Практика в Министерстве

      В комнате повисла звенящая тишина.       — Что? — спустя какое-то время спросил Рон, мотая головой так, словно был уверен, что он сошел с ума.       Повторить это второй раз, осознанно, не на эмоциях, было сложнее. Голос куда-то ушел. Она вообще не понимала, как она стоит.       — Я встречаюсь со Скорпиусом Малфоем, — повторила Роза.       Забавно, что неделю назад она думала, что ее жизнь закончена, когда они с Малфоем поссорились. Но нет. Это произойдет сейчас.       Она хотела все сделать не так. Она хотела его представить родителям, когда они бы лучше узнали друг друга. Когда их историю можно было бы преподнести как что-то романтичное и настоящее.       Хотя…       — Роза, не надо так шутить, — строго сказал Рон. — Правда, не стоит…       Роза была готова рассмеяться. Еще сегодня утром она не знала, как прятать их отношения, а сейчас ищет доказательства того, что они вместе. Не Альбуса же вызывать это подтверждать.       — Роза, — умоляюще сказал отец. — Я… Я погорячился. Мы с мамой не будем разводиться. Мы помиримся, обязательно помиримся. Только не надо меня обманывать, хорошо?       — Если ты не веришь, можешь взять этот волос, использовать оборотное и убедиться, — поджала губы Роза. — Мама тебя очень любит и не изменяла тебе, я знаю это.       — Хорошо, это волос Скорпиуса Малфоя, — начал признавать Рон. — Гермиона, ты же говорила, что он приходил к тебе в кабинет, да? Может, он остался там с того времени, да? Вот видите, не нужно врать никому, можно просто сказать правду.       — Но это не решает вопроса пустого противозачаточного зелья, — хихикнул Хьюго, которому теперь уже стало весело.       — Хьюго, — шикнула на него Гермиона.       Роза виновато опустила глаза в пол.       — Роза, ты… — кажется, Рон принял эту страшную для него реальность, но не был готов с ней мириться. — Ты с ума сошла?!       — Пап, я… — начала оправдываться Роза.       — Как ты могла? — кричал Рон. — Я же тебе с детства все рассказал про его семью! Это ужасные люди! Роза, я думал, что ты…       У Рона не было слов. Гермиона, кажется, сама пыталась понять, что происходит, да и в целом не спешила лезть под горячую руку мужа, боялась, что сделает только хуже. А Роза чувствовала стыд, отец ее ненавидит, считает предательницей.       — А, я понял! — кажется, Рон снова сам себе нашел оправдание действий дочери, в которые очень хотел верить. — Это все Альбус, да? А я говорил Гарри, что надо было плевать на эту драную шляпу, разговаривать с МакГонагалл и переводить на Гриффиндор! Ничем хорошим такое соседство никогда бы не кончилось, да и Джинни хороша, наши дети будут общаться с тем, с кем посчитают нужным…       — Рон, — осмелилась подать голос Гермиона. — Малфои, они…       — Даже не смей мне говорить, что они изменились! — закричал Рон, что аж замигал свет.       Гермиона робко замолчала.       — Нет, пап, Альбус тут ни при чем, он нас не сводил, — сказала Роза, ведь это была правда, Ал их всего лишь помирил, а откровенно их сводили Доминик и Рокси. — Так просто… вышло.       Рон снова качал головой и отступал назад, словно его загоняли в ловушку, а он был безоружен.       — А, я понял! — снова воскликнул Рон. — Это все план его папаши! Ну да, конечно, как я сразу не догадался! Он ненавидит всю нашу семью. Детство кончилось, обзывательства больше не пройдут, да и не за что больше дразнить, у меня есть бизнес и деньги. Но он нашел как. Нашел мое слабое место. Ведь это так унизительно, когда твоя дочь выбирает сына врага. Ну, конечно. А я знал, что от его сынка надо держаться подальше.       Роза была растеряна. Она не знала, что ей делать. Позволить верить отцу в это? Сказать, что она все поняла и больше не встречается со Скорпиусом? А что будет дальше?       — И как давно вы с ним общаетесь? — Рон снова и снова пытался найти оправдания.       — Ну… — уклончиво сказала Роза. — Близко общаться мы начали на практике.       — А, то есть это все его дурное влияние?! — прогремел Рон. — Это он надоумил тебя идти с нами на тот склад? Небось говорил, что ты же дочь героев войны, давай, чего тебе стоит. Ну да, конечно, просто встречаться с моей дочерью это мелко для Малфоев, ее надо уничтожить.       — Рональд! — совсем осмелела Гермиона.       — Пап, ничего такого не было! — убеждала отца Роза. — Наоборот, он очень переживал за меня. Он всегда мне запрещал лезть во все это. Он звал в тот вечер меня гулять, но я сама пошла в зал суда и…       Рон начал ходить кругами по гостиной. Кажется, все варианты, которые его более или менее устраивали, разбивались в прах. Наконец, он не мог упустить самую важную деталь этого расследования.       — Роза, дочка, скажи, пожалуйста, что у вас ничего не было, — умоляюще посмотрел на нее Рон. — Скажи, что ты хотела просто разыграть маму, меня, да? Ты вылила это зелье и оставила. Ты знала что-то уже тогда про эту особу и решила ее подставить, подумав, что если мама найдет этот флакончик, то она ее уволит, да?       — Нет, пап, — выдохнула Роза. — Я и правда употребила это зелье. По его прямому назначению. И остальные тоже.       — Он тебя заставил этим заниматься, да?! — взревел Рон. — Нет, я его убью, где он?       — Пап, не трогай его! — закричала Роза. — Все было по обоюдному согласию, я этого хотела.       — Нет, тут Империус, не меньше, — сказал Рон.       Он быстрым шагом подошел к ней, взял ее лицо в ладони и посмотрел в ее голубые глаза, в точности, как у него. Роза видела всю боль, которая читалась в нем. Опытный мракоборец в прошлом прекрасно видел, какое ясное было ее сознание.       — Роза, доченька, давай с тобой договоримся, — сказал Рон, беря ее за руки. — Каждый совершает ошибки, особенно в подростковом возрасте. Но главное — это вовремя их исправить. Я тоже в школе встречался с одной девочкой… Надо просто все это забыть, да? Больше не будет никакого Скорпиуса Малфоя, все закончилось, мы во всем разобрались, будем продолжать жить нашей дружной большой семьей…       — Нет, пап, — Роза вырвала свои руки и отошла на шаг назад. — Я не буду бросать Скорпиуса. Я его люблю, а он любит меня. Неужели ты думаешь, что я стала бы встречаться с человеком, который…       — Роза, да это чушь! — снова закричал Рон. — Он тебя не любит, это же очевидно, Малфои не умеют любить!       — Рональд, — снова попыталась вразумить мужа Гермиона. — Я разговаривала со Скорпиусом, он хороший парень…       — Хороший парень, совративший нашу дочь?! — Рон повернулся к жене. — Роза воспитанная и скромная девочка! Это все было у тебя в кабинете! Роза бы не стала такое делать там, даже если верить, что она этого хотела, значит это идея этого щенка!       Роза была готова расплакаться. Она больше всего боялась, что ей придется делать выбор между Скорпиусом и семьей. Она не была готова к такому и точно не хотела.       — Я люблю его и буду с ним встречаться! — у Розы кончилось терпение. — И я не буду терпеть, что ты его оскорбляешь!       — А ну вернись! — сказал Рон, когда Роза пошла к лестнице. — Мы еще не закончили!       — Мне уже семнадцать, — заявила Роза. — Если для тебя Скорпиус плохой, то значит и я, значит, я больше не буду жить в этом доме.       Роза, перепрыгивая через ступеньки, пошла к себе в комнату, громко хлопнув дверью. Она слышала, как ругались родители внизу, Рон в очередной раз говорил Гермионе упреки, что это она не следила за дочерью, что позволила всему этому случиться. Роза слышала, как хлопнула дверь в спальню Хьюго, да и внизу все стихло. Папа отправился в Мэнор? Ну и пусть. Она была уверена, что Скорпиус тоже ему скажет, что любит ее. А если он что-то ему сделает, то больше никогда ее не увидит.       Роза всхлипнула и обняла подушку. Да, она знала, что все так и будет. Поэтому и не хотела ничего говорить.       Истерика не заканчивалась, поэтому Роза решила выпить успокоительного зелья. Родителей дома не было. А в комнате брата горел свет. Ей не хотелось оставаться один на один со своими мыслями, поэтому Роза постучала в дверь. Наверное, если бы у нее был не брат, а сестра, они были бы больше близки на подобные темы, но сейчас Розе было все равно, ей нужно было с кем-то поговорить.       — Можно? — постучалась она к брату.       — Заходи, — пожал плечами Хью.       — А где родители? — спросила Роза, понадеявшись, что брат все же слышал, куда они собирались.       — Не знаю, — сказал он. — Мама лишь сказала, что не оставит отца одного в таком состоянии.       — Ясно, — поджала губы Роза.       Оставалось надеяться, что даже если папа пошел к Малфою, то мама с ним, она не даст ему натворить глупостей.       — Почему ты мне тогда не поверил? — спросила Роза. — Когда заподозрил, что у меня кто-то появился, а я ответила Малфой.       — Ну, ты же слышала папу, — пожал плечами Хьюго. — Он нам все детство говорил, какие они плохие. Да и я в школе ни разу не видел, чтобы вы как-то пересекались или обмолвились хотя бы одним словом. Так не бывает, что не общались и сразу пара.       — Бывает, — усмехнулась Роза.       Хьюго на нее вопросительно посмотрел.       — Я ему давно нравилась, — пояснила Роза. — Альбус об этом знал, Рокси и Доминик тоже. Девочки потом мне говорили, что он мне тоже нравился, я просто не хотела этого признавать и замечать. Как я потом поняла, они были правы.       — И что же произошло, что все поменялось? — спросил Хьюго, а Розе даже показалось, что он искренне заинтересован.       — Он стал проявлять ко мне знаки внимания, — улыбнулась Роза, вспоминая день открытых дверей. — Может, до этого он мне и нравился, но я понимала, что это бесполезно, что у него другие девушки, сама себя останавливала развивать эти чувства. А тут… Да и раньше мы не общались, а в тот день мы столько разговаривали. Я узнала, кто такой Скорпиус Малфой. Совсем не тот бездушный человек, каким описывал его папа. Нет, я и раньше подозревала это, иначе Альбус не стал бы дружить с таким человеком. Но тогда и правда что-то произошло между нами.       — Ты переспала с ним в первый же день? — удивился Хьюго, вспоминая ее криво застегнутую блузку.       — Осуждаешь? — поджала губы Роза.       — Да нет, просто… — уклончиво сказал Хьюго. — Не знаю, на тебя будто это вообще не похоже.       — Да, я знаю, это и правда, какое-то наваждение, когда тебе становится плевать на весь мир и какие-то нормы морали, тебе хочется быть с этим человеком здесь и сейчас, что ты не думаешь ни о чем в этот момент, только о нем, — мечтательно сказала Роза.       Хьюго ничего не ответил. Очевидно, в силу возраста он еще не успел испытать таких чувств. Но, казалось, он ее и правда не осуждал, она все равно оставалась для него сестрой.       — Ладно, я пойду, — сказала Роза, которую начало клонить в сон от успокоительного зелья. — Надеюсь, папа примет мой выбор…       Кажется, в этом Хьюго был совсем не уверен.              Роза проснулась от легких поглаживаний по спине. Голова была тяжелая и болела от слез и истерики, которые случились вчера. Она повернулась на спину, приоткрывая глаза, и увидела маму.       — Мама? — спросила она. — Ты чего тут?       — Пришла с тобой поговорить, — ласково сказала Гермиона, поглаживая ее по руке.       — Все нормально? — обеспокоенно спросила Роза. — Где папа?       — Папа спит, — сказала Гермиона. — Он вчера сильно напился, но не беспокойся, все хорошо.       — Вы с ним опять поссорились? — с сочувствием спросила Роза. — Из-за меня?       Гермиона тяжело вздохнула и покачала головой.       — Наш папа бывает очень вспыльчив, — начала мама. — Но он не со зла. Он просто так выражает свои переживания за нас. Я согласна, что его мнение о семье Малфоев достаточно предвзятое…       — А твое? — спросила Роза. — Ты им веришь?       — Неотъемлемая часть жизни любого человека — это предательства, зачастую от тех людей, от которых мы не ожидаем, есть даже выражение, что люди не меняются, и я с ним в целом согласна, но есть и исключения, — пояснила свою точку зрения Гермиона. — Человек не может измениться просто так, однако если в его жизни произойдут очень сильные изменения, то это возможно. На мой взгляд, Драко относится к этим людям. Ему против воли поставили в шестнадцать лет черную метку, возложили такую миссию. В детстве и в подростковом возрасте мы все ведем себя чересчур драматично, у детей не бывает серого. Я уверена, что Драко в тот момент все осознал. Выбор им стороны по окончанию войны был осознанным. Он знает, каково это быть на другой стороне. Ему это не понравилось. Да, я уверена, что какие-то вещи в нем остались, что называется, передались с воспитанием, какие-то установки, которые будет сложно пошатнуть. Но в целом я не думаю, что он плохой человек. Более того, сейчас не о нем речь. Скорпиус отличается от Драко, которого я знала на протяжении всей своей жизни. К сожалению, с Асторией я была знакома поверхностно, но я слышала о ней много приятных слов. Она часто жертвовала на благотворительность, никогда не отзывалась плохо о маглах. Тот наш разговор со Скорпиусом мне дал наглядно понять, что Астория куда больше Драко повлияла на мировоззрение их сына. Я не считаю, что Скорпиус может быть плохим человеком. Гарри с Джинни тоже отзывались о нем только положительно, а ведь он у них гостил каждое лето. Но тем не менее, мы твои родители и мы все равно переживаем за тебя. Знаешь, люди бывают обманчивы. Все может быть. Я не хочу решать за тебя, в конце концов, родитель не может уберечь ребенка от всех ошибок. Решение всегда будет за тобой и знай, что я его приму, каким бы оно не было. Но я не хочу, чтобы тебе разбивали сердце. Я знаю, вина лежит на мне. Я так много работала и так мало уделяла тебе время. Я не знала, что ты влюбилась. Я даже не знала, что вы общаетесь. Я понимаю, почему ты мне ничего не рассказала. Я не хочу лезть тебе в душу. Но все же я прошу тебя рассказать, как у вас все случилось, правда ли ты его любишь.       Роза не знала, что ответить. У них и правда никогда не было каких-то очень откровенных разговоров с мамой. Но, наверное, если она сделала шаг, то и Роза должна пойти ей навстречу.       — Я не рассказывала тебе, потому что боялась, что ты разочаруешься во мне, — тихо сказала Роза.       — Потому что ты выбрала Малфоя? — спросила Гермиона.       — Нет, потому что… — поджала губы Роза. — Я переспала с ним, зная его всего один день.       Она видела легкое замешательство на лице Гермионы, но она молча ждала продолжение истории.       — Нет, он меня не заставлял, просто… — вздохнула Роза. — Мы не смогли сдержаться в моменте.       Роза считала, что она унесет с собой тайну начала их отношений в могилу. Но в ней все это слишком долго сидело и рвало душу на части, хотя вчера в Отделе Тайн они все это отпустили. Ей хотелось поделиться с мамой, послушать ее совет, поэтому она рассказала все без запинки и утайки, все как на духу.       — Ты ненавидишь меня, да? — усмехнулась Роза, явно читая шок на лице матери.       — Нет, что ты, просто… — Гермиона чуть склонила голову. — Ты похожа на Рона больше, чем я думала.       — Как ты считаешь, после всего у нас может быть будущее? — с надеждой спросила Роза.       Гермиона не спешила давать ответ. Розу это напрягало. Кажется, зря она это сделала, если у мамы было нейтральное отношение к Скорпиусу, даже чуть-чуть с положительным эффектом, то сейчас она явно видела в Малфое другого человека.       — Роза, люди совершают ошибки, важно то, умеют ли они их признавать и исправлять, — сказала Гермиона. — Вы еще слишком маленькие, вы окунули себя в такие проблемы, которые вам еще не подвластны, поэтому запутались и не знали, как из них выйти. Я думаю, что если вы захотите, то сможете открыться друг другу, довериться, стать самыми близкими людьми. Я тебе могу дать лишь один совет. Никогда не обманывай себя и не иди против себя, чтобы только не обидеть другого человека. Если ты почувствуешь в какой-то момент, что Скорпиус не твой человек, будь честна с собой и с ним.       Роза кивнула. Кажется, с честностью они разобрались. У них больше нет друг от друга секретов.       — Мам, прости меня, — всхлипнула Роза, садясь на кровати и крепко обнимая Гермиону.       — За что, цветочек мой? — Гермиона прижала ее к себе и успокаивающими движениями гладила по спине.       — Что подставила тебя перед папой, не сказав, что беру зелья, — начала перечислять Роза. — Что все это было в твоем кабинете…       Гермиона усмехнулась, разжала их объятия и посмотрела ей в глаза.       — Я не сержусь на тебя, — сказала Гермиона. — Ты все сделала правильно, что взяла зелья. Поверь, ситуация была бы куда хуже, если бы ты спустя две недели ваших непонятных отношений оказалась беременна. Я даже не говорю про то, что все твои мечты об учебе и карьере пришлось бы как минимум отложить на время, сколько… Для ребенка очень важно расти в любящей семье, и прежде чем заводить детей и жениться, парню и девушке надо пожить друг с другом, понять, смогут ли они, ведь семейная жизнь это не прогулки и секс, там важно другое. С этим точно спешить не стоит и я рада, что ты не совсем потеряла голову, и каждый раз думала о важных вещах. Я не врала папе вчера, когда сказала, что собиралась в этом году дать тебе зелья в школу. Ты опередила меня на пару месяцев.       Роза почувствовала, как покраснела. Ей хотелось так много обсудить с мамой о теме секса, ведь им со Скорпиусом делить одну башню в течение учебного года, но об этом они еще успеют поболтать до отправления в школу. Сейчас нужно было обсудить более важную вещь.       — Я думала, папа вчера убьет Скорпиуса, — сказала Роза.       — Он и правда пошел туда, но дом был под защитными чарами, поэтому ему не удалось туда попасть, — поделилась Гермиона. — Поэтому мы отправились в ближайший бар.       — Что, если папа мне поставит выбор? — спросила Роза. — Я не хочу выбирать.       — Я поэтому и пришла к тебе, — сказала Гермиона. — Я ему сказала, что он просто рискует потерять таким поведением дочь. В общем, я его убедила дать Скорпиусу хотя бы маленький шанс показать себя. Мы могли бы сегодня устроить семейный ужин и пригласить к нам Скорпиуса на знакомство.       — Ты серьезно? — Роза открыла рот в шоке. — Я ему сейчас же напишу, он обязательно придет…       Роза быстро написала письмо Малфою, пригласив его на ужин к ним домой к семи вечера. Они с мамой решили, что папе не стоит знать про их сложные взаимоотношения, поэтому Роза в письме написала, что им нужно будет сказать, что до практики они еще гуляли вместе весь прошлый год в Хогвартсе. У Розы появилась надежда, что у них есть шанс, что Скорпиус понравится папе, ведь он и правда замечательный.       