то самое чувство

31 декабря. Разгар вечеринки, все гости на месте. Кто-то пьет и плачет в туалете от неразделённой любви, курит на балконе обсуждая проблемы с родителями, танцует в гостинной. А Картман медленно тянет виски, после раскуренной с Кеннетом травки на заднем дворе, и с некой радостью смотрит на Кайла. Он действительно рад, что рыжий сейчас хорошо проводит время и находится в его доме, он рад, что рыжий чувствует себя хорошо. Всё как и должно быть. Однако, так продолжалось недолго. Брофловски не рассчитал нужное количество алкоголя, и по неопытности смешал некоторые его виды. Спустя некоторое время, ему стало плохо, он пошел к Стэну чтобы попросить о хоть какой-то помощи, но это было явно зря. — А тебе нужно было слушать меня! Я то опытный, я знаю что нельзя понижать градус, а ты тупой кусок дерьма сделал это и теперь ноешь всем вокруг что тебе хуёво! — - Периодически икая, сказал Стэн. В его напрочь пьяном голосе была слышна явная агрессия, но всё давно привыкли к тому, что Марш постоянно устраивает истерики из пустого места, когда выпьет. — Да заткни ебальник, Стэн, ты уже всех заебал своим негативом. Все танцуют, веселятся, трахаются, можешь не напрягать людей? Не порти атмосферу. — Маккормик закатил глаза, и начал спорить с парнем в синей шапке, которая была точно такой же как и в 8 лет, но уже на размер больше. — Завалитесь оба, не видите что Кайл реально перебрал, или траванулся. В душе не ебу что с ним, но ему плохо. Я им займусь, а вы прекратите кудахтать как куры, аж слюни во все стороны летят, фу блять. — Серьезным и агрессивным тоном сказал Эрик, держа Брофловски за плечи, — Кайл, идём в мою комнату, посидишь там. — Рыжий лишь пожал плечами и принялся шагать в сторону лестница, держа в своей руке толстую руку. В тот момент Кайл абсолютно не понимал, почему Эрик решил позаботиться о нем, почему ведёт его в свою комнату, давая согласие на то, чтобы какой-то мерзкий жид сидел на его кровати или в кресле. Этот жиртрест определенно что-то задумал! Но честно говоря, зацикливаться на этой мысли абсолютно не хотелось. Кудрявый юноша сел, а в последствии лёг на кровать, пока Эрик в дверном проёме говорил: — Поваляйся сдесь, я сейчас прийду. Через пару минут темноволосый принёс упаковку активированного угля. — Так, какой там вес у тебя? — вкинув брови Картман перевел взгляд на Брофловски. — Ну, примерно 145 фунтов, я не помню точно. — Пиздец, тебя не кормят что-ли. Ладно, вот твои 6 таблеток — Эрик протянул ему кружку с водой. — Ты мне туда ничего не подсыпал? А то сейчас выпью и откинусь, а ты на заднем дворе спрячешь тело. — С небольшим смешком сказал рыжий парень, внимательно разглядывая содержимое кружки. — Больно надо, пей уже. Брофловски выпил горсть таблеток, и разлёгся на мягкой кровати, устремив взгляд на трещину на потолке. Рядом с ним лёг Эрик, ибо как не крути, выпил он прилично, а долго в таком состоянии на ногах не простоишь. На смятом одеяле, в котором можно было практически утонуть, оба парня чувствовали себя по настоящему комфортно и между ними царило незнакомое спокойствие. Надо же, эти двое ещё не убили друг друга, находясь наедине целых 10 минут. Это действительно удивительно. — Блять, как же хорошо сейчас. Никогда не мог подумать, что за столь долгое время смогу хоть немного расслабиться. — оборвав тишину, глядя в потолок сказал рыжий. Взгляд Кайла был устремлен прямиком вверх, но был совершенно расфокусирован. Картман, лениво накручивая прядь своей русой чёлки на палец, через несколько секунд после сказанных слов Брофловски, задал вопрос: — А что ты чувствуешь сейчас? — Картман решил оставить свои волосы впокое, и со своего пальца перевел взгляд на лежащего рядом, кудрявого юношу. — Ну, честно сказать, понятия не имею. Мне просто хорошо. Просто классно. — Даже в моей компании? — вопрос Эрика показался Кайлу вполне обычным, ибо жиртрест сам не понимал, каким образом они находясь в одной комнате ещё не успели заебать друг друга издёвками, и как он сам ещё не назвал Брофловски жидом. Но то, с какой интонацией задал вопрос Картман. Это не было похоже на какую-то шутку, а звучало так, будто ему действительно интересно, комфортно ли Кайлу рядом с ним. Спустя полминуты молчания, рыжий выдохнул и сказал: — Да, жиртрест, даже в твоей компании. Уголки губ Эрика непроизвольно потянулись вверх, заставив пухлые щёки обрести розоватый оттенок. Картману было приятно услышать, что Кайлу нравится проводить с ним время. Ведь именно этого он и добивался. У него были проблемы с проявлением симпатии по отношению к Кайлу, он никак не мог понять как добиться его одобрения, по этому вёл себя чаще всего грубо, а иногда и жестоко. Он не был психом, он мог испытывать эмоции, но не мог их нормально выразить. Он выражал их по своему, по-картмановски, как не умел никто другой. А вот добиться внимания от женского пола ему не составляло труда. После 14-ти лет Эрик значительно изменился, стал выше, а вместо жира начали пробиваться мускулы, но его пухлое телосложение не смотря на подкачанные мышци и некоторую рельефность никуда не ушло. Да и путем проб и ошибок Картман научился базовым вещам. Приоткрыть дверь перед девушкой, вежливо улыбнуться, подать руку после падения — всё это — элементарное уввжение, но даже на такие простые уловки велись многие девушки. Хотя Эрику их внимание и даром не сдалось, ему нужно было внимание лишь одного человека из всех миллиардов. Внимание Кайла, сука, Брофловски. В основном, его способы привлечь внимание рыжеволосого заключались в издевательствах и попытках завязать драку, и эти способы всегда срабатывали, ведь оскарбления это черта всегда били по больному. Но это не совсем то внимание, и не те чувства которые по настоящему хотел вызвать у парня Эрик. Ему было важно, чтобы когда о нем вспоминал кудрявый юноша, то в помимо злости и агрессии в глубине души откликалось что-то теплое. Такое светлое, мерцающее чувство, подобно новогодней гирлянде, которое заставляет низ живота трепетать, а затем расплывается по каждой части тела, вызывая глупую улыбку на лице. Он хотел, чтобы Брофловски чувствовал тоже самое, что и Картман, вспоминая всех моментах вместе с ним. Эрик старался убрать эту идиотскую улыбку со своей физиономии, но попытки были тщетны. Он лишь смыкал губы и уводил их в уголок лица, но эмоции брали верх и вновь заставляли Картмана улыбаться во все зубы. Спустя некоторое время, он оперевшись руками на кровать приподнялся. — Не хочешь выйти на улицу? А то у меня ноги к хуям затекли. — отведя взгляд от Брофловски, предложил темноволосый. — Может лучше просто к ребятам вниз? Я в ветровке пришёл, не особо мёрзнуть хочется. Эрик вздохнул, и улыбнувшись сказал Кайлу встать на пол. Тот поднялся усевшись на одеяле, и после того как почесал затылок всё-таки встал на пол. Уже потянувшись к дверной ручке, он почувствовал тёплую руку на своём плече. — Остановись на секунду. — Эрик открыл двери деревянного шкафа, прошёлся по вешалкам и достал чёрное пальто, отдаленно напоминающее немецкую военную форму. Пальто было и в правду хорошим, глубокий чёрный цвет, элегантные пуговицы, а главное — оно было тёплым. Картман развел руки Кайла в стороны, после надел сначала правый рукав, а затем левый. Пальто для Брофловски было слишком огромным, но тем не менее чудесно на нем смотрелось, немного глупо из-за не сочетания с зелёным свитером и синими потрёпанными джинсамы, но всё равно чудесно. — А тебе идёт, жид. Пошли на улицу. — хлопнув пару раз по спине юношу, открыл дверь комнаты Эрик. Парни пронеслись через компанию пьяной молодежи и оказались во дворе. Улица встретила их морозным воздухом, со своим особым запахом. Тот самый запах ночи, который невозможно описать словами, его можно лишь почувствовать выйдя на улицу в позднее время суток. Пока Брофловски прикрытыми пьяными глазами внимательно следил за звёздами, в него прилетел снежок. Тот, кто кинул его в голову Кайла, стоял позади и улыбался, смотря на объект симпатии из-под лба. После первого снежного шарика в рыжем парне появилось нечто игривое, и он принялся кидать снег в своего оппонента. Наивное, детское веселье. Они бегали по всему двору, смеясь швыряли друг в друга снег, попадая по разным частям тела. В живот, спину, голову и лицо. В голове яркими пятнами начали всплывать воспоминания из детства, когда парни всей компанией дурачились в зимний период времени. Брофловски облокотился о забор, сел оперевшись локтями об колени начал пытаться согреть дыханием замёрзшие руки. Из-за снега они начали болезненно покалывать. Русый сел рядом и протянул Кайлу свои перчатки. Кудрявый никак не мог понять, почему Картман так сделал. Он ведь никогда бы не стал давать что-то людям в ущерб себе. Ну и хуй с ним, зато ему теперь тепло.