Слабости

Когда Эдвард просыпается, боль в районе колен их скручивает ровно также, как бельё выжимают. Голова раскалывается, а вкус во рту такой, словно он спал весь год напролёт. Сколько усилий на то, чтобы разомкнуть веки, чтобы выжать из себя максимальную сосредоточенность на лице безымянного, усталого доктора перед собой. Эдди опускает взгляд вниз, поднимает простыню. Он в больничном халате, его бедро - опухшее и в синяках, нога прошита дорожкой чёрных стежков. - Операция? - Мы вставили металлическую скобу в вашу бедренную кость. На более позднем этапе, как только кость начнёт срастаться, мы извлечём её. Это просто перелом, хотя он и мог обернуться неприятными прогнозами. - Когда я могу уйти? - бормочет Эдвард, пытаясь сесть. Его тело стонет в знак протеста, но игнорирует это, стиснув зубы так, словно вот-вот сломает их. - Если бы вы были обычным пациентом, не сомневаюсь, что держала бы вас в течении недели под строгим наблюдением. Но я не сомневаюсь, что вы сбежите отсюда ещё до конца этого дня. - она бросает многозначительный взгляд на свой блокнот. - В вашем организме был неопределённый химический токсин. Удивительно незначительной дозы. - перелистывает страницу и пробегается по тексту глазами. - Сейчас я дам вам обезболивающие, которые вы выкинете куда подальше.... - Они делают из меня зомби! - безымянная докторша продолжала, будто бы не слышала его возражений. - ... А также дам костыли, на которых вы не будете ходить, рекомендации, читать которые выше вашего ума. Так вот, когда мы разобрались с формальностями, я могу сделать что-то для вас напоследок? - Принести воды. - предлагает Нигма. Доктор бросает на него испытующий взгляд, затем встает и покидает больничную палату. Эдвард возвращается в постель, потирая виски. Оглядевшись, он замечает, что его рубашка и брюки сложены на стуле рядом с кроватью. Он наклоняется, берет одежду и кладет ее себе на колени. Спереди на рубашке нет половины пуговиц, а брюки потрепаны внизу. Ремня нет, как и пиджака и шляпы. Он обыскивает карманы брюк. Бумажник тоже пропал. Отлично. Но его маленькая брошюра с кроссвордами, которую он носит с собой, чтобы развлечь себя в трудные времена, все еще там. Он открывает ее. На первой странице, над наполовину заполненным кроссвордом, тонким почерком красными чернилами нацарапано слово"крик". Эдвард нахмуривает брови, вырывает страницу и сминает ее. "Удачная догадка". Он бормочет, бросая бумагу в мусорное ведро в углу.