Рон встал лишь к четырем часам. Он предпочитал ни с кем не разговаривать, только бурчал себе что-то под нос. Роза боялась к нему подходить, чтобы лишний раз не ссориться.       Ровно в семь часов раздался звонок в дверь.       — Привет, — Роза открыла Скорпиусу.       Она видела, как он волнуется. В его руках был букет роз. Роза так боялась к нему прикасаться, что отошла на пару метров от двери, запуская его в дом.       — Привет, Скорпиус, проходи, — улыбнулась Гермиона.       — Это Вам, — Скорпиус протянул ей цветы. — Это… сорт роз, которые выращивала моя мама.       — Какие красивые, — Гермиона вдохнула потрясающий аромат, исходивший от цветов. — Спасибо большое.       В гостиной повисла гробовая тишина. Роза чувствовала, как напряжен Скорпиус. Она видела, каким недобрым взглядом смотрит на Малфоя ее отец, что было ясно, он из последних сил сдерживается, чтобы не вышвырнуть его из своего дома. Только, кажется, Хьюго было безумно весело. Он явно ждал, что вечер кончится чем-то интересным.       — У меня почти все готово, — первой нарушила тишину Гермиона. — Можем садиться за стол.       — Мам, я хочу показать Скорпиусу дом, — сказала Роза, беря Малфоя за руку и переплетая их пальцы, отчего Рон издал какой-то внутриутробный рык, а его пальцы побелели, так сильно он сжал кулаки.       — Конечно, а Рон мне поможет накрыть на стол, — улыбнулась Гермиона. — Хьюго, принеси бокалы, пожалуйста.       Роза сразу повела Малфоя к лестнице, не такой помпезной, которая была у него в поместье, и завела его в комнату.       — Ну? — спросил у нее Скорпиус. — Ты хоть представляешь, что со мной было, когда я получил это письмо? Ты же сама говорила, что не хочешь раскрывать отношения родителям, нас все устраивало. Какое к черту знакомство? А если у нас ничего не выйдет? Твой отец меня убьет.       — Ты что, боишься моего отца? — усмехнулась Роза, которую эти переживания Малфоя даже позабавили. — Ладно, на самом деле я и правда не планировала, но у меня не было выбора.       — Это как? — нахмурился Скорпиус.       Розе пришлось рассказать своему парню весь вчерашний вечер, что она не могла допустить развода родителей, когда мама и правда ни в чем не была виновата.       — Не нужно нам было это делать в кабинете твоей матери, — тяжело вздохнул Малфой.       — Прошлого не исправить, — пожала плечами Роза. — Может, это и к лучшему, что нам не надо будет скрываться, а мне весь остаток лета придумывать, что я иду гулять с Доминик…       — Или тебя запрут дома и точно никуда не пустят, — фыркнул Малфой. — Ты понимаешь, что твой отец никогда меня не примет?       — Примет! — убеждала его Роза. — Он просто тебя не знает и переносит на тебя свои конфликты с твоим отцом. Но если ты сегодня будешь собой… Рано или поздно он примет, правда.       — Не нравится мне все это, — Скорпиус все еще был напряжен до предела. — Все должно быть не так и не сейчас!       Роза не понимала, почему Малфой такой категоричный. Да, ей тоже было страшно, а учитывая, что им придется еще и врать, что они встречаются уже год. Но она не видела ничего настолько критического в этом знакомстве, каким его позиционировал Скорпиус. Какая разница, произойдет это сейчас или через год? Их чувства только станут крепче, им нечего скрывать.       — Все будет хорошо, — Роза подошла к Малфою и обвила руками его шею, чуть притягивая к себе и шепча ему в губы. — Мама на нашей стороне, она нам поможет, она знает правду и не против тебя…       Роза нежно поцеловала Скорпиуса. Она чувствовала, как его напряжение с поцелуем спадает. Руки заняли привычное место на ягодицах. Как же ей не хотелось останавливаться. Но им надо спускаться.       — Эм, можно? — раздался стук в дверь, а затем просунулась голова Хьюго. — Слава Мерлину, вы одеты…       — Хьюго! — ахнула Роза, чувствуя, что краснеет. — Ты…       — Мама просила передать, что у нас все готово, только вас и ждем, — сказал брат.       Хьюго пошел вниз, а Роза снова взяла Малфоя за руку и крепко ее сжала. У них все получится. Отец же ее любит, он не может не принять ее выбор, Скорпиус же тоже ее любит и это видно.       — Помнишь, когда мы начали встречаться? — Роза решила на лестнице проверить, помнит ли Скорпиус написанную ею легенду в письме.       — На Хэллоуин, — закатил глаза Малфой. — Вряд ли твоего папу будет интересовать это, а не пустая бутылка противозачаточного зелья.       — Да как ты не понимаешь, в этом и суть, что ты не сразу потащил меня в койку, а мы встречались все это время просто! — шикнула на него Роза.       Они оказались в гостиной, где уже был накрыт стол, а родители и брат их ждали. Роза села рядом с отцом, а Скорпиус устроился между ней и Гермионой. Напряжение за столом витало.       — Ну, что, Скорпиус, может, расскажешь немного о себе? — спросила Гермиона, накладывая всем салат.       — Конечно, — кивнул он, а его голос чуть дрогнул. — Что Вы хотите узнать обо мне?       — Ну, чем ты увлекаешься, кем хочешь стать, как учишься, — Гермиона тут же засыпала его вопросами.       Роза поймала себя на мысли, что если мама устроит ему более подробный допрос, то и она сама сможет узнать о своем парне много нового, а не только какая поза его любимая.       — Ну, наверное, из моих личных увлечений — это квиддич, — сказал Скорпиус. — Все же я рос в… определенного рода семье, где меня с детства старались обучить всему, что только может пригодиться наследнику рода. Да, наверное, я поэтому всегда хорошо учился, потому что отец с детства мне нанимал лучших преподавателей. Я рано начал изучать руны, даже колдовал с палочкой, стараясь брать свою магию под контроль с раннего детства, потому что отец всегда мне говорил, что чем раньше я освою свою магию и научусь ее понимать, тем мне будет легче. Конечно, мне как любому ребенку не нравилось учиться, а хотелось играть или летать на метле. На этой почве у меня часто возникали конфликты с отцом. Мне казалось, что он меня ненавидит, поэтому и заставляет все это делать. Сейчас, конечно, я понимаю, что это не так. Он всегда хотел для меня лучшего, и это его заслуга, что в Хогвартсе мне было просто учиться, и меня даже назначили старостой школы.       Роза слышала, как Рон фыркнул, а сама она была удивлена уже сейчас. Она знала, что у них с отцом непростые отношения, но не знала, что с самого детства. А то, что Скорпиус ему на деле очень благодарен для нее и вовсе стало сюрпризом.       — Но все же я не все детство просидел за учебниками, — усмехнулся Скорпиус, хотя Роза чувствовала, что ему все еще очень некомфортно находиться за одним столом с ее семьей, он даже еще не попробовал салат, лишь отпил немного воды. — Если я хорошо занимался, то меня отпускали полетать на метле. Отец всегда говорил, что у меня талант, которого у него никогда не было. Меня взяли в сборную и сейчас я бы хотел попробовать себя после школы и на профессиональной арене. Да и мама не давала мне скучать. Она всегда придумывала мне разные интересные игры и занятия. Не только волшебные, но и магловские. Она меня водила прыгать на батутах, играть в детских комплексах, в кино, рисовать, готовить.       Почему он ей этого не рассказывал? Да, конечно, он поделился самым сокровенном о своей матери, болью. Но ей тоже было так важно и интересно узнать, какие у них были отношения в детстве.       — И что? — буркнул Рон. — Вот так вот просто позволяли эти все развлечения для грязнокровок?       — Рон, — ахнула Гермиона, отчего вилка упала из ее рук, а Роза знала, что отец специально провоцирует Скорпиуса такими словами.       — Вы правы, мистер Уизли, не так просто, — сказал Малфой. — Только препятствия исходили со стороны бабушки и дедушки, а не отца. Им очень не нравилось, что моя мама придерживалась либеральных взглядов на мое воспитание. Я помню, что в детстве были частые скандалы на этот счет, они подрывали мамино здоровье, но она стояла на своем. У бабушки не было сил спорить, заключение деда тоже подкосило ее здоровье. Она умерла еще до того, как я пошел в школу. Дедушка уехал жить во Францию. Кажется, отец был только рад этому, он его ни разу не навестил в Азкабане.       Роза с надеждой посмотрела на отца. Она не знала, врет ли Скорпиус, чтобы угодить ее семье, или говорит истинную правду, но ведь такой расклад должен понравиться ее отцу. Это показывает Драко как человека, если не изменившегося полностью, то хотя бы готового идти на уступки ради своей семьи.       — К сожалению, отец много работал, я редко его видел в детстве, наверное, поэтому у нас не сформировались близкие отношения, — тяжело вздохнул Малфой. — Как посадили дедушку после окончания войны, весь бизнес Малфоев перешел к нему и ему пришлось быстро учиться разбираться и управлять империей. Я не знаю, хотел ли он этим заниматься с детства, возможно, дедушка ему с детства дал понять, что ему уготовлена такая судьба, но я всегда считал, что эта работа очень скучная. Наверное, у нас с отцом сейчас конфликты в том числе и на этой почве, потому что я не хочу тратить свою жизнь на такую скуку, хочется заниматься чем-то интересным, подвижным, изобретательным.       — Значит, ты с отцом не ладишь, я правильно понял? — спросил Рон, все еще оценивающе смотря на Малфоя, а Роза не могла поверить, что у них, действительно, появился шанс доказать Рону, что Скорпиус не как все Малфои, что он другой.       — Да, наверное, можно так сказать, — кивнул Скорпиус. — Я знаю, что он меня любит и хочет лучшего, я тоже его люблю, но мы слишком разные, чтобы найти общий язык. Как я говорил, в детстве со мной в основном была мама, отец всегда работал, мы не успели подружиться, пока я был ребенком. Но смерть мамы окончательно нас сделала просто соседями по дому.       — Скорпиус, мне очень жаль, что ты потерял маму в столь юном возрасте, — сочувственно сказала Гермиона. — Не представляю, сколько сил нужно ребенку, чтобы пережить эту потерю.       — Да, Вы правы, это было очень сложно, — сглотнул Скорпиус, а Роза видела, как в его глазах появились слезы, и крепко сжала его руку под столом в знак поддержки. — Наверное, сейчас, когда я вырос, я могу понять действия отца. Но уже никогда не прощу. Я понимаю, что ему тоже далась очень сложно эта потеря, но он оставил меня одного с этой болью. Мне тогда очень помог Альбус и его родители. У них дома мне стало так комфортно, а в наш Мэнор я до сих пор не люблю заходить, где все напоминает о маме.       За столом снова повисла тишина. Наверное, Рон и правда не ожидал, что Скорпиус может быть таким настоящим, да еще и ребенком. Но он все равно будто бы искал, за что можно зацепиться.       — Насколько мне известно, ты дружишь не только с Альбусом, — нахмурился Рон. — Я знаю, что твоего отца не принимало чистокровное общество после войны, что-то изменилось?       — Я не знаю, изменилось ли что-то у отца, но у меня да, — признался Малфой. — Действительно, на начальных курсах меня задевали представители других чистокровных семей, которые были верны своим идеалам. Но смерть мамы изменила меня. Я понял, что остался один. Для поддержки мне хватало Альбуса, но я понимал, что врагов надо держать к себе ближе, чем друзей. За пару лет я сумел стать уважаемым человеком на факультете. Все же на Слизерине уважают сильных. Я был лучший в учебе. Думаю, все они поняли, что конфликты наших родителей — это конфликты наших родителей, а будущее будем делать мы сами. Все знают, что я всегда добиваюсь своего. Поэтому ненависть достаточно быстро переросла в выгодное сотрудничество. Хотя все же именно близкие мои друзья — это Альбус и сыновья друзей моего отца. С остальными я поддерживаю нейтралитет, да и они все учились на курсах страше.       — Как по-слизерински, — фыркнул Рон. — Использовать людей, рассматривая их как выгодные проекты.       Снова повисла тишина. Роза почувствовала, как Гермиона пнула под столом ногу отца. Нет, папе невозможно понравится.       — Думаю, что у тебя есть все шансы добиться многого в будущем, — сказала Гермиона, стараясь сгладить обстановку. — Главы Отделов о тебе отзывались положительно.       — Спасибо, надеюсь на это, — чуть улыбнулся Малфой. — Жаль, что я не смог завершить практику в Отделе Тайн. Но все же репутация после всего мне важна. Не хочу, чтобы думали, что я не сам, а благодаря Розе.       — Хочешь сказать, что это не так? — кажется, Рон только и ждал, что речь зайдет об их отношениях, да еще и со стороны выгоды, а не чувств, словно быку показали красную тряпку.       — Папа! — не сдержалась Роза.       — Рональд! — одновременно с ней воскликнула Гермиона.       За столом снова повисла тишина.       — Осел, — вставил Хьюго, давясь от смеха, а Роза и Гермиона бросили на него злой взгляд. — Простите, молчу.       Роза так была благодарна Скорпиусу за выдержку. Если бы она была на его месте, то уже давно встала бы и ушла. Если ты прав, зачем это доказывать человеку, который не в состоянии понять этого? Но у Скорпиуса не дрогнул ни один мускул. Он смотрел Рону в глаза.       — Нет, это не так, мистер Уизли, — сказал он.       Рон, прищурившись, смотрел на него.       — Мистер Уизли, — выдохнул Скорпиус. — Роза мне нравится давно, очень давно. С первого курса, как только она и Альбус и еще две их кузины появились в том купе, которое я занял. Наверное, в одиннадцать лет невозможно влюбиться, но я просто не мог оторвать от нее взгляд, настолько она была красивая и волшебная с этими рыжими пышными волосами и такими глубокими голубыми глазами. Мне так было жаль, когда со мной остался Альбус, а она ушла. Помню, что всю дорогу я мечтал, что вдруг меня отправят хотя бы на Когтевран, и она не будет так меня воспринимать. Потом Альбус мне объяснил причину этой реакции, и я понял, что Роза со мной даже не будет здороваться. Хотя я не переставал ей интересоваться. Благо, с Альбусом это было легко. Он мне рассказывал о семейных праздниках, так я все равно мог узнавать, как дела у Розы. Летом я сразу рассказал маме о Розе. Она улыбнулась и сказала, что детская влюбленность всегда такая наивная и милая. Я зацепился тогда за эти ее слова. Я был уверен, что я смогу забыть Розу. Но с каждым годом она нравилась мне все больше. И все также меня не замечала. Хотя нет, замечала. Но только как соперника, который тоже получает за все работы и экзамены высший бал. Я… Наверное, я был трусом. А может после смерти мамы перестал верить в любовь. Решил, что смогу забыть ее, если буду встречаться с какой-то другой девушкой. Но это все было не то. И на шестом курсе я принял решение, что буду бороться и ни за что от нее больше не отступлюсь. Тем более, Альбус мне начал говорить, что Роза на меня смотрит. Не знаю, может наше назначение старост на пятом курсе и какое-то дополнительное обязательное времяпрепровождение вместе благодаря обязанностям старостата смогло обратить ее внимание на меня. Не знаю, она мне до сих пор не рассказала.       Роза почувствовала, как краснеет. Она придумала легенду, как и когда они стали встречаться, но не когда она в него влюбилась. Да, наверное, Скорпиус прав, старосты.       — Я тоже не помню когда, но девочки начали подмечать, что я так часто смотрю на него, а Альбус опускал шуточки, — Роза сидела как на иголках. — Наверное, если бы не тот Хэллоуин… Не знаю, я бы даже продолжала врать себе, что Скорпиус меня не интересует. Я так рада, что ты появился в моей жизни.       Скорпиус ей улыбнулся.       — А как же твоя репутация? — допытывался Рон, которого совсем не тронула история их любви. — Слизеринец встречается с полукровкой.       — Репутация была создана задолго до этого, — пояснил Малфой. — Сейчас уже никто не вправе осудить мой выбор.       — Ага, значит, осуждения все же боялся, — поймал его Рон.       — Папа! — Роза была готова расплакаться.       — Нет, не боялся, я боялся, что она мне не ответит взаимностью, а после того, как это случилось, мне стало плевать на все, — сказал Скорпиус.       И снова тишина, Рон судорожно искал, за что зацепиться, и, кажется, нашел.       — А твой отец знает о ваших отношениях? — спросил Рон.       — Пока нет, мы с Розой не планировали никому рассказывать до окончания школы, — пожал плечами Скорпиус. — Но я уверен, он не будет против, скорее мне важно другое, что моей маме понравился мой выбор, а это для меня важнее.       — Ну-ну, — хмыкнул Рон.       — Пап, ну почему ты не веришь? — умоляюще посмотрела на отца Роза. — В конце концов, ты тоже влюблялся в школе и встречался с этой Лавандой, ты же не…       — Поэтому и не верю, что слишком хорошо помню, чего я хотел, и ни о чем серьезном я не думал, — вставил Рон.       Нет, это бесполезно, это провал.       — А что, в чистокровном обществе уже отменили помолвки? — вдруг спросил Рон.       Роза почувствовала, как Скорпиус напрягся. Видимо, эта тема ему была крайне неприятна. Поэтому он захотел уйти из того свадебного зала в Отделе Тайн?       — Они никогда не были ничем обязательным, — сказал Скорпиус. — Просто многие их заключают как гарантию, что если попадется жених или невеста лучше, ты не поменяешь решение.       — И что, твой отец не хочет, чтобы его шаткие позиции в чистокровном обществе укрепились? — допытывался Рон.       — Мне плевать, что он хочет, — искренне сказал Скорпиус. — Я совершеннолетний, у меня своя жизнь, я нашел себе ту, которую люблю, и ни на кого ее не променяю.       Роза расплылась в улыбке. Ну что может быть сильнее этого признания? Как же она его любит…       — Ну а ты что молчишь? — обратился Рон к Гермионе. — Тебя все это устраивает, да? То, какие у них отношения? Не рано?       — Рон, Роза умная девочка, Скорпиус тоже все прекрасно знает, они будут осторожны в своих близких отношениях, да? — спросила Гермиона, обращаясь к ним обоим.       — Конечно, — заверила маму Роза уже дважды за этот день. — Мы… просто встречаемся. Мы оба хотим сделать карьеру. Я не спешу выходить замуж, а тем более заводить детей.       Гермиона сменила острую тему на более нейтральную. Она спрашивала у Скорпиуса где он был, какие страны и культуры ему нравятся. Рон больше не произнес за этот вечер ни слова, со скрежетом зубов наблюдая, как даже Хьюго попал под очарование Малфоя и обсуждает с ним чемпионаты по квиддичу и игру в шахматы.       — Поздно уже, — сказал Рон. — Тебя отец не заждался?       — Его нет дома, он на отдыхе, — сказал Малфой. — Но Вы правы, все же уже поздно, мне пора.       — Увидимся в понедельник, — Роза поцеловала Скорпа в щечку.       Малфой ей кивнул, попрощался еще раз со всеми членами ее семейства и через камин отправился домой. Как только Скорпиус исчез, Роза недовольно повернулась к отцу и сложила руки на груди. Ну почему он даже не попытался дать Скорпиусу шанс?       — Роза, я запрещаю тебе встречаться с этим мальчишкой, — строго сказал Рон.       — Ну почему? — простонала Роза.       — Рон, — сказала Гермиона. — Мне кажется, Скорпиус очень хорошо себя показал, без утайки рассказал все так, как есть.       Рон метнул недовольный взгляд на Гермиону.       — Ну ладно она, влюбленная дурочка, купившаяся на его обаяние, но ты-то куда?! — закричал Рон. — Неужели ты не поняла, что все это красивые сказки для нас?       Ну почему, ну почему он так думает? Роза видела в Скорпиусе ту искренность, то волнение, как ее отец воспримет ту или иную правду, но при этом он говорил эту правду, говорил то, что еще не успел даже сказать ей, потому что хотел понравиться. Зачем отец так думает?       — Допустим, это так, — спокойным тоном начала говорить Гермиона, Роза хотела было возмутиться, но она остановила ее жестом. — Зачем ему нужно встречаться с Розой?       — Как зачем? — искренне возмутился Рон непониманию своей жены. — Чтобы отомстить нам…       — Это совсем нелогично, Рон, — покачала головой Гермиона. — Это имело бы смысл как раз наоборот, подобраться к нам поближе, укрепить свои позиции на нашей стороне, ведь спустя столько лет все равно находятся сотни людей, которые, как и ты, не верят Малфоям. Но зачем бы это было нужно, если Скорпиус дружит с Альбусом? Поверь, за эти годы ничего не изменилось, Гарри всегда был и будет лидером среди нас, поэтому если Драко и продумывал какой-то план, то дружбы с Альбусом было бы достаточно, поверь, он не горит желанием породниться с нами.       — А ты с ним это уже успела обсудить, да? — недовольно пробурчал себе под нос Рон.       — Малфой совсем не тот человек, кому плевать на свою репутацию, — сказала Гермиона, пропустив колкость мужа мимо ушей. — Даже если он пытается подмазаться к Поттерам через дружбу Скорпиуса с Альбусом, то подкладывать под своего сына полукровку для него будет слишком, а главное незачем.       — А ты другое допусти! — хохотнул Рон. — Что у него и правда такие отношения с отцом, и он выбрал нашу Розу, чтобы как раз позлить его, решить свои личные вопросы.       — Даже если это могло быть изначально так, в чем я очень сомневаюсь, сейчас видно, что Роза ему искренне нравится, если бы ты не пытался найти подвоха в его словах, то заметил бы, каким взглядом он на нее смотрит, даже ты только один раз так на меня смотрел! — упрекнула мужа Гермиона.       Роза понимала, что мама говорит все это, чтобы убедить папу, но ей было неприятно. Неприятно от того, что это правда. Теперь она больше понимала действия Скорпиуса. Его отец тоже никогда не одобрит их отношения. Ему не нужна в их идеальной семье такая, как она.       — Да даже если так, я все равно не позволю! — кричал Рон. — Если в этой семейке мою дочь не будут воспринимать всерьез и гнобить за то, что она полукровка!       — Мне плевать на это, в конце концов, ни я, ни Скорпиус не обязаны слушать мнение его отца! — вступилась за себя Роза. — Мы закончим школу и снимем какую-нибудь квартирку, где будем жить вдвоем.       — Роза, несмотря на всю твою эрудированность, у тебя нет никакого жизненного опыта, ты не понимаешь, о чем говоришь, — осадил ее Рон. — Ты не знаешь, с какой семейкой связалась, и ты очень наивна, если думаешь, что Драко так все это оставит.       — Да зачем ты вообще сейчас об этом думаешь? — тяжело вздохнула Роза. — Мы со Скорпиусом просто встречаемся, гуляем, общаемся.       — Знаю я, как вы общаетесь, — фыркнул Рон. — Что-то раньше для общения не использовали противозачаточные зелья.       — Папа, ну ты как в восемнадцатом веке, — цокнула языком Роза. — Да, мы с Малфоем не только общаемся, но во-первых, это наше общее решение и желание, а во-вторых, все это не обязывает нас быть вместе до конца дней. Может, мы поймем, какие мы разные и расстанемся. Но сейчас нам нравится быть друг с другом.       — Нет, — твердо сказал Рон. — Это мое окончательное решение. Ты не будешь встречаться с этим хорьком. Если будет нужно, то я заберу тебя из Хогвартса, доучишься последний год дома.       — Ты не можешь забрать у меня Хогвартс! — ахнула Роза. — У меня выпускной год!       — Вот и будешь думать об учебе, а не всяких глупостях! — строго сказал Рон. — Все!       Нет, Роза не была готова выбирать и тут. Хогвартс или Малфой. Ей нужны оба.       — Раз так, то я жить тут тоже не собираюсь! — Роза вскочила на ноги. — Я уже совершеннолетняя.       — И где же ты, позволь спросить, будешь жить? — рассмеялся Рон. — Твоих карманных денег не хватит, чтобы снять себе квартиру, а твой женишок тебя и на порог своего дома не пустит, помяни мое слово.       — Я буду жить в Хогвартсе, а остаток лета я поживу у Доминик! — Роза схватила свою палочку. — Дядя Билл и тетя Флер никогда меня не выгонят из своего дома.       Роза резко развернулась и побежала к входной двери.       — А ну-ка вернись, я сказал! — Рон быстрым шагом направился за ней, роняя что-то на ходу.       Роза с грохотом открыла дверь и побежала через сад, из которого нельзя было трансгрессировать, нужно дойти до дороги.       — Рон, — Гермиона бросилась за ними. — Прекрати! Ты на эмоциях. Пусть идет к Биллу, успокойся и завтра поговорим!       — Не прикидывайся, будто не знаешь, куда она пойдет! — Рон остановился на мгновение. — К нему, а я этого не допущу.       — Раньше надо было думать, — огрызнулась Роза. — И да, к нему я не пойду, потому что у нас еще не такие близкие отношения, чтобы жить вместе, я не виновата, что ты там себе что-то придумал.       Роза бросила свою последнюю фразу и трансгрессировала, надеясь, что отцу не удастся поймать ее след.       Она не знала, остановит ли его мама, успокоит ли, но слушать все это по крайней мере сегодня она больше не желала. Наверняка отец сейчас отправится в коттедж Ракушку. Поэтому Роза не собиралась идти сегодня туда, ей нужно время.       Она оказалась в Косом Переулке. Время было позднее, магазины закрыты, но некоторые бары и рестораны все еще принимали посетителей. Роза зашла в первый попавшийся бар и наколдовала свой Патронус, попросив Скорпиуса прийти.       — Желаете перекусить? — спросила у нее официантка.       — Нет, я сыта по горло, — грубо ответила Роза. — Принесите мне огневиски, бутылку.       — Хорошо, — девушка на нее обеспокоенно посмотрела, но все же выполнила ее просьбу.       Роза с помощью палочки открыла бутылку и налила себе в стакан янтарной жидкости.       — Эй, ты чего делаешь? — Малфой подбежал к ней и вырвал из ее рук стакан, отчего половина расплескалась по полу, но все же вторая половина оказалась в ней, обжигая горло.       — Пью, — фыркнула Роза. — Что еще делать бездомному человеку?       — Чего? — удивился Скорпиус. — Твой отец выгнал тебя из дома?       — Нет, я сама ушла, я не хочу жить с этим человеком под одной крышей, который не понимает меня… — всхлипнула Роза.       — Это из-за меня, да? — поджал губы Скорпиус. — А я тебе говорил, что знакомство сейчас это плохая идея.       Роза посмотрела на Скорпиуса. Нет, она готова терпеть эти ссоры, лишь бы быть с ним рядом. Она его любит.       — Твой папа будет против наших отношений, да? — спросила Роза, поднимая тему, которую задела ее мама. — Поэтому ты не хочешь…       — Я сказал твоему отцу правду, — ответил Малфой. — Мне плевать, что подумает отец и чего он хочет, я давно живу своей жизнью.       — Везет, — Роза снова потянулась за бутылкой. — Мне, как оказалось, не плевать… Мне важен папа и я не хочу его терять. И мне очень больно, что он не понимает, а главное не принимает мой выбор. А еще обиднее, что не из-за того, что ты плохой, а из-за того, что у него в детстве были конфликты с твоим отцом. Ну где тут связь?       Скорпиус в этот раз ее не остановил, поэтому огневиски снова обожгло горло, заставляя ее поморщиться. Но алкоголь делал свое дело. Она чувствовала себя более расслабленной, а неприятные мысли уходили куда-то далеко.       — Мы можем расстаться… — безразлично пожал плечами Скорпиус, смотря на нее пустым взглядом.       — Что? — закашлялась Роза.       — Если тебе важен отец и семья, я не хочу ставить тебя перед выбором, — поджал губы Скорпиус. — Уверен, ты сможешь найти парня, который понравится твоему отцу.       Роза на него с ужасом смотрела. Он вот так вот просто отказывается от их отношений? После всего, что они пережили и с каким трудом смогли их восстановить?       — Ты не любишь меня? — спросила Роза, у которой вывод напрашивался сам собой.       — Наоборот, очень сильно люблю, — пояснил Малфой. — Поэтому хочу, чтобы ты была счастлива. Даже если это будет не со мной. Я не хочу, чтобы ты ссорилась с отцом…       — Нет! — воскликнула Роза. — Я не хочу сохранять отношения с отцом, если он тоже не готов этого делать! Мерлин, да даже ты меня понимаешь лучше, чем он! Он даже не подумал, что его запрет мне сделает больно, а просто продолжал говорить о тебе гадости. Разве так поступают любящие родители? Он не хочет, чтобы я была счастлива, он думал о себе…       Сейчас Роза совсем иначе смотрела на Скорпиуса. Какой он благородный. Сначала она разозлилась, что он хочет так просто сдаться, а сейчас поняла, что он был готов делать больно себе, но не ей. Это не похоже на человека, которому от нее что-то нужно или которому приказали. Он бы не стал так просто отказываться продолжать отношения, которые ему нужно сохранять ради выгоды.       — Нет, я больше не вернусь домой, я не хочу видеть этого человека, — всхлипнула Роза.       — Я… мог бы снять тебе квартиру в Лондоне, — сказал Скорпиус, после небольших раздумий. — Прости, к себе я тебя не могу позвать, во всяком случае пока что хозяин дома мой отец и…       — Не надо, — перебила его Роза. — Я поживу у дяди Билла. Они мне не откажут. Да и лишний раз докажу отцу, что я могу быть самостоятельной, а не зависеть от тебя, словно влюбленная дура, ничего не замечая вокруг.       Скорпиус потянулся к бутылке и сделал глоток, тут же поморщившись, явно не от крепкости алкоголя.       — Ну и поило, — сказал он. — Пойдем ко мне, я покажу тебе настоящий огневиски.       — К тебе? — удивилась Роза. — Но я…       — Не свалишься же ты на голову дяди в час ночи, — сказал Малфой. — Поедешь завтра.       Роза кивнула.       Они переместились в Мэнор, и Скорпиус принес из запасов отца дорогущую бутылку огневиски. Чтобы пить было веселее, они стали играть в «Правду или действие». В конце концов, все переросло в игру на раздевание, поэтому Роза даже не помнила, где остались ее лифчик и трусики.       Утром она проснулась в кровати Малфоя. Конечно, тот еще спал. Роза чувствовала, как у нее болит голова. Но на тумбочке она обнаружила зелье против похмелья. И это он ее использует, а не заботится?       — Скорп, — Роза попыталась разбудить Малфоя, целуя его в слегка небритую щеку.       Разумеется, Малфой снова не подавал никаких признаков жизни. Роза хихикнула. Эту деталь о нем она уже знает.       То ли на нее повлияла ссора с отцом, то ли столько выпитого огневиски, но у нее случился какой-то прилив нежности и любви к Скорпиусу. Она так была ему благодарна, что он пришел вчера сначала к ней домой, а потом примчался по зову ее Патронуса. Он не бросил ее одну, забрал к себе, успокаивал и веселил.       Ей хотелось подарить ему всю свою любовь здесь и сейчас.       — Скооорп, — протянула она.       Малфой издал какое-то мычание, а потом снова засопел. Роза тихо засмеялась, оставляя на его шее засос, и еще один, и еще. Она откинула с него простыню. Он тоже был абсолютно голый. Роза даже не помнила, как они дошли из гостиной до кровати.       Роза начала опускаться по его телу с поцелуями все ниже. Она гладила руками его пресс. Языком Роза обвела его сосок. Она слышала, как дыхание Малфоя сбилось, а член дернулся. Она научит его рано просыпаться, хотя Роза не была уверена, что сейчас не полдень.       Роза поцеловала кубики его пресса, а рука уже взяла его член, начиная водить по нему.       — Роза, — судорожно выдохнул Скорпиус. — Я же тебе уже говорил, что ты меня с ума сведешь.       Роза лишь утвердительно хмыкнула.       В прошлый раз она была не готова сделать это. Но не сейчас. Она была уверена в Скорпиусе на все сто, это ее человек, он столько всего сделал для нее, теперь готова и она.       Роза сползла на кровати еще ниже. Его стоящий член оказался прямо перед ней. Удивительно, что его хозяин все еще умудрялся мирно досматривать свои сны в таком возбужденном состоянии.       Роза улыбнулась, чуть-чуть высунула язычок и его кончиком провела по головке его члена.       Ее улыбка совсем расползлась по лицу, когда глаза Скорпиуса резко открылись, он приподнял голову и удивленно уставился на нее.       — Ты… — ошарашено он смотрел на нее.       Роза закусила губу, а затем погрузила головку в рот, отчего Скорпиус застонал и снова откинулся на подушку.       — Доброе утро, — лукаво сказала Роза, выпуская член изо рта и снова продолжая работать лишь рукой.       — Ведьма, — сказал Малфой.       — Ага, — хихикнула Роза.       Роза снова провела несколько раз по всей длине его члена ладонью, встретившись с недовольным взглядом Малфоя.       — Так нечестно! — сказал он.       — Что? — притворно удивилась Роза. — Дело сделано, ты проснулся.       — Возьми его в рот, пожалуйста, — молил ее Малфой.       Роза снова усмехнулась, но выполнила его просьбу. Дразнить его было приятно. Но слушать его стоны еще приятнее.       — Так? — спросила Роза, погружая его член в свой рот чуть глубже.       Слова тут были излишни, все за него говорили стоны.       — Д-да, — запнулся Малфой, когда она снова нежно провела языком по его головке. — Не останавливайся.       Роза сделала еще пару движений, но самой тоже уже не терпелось ощутить его внутри. Она ловко перекинула через Скорпиуса свою ногу и потерлась о его член, размазывая по нему свою смазку. Роза тоже не сдержала стон, одной рукой сжимая свою грудь.       — Уизли, это пытка, — сказал Малфой.       Его руки легли на ее бедра, начиная поглаживать, переходя на талию и спину, а затем обратно на ягодицы.       Роза взяла его готовый член в руку и помогла войти в себя. Из них одновременно вырвались стоны. Роза опустилась на член Скорпиуса, наклоняясь к нему и оставляя поцелуй на его губах.       Роза начала двигаться на Скорпиусе, чувствуя эти невероятные ощущения. Какая она счастливая. Ей не хотелось, чтобы этот момент кончался, хотелось, чтобы так было всегда.       — Роза, — ахнул Малфой. — Я так больше не могу.       Он взял ее, снял с себя и поставил на четвереньки. Кажется, ему хотелось, чтобы инициатива перешла в его руки. Роза не возражала.       Скорпиус вошел в нее сзади. Его движения сначала были размеренными, а затем он увеличивал темп. Розе казалось, что она попала в рай.       Она не сдерживала стоны и крики. Здесь, в отличие от Министерства, они точно могли не скрывать свои эмоции и чувства. Розе казалось, что только на этой кровати она может быть настолько раскрепощена.       — Скорп, — простонала Роза, чувствуя, как ей хорошо, еще чуть-чуть, и снова внутри нее все взорвется.       Скорпиус стал входить в нее все глубже и быстрее, а его пальцы легли на ее клитор, начиная его поглаживать. Ожидаемо, ее тело не выдержало. Ее изнутри ударило током, ноги начали дрожать, а мышцы влагалища начали сокращаться с бешеной скоростью, увлекая за собой и Малфоя, позволяя и ему отправить свою душу на несколько секундочек в рай.       Скорпиус вышел из нее и упал рядом с ней на кровать, по его груди все еще стекали капельки пота.       Без него в теле стало так пусто и одиноко, что Роза прижалась к нему теснее.       — Я люблю тебя, — сказала Роза.       Они лежали в объятиях друг друга, пока Роза не почувствовала урчание в своем животе.       — Кушать хочу, — пожаловалась она.       — Попросить принести сюда? — спросил Малфой.       — Нет, — покачала головой Роза. — Может, поедим в твоей беседке? А еще лучше, сами приготовим что-то на завтрак. Сегодня воскресенье, пусть домовики отдохнут.       Скорпиус усмехнулся, но кивнул. Они вместе отправились в душ, а затем Роза вспомнила, что Скорпиус не произнес заклинание, зелий то у нее больше не было. Хихикая, Малфой отправился к своему шкафу, надевая белье и футболку с шортами, а Роза так и стояла голая посреди комнаты.       — А моя одежда, видимо, в гостиной? — спросила она.       — Ага, — довольно сказал Малфой, что еще какое-то время будет лицезреть ее голой.       — Эй, там в коридоре портреты, которые будут на меня пялиться! — возмутилась Роза, стаскивая простыню с кровати и заворачиваясь в нее.       Они пошли вниз по лестнице, на которой Роза нашла свои трусики. Кажется, она отказывалась их снимать до последнего. Около дивана она нашла платье.       — Скорп, куда ты дел мой лифчик? — спросила Роза, осматривая комнату и нигде его не видя.       — Вы забыли его, мисс, на бюсте Мерлина, — из кресла в дальнем углу комнаты послышался голос, а затем из-за опущенной газеты показался Драко Малфой. — Какая ирония, не находите?       — Отец? — удивился Скорпиус. — Почему ты так рано?       — Я вовремя, Скорпиус, — холодно сказал он. — Мой портал был заказан давно, хотя я не удивлен, что ты забыл, ты был занят более интересными вещами, так ведь?       — Простите, я… — Роза чувствовала, что ее щеки стали под цвет волос, и она не нашла ничего лучше, как убежать обратно наверх по лестнице.       Она забежала в комнату Скорпиуса и закрыла дверь. Роза спрятала лицо в ладони и начала плакать. Да, Драко Малфой ее определенно ненавидит.       — Роза, эй, ты чего? — в комнату вошел Скорпиус и сел на корточки перед ней. — Это всего лишь мой отец.       — Он не рад меня тут видеть, — сказала Роза.       — Он никогда никого не рад видеть, — фыркнул Малфой.       Роза всхлипнула. Это худшее знакомство, которое только можно представить. Что он о ней подумает?       — Ну, раз так случилось вчера, что мне пришлось пообщаться с твоими родителями, сегодня твоя очередь, — усмехнулся Скорпиус.       — Я не готова… — ахнула Роза.       — Я тоже был не готов, — сказал Малфой.       — И я что, в простыне этой к нему пойду? — спросила Роза.       — Скажи что тебе принести, и эльф возьмет это из твоей комнаты, — пообещал Скорпиус.       Через пять минут Роза была одета в строгую юбку по колено и белую рубашку. Достаточно официально, чтобы представиться Драко Малфою. Мерлин, как стыдно.       — Пойдем, он тебя не укусит, — сказал Скорпиус. — А если попытается, то я точно буду рядом и не дам ему это сделать.       Драко Малфой их ждал в столовой. Роза видела недовольство на его лице. Скорпиус галантно отодвинул стул перед Розой, а сам сел рядом.       — Папа, познакомься, это… — начал Скорпиус слишком холодно, чтобы быть тем Малфоем, которого она знала. — Роза Уизли.       — Да вижу, что Уизли, — Драко усмехнулся, но Роза не разглядела за этим всем никакой доброты, как обычно любил усмехаться Хьюго. — Рыжих иной породы я по жизни не встречал.       — Мы… — снова запнулся Малфой, стараясь на нее не смотреть, да и на отца тоже, перебирая вилкой содержимое своей тарелки. — Учимся на одном курсе.       Роза уставилась на Малфоя. Учимся на одном курсе? Нет, безусловно, это было правдой, Скорпиус не врал своему отцу. Но и недоговаривал. Роза думала, что они здесь как раз за этим, рассказать, что они уже две недели как не просто учатся вместе.       — Не нужно мне рассказывать, Скорпиус, с кем ты учишься на одном курсе, я прекрасно знаю каждое имя, — сказал Драко.       Роза все еще продолжала буравить взглядом Малфоя, но на секунду стрельнула глазами к Драко. По рассказам Скорпиуса об их отношениях, нельзя было сделать вывод, что Драко тот отец, который настолько бы интересовался жизнью сына. Но, может, Скорпиус так просто думает, а Драко на деле не настолько плевать на сына?       — Только не с каждым однокурсником ты запираешься в своей спальне, откуда раздаются непристойные звуки, — хмыкнул он.       Роза чувствовала, как снова залилась краской. Мерлин, как стыдно. Это просто ужасно, что он их слышал. Как ей смотреть ему в глаза? Хотя, кажется, самому Драко было плевать, он едва ли испытывал какое-то неудобство, что стал свидетелем интимной жизни своего сына.       Скорпиус оторвался от тарелки и посмотрел на отца. Около минуты они прожигали друг друга взглядами. Роза чувствовала себя лишней в этой накаленной обстановке.       Вот только встать и уйти она не могла. Ей казалось, что она словно приросла к этому стулу. Да и Скорпиус сделал все, чтобы понравиться ее отцу, а она так просто уйдет? Нет, так нельзя. Она должна показать себя с лучшей стороны, а там уже дело за Драко.       — Да, не просто однокурсница, — сказал Скорпиус. — И если бы я знал, что ты приедешь так рано, поверь, ни ее, ни тем более меня, ты бы не застал в этом доме.       — О, я не сомневался, — снова усмехнулся Драко. — А еще я не сомневался, что в такой компании ты точно не будешь думать об отце, а тем более о дате его приезда, устраивая в поместье вечеринки.       — Что, уже доложили? — фыркнул Скорпиус. — Небось только с того дня ты и в курсе всех моих однокурсников, явно не раньше.       Розе не хотелось ни самой вступать в конфликт, ни смотреть за ссорой между отцом и сыном, поэтому она решила хотя бы предпринять попытку перевести тему.       — Я знала, что Вы приезжаете, мистер Малфой, поэтому не хотела идти, я должна была отправиться к дяде, но Скорпиус сказал, что уже поздно и лучше остаться у него, — сказала Роза.       — Роза, — шикнул на нее Скорпиус. — Не надо.       — Я не удивлен, что Вы согласились, мисс Уизли, — холодно сказал Драко, осматривая ее с ног до головы.       Роза нервно сглотнула. Ей показалось, или он ее назвал легкодоступной? Скорпиус тоже сжал кулаки.       — Видимо, Вы были слишком заняты, чтобы напомнить моему сыну о моем приезде, — снова эта гадкая усмешка с намеком. — Даже странно, что он Вам что-то рассказал обо мне.       — Я просто… работала в Отделе Транспорта, и видела списки порталов… — поджала губы Роза.       — Отдел Транспорта? — Драко искренне удивился, отпивая из своего стакана кофе. — Не думал, что дочь Министра Магии выберет такой посредственный Отдел.       — Я… — Роза снова запнулась, но решила это использовать как шанс завести диалог с Драко, рассказать о себе и своих амбициях, что пусть она не чистокровна, но она может соответствовать в будущем его сыну по статусу. — Я работала во всех отделах по дню. Я не смогла выбрать, и мама мне разрешила. Да, знаю, это использование родственных связей, но мне очень хотелось попробовать хотя бы немного прикоснуться к каждой из сфер, чтобы понять, какая мне наиболее интересна.       — А Вы отличаетесь от своих родителей, мисс Уизли, — Драко снова ее осматривал. — Ваша мать никогда не пользовалась своим статусом в личных целях, даже когда он у нее появился, а у Вашего отца его никогда и не было, не думаю, что что-то изменилось.       Розе снова захотелось встать и уйти. Она думала, что Скорпиус преувеличивает, когда говорит плохо о своем отце. Но нет, он и правда был сложным человеком, явно считающим себя истинно правым.       — Ну а ты? — Драко переключился на Скорпиус. — Сделал что-то за эти две недели своими руками, а не другой частью тела?       — Сделал, — буркнул Скорпиус. — Я с Забини работал в Отделе Спорта, даже комментировал по радио матч.       — И это наследник рода Малфоев… — покачал головой Драко. — Кто мне говорил, что собирается уделать меня и попасть в Отдел Тайн?       Роза снова посмотрела на Скорпиуса. Он ей этого не рассказывал. Выходит, это и не было его мечтой? Поэтому он так просто отказался, когда появились незапланированные препятствия? Выходит, он все же выбрал ее, а не доказать что-то отцу?       — Я и попал, — гордо сказал Скорпиус. — Но мне там не понравилось, поэтому я не видел смысла оставаться. Если не веришь, можешь запросить у Слизнорта отчеты по Практике. Там это будет указано.       — Все пытаешься жить мне назло, Скорпиус? — спросил отец. — Я не понимаю, чего ты хочешь этим добиться.       — Ты никогда меня не поймешь, — фыркнул младший Малфой.       Розе казалось, что она во сне. Те самые сны, где все происходящее нелогичное и непонятное. Эти двое говорили какими-то загадками, понятными только друг другу.       — Значит, ты хочешь сказать, что это не разовая акция, а вы вместе, так? — Драко первым решил расставить все точки в этой теме. — И как же давно продолжается ваш союз?       — Две недели, — сказал Скорпиус, назвав их реальный отсчет отношений по времени, а Роза даже не пыталась спорить, сегодня она подстраивается под условия.       — И почему я не удивлен? — спросил Драко, даже на этот раз искренне рассмеявшись, что Роза на него удивленно посмотрела, он не создавал впечатления человека, который в принципе умеет смеяться. — Это после нашего последнего с тобой разговора, да?       Скорпиус ничего не ответил. Очевидно, это было правдой. Вот только о чем был их разговор?       Она вспомнила появление Малфоя в Атриуме в таком летнем виде, что вызвал у всех смех. Вот только он явно был зол. Сейчас ей было очевидно, что прямо перед отправлением он поссорился с отцом, что едва не опоздал на портал.       О чем была их ссора? Но нет, Роза не верила, что Скорпиус начал встречаться с ней назло своему отцу. Скорее наоборот, он набрался смелости и позволил себе проявить симпатию к ней, да так открыто, что она не знала, куда деться от его напора.       Во всяком случае ей так хотелось верить. Верить, что Скорпиус с ней всегда был искренним. Поступки говорили об этом.       Но если все так, так может она сможет помирить их, да так, что Драко будет ей только благодарен за то, что она сохранила в его жизни сына? Ее отец вот не смог. Роза надеялась, что он все равно к ней скоро придет и примет Скорпиуса, она не выдержит, если у нее с отцом будут такие же натянутые и холодные отношения.       — Мисс Уизли, можно задать Вам личный вопрос? — Драко перестал буравить взглядом Скорпиуса и переключился на нее.       — Да, наверное, — согласилась Роза, но где-то внутри был страх.       — Зачем все это нужно Вам? — спросил старший Малфой. — Насколько мне известно, Вы не интересовались моим сыном ранее, его компания всегда состояла из слизеринцев, гриффиндорцами, а в частности гриффиндорками, он никогда не интересовался.       Разумеется, у Розы был ответ на этот вопрос. Вот только отвечать на него не хотелось. Драко и так уже знает, что спустя две недели отношений они спят, насколько больше испортится его представление о ее личных качествах, когда он узнает, что они переспали в первый же день?       — Мне он давно нравился, — Роза решила приукрасить действительность, чтобы все выглядело идеально. — Но Вы правы, что мы не общались. Я могла лишь наблюдать за ним в Большом зале или на занятиях. На каникулах всегда с трепетом слушала рассказы Альбуса об их дружбе, с каждым разом все больше подмечала характер Скорпиуса, его интересы. Так получилось, что мы, как будущие старосты школы, должны были немного координировать день открытых дверей, провели весь день вместе, много разговаривали, не знаю, почувствовали какие-то взаимные чувства, что по итогу дня мы… поцеловались. На следующий день Скорпиус позвал меня прогуляться после практики. Ну, вот так и вышло, что мы начали встречаться.       По лицу Драко было ничего не ясно. Поверил ли он в эту историю, которая была почти правдивой? Наверное, такой она и должна была быть, если бы их подростковые гормоны не были такими категоричными.       — Мисс Уизли, а Ваши родители знают об этих отношениях? — спросил Драко, будто зная, куда нужно бить.       — Знают, — поджала губы Роза. — Вчера я познакомила Скорпиуса с ними, за ужином.       — И позвольте узнать их мнение? — допытывался Драко.       — Ну, мама нормально приняла все это, а папа… — тяжело вздохнула Роза. — Простите, но он и не пытался узнать Скорпиуса, а видел в нем только Вас. Поэтому я не считаю его мнение чем-то стоящим. Мы с ним поссорились, но я уверена, что он примет мои чувства, он же любит меня.       — А Вы не лишены оптимизма, мисс Уизли, — снова усмехнулся Драко с настоящими смешинками.       — Возможно, — сказала Роза. — Но пока что я ушла из дома и планирую пожить у дяди.       — Что ж, не в моих правилах Вас задерживать, — сказал Драко. — Мне все ясно.       Розе не нужны были лишние пояснения, она поняла намек хозяина дома. Ее прогоняют. Впрочем, она и сама была не против уйти.       — Отец, — сказал Скорпиус. — Она останется.       — Скорпиус, мне правда пора, — улыбнулась ему Роза. — Дядя и правда меня уже ждет.       — Значит, до завтра, — он оставил поцелуй на ее щеке.       Видимо, провожать ее никто не собирался, Скорпиус был уверен, что она найдет дорогу до гостиной с камином самостоятельно, а поговорить с отцом без свидетелей ему очень хотелось. Роза же тоже в свою очередь не хотела быть свидетелем ссоры, поэтому поспешила убраться подальше. Но сперва ей нужно было забрать свои вещи из спальни Скорпиуса.       Роза быстро справилась со своей задачей и уже спускалась обратно вниз, чтобы уйти, как послышался крик Скорпиуса. Ей стало страшно. Она не хотела подслушивать личное, но чтобы наладить отношения в этой семье ей нужно знать больше, а Малфой никогда ей этого не расскажет.       Роза тихо подошла к кухне.       — Потому что я люблю ее с первого курса! — кричал Скорпиус.       — Она этим пользуется и вьет из тебя веревки, — убеждал его Драко. — Знаешь, она совсем не похожа на своих родителей. Те наивные герои, верящие в хорошее, справедливое и правильное. Эта девочка не такая, она знает себе цену.       — Это я к ней подошел первый, — фыркнул Малфой. — Если бы я ей был нужен, то это сделала бы она.       — Какой ты еще маленький и глупый, — Драко говорил спокойно, словно убежденный в своей правоте на все сто процентов. — Конечно, она все устроила так, что ты уверен, будто ты главный. Распушил свои перья и рад, что она пришла к тебе домой, да еще в койку прыгнула. А сама тут, пока ты спал, все поместье тут обыскала, и жди завтра проверку.       — Отец, что за бред ты несешь? — устало спросил Скорпиус.       Роза тихо выдохнула. Если проблема непринятия ее Драко заключается лишь в осторожности и защите своего поместья и семьи, то это не страшно. Роза была уверена, что если спустя месяцы их отношений за ним никто не придет, то он станет лучше к ней относиться.       — Не надо мне рассказывать эти сказки, Скорпиус, — сказал Драко. — Ты прекрасно знаешь, что это за семейка. Думаешь, я тут поверю в твои чувства с первого курса? Ты ее выбрал только, чтобы позлить меня, очередной протест против помолвки.       Помолвка… Отец про это предупреждал, но она так поверила ответу Скорпиуса, что сейчас это не обязательно и мало, кто так делает. Выходит, у него намечается помолвка. Теперь она лучше понимала все его действия, когда он ей заявил, что хочет помириться, но не продолжить отношения. Вот что имела в виду Паркинсон, когда гадко ей улыбалась. Неужели у него помолвка с ней? Роза чувствовала пустоту внутри.       — Тебе совсем плевать на мои чувства, да? — спросил Скорпиус.       — Сынок, какие чувства? — спросил Драко. — Детская влюбленность? Да, она… ничего. Я понимаю твое подростковое желание с ней переспать. Но поверь, ты вырастешь, и тебе нужна достойная партия, а не какая-то полукровка, а тем более еще и Уизли. Мне тоже было семнадцать и я спал со многими девушками, мне нравился секс и эти запретные отношения с полукровками, но я вырос и женился на достойной.       — Ты же говорил, что любил маму, — ахнул Скорпиус.       — Я и не отказываюсь от своих слов, — серьезно сказал Драко. — Я полюбил ее после того, как мы поженились, эти чувства приходят, Скорпиус.       — Ты полюбил маму, потому что до этого никого и никогда не любил, — сказал Скорпиус. — А я уже люблю ее, и ты ошибаешься, если думаешь, что это пройдет.       — Это ты ошибаешься, Скорпиус, что она будет интересовать тебя всю жизнь, — сказал Драко. — Наследник Малфоев должен жениться не на какой-то там…       — Она и не какая-то там! — заступился за нее Скорпиус. — Вообще-то у нее мама Министр Магии, кого ты в Англии собрался найти еще более статусного, кого?       Роза замерла. Она боялась услышать фамилию Паркинсон. Если Скорпиус женится на ней…       — Англия — это слишком мелко, Скорпиус, — сказал Драко. — Я зачем тебя возил на Багамы? В море купаться? Там собираются самые богатые люди, у мистера Розье подрастает прекрасная дочь, пусть ей сейчас пятнадцать, но в перспективе… Они приезжали на прошлые выходные. Я тебе так скажу, что с твоей Уизли она и рядом не стояла, такой шарм… А что получишь ты здесь? Вечные ссоры с ее ненормальным отцом?       — Мне плевать, что ты о ней думаешь, — сказал Скорпиус. — Я буду с ней встречаться!       — Да что я тебе, запрещаю что ль? — спросил Драко. — Встречайся сколько влезет, удовлетворяй свои потребности, если возбуждает. Я говорю тебе о будущем. Ты женишься на чистокровной дочери Розье.       — Нет, — отрезал Скорпиус. — И мне плевать, что ты об этом думаешь.       — Да, Скорпиус, и я уверен, что через пару лет ты сам примешь это решение, — сказал Драко. — В противном случае я закрою тебе доступ во все наши ячейки, вот и посмотрим, будешь ли ты такой нужен своей Уизли, и сколько ты заработаешь комментированием матчей или обычным клерком в этом Министерстве.       Послышались шаги в противоположном направлении, а затем и звон посуды. Роза бросилась к камину. Ей нужно было все обдумать.       Спустя час она рассказала все Доминик. Ожидаемо, дядя Билли и тетя Флер были ей только рады. Правда, они еще не знали, что она собирается остаться у них на месяц.       Но сейчас ее волновало совсем не это. Роза убедилась, что Скорпиус ее любит, и даже если ему и светит помолвка, то он против, отсюда и конфликты с отцом. Но ей было неприятно, какого мнения о ней Драко, а главное, что он может накрутить Скорпиуса за эти годы до помолвки против нее.       — Ты вообще понимаешь, какие перспективы нас ждут? — всхлипнула Роза. — Наши отцы будут… Я не смогу жить счастливо со Скорпиусом, когда в моей жизни не будет папы. Да и не хочу ходить и оглядываться, не нашлет ли Драко Малфой проклятие на меня, чтобы Скорпиус женился на другой. А даже если и нет… Ну он же никогда меня не примет, это вечное напряжение. Вчера я была зла на Скорпиуса, что он хотел сдаться, обесценить наши чувства. Но если моего папу еще можно было убедить, то Драко... Я сегодня поняла, что мы и правда из разных вселенных. По-моему, все это время жизнь нам показывала, что нам не по пути.       — Да, это сложно, но говорят же, что любовь все стерпит, — пожала плечами Доминик. — Ты уверена, что хочешь отказаться от ваших чувств в угоду чему?       — Не уверена, но… — поджала губы Роза. — Если не сделать этого сейчас, потом будет больнее. С каждым проведенном днем вместе чувства будут только крепнуть. У нас все началось не очень, так и будет продолжаться.       Да, так будет правильно. Им с Малфоем не по пути. Может, они смогут остаться друзьями…       Роза решила написать Скорпиусу письмо со всеми своими мыслями. А еще ей хотелось вернуться домой. Помириться с папой. Она не хотела такие же отношения с Роном, какие были у Скорпиуса с Драко. Вчера она ушла из дома на эмоциях, а сейчас понимала, что не сможет, как Скорпиус, делать вид, что она не знает, кто ее отец. И стоит ли оно того? Вдруг, Скорпиус и правда найдет какую-то чистокровную.       Попрощавшись с Доминик, она воспользовалась камином, выходя в гостиной собственного дома, но тут же замерла посреди комнаты. Родители сидели на диване и целовались. В руках у них была тарелка с клубникой, политая сливками, которой они друг друга кормили.       — Роза? — Гермиона тут же вскочила с дивана. — Ты…       — Я вернулась домой, — сказала она. — Будем считать, что ничего не было, я к себе.       — Роза, что… — начала Гермиона, но Роза уже не слушала ее.       Закрывшись у себя в комнате, Роза достала пергамент и начала писать прощальное письмо Скорпиусу. Слезы лились на пергамент, внутри что-то ломалось. Кажется, родители решили все проблемы между собой, а она приняла окончательное решение, что лучше предотвратить эти проблемы сразу, чтобы потом через двадцать лет их не пришлось решать вовсе.