Нам нужно поговорить о героях

Чего не ожидал Косё, так это того, что женщина, чье наличие геройского костюма можно было с легкостью оспорить в суде, позовет его на сцену, выдвинув его кандидатуру, как представителя класса 1-А. Он нервно дернулся, быстро сделав шаг в сторону, чтобы спрятаться (нет) за невысоким хвостатым парнем, тот его не заметил и принялся оглядываться вместе со всеми, отчего хвост так и норовил ударить Косё по лицу. Скорчившись от стараний увернуться, Хирохито отступил от парня, одноклассники его тут же заметили и бессовестно вытолкнули к подиуму. Замявшись в борьбе с собой обернуться на класс, будто те помогут ему, Хирохито поднимался по лестнице с понурой головой и смотрел на носки спортивной обуви. Спрятав руки в карманах, когда те мелко задрожали от желания поправить форму, в которой Косё чувствовал себя нелепым и словно нарядившимся на Хэллоуин раньше времени, поравнялся с героиней. Полночь смотрела на него с улыбкой и блестящими из-под маски глазами. Все это было четко выверенным и профессиональным, так что поддержки в ее выражении лица Косё не прочувствовал. Он схватил протянутый микрофон деревянным пальцами, суставы в них заменили испорченными шарнирами, отчего те не слушались и ощущались чужими. Ветер мягко колыхнул его волосы и Косё вспомнил утренние причитания домработницы о его растрепанных волосах и тут же принялся их поправлять. Не то, чтобы он беспокоился, что женщину хватит удар при виде неухоженных волос, дорога до центра сцены занимала слишком много времени. Ему казалось, что шел он уже четверть часа, форма совсем стала неудобной и ежиком колола плечи. Пригладив их слегка вспотевшими руками, Хирохито, наконец, дошел до середины и, когда по плечам прошлись маленькие острые лапки нервозности, в чувствах прошептал: — Ну, что за пиздец. Вышло громче, чем он предполагал и поджав губы от неловкости взглянул в толпу, увидев знакомые лица, что не приносили хоть чуточку спокойствия, только больше забеспокоился, заметив непроницаемое выражение лиц одноклассников. Староста вовсе стоял с открытым ртом и не моргал. Стук сердца прозвучал почему-то в глотке и с затаенной надеждой (на что?), он взглянул на Полночь, чье выражение лица вовсе стало напоминать восковую маску. Она застыла и хлыст лежал рядом с ней мертвой змеей. Опустив микрофон и на всякий случай заведя его за спину, спросил: — Он уже работает, да? — собственный голос, казалось, был наполнен надеждой, что тлела с каждым брошенным взглядом в толпу учеников. Будто у всех разом проявилась причуда огня и они не поленились использовать ее. Голова самовольно кивнула, подтверждая и не дожидаясь ответа от героини. Где-то внутри он уже знал, что, да, все слышали. — Наслаждайтесь. Нервозность резко исчезла, вдруг растворившись в раздражении и тщетных попытках успокоиться. Проще было думать, что это злость на людей вокруг, а вовсе не на себя, но Хирохито не привык обманываться, так что единственное, что ему оставалось делать — заниматься самоедством, в надежде, что тело не выдержит после того, как он прогрызет особо важный орган. Отдав микрофон в руки героини, понадеялся, что там не остался след от его влажных ладоней и поспешил вернуться к своему классу. Возможно, если он затеряется среди таких же нервных подростков, про него забудут. Позади Полночь кашлянула, словно это она опозорилась на всю страну, и продолжила что-то вещать, не обращая на сгустившуюся над головами серым смогом тишину. Хирохито встал в середине толпы, резко устав пробираться сквозь нее и, стойко не обращая на шепот и пронзительные взгляды, сложил руки на груди. Ладонями хотелось сжать ребра, которые крупно содрогались с каждым ударом сердца, оно билось так громко, что желание вырвать его дрожало на кончиках пальцев и скребло в затылке. Его никто не слышит, уверял себя Хирохито и грозно посмотрел на Каминари, что старался пробраться сквозь толпу, что Ньютоновской жидкостью застывала с каждым шагом одноклассника. Заметив чужой взгляд, парень остановился, крепко зажатый, но все равно сумевший показать большой палец. Хирохито цокнул и отвернулся, не желая видеть жалость в чужих глазах. Не так он планировал становление героя. *** Чтобы не чувствовать себя еще хуже, чем было и не думать о себе плохо, Хирохито решился просмотреть все доступные в сети видео прошлых фестивалей. Делал он это в квартире Даби, чтобы было не так скучно. Парень на него недовольно бурчал, ведь Косё занял телевизор более чем на час и не для игр, но все равно делал свои замечание и заметки. Он с удивлением понял, что Даби очень нравилось играть, больше всего ему понравились файтинги, меньше шутеры, Хирохито думал, что это из-за того, что тот так и не научился целиться. Тот за пару дней своими проигрышами понизил его ранг в игре. Хирохито долго пытался его уговорить создать свой аккаунт, а не пользоваться его. По телевизору не всегда можно было понять, насколько грандиозное это шоу, не зря же в Японии его смотрели чаще и больше, чем Олимпийские игры и другие спортивные соревнования. Возможно, сидя на стадионе, Косё обязательно оценил, но не сейчас, когда позади него взрывались розовым дымом мины, подкидывая неудачливых учеников, в ушах стоял гул от ударов собственного сердца и чужих криков. Минное поле было слишком большим, чтобы пересечь его за один раз, финиш был размыт, а перемещаться неизвестно куда не хотелось, и ему приходилось пару раз задерживаться и смотреть за движением других учеников, — попасть на мину не было желания. Пользоваться причудой в самом начале было глупо, впереди было еще два соревнования, от которых можно было ждать, чего угодно, потому Косё иногда переходил на бег, а в трудные моменты решался использовать причуду. Вот и сейчас, окруженный минами и не имеющий шанса их даже перепрыгнуть, телепортировался. Девушка, рядом с которой он оказался, оступилась от испуга и прежде чем та наступила на мину, Косё подхватил ее под руку и потянул на себя, пока девушка, кажется это его одноклассница, не восстановила равновесие. — Спасибо, Хирохито-кун. Буду должна! — она робко рассмеялась, видимо смущенная спасением, и лицо ее тронул сильный румянец. Хирохито отпустил ее руку и вздрогнул плечами, когда позади раздался взрыв, намного громче и мощнее, чем он слышал раньше, потревоженный ветер донес до них визги и мелкую колючую крошку. Тут же вскинул к небу голову, когда увидел мелькнувшую тень и зажевал губу, чтобы не проглотить язык от удивления. Что за чёрт? — Это… что? — ошеломленно проговорила его одноклассница, заторможенно следя за летящим куском металла. Причуда у нее с гравитацией, отдаленно вспомнил Косё. — Это… Хирохито не дослушал. Он понял, что кто-то сможет легко вырваться вперед и видя, как железная пластина неумолимо двигалась к земле, бездумно телепортировался, не задерживаясь на одном месте. Позади раздавались взрывы, розовый дым преследовал его, несмотря на быстрый темп и жгучее желание отдалиться от него. Слишком медленно. Он слышал чужие крики и возмущение, но продолжал двигаться вперед, пока еще один взрыв справа от него не перекрыл ему вид. Остановившись, понимая, что слишком опасно телепортироваться дальше, услышал, как двое прежде лидирующих учеников что-то выкрикнули, когда их откинуло подальше от финиша. Косё в злорадстве поджал губы и сорвался с места, уже больше не беспокоясь нарваться на мину. Нёсся вперед, подбадриваемый собственным раздражением и криками учеников позади себя. И как только облако начало расступаться, а впереди замаячил эфемерный финиш, телепортировался. Ноги подогнулись, когда Косё понял, что оказался перед финишем. Колени задрожали, но парень упорно сдвинул их с места, чтобы пересечь черту. Хотя бы вторым. Над головой раздался комментарий Сущего Мика, но он не смог разобрать ни слова. В ушах гудела горячая кровь, а перед глазами тряслась фигурка одноклассника. Зеленая шевелюра была помята и испачкана в пыли. Он не успел. Подойдя к однокласснику, что удивленно уставился на стадионы, словно сам не верил, что смог пересечь черту, да еще и первым, перевел взгляд на Хирохито. Тот на секунду застыл, заметив подозрительный блеск в глазах, но, тряхнув головой, протянул руку. Мальчик посмотрел на нее и заторможенно ухватился. Дернув вверх, помогая однокласснику подняться, и склонился над ним, чтобы тот услышал его в шуме толпы. — Поздравляю с первым местом, Мидория. — получилось раздраженно и устало. Он понадеялся, что одноклассник не принял это на свой счёт, но судя по лицу мальчика, что, кажется, пытался не заплакать, тот сейчас не воспринимал ничего, кроме осознания победы. Мальчишка болванчиком закивал и как-то резко сдулся, вмиг осунувшись. По всей видимости, уставший от напряжения, а не от беготни. Хирохито взглянул на вспотевший лоб и прилипшие к нему зеленые пряди, отвернулся и поспешил скрыться от тысячи пар глаз. Что ж, Мидория придумал интересный план и заслуживал этой победы, к которой стремился не меньше других. Он сделал все возможное для этого, в отличие от… Противоречивые чувства терзали его, отчего Косё терялся в своих мыслях, не имея возможности прийти к чему-то окончательно. *** Девочку, свою одноклассницу с причудой гравитации, он перехватил на половине пути к Мидории. Тот, застыв, с отчаянием в глазах смотрел на участников, что обходили его стороной, как заразного чумой. Мальчика было жалко, но не настолько, чтобы уступать победу в этом испытании. Одноклассница ойкнула и взглянула на него снизу вверх. Косё все еще сжимал ее плечо, на случай если та собиралась сбежать. Чуть склонившись, чтобы та услышала его в шуме толпы, проговорил твердым голосом, не терпящий отказа: — Будешь со мной в команде. — собирался направиться за следующим участником, прежде чем он будет занят. — Но я хотела… — она не договорила, замявшись и неуверенно посмотрела в сторону Мидории. Хирохито так же взглянул в ту сторону, но быстро отвел взгляд, слегка недовольный чужим отказом. Девчонка выглядела обескураженно и неуверенно, слишком удивленная его словами. — Ты мне должна. Сама ведь сказала. — припомнил он ей снисходительным тоном, вздернув бровь, и сложил руки на груди. Он понимал, что делал, но если окончательный результат стоил того, то он не побрезгуют использовать и такие методы. — Но… — девушка выглядела подавленно и не решительно. Она все еще сомневалась, чем сильно досаждала Косё. — Или ты не держишь свое слово? — продолжил настаивать Косё. Он был немного напряжен из-за пустой траты