Первая Влюблённость.

      момент, когда сердце застывает, когда дыхание становится то слишком быстрым, то кажется, что ты и вовсе не дышишь. белые стены давят со всех сторон, зажимая хрупкое тело, хочется вырваться, но сил нету. сейчас бы кричать «на помощь», но никто не услышит: голоса то нет. ноги и руки — предатели, не слушаются, стали мягкими, как сладкая вата, холодными, как улицы утром января, чуть подрагивают, как листья на ветру. в голове гудит сирена, в глазах маячит красная надпись «опасно». шаг за шагом, всё ближе и ближе.       — ты хотел меня видеть? — сдержанный ровный тон, ничего лишнего. всё хорошо, но вот всё рушится, когда его простреливает внимательный взгляд пары синих глаз. жадно поедают, обгладывают каждую деталь, пожирают всё без остатка. они бегают по всему телу, их не остановить, но кайл и не пытался. чувствует себя добычей под этим взглядом.        — кайл… — неприятно, почему так больно сжимает грудь? с трудом удается оставить лицо камнем, не выдавая ни одном эмоции. почему это тихое «кайл», заставляет таять всё внутри? он как будто не верит, что тот перед ним стоит, настоящий. но в миг лицо меняется на некую злость, стэн хватает парня за руку и ведет за собой, а он и не сопротивляется. теплые. руки стена теплые, чуть сильнее сжимают руки рыжего, будто бы давая понять, что тот никуда теперь не сможет от него убежать. не сможет скинуть, проигнорировать вызов, не сможет не ответить на сообщения, теперь его пустят дальше порога. какой-то класс, тихий щелк двери и тот в моменте оказывается непозволительно близко.       — я жду объяснений. делай что хочешь, но отмазаться «я был занят» не выйдет! — как и говорили, он не отстанет от брофловски пока не добьется нужного. — что у тебя с лицом? это из-за этого ты пропускал школу? почему ты не брал трубку?! почему не отвечал на сообщения?! — такое чувство, что он либо заплачет, либо вмажет рыжему. но на удивление, сделав небольшую паузу, выдохнув всю тяжесть и напряжение, продолжил. — ты хоть знаешь, как я волновался за тебя?.. — и кайла накрыло. накрыло с головой и он тонет и спасаться не собирается. руки нежно ложатся куда-то выше талии и он неуверенно льнет к груди старшего. родной запах заполняет легкие вместо кислорода, да и не нужен он, когда есть что-то лучше. тепло накрывает его полностью и он готов захлебнуться в этих ответных объятиях.       — ты же слышал слухи, да? думалось мне, что с того момента, как крейг и твик стали встречаться, всё быдло исчезло, но как оказалось, нет. — тихий смешок, ничего не бывает вечно, от объятий приходиться отказаться, хоть и не хочется. синие глаза выражают волнение и заинтересованность, в то время как зеленые напротив тусклую усталость и спокойствие.       — хочешь сказать тебя из-за слухов… — снова злость, почему?       — пустяки, не парься об этом. — легкая улыбка, в моменте снова серьезное личико. — это вообще-то я должен задавать здесь вопросы. — эмоции у этих юношей менялись как аккорды при игре на гитаре. мимолетная злость сменилась на непонимание. — что за чёрт, стэн? после той недоссоры ты избегал меня! ты не отвечал на звонки и сообщения! а теперь упрекаешь в этом меня? я, знаешь ли, тогда тоже места себе не находил! — было видно, как марш начинает нервничать, бегает глазами по кабинету, вспоминая всё, что было до этого момента. — а может я обиделся! — вдруг добавил младший. — да, обиделся! отомстил тебе той же монетой. и что? есть что добавить в своё оправдание? — выжидающий взгляд цветущего леса. ну же, спокойно, сам кашу заварил — дегустируй!       — я это не просто так делал! на это были причины…       — да? и какие же? только не говори, что из-за ссоры, а иначе я тебе прям здесь втащу. — всё тот же нервный взгляд и вдруг в голове всплывает мысль.       — это всё из-за слухов! — и здесь уже очередь кайла недоумевать. — слухи! слухи о том, что ты гей и тем более влюблён в меня! — он победно улыбнулся, видя на лице друга нервно дергающуюся бровь. брофловски и правда на время запаниковал, он не думал, что они уже так быстро перейдут к этой теме. но позже уже более расслабленно молвил.       — и тебя никак не заботит, что слухи появились немного позже, чем когда ты меня избегал? — со стороны это было больше похоже на какой-то рэп-баттл, нежели на разборки.       — поначалу я и правда злился из-за всего, та ссора, да и я на нервах был, а позже и правда избегал из-за слухов. — «вот собака» — подумал рыжий. — так что? — вопросительный взгляд. — что за слухи? это правда? — сердце пропустило удар. волнение зашкаливало, так страшно. страшно, что отвергнут, что не поймут, что не любят так, как любит кайл.       — даже если это и была бы правда, почему ты тогда избегал? не мог подойти спросить, мол "что за хуйня"? — и вот зачем всё усложнять.       — это было странно, я не знал, как на это реагировать… но сейчас я уверен, я больше не сбегу и отвечу прямо в лицо. — это было непривычная серьезность для стэнли марша. таким он был редко, только если случалось что-то, что его действительно волновало. — эти слухи, это правда? — почему в глазах надежда? почему он так смотрит, снова поедая рыжего с головой. казалось, под внимательным взором ничего не скроется. ни одна эмоция, ни один лишний вдох или выдох. всё это было сложно контролировать, когда волнение давило на грудную клетку, когда щеки начинали медленно приобретали нежно-розовый оттенок, совсем незаметный на первый взгляд. прикрыв глаза, выдохнув все, что было в легких, он сказал себе «сейчас или никогда».       — это правда. я люблю тебя, стэнли марш. — голос предательски дрогнул, как не вовремя, выдавая подростка с потрохами. вот у парня напротив перехватило дыхание. словами не описать, как счастье в миг начало переполнять его, а с плеч упал очень тяжелый груз. нежность была такой неожиданной. всё внутри сжалось, а после приятным теплом распространилось по телу, руки нервно сжимали, то разжимали рукава толстовки. так неумело сминая пухлые, теплые губы напротив, просто пытаясь не стоять столбом. и когда марш научился так целоваться? даже думать не хочется. он взял всю инициативу на себя, поцелуй был нежным, требовательным, таким желанным… воздуха не хватало и всё же пришлось оторваться друг от друга, рыжий чуть подрагивал от переполняющих эмоций, щеки горели, дыхание чуть сбито, а глаза прикрыты, опьянены, но он трезв, как стеклышко. теплая рука накрыла щеку, украшенную веснушками, чуть поглаживая большим пальцем. невероятная нежность в глазах заставляла перестать дышать.       — принимай это как ответ на твоё признание, кайл брофловски.