Солнце на вершине холма

Реальный мир встретил их новым предложением, которое Даби озвучил только после ухода ведьм. — Нужно снова переехать. Туда, где не будет намека на сверхъестественную активность и где не будет ведьм. Он сидел в кресле и пил виски. Он выглядел озадаченным, но это не волновало Кацуки, он скорее бы удивился, будь Даби абсолютно спокойным, потому что это не тот случай, когда маска должна быть впечатана в лицо. Что-то еще не давало покоя, какое-то невысказанное предположение или страшный секрет. И пока это замалчивалось, Кацуки было не по себе. Его злило, что Даби продолжал скрывать подробности после всего, что они пережили и что узнали. Он видел, что ему не доверяли до конца, пытались беречь, когда это уже не нужно, даже опасно, но не хотел скандалить, пытаясь доказать свою значимость, потому что это только усложнит ситуацию. Поэтому он выбрал нечто среднее между ссорой и молчанием, на которое был по природе не способен, — издевку. — Хочешь опять бежать? А мне адресок чирканешь? — усмехнулся Кацуки. Он поешел с козырей и ударил по больному — чувство вины за пропажу на четыре года должно было вскрыть мешок с секретами. — Очень смешно. — Даби недовольно цокнул. — Ты неподходящее время для острот выбрал. — А что мне еще сказать? Молодцы, давайте, блять, бегайте всю жизнь от каждого шевеления ветра? Он посмотрел на Шото в поиске поддержки, тот закусил губу и, нахмурившись, будто демонстративно не смотрел на него. Кацуки не знал, что хотел бы услышать или увидеть, но точно не это. Не гниющую покорность. У него не было возможности долго размышлять о положении дел, но было ясно, что в бегах они потеряются и погибнут. Не умрут. И он не знал, что хуже. — По-твоему лучше сразу закончить эту бесполезную жизнь, сдавшись? У нас нет союзников и волшебных артефактов, Кацуки. Нет и шанса остановить их. Да и спастись шанс у нас небольшой, потому что, мне кажется, ведьмы что-то недоговаривают. Кишками чую. Они либо перешли на их сторону, либо проболтались о том, что мы живы. — Их сердца бились ровно, — произнес Шото и подошел ближе. Настолько, что Кацуки рукой ощущал ткань его рубашки. — И что? — холодно ответил Даби. — Это ничего не значит. Они умеют скрываться. Смотря на него и Шото, Кацуки вдруг подумал, что через несколько лет будет выглядеть сильно старше их, и это казалось чем-то настолько неправильным, что хотелось заморозить время. Он будет расти, взрослеть, стареть, а они все также будут молодыми и фарфоровыми, будто куклы. Без душ. Хотя их и так не было, так что же отличало вампиров от стакляных подделок? — Ничего? — Шото переспросил, будто пытаясь поймать Даби на лжи. — Ты изначально знал, что они причасны? — Да, и решил убедиться так, чтобы они ничего не заподозрили. Подпустил их достаточно близко, чтобы они поверили в нашу дружелюбность и открытость сотрудничать. Шото нахмурился и поднял на Даби пронизывающий взгляд, такой острый, что не оставалось сомнений — он был чертовски зол. — Ты врагов в наш дом пустил? Чувствовал, что с ними что-то не так и решил преподнести наши тела на блюде? Ты, блять, вообще чем думаешь? Кацуки закусил щеку, сдерживая смех. Несмотря на всю серьезность разговора, сейчас разъяренеый Шото его только смешил, потому что слова и тон не сочетались с его образом. — Они все равно знали, где мы, а теперь мы уверены в том, что надо переезжать. Не психуй, а реально оценивай ситуацию. Мы в дерьме — и это не новость, раньше выживали и сейчас выживем. — Когда и куда мы будем переезжать? — спросил Шото. — Мы проводим Кацуки в колледж и не вернемся. Куда — подберу сегодня. — Слушай, Штопанный, — вмешался Кацуки, — а что им мешает прийти завтра или вообще сегодня? Сразу после того, как они получат информацию. Было ощущение, будто к ним тянулись длиные липкие щупальца, способные удушить или разорвать на куски в любой момент, Кацуки чувствовал их присоски на коже, их хватку на горле и понимал, что не сможет от них избавиться. — Ничего, — равнодушно ответил Даби. Кацуки так же спокойно это принял. Под ними пороховая бочка? Ладно. Они не свободны спуститься на землю и уйти от взрыва, пока прикованы к ней. Им нужен был ключь, которого, похоже, больше не существовало. — Разберемся, — Шото прошипел раздраженно. Он смотрел на стену, будто там были подсказки. — Кацуки, не хочешь прогуляться? — Убегаешь от проблем? — усмехнулся он в ответ. — Если это дало бы хоть какой-то результат, я бы убежал. А пока просто предлагаю проветриться. — Шото перевел взгляд на Даби. — Ты тоже можешь присоедениться. — Спасибо, конечно, за твое великодушие, но я пока подумаю, что можно еще сделать. Шото кивнул, положил руку на плечо Кацуки и двинулся в сторону выхода, утягивая его на собой. —————————————————————- Я не знаю, есть ли здесь еще кто-то, ждет ли этот «кто-то» продолжения, но все же сразу обозначу — это все, что я написала за почти что два года отсутствия. Это в принципе все, конец. Я почти два года убеждала себя, что я закончу эту работу, потому что это как будто первый серьезный максик, потому что все остальные более подростковые (и скрытый, мб кто-то видел «Исчезающие люди»), и этот гештальт нужно закрыть обязательно, иначе я не смогу двигаться дальше. Что ж, я его закрываю, но вот так. Я не успела дописать этот фанфик, пока он еще казался НЕ подростковой работой, которой он был, есть и будет. И я просто не смогла его все равно отпустить. В какой-то момент я поняла, что не хочу делать из него что-то эпичное в плане экшна, потому что это не то, что отражает мои писательские амбиции, и тогда я пришла к плану, который мне тогда понравился. Внимание, развязка: Это типа хэппи-энд, потому что все живы, и это учитывая, что нашим ребяткам абсолютно точно не победить древних, могучих вампиров (ну или будет как с Векной и Демогорганами на каникулах). У них была бы сделка — сделать Кацуки вампиром. И они бы сделали, по-началу бы даже обрадовались, что Кацуки теперь будет жить вечно. Однако это откажется хуже смерти, потому что фишка Кацуки в том, что он живой, во всех, мать его, смыслах, очень живой. И если вампиры представляют смерть — репрезентуют ее как нечто вечное, останавливающее время, некий плен — не плохой, по сути, не хороший. Ну ты просто застываешь. То оборотни представляют жизнь — рост, развитие, изменение. Ну тут эта дурацкая метафора про то, что жизнь и смерть идут рука об руку, тянутся друг к другу. И она натыкается на то, что Кацуки, принимая смерть, перестает жить, но при этом не умирает, он остается в этом подвешенном, противном своей природе состоянии, и это становится хуже смерти. И он больше не привлекает Шото (они там до развязки бы сошлись, покувыркались и все такое), но тот не может его бросить. И этот нарушенный порядок, к которому они стремились (они же думали о том, чтобы сделать Кацуки бессмертным до того, как их вынудили, потому что не хотели видеть его смерть, старость), оказался хуже того, что сулила им смерть. То есть ключевая идея — лучше бы все передохли. И скорее всего, мало кому бы понравилась концовка, в принципе я концовки постоянно сливаю. Но это единственная концовка, которая для меня ощущается правильной, потому что, как я уже сказала, хотя я и дала затравку на ебаную Войну бесконечности, битву с Таносом или Эреном, но это никогда не должно было уйти в этот экшн. В общем да, очень оценю, если кто-то это в принципе прочитает, закрываю эту главу и прощаюсь со своими 16-17. Полного ухода из тодобак пока не обещаю, но этот фанфик — все! Спасибо за внимание, поддержку, ожидания