времени, но старался не показывать этого, чтобы не спугнуть девушку. Одноклассница покачала головой, но выглядела не очень убежденной. — Не будешь же ты за ним вечно таскаться? Покажи лучше, на что способна. — не совсем уверенный в правильности подобранных слов, махнул рукой и с затаенным удовольствием заметил, как лицо девушки приняло решительное выражение. Глаза ее блеснули, а на щеках появилась краска. Протискиваясь сквозь толпу, спешащих навстречу учеников, что хотели вступить к нему в команду, он взглядом нашел Шинсо. Лохматая макушка выглядывала из толпы рождественским шариком на празднике Танабата, неподходяще и слегка абсурдно. Парень возвышался над другим участником и что-то говорил. Собирает команду, понял Хирохито и трусцой подбежал к паре. Хлопнув его по плечу, отчего тот вздрогнул испуганным котом; ученик, вышедший из-под контроля, непонимающе озирался, а после поспешно отошел от них подальше. Девушка позади него зажалась и боязно поглядывала на них снизу вверх. — Чего тебе? Шинсо, конечно, был недоволен, что его отвлекли, от чего раздраженно перевел взгляд на него. Синяки под глазами приняли более отчетливый вид с их прошлой встречи и, казалось, совсем скоро станут отдельным организмом. Не желая слушать ответ, Шинсо принялся оглядываться по сторонам в поисках кого-то свободного. Всем видом показывая, что в дальнейшем разговоре не заинтересован. — Будешь с нами в команде. — Косё кивнул на девушку позади себя. Шинсо посмотрел на нее вскинув бровь, а потом недоверчиво и слегка насмешливо взглянул на Хирохито. Парень не уверен, что именно он увидел, но не повернулся, чтобы проверить. Девчонка не сбежала и это уже хорошо. — Что-то не скажешь, что она согласилась по своей воле. — он хмыкнул, когда Косё не сдержался и все же закатил глаза. — Нам нужно поспешить. — проигнорировав насмешку в голосе, Хирохито покосился на огромные экраны, висящие сверху и отсчитывающие время — оставалось десять минут. — Пошли. — Косё почти обернулся, когда парень начал говорить, и тон его язвительный, как самый кислый мармелад в мире. — А если не хочу? — он сунул руки в карман, чуть оттягивая и покачиваясь на пятках. Смотрел из-подо лба в ожидание ответа, рот его изогнулся в кривой усмешке, а в светлых зрачках плескались черти. Тот высвободил их с последнего круга, и они резвились, как малые дети в бассейне, вкусив свободу. Раздраженно вздохнув, Хирохито попытался спокойно объяснить. — Ты не идиот, чтоб отказываться от возможности. — у Косё в груди натягивался тугой узел от сдерживаемого недовольства, сейчас нет времени играть, но срываться на команде не лучший вариант, благодаря им он собирается победить, в конце концов. — Или хочешь взять кого-то под контроль? — он осклабился в ухмылке, пугая чертей в чужих глазах. — Почти все уже в командах и поэтому нам надо поспешить. — Хирохито процедил последние слова сквозь зубы и злобно сверкнул глазами. — Ладно. — ответили ему, видимо, поняв, что Косё не в том настроении, когда стоило шутить. Кивнув в ответ, он отвернулся в поисках хвостатого парня. Одноклассник спешил и выглядел нервным, Хирохито обрадовался, что парень не успел вступить ни в какую команду. Оставив двух своих сокомандников переглядываться, слишком понимающе для людей, знающих друг друга пару минут; чуть ли не бегом добрался до парня. — Хэй, — парень чуть вздрогнул, когда на плечо опустилась рука и повернулся. Косё чуть отстранился, чтобы хвост не задел его. — будешь с нами в команде. — Хирохито не терпелось посмотреть на время, надеясь, что осталось достаточно, чтобы обсудить план, но сильнее он хотел услышать ответ парня, желательно положительный. — Это не звучит как вопрос. — одноклассник криво улыбнулся, не уверенный, как ему стоит реагировать, а после посмотрел за спину Косё, где, как он понял, стояли Шинсо и одноклассница. — Лучше соглашайся. — насмешливо ответил парень позади него, Хирохито с трудом сдержался, чтобы не закатить глаза. — Но я хотел… — начал парень, неуверенно показывая куда-то в сторону. — Соглашайся. — мрачно заключила девушка и одноклассник перед ним отчего то содрогнулся. — Так уж и быть. — улыбка его нервная, а хвост пару раз вильнул из стороны в сторону. Хирохито облегченно вздохнул. Главное, что они все согласились, о их психическом состоянии он подумает позже. *** Скрыв улыбку в воротнике форменной куртки, Хирохито дернул язычок и вздохнул разгоряченный воздух, примерно так ощущалась победа — мягко и воздушно, почти сладкая вата, только его победа не ядрено-розового цвета. Как и планировал, он... они победили во втором соревновании, Хирохито не мог не радоваться этому, все же приятно утереть нос выскочкам, что слишком самоуверенно набросились на Мидорию и по итогу потеряли больше. Подавив желание высвободить энергию из слишком взбудораженного тела, плотно сжал рот и прошел мимо старосты и девушки из его команды, краем уха пытаясь расслышать их разговор. Мидории среди них не было, тот исчез почти сразу после соревнования и Косё надеялся, что тот не слишком расстроен его победой. Перед мальчиком было неловко — Хирохито никогда не мог нормально поздравлять людей. Шедший позади него Каминари что-то промямлил и глупо заулыбался, прежде чем попытаться зайти в школьную столовую, Косё успел схватить его за шиворот прежде, чем тот впечатался в угол. Он не уверен, что это привело бы его в чувства, но точно бы отбило последние мозги. Встряхнув пялившегося мимо него парня, на секунду задумался и посмеиваясь быстро сделал несколько фото. Хирохито поджал губы, когда парень перед ним вздрогнул и расслабил руки, взгляд его стал осмысленным, но растерянным, — пытался понять, где он. Хирохито встал в очередь быстрее, чем ему успели задать вопросы. В комнате ожидания во время развлекательных игр было тихо и спокойно, здесь не сновали его суматошные одноклассники, а крики со стадиона были слышны, если крепко прислушаться. Хирохито наивно полагал, что сможет здесь успокоиться и прекратить нервничать, но он забывал, что собственные мысли порой были громче тысячи голосов. Он понятия не имел, кто такой Аояма и какая у него причуда. В который раз укорив себя за легкомысленное отношение к турниру, пришел к выводу, что будет импровизировать во время спарринга. Экран телефона мигнул и Косё сразу открыл сообщение от Даби, — он прислал ему небольшое видео, и уже по заставке можно понять, что это короткий, но самый стыдный момент в его жизни. Обреченно простонал в потолок, сильно зажмурив глаза, чтобы не видеть и не вспоминать свою речь. Сегодня ночью у него предусмотрена программа на пару часов вперед, сна сегодня не будет. Закатив глаза и зло пробурчав на подпись под видео, Косё послал его вслух, а после, решив, что Даби тоже нужно знать, что о нем думали, послал и в сообщение. Ему ответили средним пальцем. Хмыкнув, и стараясь стереть улыбку с лица, словно его самого только что не послали, а завалили комплиментами, Хирохито встал, решив запастись перекусом. Любое шоу должно сопровождаться закусками, думал он и надеялся, что не получить взбучку от классного руководителя. Вендинговый автомат с напитками работал ужасно, он закряхтел, натужно простонал, почти как человек и перестал двигать пружину с упаковкой клубничного молока, честно купленное за деньги Косё. Уставившись во все глаза на представленную несправедливость, Хирохито на проверку постучал сначала сбоку, а после по стеклу, прямо напротив молока, которое он хотел заполучить. Рядом раздался сдавленный кашель и Косё никогда не признается, что руки его дернулись из-за испуга, а не из-за попытки пристыдить автомат. Торопливые шаги, похожие на весенний дождь быстро остановились, так и не дойдя до Косё. Повернув голову, он увидел Мидорию, впервые после второго соревнования, мальчишка смотрел на него неуверенно, чуть поджав губы. Ему стало интересно, огорчен ли он тем, что уступил другому первое место, довольствуясь меньшими баллами, — Косё так и не понял, чью повязку команда Мидории заполучила и в какой момент; у него были дела поважнее, как можно быстрее увернуться от острых ледяных пик и быстрого бега старосты. Мальчишка подошел к нему ближе и Косё отступил, решив, что тот тоже к автомату. Что ж, его ждало разочарование. — В моей средней школе были такие… — бормотал под нос парень, Хирохито с трудом расслышал слова. — и обычно помогало… — мальчишка шумно ударил по панели с выбором и на удивление Косё, автомат начал работать. —… это! — радостно воскликнул парнишка, поворачиваясь к нему, в тишине раздался глухой стук — упала упаковка и автомат затих, будто и вовсе никогда не работал. — Спасибо. — все еще впечатленный проговорил Косё, наклоняясь, чтобы забрать пачку молока. — Эм… — замялся парень, Хирохито смотрел на трубочку в целлофане, не желая видеть лицо напротив. Обычно такие «эм» заканчивались неудобной правдой, от нее неловко, но от нее не скрыться. Она как щекотливый волос меж лопаток или кусочек еды, застрявшей между вторым и третьим моляром. Хирохито оторвал трубочку с легким шорохом, что ураганом прошелся по утонувшем в тишине коридору и захлестнул их с головой. — Поздравляю с первым местом, Хирохито-кун. — промямлил Мидория, полностью повторяя его сказанные раньше слова. Хирохито уставился на него, немного не понимая искренне это было или… он еще раз взглянул на мнущего пальцами свою форму мальчишку, что поглядывал на него широко распахнутыми глазами. Он не казался тем человеком, что может сказать что-то злое или с двойным дном. Вздохнул, немного удивленный и все еще немного стыдящийся своей необоснованной злости, случайно направленной на мальчика. — Спасибо. — вновь произнес Хирохито, но более искренне, чем прежде. Мидория кивнул и уже отступил, чтобы уйти, как Косё вновь заговорил. — То, что ты придумал на первом соревновании, — он развернулся к парню. — правда, было здорово. — сказано это было для своего же спокойствия, конечно же. Мальчишка широко и мягко улыбнулся, вмиг становясь похожим на что-то мягкое и пушистое, Косё показалось, что под руками оказался кроличий мех, и махнул ему, перед уходом. Вроде первый бой его и направлялся он как раз к выходу на арену. Хирохито задумался, в курсе ли тот о причуде Шинсо и стоило ли рассказать о ней, но мальчишка уже далеко, а Косё посчитал, что будет несправедливо. *** Первый бой был напряженным, но не настолько, чтобы убрать ноги с ограждения перед собой и сесть ровно, он слишком устал за предыдущие два соревнования, скорее не в физическом плане, а