Мадам Брошкина

Этот день шёл невероятно медленно, после его ухода прошло больше 5 часов, а она все ещё слышала хлопок входной двери. Женщина лежала на кровати, разглядывая место на котором он сидел, неожиданно остановив взгляд на маленькой чёрной вещи, которая лежала неприметным пятном на постели. Она взяла в руку эту маленькую штучку. Ну да, он забыл свою флешку. Даже не задумываясь над своими действиями, Елена поднесла её к носу, вдохнув аромат, но быстро убрала от лица. Она совершенно ничем не пахла, но сам факт того, что она сейчас хотела понюхать его флешку её озадачил. Минут через 20 женщина все-таки встала, она села на кровати и оглянулась к окну. Через открытые им шторы ярко светило солнце, на улице уже было довольно тепло, звуки города и птиц окончательно разбудили её снова. Она встала, надела свои тапочки и пошла на кухню. То, что он принёс, так и осталось стоять на столе. На миг она почувствовала лёгкие покалывания в области носа, но не дала волю своим эмоциям. Быстро убрав все это со стола, женщина пошла в ванную, как тут телефонный звонок развернул её обратно наверх. — Алло, да, Карен… — Лен, привет, не занята? — Нет, что-то серьёзное? — Да не особо, завтра будет корпоратив у наших, тебя очень хотели бы видеть все. — Да ладно, прямо-таки все… — Ну Лен, мы просто хотим собраться всей нашей командой, нашим цехом, так сказать… Петросяна там не будет, это я тебе гарантирую. Она улыбнулась и закатила глаза. — Ладно, я буду, спасибо за приглашение. Она попрощалась с ним и глянула на себя в зеркало. — Боже, что с тобой, Лена… Она шёпотом произнесла сама себе подходя ближе к стеклу. Уставшие глаза, которые смотрели на нее из зеркала, давно уже потухли. Она отчётливо видела все свои морщины, шрамы от операции, вымывшуюся отчасти краску на корнях волос, которая оголила седину. Да, она уже не могла составить конкуренцию тем, на кого обычно смотрят мужчины, в особенности её бывший муж, но ведь, разве человека любят за внешность? Елена отошла от зеркала, закрыла глаза и глубоко вздохнула. Времени побыть в себе у неё не осталось, она пошла в душ и затем поспешила в салон. Сегодня вечером очередные съёмки.

***

Заново окрашенные волосы в её природный рыжий цвет уже укладывали в две руки лучшие профессионалы, макияж постепенно перекрыл практически все её недостатки, создав ту самую идеальную маску. Она снова посмотрела на себя в зеркало, когда её гримерная опустела, поправила локон волос и пристально посмотрела себе в глаза. Маленькая искорка блеснула в них искусственно, отблеском лампочек на зеркале. — Кого ты пытаешься обмануть… Женщина вздохнула, поправила платье, приглаживая складки ткани на бедре, и вышла в коридор, где уже во всю кипела работа. Вечер проходил долго и тяжело, суета за кулисами жутко раздражала её, хоть она и сама переживала, но не подавала виду. — Елена Григорьевна, у вас осталось ещё три выхода, — молодой администратор подошёл к ней, в руках держа перед собой концертную программу. — Хорошо, спасибо, — артистка ответила на автомате, даже не обернулась к нему. — Но вы пока можете пойти отдохнуть, между вашими выходами большие промежутки. Елена Григорьевна вышла из своих раздумий и посмотрела на мужчину, что-то черкающего в своём журнале. — Какие промежутки? Сколько? — Не меньше часа после каждого точно, — он поднял на нее глаза и показал ручкой порядок номеров. — Нет, Андрей, убери это все… Поставь мои номера подряд, я не буду все это ждать, уже полпервого ночи… — Но как, все же утвержд… — Как хочешь, иначе я уеду. Она развернулась и пошла к гримерному столу, по дороге что-то набирая в телефоне. Неудивительно, что её задача, поставленная администратору, была выполнена, хоть и потрепала всем нервы. Елена Григорьевна вышла на сцену и последние три номера провела подряд, тем самым быстрее окончив работу для себя. Только к 4 утра женщина добралась домой, устало кинув вещи на диван, поднималась в спальню. Ноги покалывали от усталости, по всему телу проходили мурашки. Сил не осталось совсем. В эту ночь она даже не успела удобно лечь, как организм провалился в сон.

***

Утро началось для Елены Григорьевны ровно в два часа дня. Все ещё уставшая, она лениво встала с кровати и глянула на часы. — Господи, сколько… Она взяла очки с тумбочки и ещё раз посмотрела на циферблат. Через три часа её уже ждали в ресторане. Сил быстро собираться у неё все ещё не было, поэтому на дом были вызваны её визажист и мастер по волосам. Пока они направлялись к ней, Елена Григорьевна сходила в душ, слегка приободрившись, и заварила себе кофе. Но кофеина ей показалось мало, женщина достала бутылку любимого коньяка и подлила немного в чашку. — Вот, теперь это действительно будет бодрящий напиток, — довольно помешивая свой утренний коктейль, она проверила время на телефоне. В этот же момент раздался звонок в дверь. Елена открыла, провела мастеров в комнату и они начали свою работу. Им хватило часа, чтоб сделать вечерний макияж в тёмных оттенках, который так чётко подчёркивал её выразительные глаза, скрыть все недостатки и подчеркнуть её шикарные черты лица. Укладка так же идеально вписывалась в образ, рыжие локоны аккуратно лежали на её плечах, которые чуть позже прикроет белая меховая шаль. Для полного завершения было выбрано чёрное длинное платье, невероятно красиво подчёркивающее и без того прекрасные женские бедра. Все тело в нем было окутано чёрной бархатной тканью, лишь плечи остались открытыми. На шее красовалась та самая змея из коллекции Orlov, отблескивая девяти десятками крупных белых бриллиантов, которые расположены по всему основанию золотого тела. V — образный вырез приоткрыл нежную ложбинку груди, где, собственно, лежала голова ювелирной змеи. На ногах были чёрные туфли с острым носком от Saint Laurent. Они как раз таки и завершали образ. Через 20 минут она вызвала водителя и направилась к выходу. Московские вечерние пробки все же заставили её немного опоздать на вечер, все уже были в зборе. Но её отсутствие заметили все. — Ой, здравствуйте… Извините, задержалась, — женщина зашла в зал, придерживаясь за администратора, пока переступила высокий порог. Все мужские взгляды в тот же час были прикованы к ней. Елена отпустила парня и пошла на свое место, проходя мимо столов таких настырных глаз. Доходя к столу, где стояла её табличка, женские руки были зацелованы на весь вечер вперёд. С её приходом начиналось все самое интересное, но Елена Григорьевна сидела все так же одна за столиком, наблюдая за артистами и попивая свое белое вино. Веселиться пока у неё желания не было, среди этих людей она чувствовала себя очень одиноко. Уже будучи выпившей, какие-то непонятные мрачные мысли стали периодически посещать её. Женщина закрыла глаза и выдохнула, в зале было жарко, алкоголь давал о себе знать. Но тут в её сумочке раздался гудок. На часах было около 12 часов ночи. — Алло, да… — она взяла трубку, даже не посмотрев кто звонит. — Алло… Что у тебя так шумно, ты не дома? — Женя.? — Лен, нормальная? А кто ещё, ты смотрела кто тебе звонит? — Да не кричи на меня! Сколько ты ещё будешь меня оскорблять?! Женщина сорвалась на крик, но никто в таком шуме и музыке не заметил этого. Слова путались под влиянием алкоголя, а из глаз выступили слёзы. — Да кто на тебя кричал… Ты сейчас где? — Какая разница тебе?! — А ну, прекрати! Адрес мне кинь и перестань плакать. Он сбросил звонок. Елена Григорьевна встала из-за стола, допила вино и направилась к выходу. — Лен, ты куда? Что такое? — Карен окликнул её. — На улицу, тут жарко… Она вышла во двор ресторана и отправила Петросяну место её геолокации. На улице ночью было довольно холодно, женщина умоталась в свою шубу и села на лавку у входа, всматриваясь в мимо проезжающие машины. Она сама не понимала, почему по первому же его звонку сорвалась, но ничего сделать с собой не могла. Чёрный мерседес заехал прямо во двор, Петросян заметил её издалека, подогнав машину прям к лавке, на которой она сидела. Елена встала и подошла к двери, он открыл её. — Садись, подождала бы в ресторане, что на холоде сидела… Она ничего не ответила, закрыла дверь и поставила свою сумочку себе на колени. — Много выпила? — Жень…- она посмотрела ему в глаза — Ты зачем издеваешься надо мной? — Да как я издеваюсь? — Серьёзно? Ты не понимаешь? — Нет… — он завел машину и выезжал со двора. Елена вздохнула, отвернувшись к окну, чтоб скрыть снова проступившие слезы. С ним было так же больно, как и без него. Она не могла понять, почему с ним стало так холодно и больно. Тем временем он молча выехал оттуда, разогнавшись на удивительно опустошенной трассе куда-то вдаль. — Не гони так, куда ты едешь…- женщина заметила, что направление машины ведёт ни к её дому, ни к его. Он молча смотрел на дорогу. — Женя… В ответ так же последовала тишина. — Да хватит меня пугать! Скажи куда ты, мать его, едешь! Мужчина резко тормознул, так, что её немного откинуло вперёд. — Ты успокоишься сегодня, или нет? Еду туда, куда нужно, притихни… Он не повысил на нее голос, но крепко сжал её ногу. Она положила свою руку сверху, тихо прошептав о том, что больно. Петросян ослабил хват, снова завел машину и поехал дальше, поглаживая её ногу по дороге. Она сидела молча, наблюдая за его рукой. Спустя минуту, женщина пальчиком, со своим красным длинным ноготком, провела по вене на руке мужчины. Он не обратил внимания. Тогда она ещё раз, но уже настойчиво провела ногтем по его руке. Петросян глянул на нее, на её руку и взял её в свою. Через мгновение женщина уже легла ему на плече. — Все, успокоилась? Она не ответила, лишь закрыла глаза и потерлась о его щеку. Он заглушил машину, они уже приехали. Это был парк, их парк, где они любили отдыхать по вечерам в молодости. Так же останавливали машину и могли часами просто сидеть и целоваться, а иногда и не только. Мужчина отстегнул свой ремень и погладил её по голове, слегка нарушив укладку. — Ну все, все… Иди ко мне ближе, иди моя девочка… Он повернулся и обнял женщину, прижав к своей груди. Елена ткнулась к нему под шею, крепко обхватив его двумя руками. — Мне так больно, Жень… Ужасно… — Я знаю, прости… Ты знаешь, я… — Я тебя люблю… Её глаза поднялись прямо к нему, так наивно, даже по-детски, всматриваясь в его глаза. Она искала там хоть каплю взаимности, в этих бесконечно карих глазах, которые она знала так много лет, в которых она утопала, лишний раз заглядывая в них… Это молчание, которое возникло между ними, казалось ей вечным. — Жень…- шёпотом произнесла женщина — Неужели… