила глаза Роксана. — Надеюсь, вы целовались?       — Нет, Роксана, мы не целовались, — сдержано сказала Роза, хотя ей очень хотелось ударить кузину.       — Ну ты дура, — сказала Рокси. — Зачем ты его оттолкнула?       — Я его не отталкивала, — сказала Роза. — Он и сам не лез.       — Тоже дурак, — высказала свое мнение Роксана.       — Рокси, хватит, — Роза не выдержала и встала из-за стола. — Мы с ним поговорили, я ему все честно сказала, что он мне может быть только другом, он, в отличие от тебя, это понял и принял, поэтому больше не нужно лезть ни ко мне, ни к нему.       Роза направилась к дальним шкафам с художественной литературой. Ей нужно было успокоиться и почитать что-то легкое. Она взяла свой любимый классический магловский роман, уселась на подоконник и начала читать. Вдруг с другой стороны стеллажа послышались знакомые голоса. Роза закрыла книжку и прислушалась к диалогу.       — Наконец-то я тебя нашел, — сказал Альбус. — Чего ты тут сидишь? Даже на завтраке не был. С тобой все нормально?       — Да, — ответил Скорпиус. — Захотел почитать.       — Как полетал вчера? — спросил Поттер. — Хочешь растоптать Гриффиндор в пух и прах в ближайшем матче?       Скорпиус ничего не ответил.       — Серьезно, что с тобой? — спросил Альбус. — Или отец объявился и вы с ним снова поругались?       — У меня больше нет отца, Альбус, — сказал Малфой. — Да и на поле я вчера не был.       — А что ты тогда делал? — удивился Поттер.       — Был в Хогсмиде, как и все, — просто сказал Скорпиус.       — А чего Забини мне ничего не сказал, что вы были вместе? — спросил Альбус.       — Наверное, потому, что мы не были вместе, — также спокойно ответил Скорпиус. — Я был с девушкой.       — Вы помирились с Розой? — допытывался Альбус.       У Розы екнуло сердце, но она продолжала не дышать.       — Нет, Роза мне все давно дала понять, — твердо сказал Скорпиус. — Это была одна из француженок.       — А чего ты ничего не сказал? — Альбус, кажется, даже оскорбился. — Давно ты с ней?       — Не то, чтобы я с ней… — уклончиво сказал Скорпиус. — Просто… Я решил прогуляться в одиночестве, а она, видимо, пошла смотреть на Воющую хижину и заблудилась. Ну я и предложил ей помощь, мы зашли в чайную Ли. Она такая интересная девушка… Я не заметил, как пролетел весь день, у нас столько общего.       — Ты что, влюбился? — рассмеялся Альбус.       — Ну, это громко сказано, люблю я Розу и это, как мне кажется, уже никогда не изменится, — так искренне сказал Скорпиус, что у нее снова внутри все заныло. — Но она мне все ясно дала понять. А Амелия очень красивая и такая… Может, мне и правда стоит с ней попробовать что-то?       Роза бросила книгу на подоконник и побежала из библиотеки. Ей было больно это слышать. Да, она знала, что это она все испортила, что это будет правильно, если Малфой будет с ней, возможно, он даже сможет помириться с отцом, раз его девушка будет чистокровная, но рациональность не могла убедить ее сердце не болеть.       Роза проплакала всю ночь, поэтому в понедельник на первый урок зелий пришла с красными глазами. Ей не хотелось, чтобы Малфой видел ее вот такой. Поэтому она дала себе слово, что он не заметит ее страданий по нему.       Скорпиус вошел точно со звонком и сел рядом с ней, не говоря даже слов приветствия.       — Продолжаем работу, — сказал Слизнорт. — Ваши котлы подписаны, разбираем…       Роза и Скорпиус молча разделили свои обязанности. Роза нарезала ингредиенты, а Скорпиус делал помешивания. Под его взглядом руки начинали дрожать, что она даже порезалась.       — Осторожнее, — сказал Скорпиус и взял ее руку, палочкой сращивая ее небольшой порез.       — Спасибо, — сказала Роза. — Не волнуйся, я не скажу твоей девушке, что ты спас другую.       — Думаю, что она первая осудила бы меня, что я не помог человеку, истекающему кровью, — усмехнулся Скорпиус.       — Рада, что у тебя появилась личная жизнь, — буркнула Роза.       — Кажется, что у тебя тоже, — ответил Скорпиус. — Видимо, его твой отец одобрил, да?       — Не трогай моего отца, — оскалилась Роза, угрожая ему ножичком для корений.       — А ты не лезь в мою личную жизнь и не трогай Амелию, — кинул ответную угрозу Скорпиус.       Этот разговор разозлил Розу на весь день. Особенно, когда она увидела этих двоих во дворе школы перед ужином, когда вышла прогуляться. Ревность накрывала ее с головой. Снова из-за того, что это были не показательные выступления. Скорпиус не видел ее, она их сама едва заметила, спрятавшихся за деревом. Они снова о чем-то мило беседовали, а потом пошли в Большой зал, где и разошлись по разным столам. И если Малфой скорее скрывал свои наклевывающиеся отношения, то Розе хотелось буквально прокричать ему, что она не хуже.       — Пьер, — позвала парня Роза, когда тот со своими французскими друзьями тоже направлялся в Большой зал на ужин.       Он улыбнулся своим одноклассникам, кивая, и пошел к ней. Она стояла прямо в дверях Большого зала, на виду у всего зала и холла, их увидят все. Осталось только решиться…       — Привет, — улыбнулся Пьер. — Как ты?       Но вместо ответа Роза приподнялась на носочки, притянула его к себе за шею и поцеловала. Кажется, Пьер первые несколько секунд был в замешательстве, его губы были твердыми, а тело неуклюжим. Но он смог расслабиться, слегка приобнимая ее за талию. Роза не планировала заканчивать этот поцелуй, не знала, заметил ли Скорпиус. Но когда гул в зале прекратился, Роза поняла, что даже если тот не увидел, но вся школа точно начнет обсуждать этот поцелуй, а значит, будет знать и Малфой.       — Прости, — Роза оторвалась от Пьера.       Она улыбнулась ему, кинув взгляд в зал. Скорпиус смотрел на нее, но таким взглядом, словно ему и правда было все равно, что она отныне целует не его. Роза отпустила руку Пьера и направилась к лестницам.       — Роза, — кричал Пьер, который бежал за ней следом.       Но Роза не останавливалась. Она бежала все выше по лестницам. Слезы лились из глаз, из-за пелены которых она и не видела, куда бежит.       — Да постой же ты, — Пьер, наконец, догнал ее, схватив за руку. — Может, объяснишь?       Объяснений ему пришлось ждать долго. У Розы была настоящая истерика, которая не прекращалась. Наконец, спустя пятнадцать минут, она смогла говорить.       — Прости, я не должна была этого делать, просто… — всхлипывала Роза. — Я не могу видеть его с ней.       — Малфой, — хмыкнул Пьер. — Так в чем проблема? Поговори с ним. Уверен, что сейчас это будет сделать куда проще, пока и Амелия еще не успела в него влюбиться, или пока они не поженились.       — И что я ему скажу? — истерически засмеялась Роза. — Что я дура, которая все испортила?       — Ну, можно и так, — усмехнулся Пьер. — Главное, будь искренней, чтобы он поверил.       — Ты просто не знаешь нашу историю… — покачала головой Роза. — Он мне больше никогда не поверит.       Но все же и Пьер был прав, и Доминик, которая на следующий день спросила у нее, что же это было. Ей плохо без Скорпиуса. Зачем же подвергать саму себя пыткам?       Вот только Роза никак не могла поговорить со Скорпиусом. Этот поцелуй портил все. Роза решила, что просто нужно дождаться случая, чтобы все ему объяснить.       Случай представился спустя неделю, когда МакГонагалл вызвала их в свой кабинет как старост школы.       — Присаживайтесь, — сказала она.       Скорпиус и Роза сели в кресла, стараясь не смотреть друг на друга. Малфой был спокоен. А вот Розу уже начинало потряхивать от его близости и невозможности к нему прикоснуться.       — Как вам известно, через две недели Хэллоуин, — начала директриса. — Так как этот год не совсем обычный и у нас в замке есть гости, праздник нужно устроить грандиозный. Просто пир и дискотека будет маловато. Надеюсь, вы мне сможете доказать, что я не зря оставила вам значки старост школы, и вы придумаете что-то креативное.       — Конечно, профессор, — сказала Роза.       — Даю вам свой кабинет и час, чтобы вы обсудили свои идеи, — сказала директриса, смотря на часы. — Когда я вернусь, мы с вами обсудим все ваши варианты и их возможную реализацию.       МакГонагалл ушла, оставляя их одних в давящей тишине.       — Кхм, — спустя пять минут ее нарушил Скорпиус. — Мне пока что в голову ничего не приходит кроме какого-нибудь страшного квеста по замку, в Запретный лес нас вряд ли пустят…       — Ну, да, — отстраненно сказала Роза, мысли в ее голове были совсем не о празднике.       — А у тебя какие идеи? — спросил Малфой.       — Скорпиус, прости меня, — прошептала Роза.       — Роза, все в прошлом, я не сержусь, — холодно сказал он.       Но ей не хотелось, чтобы это было в прошлом…       — Скорпиус, — всхлипнула Роза. — Я не могу без тебя… Мне так плохо. Пожалуйста…       — Я не заметил, — фыркнул Малфой.       — Это была моя глупость, я пыталась заглушить боль, но у меня ничего не получилось, я постоянно думаю о тебе, я не могу видеть тебя с ней, — тараторила Роза. — Я слышала твой разговор с Алом. Ты сказал, что все еще любишь меня. Я тоже люблю тебя, я дура, я испугалась. А ты был прав. Я не буду счастлива, если буду жить не свою жизнь…       — Роза… — тяжело вздохнул Скорпиус. — Я устал от тебя. Ты постоянно делаешь мне больно. Я не хочу начинать все в третий раз, а потом на выпускном прятаться от твоего отца, лишь бы он не подумал, что мы с тобой пришли вместе.       — Клянусь, Скорпиус, любимый, я напишу отцу хоть сегодня, что мы вместе, пусть будет, что будет, но без тебя я не смогу… — Роза продолжала рыдать.       Она упала со стула на колени перед ним, готовая вымаливать прощение, лишь бы больше не чувствовать той боли.       — Скорпиус, прости… — всхлипнула Роза.       — Ты с ума сошла? — ахнул Малфой, поднимаясь из кресла сам и начиная поднимать ее. — Встань.       — Нет, пока ты меня не простишь, — сказала Роза.       — Я на тебя и не злился, но… — покачал головой Скорпиус. — Я правда не готов, если ты потом опять решишь, что что-то неправильно.       — Клянусь, отныне я всегда буду выбирать только тебя, мне никто не нужен кроме тебя… — сказала Роза.       Кажется, Малфой все еще сомневался. Роза сама от себя не ожидала, но ее руки потянулись к молнии и застежки на его штанах. Она подползла к нему ближе, проводя рукой по паху.       — Что ты делаешь? — судорожно выдохнул Скорпиус.       Роза спустила с его штаны и взяла в руки его член, начиная водить ладонью по всей длине. Ей было плевать, что они в кабинете директора, а на них смотрит куча портретов, им не впервой. Главное, что ее сердце ликовало, она сделала правильный выбор.       — Роза, — Скорпиус крепче взялся за стол одной рукой, а вторую положил ей на голову.       Роза облизала языком его головку, вызывая у Малфоя стон. С каждым движением все глубже. Как она по нему скучала.       — Иди сюда, — Скорпиус поднял ее с колен и усадил на директорский стол, вставая между ее ног.       Он поцеловал ее в губы, руками задирая эту короткую школьную юбку. У Розы было дежавю. Как в поезде, как в кабинете мамы, как у него дома…       — Ты меня простил? — прошептал Роза.       Но вместо ответа Скорпиус отодвинул ее трусики, проводя пальцами по половым губам, размазывая ее влагу. Его член касался внутренней части ее бедра. Розе не терпелось.       — Пожалуйста… — умоляла Роза.       — Мы в кабинете директора… — прошептал Скорпиус ей на ухо.       — Видимо, мы иначе не умеем, — улыбнулась Роза.       Малфой вошел в нее. Грубо, резко, на всю длину. Роза издала стон, но ей это нравилось. Сегодня он был грубее, чем обычно. Но она это заслужила. Ей было хорошо. Хорошо, как никогда.       Он продолжал грубо кусать ее губы, сжимать соски, насаживать ее на себя. Роза позволяла. Хотелось, чтобы это никогда не кончалось.       Он снял ее со стола, ставя коленками на кресло, наклоняя ее. Роза застонала громче, угол проникновения дарил ей еще больше удовольствия. Через пару минут яркий оргазм пронесся по ее телу, заставляя ее кричать, а тело содрогаться.       Но Скорпиусу было мало. Он продолжал входить в нее грубыми толчками, шлепая ее по попе, словно наказывал за несносное поведение. Второй оргазм не заставил ее долго ждать, еще большим ураганом проносясь по телу и буквально сжимая внутри член Малфоя.       Роза почувствовала, как он кончил за ней следом, а кабинет снова услышал протяжный стон.       — Скорпиус, — Роза повернулась к нему, одергивая юбку, снова чувствуя, как его сперма стекает по ее ноге.       — Молчи, — он приставил палец к ее губам, а она его игриво облизала. — Просто молчи.       — Скорп, — Роза обняла Малфоя и прижалась к нему так сильно. — Я никогда больше от тебя не уйду…       Он ничего не ответил. Будто не верил. Но сейчас им обоим было слишком хорошо, чтобы пытаться что-то обсуждать.              Следующие два месяца они снова встречались тайно. В Выручай-комнате. Хотелось только наслаждаться друг другом, оставить свою любовь для себя.       В один из вечеров Малфой сказал ей, что не хочет возвращаться домой, поэтому останется на Рождество в школе. Роза тут же сказала, что останется с ним. Ей было плевать, что подумает отец и поверит ли ей, что она остается в школе, чтобы пользоваться библиотекой и готовиться к экзаменам.       В канун Рождества, когда все разъехались по домам, Роза и Скорпиус решили изменить Выручай-комнате и направились в ванную старост.       — У меня для тебя есть новость, — сказал Скорпиус, когда они голые лежали в большой ванной с пеной, а Роза заигрывающе поглаживала его ножкой по животу, якобы случайно проводя и по члену, который с каждым разом становился все тверже.       — Какая? — спросила Роза, наблюдая за Патронусом-хорьком, которого Скорпиус создал, лишний раз продемонстрировав ей, насколько он счастлив.       — Меня пригласили на пробы в одну английскую команду по квиддичу, — сказал Малфой. — Если все пройдет хорошо, я буду играть.       — Я рада за тебя, — сказала Роза.       — Ты же будешь ходить на каждый мой матч? — расплылся в улыбке Малфой.       Роза улыбнулась ему, подплывая и целуя. Не хотелось ей в Рождество поднимать тему их будущего и снова ссориться. Ведь вот уже неделю как в ее спальне лежало приглашение на трехгодичную стажировку в Швейцарию в Конфедерацию магов.