в моральном, ожидать от себя хороших результатов и выжимать их, сильно било по нервам и выводило из строя, но скоро, относительно, конечно, его бой, а к нему нужно быть полностью готовым, так что Хирохито максимально старался отгородиться от шума трибун и старосты, что не оставлял его в покое и требовал, чтобы Косё сел подобающе. Раздался характерный звук, когда молоко закончилось и его оставалось совсем немного, а трубочка не доставала. Посмотрев на старосту усталым взглядом, стараясь всем видом передать, что его ничуть не волновали его просьбы, перевел взгляд на экраны, что транслировали бой. Рядом раздался вздох, разочарованный во всем сущем мира и осуждающий, будто Косё перед ним отобрал у беспомощного старика трость и сломал ее, но от него отстали, и это определённо радовало. Прикусив пластиковую трубочку, он напряженно вглядывался в фигурку Мидории, что тяжело шагала к краю арены, нехотя и протестующе, Косё не знал какого это, ощутить на себе причуду Шинсо, но даже так удивился упертости парня. Когда он выбил столб пыли, упаковка молока, придерживаемая за трубочку, выпала и ее пришлось словить, чтобы не испачкаться, Хирохито поднял глаза вновь, и Шинсо уже валялся на спине. Как он выбрался из-под контроля? Шинсо ослабил силу или же этому послужил какой-то толчок, может тот сильный ветер, что Мидория вызвал сам, но как? Нахмуренный, он следил за оглашением результата, не радуясь за победителя и не сочувствуя проигравшему, Хирохито смотрел, как одноклассники Шинсо перегибались через ограждение, чуть ли не падая через них, было бы забавно, ведь созданы они были, чтобы обезопасить, они ему что-то радостно кричали, улыбаясь и Косё решил отложить разговор. В конце концов, есть Мидория, который что-то определенно скрывал и вряд ли что расскажет по собственной воле. Ноги он был вынужден убрать после начала второго боя, иначе их либо оторвало, либо он бы примерз и оставался в неудобном положении неизвестно сколько, Мидория рядом испуганно икнул и только тогда отложил блокнот с ручкой и прекратил бубнить, Хирохито слишком все равно, чтобы вслушиваться о чем говорил парень и слишком лень сказать, чтобы тот прекратил, но не то чтобы ему это мешало. Прошло еще пару боев, он успел сделать ужасную размытую фотку Каминари, которому помогали уйти с арены и только потом заметил, что на первый ряд подсела девушка из его команды. Она открыто говорила с Мидорией и, кажется, делала вид, что Хирохито не сидел рядом с ними. Он не знал нечаянно ли это или же девушка обиделась на него, но закатив глаза, Хирохито ловко выхватил блокнот из рук ошеломленного мальчика, что смотрел на девушку во все глаза, возможно, это его обычное выражение лица, думал Косё, когда мальчишка точно так же посмотрел на него. Пролистав тетрадь, половина которой уже была исписана причудами их класса, он задержался на некоторых учениках, что в будущем могли быть его соперниками. Мидория что-то мямлил, явно стараясь вернуть тетрадь обратно, попутно что-то объясняя ему, но не вырывая из рук. Он остановился на странице со своей причудой, — это мало, намного меньше, по сравнение с описанием причуд других учеников. Не зная, что думать и чувствовать (ему стоит оскорбиться?) повернулся к Мидории, что уже отчаялся и свыкся с тем, что тетрадь он быстро не получит, показал на заголовок с его именем и кратким описанием. — Почему так мало? — взглянул на мальчика поверх очков, обычных, в очках от геройского костюма было немного непривычно и неловко ходить. — Ты редко ее используешь. — оправдывался он с невинным взглядом. Это правда, дедушка учил не полагаться на свою причуду слишком часто и Хирохито понимал это, убеждаясь каждый раз, видя беспомощных одноклассников, когда их учитель стирал причуду, они не могли сделать хоть что-то. — Еще ты… взрываешь? Я не уверен, что это именно то, что ты делаешь, но выглядит именно так… — Мидория продолжил бормотать себе под нос, полностью уходя в свои размышления и забывая об окружении. — Частицы. — вздохнул Косё, возвращая парню тетрадь, он положил ее ему на колени, ведь на него все еще не обращали внимания. — А? — он посмотрел на него, не понимая, а Хирохито вновь вздохнул, борясь с самим собой. Все равно несколько одноклассников знали, он больше удивлен, что они не рассказали никому другому. — Я перемещаю частицы, от трения… — От трения они нагреваются и по итогу взрываются! — закончил за него слишком радостный парень и руки его мелко подрагивали в нетерпении, прежде чем схватиться за карандаш и раскрыть тетрадь на нужной страницы, Хирохито довольно ухмыльнулся — Удивительно! — воскликнул парень, продолжая писать. — Как ты до этого додумался? — Мидория повернулся к нему, в его глазах блестел живой интерес, а девушка позади него изредка поглядывала на Косё, немного недовольная, но их разговору никак не мешала. — Случайно взорвал учебник, когда хотел переместить его. — пожал плечами, в детстве это была его любимая энциклопедия по причудам, ранее он любил зачитывать ее до дыр, представляя, что когда-нибудь у него тоже будет причуда, как и у всех. — Ты не можешь перемещать предметы, если не касаешься их. — Косё поморщился, он не очень любил обсуждать недостатки своей причуды, лишь по той причине, что он слишком долго ждал ее и для него она была идеальной. — Так вот почему ты не смог забрать мою повязку. — Я мог бы, — скосил взгляд, чтобы взглянуть на мальчика. — но с твоей головой. — он ухмыльнулся нарочно зло (в чем он никому не признается), когда заметил ужас на лице парня, что живо представил себе возможную картину и гулко сглотнул. — С-спасибо, что не забрал… — еле слышно проговорил, немигающим взглядом смотря на свою тетрадь. Ничего не ответив, встал, бой, хотя его трудно так назвать, старосты и девушки, как Хирохито понял с курса поддержки, закончился. Хоть и победил староста, он уверен, что многие обратили внимания на изобретения девушки, он не удивится, если компания его отца предложит ей стажировку. Шаги отдавались глухим эхом в пустом коридоре, ничего удивительного, каждый спешил подняться, чтобы не пропустить матч. Ему казалось, что даже мысли в его голове отскакивали от голых стен, отскакивая обратно и больно ударяя. Поправив очки, желая отгородиться от навязчивых мыслей, вспомнил описание причуды из тетради Мидории. Ничего сверхособенного, с его причудой телепортации будет легко увернуться от лазера, и во время тренировок он не замечал хорошей физической подготовки, но шанс оплошать всегда есть, в особенности на глазах миллионов зрителей, это угнетало. Взойдя на арену, Хирохито сглотнул, в который раз проклиная того, кто решил, что транслировать спортивный фестиваль UA это отличная идея. Полночь объявила начало. Хирохито использовал причуду еще до того, как лазер достигнул места, где он стоял, оказавшись сбоку от парня, Косё немедля бьет того в челюсть. Противник свалился, коротко взвизгнув, ему кажется, что кругом тишина и все слышали, как быстро колотилось его сердце. Он стоял над парнем еще некоторое время, чтобы в любой момент, когда тот поднимется ударить вновь, но парень не вставал и его объявили победителем, а его соперника отвезли к Исцеляющей девочке. Ему тоже захотелось к ней зайти, чтобы выпросить жевательных конфет. Лицо Хирохито приняло безликое выражение, он дольше волновался. Разочаровано вздохнув, чуть ли не сбежал от чужих взглядов, старательно избегая смотреть вверх, толпа что-то кричала, но он не смог разобрать. Может это что-то неприятное. Когда Косё поднялся обратно на трибуны, с карманами полными конфет и леденцами, Мидории не было, вместе с ним отсутствовала девушка с его команды, возможно, она рассказывала кому-нибудь, как Косё заставил ее присоединиться к нему; не было даже старосты. Облегченно вздохнув, слушать нудные упреки не хотелось, привычно уселся, вытянув ноги, высыпая конфеты рядом с собой, чтобы было удобно брать их, и взглянул на Каминари, что плюхнулся рядом и улыбался. Хирохито ухмыльнулся, когда вспомнил о сделанных им фото. — Йоу, было круто! — воскликнул парень. — И быстро. — без запала продолжил он, пожав плечами, Косё ничего не ответил, лишь протянул горсть конфет, чтобы парень больше ничего не говорил, но у того другие планы, закинув в рот пару леденцов, невнятно продолжил. — Многие были разочарованы, что так быстро закончилось, — скривив лицо, Хирохито наблюдал за боем хвостатого парня и одноклассника с острой улыбкой, недовольство было ожидаемо, в конце концов люди пришли ради зрелищ. — как по мне было эффектно! Не каждый сможет вырубить с одного удара! — рот у Каминари был полон леденцов, но это не помешало ему улыбаться, Хирохито ничего ему не ответил, не желая разочаровывать парня, — соперник у него был слишком слабый и только. Хвостатый парень проиграл, кажется, у его соперника причуда связана с упрочнением кожи, он не был уверен, но если это так, то у хвостатого не было подходящей возможности атаковать в полную силу, чтобы не ранить себя. Клыкастый парень уселся с ними, он устало бухнулся и развалился с длинным вздохом, но поднялся, когда заметил бывшего соперника, хвост его грустно свисал с плеча, а выражение лица унылое. — Оджиро! — парень крепко стиснул кулак и вскинул руку, на лице у него решительная улыбка, а глаза блестели. — Бой был крутым, надо будет повторить! Лицо Оджиро озарило легкой, но не менее решительной улыбкой, он согласился, прежде чем уйти. Парень вернулся в свое бесформенное состояние и протянул руку к кучке конфет, что значительно уменьшилась с недавнего времени. Каминари прогрыз леденец, склонился через Хирохито к парню, что сидел с другой от него стороны и начал говорить. Хирохито поморщился и отстранился от макушки парня, волосы которого лезли в нос, щекоча. — Чувак, это было круто. — с умным видом заключил Каминари, поддакивая самому себе и показывая большой палец вверх, после стягивая еще одну конфету. — Не прикалываешься? — серьезно спросил парень, перегибаясь через Косё, его волосы лезли в лицо сильнее, что Хирохито успел уловить запах пыли и характерные отдушки шампуня для окрашенных волос, он знал, запомнил, когда перекрасился дома в предполагаемый темный цвет, это было ужасно настолько, что он пошел в салон на следующий день и попросил срезать волосы почти под ноль. Парень взял конфету. — Не, Киришима, с таким не шутят. —покачал головой парень, опять же влезая волосами в лицо Косё. — Если так надо поговорить, съебитесь в другое место. — заворчал Хирохито, окончательно не выдержав, он почесал нос, морщась. — Или дружно завалите хлебало и смотрите матч. — Хирохито скинул на обоих парней обертки, на случай если те и правда уйдут, чтобы прихватили с собой. — Не, — завертел головой Каминари, — тут конфеты. — произнес он это так, будто раскрыл смысл жизни, слишком простой, от того непонятный. — А я коплю энергию. — парень попытался пожать плечами, но лишь дернулся. Это оправдание Хирохито еще мог принять, так что, тяжело вздохнув, откинул голову на неудобную спинку и посмотрел на экран, бой взрывного парня и девушки с его команды. — Не объедайся, не хочу, чтобы наш матч завершили, потому что тебе стало плохо. — парень фыркнул, на секунду оголяя острые зубы, а Каминари дружно хихикнул. Хирохито ничего не ответил, не успел, ведь услышал выкрики с трибун, они осуждающие и непонимающие, даже некоторые герои искренне недоумевали, почему взрывной парень не сдерживался. Косё не удивится, если ему скажут, что эти герои даже не в Топ-100. Молча соглашаясь со словами их учителя, что одёрнул героя, решившего взять все в свои руки и остановить бой. Хирохито не сдержался и закатил глаза, будто этот герой не был в курсе, куда он пришел. Парни рядом с ним сидели напряженные и со сложным выражением лица, они ничего не говорили, в отличии от некоторых одноклассников позади них, и Косё не мог понять, о чем они думали. Он видел, как глаза Мидории не отрываясь следили за матчем, он искренне переживал за девушку, за свою подругу (?), он не был уверен какие у них отношения. Зрение у него было плохое, но не настолько, чтобы не заметить парящие осколки камней, что были когда-то ареной, в отличие от рядом сидящих, что с каждой минутой боя теряли надежду на успех девушки. У Косё, не желающего победы каждому, с этим проблем не было и каких-либо чувств, помимо уважения к придуманному плану, не испытывал, одноклассники же чуть не подскочили со своих мест, когда девушка упала, истратив все силы. Победил Бакуго. И если он не проиграет в следующих этапах им предстоит сразиться. Было ожидаемо, что как только парень поднимется, одноклассники начнут высказывать свое мнение и как-либо попрекать победителя, Косё особо не вслушиваясь, смотрел как герой исправлял арену, чуть ли не создавая новую. Конфеты давно уже закончились, обертки он спихнул на Каминари и клыкастого парня, те запихнули их себе в карманы, хоть и препирались для виду. Что бы они не говорили Бакуго, тон их был не сильно осуждающий и винящий, скорее шутливый, но, Хирохито уверен, слушать такое было неприятно. — Я бы не смог на такое пойти… — заумным видом проговорил Каминари, сложив руки на груди, Хирохито фыркнул достаточно громко, чтобы парень с молнией в волосах повернулся к нему и уязвленно на него посмотрел. — Что? — Косё махнул рукой, отнекиваясь от ответа и уткнулся в телефон, от него быстро отстали, видно желание знать ответ не было таким сильным. Ответа от Даби не было. И чем он только занят? *** Очередь до него дошла как-то быстро, он даже не понял, что уже нужно идти, пока зубастый парень не окликнул его. Встал, все еще немного выбитый из привычной колеи матчем Мидории. Даже со своего места было видно покорёженные руки и их неестественный оттенок, который они быстро приняли, словно только этого и ждали. Хирохито не мог осуждать мальчишку за столь безответственное отношение к своему здоровью, потому что сам не был уверен, что сможет вовремя остановиться, но наблюдать за их боем было неприятно, одноклассники разделяли его чувства состраданием на лице. Путь до арены в этот раз был быстрее и не таким напряженным, может, потому что половину пути он прошел с одноклассником, который хоть ничего не говорил, но выглядел расслабленно и уверенно, Хирохито на секунду позавидовал. Как только Полночь объявила начало, его соперник сорвался с места и быстрым движением нанес удар, если бы вместо Хирохито был кто-то другой, его челюсть бы вылетела, но Косё успел телепортироваться, ускользая из-под удара. Киришима, потерявший опору, растерялся, это был бы прекрасный момент, чтобы предпринять ответный маневр, но причуда этого парня все еще при нем и Хирохито уверен, решись он ответить, рука бы у него была в трещинах. Он вынужден уклоняться от каждого удара, руки у него зудели ответить, но себя приходилось сдерживать, это тяжело, каждый раз он незаметно должен проверять как близко они находились к границе арены. Лицо парня перед ним покраснело, брови свело к переносице, а губы недовольно скалились. Действовать нужно быстро, прежде чем соперник догадается, что именно собирался сделать Косё. В очередной раз увернувшись от мощного движения, что могло бы выбить ему глаз, он переместился за спину Киришимы, как только понял, что они стояли достаточно близко к черте. Киришима так же заметил, он резко затормозил и хотел отойти, но Хирохито быстрым точным ударом ноги сбил парня за границу. Тот упал на колени, недолго скользя ими по бетону, и Косё поморщился от неприятного ощущения на своих коленных чашечках. Одноклассник потирал поясницу и жмурился от боли. Полночь объявила о его победе и только тогда он подошел к парню, протягивая руку, чтобы помочь встать. Парень ухватился за нее так крепко, что Косё показалось, что еще немного и он бы свалился под чужой тяжестью. — Удар в спину твой любимый прием, да? — говорил он немного осуждающе, все еще потирая поясницу, Хирохито побеспокоился, чтобы в старости это ни во что не вылилось и его не винили. — Это не мужественно, чувак. — он скривился и отпустил его руку, поправляя штаны. Они порваны и видны разодранные до крови колени. — Зато эффективно. — беспечно пожал плечами и поспешил сойти с арены, чтобы не быть в центре внимания и освободить ее пораньше для следующего матча. Он недолго всматривался в безмятежное лицо парня, пытаясь понять расстроен ли он от проигрыша, но тот только щурил глаза от боли в спине, видимо Хирохито вложил в удар больше, чем нужно. Быстро отвернувшись, только вспомнив, что кругом люди по их возгласам с трибун, он ступил к небольшой лестнице и чуть не поскользнулся на ней, когда сильный шлепок прожег кожу меж лопаток. С нахмуренными бровями и с удивленными глазами, Косё медленно повернулся к парню, что спускался с лестницы и смотрел на него, улыбаясь. Хирохито нахмурился, не до конца понимая, что именно смутило в улыбке напротив, но он точно знал, что эта отличалась от его предыдущих клыкастых. *** Исцеляющая девочка не дала ему жевательные конфеты. По-видимому, она беспокоилась за повышенное содержание сахара в его крови, хотя этим должен заниматься сам Косё, а еще лучше их семейный врач. Проблем раньше не было, но это никак не убедило старушку. Хирохито с понурой головой пошаркал из ее кабинета, и, прежде чем направиться к автомату с напитками, взглянул на разрисованную табличку над дверью, надеясь, что его отчаявшийся взгляд почувствуют даже сквозь закрытую дверь и все же выдадут конфеты. Солнце, что давно находилось в зените, слепило глаза, когда он вышел из больничного корпуса, отчего искренне удивился, когда увидел у перил ссутуленную фигуру. Волосы были примяты, с одной стороны, а форменная куртка висела на плечах, руки у мальчика были сломаны. Косё скривился, представляя, как сильно будут чесаться руки под шиной, и остановился рядом с Мидорией. Мальчик вяло улыбнулся, приветствуя, но Хирохито это вовсе не задело, видя в каком состоянии сейчас одноклассник. Они некоторое время молчали, смотря на бой, но в голове назойливо продолжали крутиться мысли, которым не терпелось слететь с языка, и чуть подумав, Косё не придумал причину не озвучить их. — Будешь продолжать в том же духе, сломаешь руки окончательно. — мальчик рядом от неожиданности вздрогнул и виновато улыбнулся. Косё уверен, что тот бы занес руку к затылку будь она не скованна. — Я еще… — он немного замялся и даже оглянулся, прежде чем продолжить. — не совсем разобрался, как она работает. Хирохито тоже повертел головой в стороны, сам не зная зачем, потом и вовсе взглянул на стадион, он точно не помнил чья сейчас битва, но по характерным взрывам и содроганиям пола, понял, что это его одноклассник. Говорить он начал, не смотря на Мидорию. — Я знаком с одним парнем, — прервался, чтобы почесать переносицу под очками. — у него причуда тоже поздно проявилась, — Хирохито окинул мальчика быстрым взглядом, — не так поздно, как у тебя, но не суть. Он вначале тоже себя калечил, пока не понял, что причуда это не какой-то отдельный орган или еще одна рука, он… ну… и есть причуда. — неловко соединил обе ладони перед собой, пытаясь что-то показать, но быстро опустил их, чувствуя себя глупо. — Как-то так что ли. Еще раз быстро посмотрел на мальчика, что с серьезным лицом слушал его, от неловкости поджал губы и огляделся, цепляясь взглядом за мельтешение вдалеке. — Ты так меня поддержать пытался? — глаза его чуть сощурены, а голос не верящий. — Че бля? — резко повернул голову и недоуменно посмотрел на сконфуженного одноклассника. — Не тупи. Мне это нахрен не сдалось. — порывисто отмахнулся он. — Прости. — попытался поднять руку в примирительном жесте, но быстро ее опустил, на лице напротив застыла гримаса боли. — Не каждый день узнаешь, что ты… — на секунду замолк, прикусив губу, и вздохнул так, словно перед прыжком в глубокое озеро. — не один, кто поздно получил причуду. — закончил предложение тихо, будто боясь, что кто-то услышит то, что не должен, Косё нахмурился, думая об этом. — Всякое бывает. — пожал плечами. — Если ты чего-то не знаешь, не значит же, что этого нет. — заключил Косё, чувствуя себя неловко от непривычных слов. Мидория уж слишком понимающе кивнул. Они замолкли на некоторое время и смотрели вниз, где бой подходил к концу. Одноклассник со взрывной причудой выиграл, несмотря на разбросанные острова льда, и если Косё одержит победу в следующем спарринге, то будет сражаться с ним. Он понял, что ему нужно спускаться ко входу, скоро его бой со старостой, интересно, его могут дисквалифицировать за опоздание? Видимо, парень рядом с ним пришел к тем же мыслям. — Тебе не нужно идти? — все так же упираясь бедрами в перила, краем глаза заметил, как парень повернулся к нему. — Скорее всего. — невнятно ответил Косё, шлепая себя по карманам в поисках последней конфеты. — Бой с Иидой-куном, да? — бормотал мальчишка, пытаясь заполнить неловкую относительную тишину. — Если ты п-победишь, то сразишься с Каччаном… Желаю удачи. — Мидория нервно улыбнулся, а после непонимающе хлопал глазами, когда в карман куртки что-то запихнули, посмотреть он не мог из-за очевидно сломанных рук. — Береги руки. — Хирохито смазано махнул ему, когда отошел к лестнице. — Тебе еще дрочить ими. — Х-хирохито-кун! — раздался в след смущенное восклицание. *** Иида, наверно, единственный, кто может противостоять ему в скорости, ведь как объяснить то, что спустя несколько минут начала боя, староста ускорился настолько, что с трудом получалось отслеживать движения и нанес удар ногой. Голова от удара трещала, в глазах прошлась рябь, дезориентируя на секунды, но и их достаточно, чтобы староста схватился за шиворот куртки и оттеснял его к краю территории. Быстрый бег и смазанный окружающий вид заставил его желудок мутить и радоваться своей причуде еще больше. Он чувствовал себя нашкодившим котенком. Ему пришлось взорвать арену перед старостой, чтобы остановить его хоть на секунду и, воспользовавшись небольшой заминкой, сбросил с себя чужие руки. Он ударил старосту в живот, выбивая воздух с характерным звуком, испытывая темную радость отмщения, бровь у него все еще болела и неприятно пощипывала, лишь бы очки не были в трещинах. Хирохито точными ударами оттеснял старосту к краю арены, чтобы в последний момент спихнуть его ногой за линию. Кулаки его горели от ударов не хуже, чем синяк на лице старосты, он в этом уверен. Он выиграл, еще немного и медаль за первое место будет его. Внутри него все бурлило, нетерпеливо и предвкушающее и разгоняло кровь по всему телу неприятным зудом. Косё не смог сдержать ухмылки, когда уходил с арены, с каждым шагом чувствуя, как под кожей пузырилась взрывная карамель в ожидании, а кровь тонко стекала по лицу, попадая в глаз. Это неприятно, но терпимо. *** Ранка под пластырем чуть ныла и пульсировала, от чего пальцы постоянно тянулись к ней, но натыкались лишь на шершавый пластырь и бинт под ним. Даже так он чувствовал специфичный шлейф лекарств, что сопровождали все медицинские принадлежности. Казалось, кончики пальцев тоже пропитались этим запахом. Старушка решила не лечить его рану, та была мелкой, но все же болезненной. В комнате ожидания все такая же вакуумная тишина, за пределами слышны крики и возгласы, сейчас, в перерыве перед финалом, все были на грани безумия, будто не они будут только сидеть и наблюдать за его боем. Его боем. Может после победы стоит сходить отпраздновать? Косё мягко ухмыльнулся мыслям и воспоминаниям, как в начальной школе до… всего этого, он с семьей ходили в его любимое детское кафе. За дверью раздалось копошение, чтобы через секунду она с грохотом ударилось о стену. Хирохито перевел взгляд и увидел своего одноклассника и соперника. Тот сконфужено поморщился, а после зло просверлил взглядом подписанную вторым номером табличку, такой же раздраженный взгляд устремился к Косё, на что в ответ лишь вздернул бровь, направился к нему, уже засучив рукава. — Нервничаешь, что ли? — чуть насмешливо поинтересовался Хирохито до того, как одноклассник что-либо предпринял. — Совсем из ума вышел? — парень возвышался над ним, но даже так умудрялся задрать подбородок еще выше, Хирохито хмыкнул и отвернулся. Если он встанет, то однокласснику быть выше поможет разве что стул. — Ладно. — пожал плечами в ответ, не сдерживая кривой ухмылки. — Как скажешь. — перевел взгляд обратно и взглянул в красные, полные злобы и раздражение глаза. — Собираешься стоять и дальше? — насмешливо прищурился, когда глаза напротив опасно прищурились, а рот исказился в оскале. — Тебе лучше выложиться на полную в нашем спарринге, поддаваться я тебе не собираюсь. — голос парня стал низок, с перекатами рыка, враждебности стало еще больше. — О, — Хирохито протянул звук, а после посмотрел на него поверх очков, — я очень на это надеюсь. — лживая улыбка и голос полной дружелюбной фальши, Косё был искренен в своих чувствах. В ответ ему лишь цоканье и прожигаемая презрительным взглядом макушка. Парень отвернулся с гордо поднятым подбородком и прошел выход, громко хлопнув дверью напоследок. — Кретин. — под нос пробурчал Косё, с выдохом опуская голову и стараясь расслабить напряженные от разговора плечи. *** Давление в финале стало только больше, многие зрители подскакивали со своих мест и кричали громче обычного. Косё уверен, что в их жилах текла такая же будоражащая кровь, а уши заложило собственными гулом сердца. Зрители на стадионах словно безумцы, что впервые за долгое время вышли в свет. Он крепко стиснул подрагивающие от нервов и предвкушения пальцы и посмотрел на своего соперника. —… ЛУЧШИЙ УЧЕНИК СРЕДИ НОВИЧКОВ ЮЭЙ ОПРЕДЕЛИТСЯ ПРЯМО СЕЙЧАС! — доносился до него голос Мика, Хирохито глубоко вздохнул, чтобы избавиться от неприятного кома в горле. — ФИНАЛЬНЫЙ МАТЧ ХИРОХИТО ПРОТИВ БАКУГО! На лице его одноклассника расплылся широкий оскал, Хирохито в нем заметил такое же предвкушение и уверенность в том, что лучший здесь только он. Косё ухмыльнулся, уже представляя, как собьет спесь с самодовольной морды парня. — ВНИМАНИЕ! Косё встал в стойку и наклонил голову. Он готов в любой момент сорваться и закончить этот бой, заняв первое место. — СТАРТ! Не прошло и секунды, как раздался громкий хлопок, а после всю арену заполнил темный дым, в лицо прилетела небольшая бетонная крошка, он прикрыл лицо, когда особо болезненный удар попал в щеку, а после огляделся в поисках парня. Хирохито нахмурился. Неужели тот понял минус его причуды? Или же он изначально планировал это, чтобы незаметно подобраться вплотную, а Хирохито внезапно не исчез? Насколько Косё помнил, в ближнем бою тот неплох. Любой его взрыв мог оглушить и вывести из строя, но надолго ли его хватит? Дым скоро рассеется, а делать так каждый раз слишком затратно. Не стоя на месте, он двинулся ближе к центру, чтобы ненароком не заступить за линию и не проиграть так глупо. Из дыма к нему летел тяжелый кулак, Хирохито увернулся в последнюю секунду, чтобы схватить за предплечье и ударить коленом в живот. Одноклассник шумно выдохнул и отскочил, дым уже почти рассеялся и видимость стала лучше. Недостаточно, чтобы переместиться подальше, но и это хватало, чтобы увидеть, как парень напротив болезненно морщился и держал руку у ребер. — Ублюдок! — рявкнул парень, а после стремительно помчался к нему. Косё отбивал каждый его удар, наносил свои, в груди патокой разлилось удовольствие, когда кулак скользнул по чужой скуле, заставляя парня откинуть голову и сделать шаг назад. Он ухмыльнулся, когда увидел мерцающие в бешенстве глаза одноклассника, как лампа во время перебоев в проводке. Парень оскалился в ответной ухмылке. Дым рассеялся, Косё только этого и ждал, переместился за спину, чтобы захватить в удушающий, но только наткнулся на ликующее выражение лица. Раскрытая ладонь с ослепительными маленькими взрывами двигалась прямо на него. Он успел прикрыться от прямого удара, но все равно взрыв оглушил всю левую часть лица. В ушах зазвенело тысячью колоколов, на несколько секунд он не слышал ничего, кроме звона. Специальные очки скосило на бок, а в глазах все скакало и мерцало мелкими взрывами. Лицо его болело нещадно уже сейчас, а когда адреналин спадет неизвестно, что будет. Его шатало из стороны в сторону, голова шла кругом, и он последовал за ней, не удержавшись склонился. Косё не понимал ничего. Бакуго не тот противник, что будет ждать, пока его оппонент придет в себя, отчего последующий удар в живот не стал неожиданным, но точно был неприятным. Все еще оглушенный, удар заставил его неловко оступиться и почти упасть. Вовремя подставил ногу, что спасло его от позорного падения. Левая линза очков вся в трещинах, но даже так он увидел по злому сосредоточенное лицо, нахмуренные брови и искривленный рот. Чертов ублюдок. — Ты, ушлепок, только и можешь бить со спины! — рявкнул парень, когда очередной удар прошел мимо головы Косё. Его все еще шатало и бить в ответ он не решался, чтобы не подставляться. — Это удел всех слабаков, каким являешься, и ты! Думал, что сможешь победить меня?! Я здесь лучший! Я! Косё ударил его прямым ударом в нос. Кровь хлестала из двух ноздрей и попала даже на его костяшки. Он тяжело задышал и отбросил в сторону, наконец, ненужные сейчас очки. Промокшие от пота волосы липли на лоб и лезли в глаза, отчего, и так, болезненный левый глаз раздражался и дергался, он видел им хуже, чем прежде и надеялся, что это временный эффект от удара. Бакуго еще стоял на ногах, но крепко сжимал кровоточащий нос. Сквозь пальцы сочилась кровь. — Что я слышу? Лучший? Ты? — посмеиваясь, откинул со лба волосы и двинулся к нему, голос его казался гулким и звучал будто из глубины. В груди лопались пузыри из ядовитого озера, оно бурлило и пары вновь и вновь отравляли полудохлых птиц, что никак не сдохнут. Их острые когти царапали глотку в желании выбраться наружу. Их крик прорывался сквозь сцепленные зубы и плотно сжатые челюсти. — Не забывайся, Бакуго, ты всего лишь неуверенный в себе подросток, что скрывает это за злостью и ненавистью. Нет, Бакуго, — он протянул гласные, от усталости или же с насмешкой, не поймет, в голове все скакало, а в глазах появлялись темные пятна. — слабак здесь только ты. Они сорвались одновременно, чтобы нанести болезненные удары, чтобы отомстить за обидные слова и, наконец, выиграть. Косё отскочил от очередного взрыва, чтобы в следующую секунду переместиться и нанести ногой удар в бок. Бакуго скривился и зашипел, но все же послал в его сторону очередной взрыв, хоть и морщился при этом. Хирохито понял, что одноклассник на пределе, но не спешил прекращать или сдаваться. Неприятный удар обжег его правый бок, что Хирохито от злости зарычал и поднял руку тяжело и размашисто. Бетон под рукой слово марионетка последовал за ним — забурлил, пошел трещинами и глубокими бороздами. Хирохито понял, что от усталости и бурлящих где-то под ребрами эмоций, его причуда почти вышла из-под контроля, перемещаться уже опасно тем, что останутся глубокие раны, от которых мог и вовсе истечь кровью. Это опасно, как и для него, так и для одноклассника, но разве не этого хотели все собравшиеся здесь? Не для этого ли был создан этот турнир? Так почему Косё должен сдерживаться? Они вновь двинулись навстречу друг другу, занося руки для удара, Хирохито заметил, как Бакуго кричал, взбудораженный и не сдержанный и успел позавидовать смелости проявлять эмоции. Кулак его достиг подбородка, он отчетливо почувствовал, как челюсть парня дернулась и увидел, как уже сейчас закатывались у парня глаза. Тотчас перед глазами у него померкло от боли, а зубы заскрипели. В мозг будто ударила молния, отчего ему показалось, что его швырнуло и летел он долго и столь медленно, что приземлился неожиданно, чувство боли где-то в стороне и вовсе не его, а чужого не причастного к бою человека. Лицо Бакуго он наблюдал напротив, глаза у него закрыты и выглядел он спокойным, словно, заснул, разве что измазанное в крови лицо и наливающиеся синевой синяки давали знать, что у того был бой. Хирохито нужно встать. Руки дернулись и крупно задрожали, от чего не могли удержать тело и подогнулись. Больно ударился подбородком и подняться больше не смог. Это до слез обидно. Победил в матче, но встать и показать, что сможет продолжить не осталось сил. Какая жалость. Зубы заскрежетали от вспышки злости и съедающей легкие несправедливости. Ноги, обтянутые в латекс, появились внезапно. Полночь сначала склонилась к Бакуго, проверяла его на сознание? обморок? смерть? Косё сам не знал, что с ним самим. И только после двинулась к нему. Она положила руку ему на плечо, это неприятно и заглянула в лицо, глаза как назло не фокусировались на ней и понять, какое выражение лица не мог. —… двигаться? Хирохито, ты можешь встать? — голос доносился приглушено, звук похож на то, когда его голова находилась под водой, а вокруг кто-то разговаривал. Еще немного прислушаться и можно понять, о чем речь. — Да. Он шептал или хрипел? Непонятно. Рот пересох, еле открывался, а пыль и вовсе осела на корне языка, захотелось прокашляться и выпить. Женщина вновь задала вопрос, но у Косё не нашлось сил ответить. В глазах все расплылось, а в горле засвербело. Он же победил? *** — Да какого хера ничья?! — возмущенно воскликнул Хирохито, всплескивая руками. — Я победил! Он отрубился первый! — Я не отрубился! — яростно ответили ему сбоку. Бакуго сидел за столом, мрачно уставившись на всех присутствующих, покачиваясь на стуле. У него немного опухшая переносица и синяк на весь нос, что переходил вниз, под глаза. Они тоже были красные с лопнувшими капиллярами. Хирохито выглядел не лучше. Синяк на всю левую часть лица с мелкими царапинами, белок глаза был почти полностью красный и выглядело это страшно вкупе с его светлой голубой радужкой. Исцеляющая девочка обещала, что через пару дней все пройдет, но Косё каждый раз испытывая боль в челюсти сомневался в ее словах. — Завались! — в ответ рыкнул Хирохито, отчего в челюсти щелкнуло и ему захотелось поморщиться, но не под взглядом одноклассника. — Хирохито. — спокойный голос раздался позади, и он на удивление раздражал больше, чем взбешенная морда Бакуго. — Что?! — рявкнул, резко обернулся и затылок прострелило болью, она ослепительная и яркая, но не она отрезвила от накатившей злости, а спокойное выражение лица его учителя, что смотрел на него из-под все такой же вековой усталости. — Успокойся. Награждение будет через пятнадцать минут, к тому времени тебе нужно собраться, иначе мы предпримем соответствующие меры. — голос учителя монотонный и вовсе не отчитывающий, но одно только слово «успокойся» выводило из себя не хуже красной тряпки быка. Зубы заскрипели, а челюсть сводило болезненным спазмом и только это остановило не ответить чем-то грубым в ответ. Прикрыв глаза, на секунду зажмурившись, а после посмотрев на всех присутствующих здесь учителей удивительно спокойным и рассудительным взглядом, кивнул. Он взглянул на выход, когда начал говорить: — Я ненадолго отойду. — кивком указал в сторону двери. — Успокоюсь. — голос его резок, но не груб, в нем и вовсе трудно что-либо разобрать. Он аккуратно, выверенными движениями, закрыл за собой дверь, чтобы не сорвать ее с петель одним резким действием от потока кипящих эмоций, словно лава, только извергнутая из вулкана. Двинулся по коридору медленными, размеренными шагами, расхлябанно засунув руки в карман и честно пытался успокоиться. Ему необходимо это сделать, если он не хотел, чтобы к нему применили соответствующие меры. Не сдержавшись, громко хмыкнул и звук эхом скользнул по пустому коридору, отталкиваясь от стен, словно теннисный мяч. Добрался он до автомата с напитками быстро, все же опаздывать на свое собственное награждение не хотелось. По дороге разгоряченный тучей эмоций мозг успокоился и пришел к рефлексирующему спокойствию, в конце концов, это не последний его турнир. Пачка молока застряла напротив него. И это последняя капля. Он ударил по стеклу, не сдержавшись, впрочем, не желавший сдерживаться. Злость, которая казалось ушла вспыхнула с новой силой, как красный цветок. Она взбухла в нем, как лепестки сакуры теплой весной, она хлестала в нем, как волны во время шторма в Тихом океане. Косё был в бешенстве и далек от спокойствия. Пелена спала с его глаз, когда Хирохито решил, что разбитого стекла недостаточно и тот повалил автомат полностью. Он замер, тяжело дыша, как бегун после марафона, а после поднял ногу, когда услышал под ней скрежет осколков. Рот его приоткрылся в детском удивление. — Вот дерьмо. — чувственно прошептал в давящую тишину, она непривычна, ведь в ушах до сих пор отдавался звук ударов и грохот от падения. Огляделся в поисках камер, не находя таковых и только тогда проверил истерзанный кулак на попадание осколков. Он кровоточил, а капли крови долетели даже до локтя, они небольшие и темные, так что он надеялся, что их никто не заметит на форме. Добежав до уборной, столкнулся у входа со своим одноклассником, за секунду успев убрать раненую руку за спину. Хирохито неожиданно для себя осознал, что у парня разного цвета глаза, но взгляд в обоих морозный и толику растерянный. Чуть отойдя в сторону, чтобы пропустить, но тот остановился на полпути и замер будто хотел что-то сказать. Косё нетерпеливо притоптывал ногой, ведь кулак жгло, а времени оставалось все меньше. По-хорошему, его однокласснику тоже нужно поспешить, ведь в битве за второе место он одержал победу, сражался тот почему-то с птицеголовым парнем. — Поздравляю. — внезапно проговорил парень, а после посмотрел на него, будто и вовсе не открывал рот. Косё непонимающе нахмурился, не совсем уверенный, что ему не послышалось. В левом ухе немного звенело после пережитого всплеска злости. — Что? — все же решил переспросить. — С победой. — парень меланхолично моргнул, а Хирохито удивлено вскинул брови. Это поздравление столь неожиданное, что слов сразу не нашлось, и, судя по поджатым губам парня, поздравлять он не планировал. — Считаешь это победой? — более грубо и язвительно спросил Косё, но к радости, парень никак не отреагировал. — Разве ты не занял первое место? — бесхитростно задал ему вопрос одноклассник, что уже Хирохито немного стушевался от недавней грубости. — Да, но… — он замолк, не зная, что сказать. И правда, он же занял первое место. — Ничего. — покачал головой. — Спасибо. — нашел в себе силы выдавить скупую улыбку, похожую на поджатые в недовольстве губы. Парень ничего не ответил, лишь кивнул чему-то своему и ушел. Ему тоже стоило поспешить на награждение, он же занял первое место. *** Во двор он вышел не спеша, уже заранее зная, кто будет его ждать. Еще пару минут назад, медаль приятно оттягивала шею, сейчас же казалось, что она его вовсе душила. При каждом шаге она нудно билась о его грудь, напоминая о себе. Чертов Итоку все испортил. Не то, чтобы у него были планы после школы или же, он собирался со своими одноклассниками, но, кажется, Каминари с Киришимой говорили что-то про игровые автоматы, а Косё не против надрать им задницы в игре. Где-то вдалеке все еще продолжался турнир, но уже со вторым и третьим годами, Косё остался бы, но усталость и изнеможение явно намекали на отдых. Брат из машины вышел чуть ли не сразу, как только увидел его, наверно, чтобы проконтролировать Косё, с него станется сбежать, это немного забавно, и он не сдерживает ухмылку. Лицо Итоку такое же непроницаемое, лишь небольшая усталость и бренность всех офисных работников распознавалась в синяках под глазами. Даже так не забыл цепко рассмотреть лицо и поврежденный глаз, а после спустился ниже к шее, чуть задерживаясь на ленте. Не хотел видеть то, что на ней висит, но все же посмотрел и таким взглядом, будто это физически больно. — Завидуешь, Итоку-сан? — шутливо произнес он нараспев, добавляя суффикс, зная, что это воспримется как издевательство. — Чему это? — едко и глумливо спросил мужчина. Хорошее настроение испарилось сразу, а медаль с каждой секундой набирала по несколько сотен кило. — Ну как же? — повторил интонацию брата, желая стереть с привычно холодного лица гадкую ухмылку, она кривая и совсем не привлекательная. — Моей победе, конечно. — хмыкнул и чуть ли руки в стороны не развел, чтобы брат имел лучший обзор на золотую медаль с красивой гравировкой цифры один. — Победе? — выпустил небольшой смешок, он чувствовался словно оглушительный хохот тысячи безымянных лиц. — Ты это… — размашисто махнул ладонью куда-то в грудь. — …называешь победой? — глаза недобро прищурились, Косё ответил тем же, разве что еще кулаки крепко сжал, они отдали приглушенной болью. — Что ты сделал для нее? — спросил, разочаровано покачав головой. — Да ты после поступления вовсе себя запустил. Если бы не это, то первое место было бы только твоим. Хирохито молчал, понимая, что это правда. Он вновь сжал кулак, чтобы почувствовать резкую боль, она была якорем в бушующем море злости. Подросток решил держаться за нее, как можно крепче. Позади раздался громкий, веселый смех, а после подростки продолжали болтать как ни в чем не бывало, словно нет их здесь двоих, они не стояли, напряженно глядя друг на друга и не желали начистить кулаками лицо. — Знаешь, — тонко улыбнулся, совсем невесело, только губы растягивая без каких-либо эмоций, Косё склонился к нему чуть ближе, тот немного ниже его ростом, но без подростковой худощавости. — это всяко лучше того, чтобы вообще не пройти практический экзамен, приложив максимум усилий. — брови его вскинулись, а глаза на миг прищурились сильнее, замечая на скулах напротив играющие желваки. — Не обидно ли это? — резко отстранился, улыбаясь, радуясь, что эту ледяную глыбу смог вывести на хоть какое-то проявление чувств. — Нам пора. Либо не нашел, что ответить, либо не хотел продолжать перебрасывание колкостями, а может им и правда стоило поторопиться. Хирохито не знал. Итоку никогда не рассказывал о своих планах, всегда ставя его перед фактом, раньше это жутко раздражало. *** Маятник Ньютона действовал на нервы, как комар в летнюю ночь, он издавал единственный звук в, казалось, утонувшем в морской бездне кабинете, там тихо, но только с виду, где-то поблизости проплывала жуткая тварь. Хирохито остановил его, все же не сдержавшись. Почему в каждом кабинете врача стояла эта хрень? — Сколько, говорите, ему осталось? — задал вопрос совсем глухо, севший голос и не его вовсе, настолько Хирохито неприятно удивлен. — Не больше года. — в голосе их семейного врача можно опознать сочувствие, но Косё не заметил, продолжая прокручивать в голове тот момент, когда вошел сюда. Лучше бы он сбежал, как только получил сообщение от брата. — Это в лучшем случае. — Хирохито испустил смешок, продолжая смотреть в стол, не смешно все это, но что еще ему оставалось делать? — В последний месяц сердце совсем не справляется, — зачем он так говорил, где все эти медицинские термины, Хирохито не хотел понимать то, о чем ему говорят, — да и твой отец не то, чтобы соблюдал режим. Врач понимающе мягко улыбнулся, Косё это кожей чувствовал, он знал этого врача с детства, с четырех лет, когда ему сказали, что причуда может и не появиться. Хирохито тогда невзлюбил его, ведь как так, у него может не быть причуды, все он врал, появилась же. Может и сейчас врет. Очень хотелось верить. Перед ним поставили граненый стакан до краев, наполненный водой, он тут же ощутил стягивающую щеки и язык сухость. — Дать тебе время или пойдем сейчас? — спросил врач, когда в стакане не осталось ни капли. Косё встал, не желая задерживаться здесь дольше, чем требовалось. — Но сначала, я обработаю твою руку. — мужчина похлопал его по плечу, все так же улыбаясь. Сколько радости в человеке, что рассказывает столь страшные вещи? Спустя каких-то десять минут, что ощущались одновременно, как самые долгие и самые быстрые, Косё увидел своего отца. Изможденного и неизлечимо больного. В когда-то черных густых волосах не было седины, а лицо не испещрено глубокими морщинами. Для отца Хирохито был поздним ребенком, у них с мамой была большая разница в возрасте, что сыграло свою роль для каждого. От мамы отвернулась семья, а отца ждало осуждение со стороны СМИ и общества. Даже так, Хирохито не задумывался, что отец его оставит так скоро. Он не готов. А кто-то бывает? — Привет, пап. — слишком повседневно для тех, кто не виделся несколько месяцев, а до этого пребывали несколько лет в легком игнорирование и холодных отношениях. Отец повернулся в его сторону и Хирохито малодушно захотел сбежать от уставшего взгляда полного боли, сострадания и чего-то еще. Он махнул рукой, чтобы согнать морок, но это оказалось правдой. — Привет, сынок. — губы его мягко улыбнулись, у Косё внутри все органы скрутились и стремились покинуть тело сквозь глотку, он сжал губы в ответ и выглядел обиженным. — Чё как? — расслабленно прошел к мягкому светлому креслу в углу палаты и как можно дальше от постели пациента. — Да вот, — чуть поднял руку, подросток заметил в ней катетер, а после и капельницу рядом. — решил взять небольшой отпуск. — улыбка совсем слабая, оттого неискренняя, Косё не верил. — До конца жизни, да? — неожиданно грубо выплюнул Хирохито, все же не сдержавшись. Мужчина посмеивался обреченно, это злило сильнее, чем должно, лучше бы отчитал, как и должен был, а не подтверждал лишний раз, что все серьезно. Он стиснул кулаки, на правой это мешала сделать повязка, что крепко обматывала его кисть и половину предплечья. Вскинул голову, чтобы что-то сказать, как вошла медсестра, проверила капельницу, что-то там подкрутила, а затем ушла, будто и не было ее. — Поздравляю с первым местом. — мужчина кивнул в его сторону, Косё опустил голову вниз на свою медаль, про которую совсем забыл. — М, ага. — невнятно произнес, стянул медаль и положил на столик рядом с собой. Приятно знать, что мужчине в возрасте неловко больше, чем ему. — Как учёба? — задал дежурный вопрос, который Хирохито не слышал очень давно. Необычно, отчего смешно, он усмехнулся. — Да вот, не сдал вовремя эссе, учитель отпинал для профилактики. — рассказал с серьезным выражением, указывая на свое побитое лицо, но ухмылка проскользнула и ощущалась чем-то чужеродным. Мужчина посмеивался, но ничего не ответил. Повисла тишина, в которой подросток ощутил усталость после боя, а в голове с новой силой продолжали метаться слова врача, — отцу осталось не больше года. Они жужжали, как мерзкие мухи над сгнившим куском мяса, визжали, как свиньи, которых вели на убой и стучали, как огромные молоты на заводе. В левом ухе нарастал звон. — Почему ты не сказал раньше? — обвиняющие, совсем по-детски спросил Косё, не поднимая взгляд. Боялся, что сломается, как только увидит его лицо. — Прости. — совсем глухо шепнул мужчина и замолк, не говоря больше ничего. Внутри все закипело, словно «Прости» зажженный огонь. Стиснуло виски, в которых продолжали стучать фабричные молоты. — Да плевать…! — поспешно воскликнул и сразу стушевался, отцу нельзя волноваться. — На что мне твои извинения, пап? Почему? — переспросил, но где-то внутри вовсе не желал знать ответ. Ему казалось, что он задавал не те вопросы, почему тот бросил его, почему забыл про него, почему он не любит его? — Я испугался. Хирохито вскинул голову, не ожидавший такого ответа, он изумленно смотрел, распахнув глаза и не зная, что ответить. Чего? Вопрос вертелся на языке, как безвкусная жвачка, ее бы выплюнуть, но нет желания. Чего может бояться такой взрослый мужчина, как его отец? Такое признание совсем не то, чего ждал его ребенок. Ведь ему кажется, что родители ничего не боятся, но видимо, это не так. Хирохито так и не спросил. Они сидели в тишине, погрязшие в своих мыслях, как в тине и не знали, как выбраться из нее без посторонней помощи. Вновь зашла медсестра, но уже вынимая катетер и забирая капельницу. — Тебе нравится то, чем ты сейчас занимаешься, Косё? — парень вздрогнул, как будто его вырвали из дремы, а может он действительно заснул, ощущение будто он упустил несколько часов своего дня. — Что ты имеешь ввиду? — хрипло переспросил он, откидываясь на спинку кресла, сразу стало легче. — Ты хочешь быть героем? — мягко повторил и терпеливо ожидал ответа. А Хирохито задумался. Он почесал ухо, закинул ногу на ногу, упираясь лодыжкой в колено и смотрел в потолок. Белый, больничный. — Не знаю, пап. — протянул он лениво, а после и вовсе зевнул. — Правда, не знаю. — еще раз повторил он, ощущая на себе скептический взгляд отца. — Разве не все хотят быть героями? — хмыкнул он, в надежде, что на этом всё закончится. — А у всех получается быть ими? — вопросом на вопрос, Косё ухмыльнулся, отец, как всегда. — Вот именно, что нет. — посмотрел на отца, но долго не задержался, перевел взгляд в окно, слегка удивившись, что почти потемнело. Время быстро ускользало. Год пройдет так же? — А я хочу быть тем, у кого получится. Где Итоку? — повернулся к отцу, но уже не отводя глаза. Отец никак не отреагировал на неожиданный вопрос. — Хорошо. — кивнул в ответ. — Я не знаю. Где-то в больнице, скорее всего. — склонил голову к двери, но смотрел на сына. — Мне позвать? — Почему он не здесь? — наклонив голову вбок, положил правую руку на подлокотник и закусил внутреннюю часть щеки. Смотрел, не моргая поверх очков. — Я попросил его оставить нас ненадолго. — непонимающе ответил, чуть поджимая губы. — Что-то случилось? Вы опять поссорились? — устало спросил, потирая переносицу. — Нет, па. — Косё хмыкнул и вскинул руки в примирительном жесте. — Уже поздно. Думаю, нам пора. — скосил глаза в сторону двери. — И тебе стоит отдохнуть. — Хорошо. — отец посмотрел на стену с его стороны, Косё тоже повернулся и увидел часы. Маленькая стрелка указывала шестой час. — Приходи еще. Он кивнул, тяжело поднимаясь с удобного кресла, уже представляя, как будет бороться с сонливостью в теплом салоне машины и как будет сдерживаться, чтобы не вмазать в морозную морду брата. Остановился возле двери, уже стискивая дверную ручку, чуть обернулся и заметил, что отец смотрел на него. Он улыбнулся, когда Косё в то же время нахмурился. Как он должен прощаться? Стоит ли обнять? Или еще что? Махнул рукой, так и не решившись. В другой раз. *** В квартиру зашли молча, оставив обувь возле порога, он прошел на кухню по пути скидывая школьный пиджак. Ему нужно чем-то заняться, иначе сорвется, как бешеная псина с цепи. Хорошо, что Итоку всю дорогу молчал и никак не подавал признаков (жизни), что сидел рядом. Вода в стакане почему-то ужасная на вкус, но он продолжал пить ее, крепко стискивая столешницу. На кухню зашел брат, Хирохито оставил стакан, но не развернулся. — На неделю я улетаю в Хоккайдо. Надеюсь, тебе хватит приличия навещать отца. — слова насмешливы, но голос у него ровный. Как, сука, всегда. Сейчас это раздражало больше, это непривычно. — Ты ведь знал, да? — старался оставаться спокойным, но голос дрожал от сдерживаемой злобы. — О чем ты? — Хирохито покосился на него, не поворачиваясь. Ухмыльнулся. Как бы брат не старался, прочесть его всегда легко. — Ты, сука, знал все! — стакан полетел в стену, намерено подальше от парня, но тот все равно вздрогнул и метнул шокированный, даже испуганный взгляд в сторону Косё. — И не сказал! Двинулся в его сторону, откидывая стул, что попался на пути от себя, а после схватил Итоку за грудки. Он оскалился, в глазах у него плескалась обжигающая ярость, даже боль во всем теле отошла на второй план. Парень, напротив, вздрогнул, крепко стискивая руки возле кулаков, и пытался отстранить от себя, но ничего не вышло. Косё его только сильнее встряхнул как тряпичную куклу. — Так, блять, какого хуя ты молчал, сука? — прорычал чуть ли не в лицо, возвышаясь над ним. — Хирохито-сан попросил ничего не говорить тебе. — голос его наигранно холодный, Косё надломлено засмеялся, но смех его быстро оборвался. — Ты сейчас издеваешься? — грубо оттолкнул от себя, тот ударился спиной о стену. Хирохито смотрел на помятые грудки пиджака, на рубашку, что вылезла из брюк и пытался успокоиться. — Я обещал. — Итоку поправил манжеты, чтобы занять себя чем-то, чтобы не стоять беспомощно перед ним, не зная, что еще сделать. — Да клал я на твои обещания. — прошипел в самое лицо, а после отскочил, крепко стискивая волосы на затылке, боль скорее подстегнула, чем отрезвила. — Он же мой отец. Так какого хуя я узнаю об этом последний? Почему я всё всегда, сука, узнаю последний?! — кулак Косё размашисто полетел в сторону брата. Ему ответили сразу, попадая куда-то в скулу, брат никогда особо не умел драться, но удар у него болезненный. Причуда у него была разновидность усиления, но такая слабая, что помогала только против обычных гражданских. Женский вскрик раздался где-то сбоку, когда Хирохито толкнул брата. Это и не драка вовсе, по его мнению, вспомнить только его бой с Бакуго, когда от усталости и боли тянуло блевать, но для женщины, что бои профессиональных героев толком никогда не видела, это настоящий ужас. — Вы что опять устроили, беспредельщики?! — воскликнула женщина, шлепая своей маленькой ладонью по спине каждого, Косё отскочил от нее, как от злой пчелы, а после виновато опустил голову. — Все хорошо! — Итоку сразу вскинул руки, пытаясь успокоить женщину, но с разбитой губой и наливающимся синяком под глазом удавалось с трудом. — Успокойтесь, пожалуйста, ничего страшного. — уже спокойным, но немного хриплым голосом продолжал говорить. Хирохито вышел из кухни, захватил ветровку и выскользнул на улицу незамеченным. Вечерний ветер охладил голову сразу, немного жаля разгоряченную кожу и пощипывая место удара. Ему пришлось зайти в аптеку, чтобы купить маску, по дороге на него смотрели все, кому не лень. Растрепав волосы, чтобы скрывали глаз, устремился вверх по улице, и уже там заказал такси. *** Даби открыл дверь в квартиру еще до того, как мерзкий звонок успел издать хоть звук. Косё так и замер с поднятой рукой у двери, которую раскрыл в приветственном жесте. — Йо. — переместился в комнату, хозяин квартиры к такому до сих пор не привык, отчего послышался возмущенный мат. — Ты чё приперся так поздно? — дверь захлопнули, но не закрыли на ключ. Косё копошился на кухне, открывая шкафчики, но спустя минуту тяжело вздохнул и стянул маску. — У меня дела, так-то. — Даби облокотился плечом о дверной косяк и сложил руки на груди. Только сейчас подросток осмотрел его, и парень выглядел не так, как обычно. Плащ, что он видел еще в магазине, не грязная футболка под ним и штаны, тоже чистые. Взгляд у него все такой же безразличный и немного насмешливый. — Свиданка, что ли? — голос заглушал шум воды из-под крана, Хирохито умывался, чтобы стереть кровь под носом, она расползлась по верхней губе и щеке. Даби фыркнул и ничего не ответил, сел за стол, осматривая подростка. На столе валялись несколько бумажек, на некоторых были записаны размашистым почерком номера и неразборчивые слова; и обертки из-под фастфуда, Хирохито поморщился. — Аптечка, как и у всех нормальных людей, в ванной. — махнул куда-то в сторону и ухмыльнулся. — Теперь задумайся почему я ищу ее у тебя на кухне. — без запала подначил парня и телепортировался ближе к ванной, в квартире Даби по-другому он не ходил. В ванной тускло мигала лампочка, свет ее тонул в темных стыках плитки, и в целом выглядел нерадостным. Плитка посерела и цвет ее походил с лицом Косё на данный момент. Он некоторое время изучал свои увечья, задержался на кровавом глазу и смотрел так пристально и долго, что собственный мозг решил подшутить над ним и подкинул картину, на секунду показалось, что глаз стекал по щекам. Разбитые губы растянулись в тягучей улыбке, радуясь чему-то своему. Над головой мигнула лампа, а за стенкой послышался звук смываемой воды. Чей-то громкий, но невнятный голос достиг его ушей. Тряхнув головой, стер кровавый подтек на щеке и открыл дверцу, разделяя свое отражение на двое. Кровавый глаз недобро щурился. Не скупясь, вылил на ватный диск перекись, она потекла по пальцам и кистям и резко приложил к нижней губе, зашипев. Зажав диск между губами, приложил еще один к ранке на скуле, кожа вокруг нее побелела и пошла пятнами. Хирохито отклонился вбок, чтобы не видеть своего отражения. Исцеляющая девочка все же обманула, на лице как были синяки, так и остались, они и вовсе никуда не спешили уходить. На полочке стояла вскрытая упаковка с краской, Косё взял ее в руки, зачем-то начиная читать состав. Черная. Он посмотрел на дверь, что со скрипом закрылась почти сразу, как зашел внутрь, и поставил краску на место. Какой у Даби натуральный цвет волос? Закрыл дверцу и положил ватные диски на раковину. — Так куда ты собрался? — спросил Косё, когда появился на кухне и вальяжно уселся на стул. Настроение подскочило, когда парень напротив вздрогнул от неожиданности и чуть не уронил телефон. — Мудак. — ощерились на него, но сразу вернули внимание телефону что-то печатая. — У тебя же еще нет лицензии, разве не запрещено пользоваться причудой? — ухмыльнулся и с концами убрал телефон, откинулся на спинку жутко неудобного стула и сложил руки на груди. — Пожалуйся на меня легавым. — легкомысленно ответил Косё, раскачиваясь на стуле, он подозрительно скрипел с каждым наклоном. — Ты сам скоро станешь легавым, засранец. — слишком по-взрослому произнес Даби, на что Хирохито лишь посмеялся. — Раз ты при параде, пойдем поедим где-нибудь. Но не это дерьмо. — указал пальцем на скомканные обертки из фастфуда и скривил рот. — Сводишь меня в ресторан с мишленовской звездой? — съязвил Даби, но встал, сразу направляясь к выходу. — Конечно, мадам. — Хирохито оказался возле двери первым и вежливо открыл ее перед парнем. — Я могу с вас взять натурой, раз вы нищая оборванка. — Пошел на хуй, паршивец. — наигранно разозлился парень, едва заметно ухмыляясь. Хирохито, настроение которого валялось в ногах целый день, поднялось стремительно, усмехнулся не зло и не чтобы ущемить своего собеседника. Сейчас и вовсе казалось, что все события дня были кошмаром или не с ним, словно он посмотрел проникновенный документальный фильм на Дискавери, от которого особо чувствительные расплакались, а беременных женщин увезли в больницы. Пиздец какой-то. *** — И что мы тут забыли? — спросил Даби, как только они прошли сквозь вычурный вход парка развлечений. Ему здесь не нравилось и Хирохито солидарен с ним, почти каждый проходящий косился в их сторону, в большей степени из-за Даби, но и Косё со своим разукрашенным лицом привлекал внимания не меньше. — Я давно не был на колесе обозрения. — пожал плечами, вытягиваясь во весь рост, чтобы увидеть кассу. — Сходил бы без меня. — вяло отнекивался парень, совсем сникший, когда в него указал пальцем ребенок, Даби в ответ тычет в него средним пальцем, Косё хмыкнул, ускоряя шаг в сторону кассы. — Скучно. — всё так же пожал плечами, становясь в очередь, она небольшая, приди они днем, была бы длиннее. В очереди все толпились, Косё даже кто-то пихнул в бок, отчего тот поморщился и проводил кого-то раздраженным взглядом. Даби и вовсе заскучал, достал телефон, что-то проверяя, но быстро убрал до того, как Хирохито решился спросить. Они терпеливо выстояли очередь, выдержали подозрительный взгляд работника и, наконец, зашли в кабинку. Даби сразу сел, вытягивая ноги, а Косё встал возле окна, смотря на удаляющуюся землю. Они медленно поднимались, Хирохито, как маленький засранец пытался подсматривать в другие кабинки, но ничего не разглядел. Уловил характерное чирканье зажигалки, повернулся к Даби и успел заметить, как он убрал зажигалку, а от сигареты во рту уже тёк дым. Ничего не сказал, отворачиваясь. — Так что случилось? — незаинтересованный тон, но, если бы и правда было не интересно, не спросил. — Хм? — невнятно промычал, не поворачивая головы. — Что с лицом? — уже нетерпеливо задал вопрос, пиная его в голень. — Черт. — зло прошипел, потирая ушибленное место и стирая пыльный след. — Ты забыл, но сегодня был турнир, в котором я, между прочем, занял первое место. — манерно произнес и сгримасничал в ответ на скорченное лицо Даби. — Поздравляю, бля. — недовольно закатил глаза. Он уставился на него прожигающим взглядом, огонь был неестественного голубого цвета, в глазах отражались всполохи разноцветных фонарей с улиц, отчего те ярко сверкали и выделялись на затемненном лице. Не отстанет ведь. — Подрался с братом. — все же сдался и недовольно поджал губы. В ответ как-то слишком понимающе хмыкнул и замолк, Косё надеялся, что до того момента, как они спустятся книзу и выйдут из кабинки. — Почему? — непосредственно задал вопрос, словно и не ждал ответа. Косё и не спешил отвечать, они молчали, когда достигли самой высшей точки и казалось, что ненадолго зависли над пропастью и вот-вот сорвутся, внутри все подорвалось на целую секунду и начали медленно снижаться. В глазах плясали огни, они мазались по стеклам очков и сбегали куда-то по вискам. Он коснулся пальцем стекла кабинки, по которой пробежал красный след. — Я не часто бывал в парке развлечений. — только после сказанного вспомнил про ранее заданный вопрос. — Не могли решить с братом куда сходить в первую очередь? — насмехался Даби слишком вяло. — Нет. — испустил смешок, чуть улыбаясь и покосился в сторону парня. Тот все также сидел, вытянув ноги, только руки его упирались по обе стороны от себя. Со рта свисала как будто забытая сигарета. От дыма уже слезились глаза, небольшая вентиляция не спасала от едкости. — Моя мама не могла долго выносить такие места. А потом как-то не до этого стало. — нехотя ответил Косё, смотря на Даби. Тот словно не желая пересекаться взглядами, всматривался в пейзаж за стеклом и сжимал зубами фильтр. Голубые и красные огни робко прятались в торчащих черных прядях. Хирохито только сейчас полностью осознал, что цвет у него не свой. Подросток повернулся назад, пытаясь высмотреть что-то за стеклом, вдруг Даби и правда увидел что-то интересное. Красный огонек прошелся вспышкой по глазам, заставив зажмуриться. — А ты? — растерянно спросил, недовольный самовольностью огоньков. В отражении смутно увидел, как Даби пожал плечами в ответ и на секунду показался мелким потерянным мальчиком. Даби вытащил сигарету и безжалостно удавил ее о скамью. Он молча смотрел на окурок некоторое время, прежде чем смахнул его под ноги и, наконец, посмотрел на Косё. — У нас была странная семья. — словно отмахиваясь, лениво ответил Даби. — Так что сюда в детстве я и вовсе не ходил. — Хуево. — подытожил в ответ. — Ага. — согласились с ним. Они уже почти у земли и все отчетливо слышен шум толпы, возле аттракциона стояла нескончаемая змейка очереди. — Можем ходить сюда вместе, возместим все пропуски из детства. — пошутил Хирохито, не желая, чтобы этот вечер заканчивался на меланхоличных воспоминаниях, но, если придется от предложения не откажется. — Иди к черту. — его хлопнули по спине, когда они выходил из кабинки. Над ухом раздался смешок, и Косё он показался признательным. Ответив ему тем же, они, не сговариваясь показали средний палец сотруднику, что вновь одарил их мнительным взглядом. Посмеиваясь с его потрясённого выражения лица, они направились к ларьку со сладкой ватой.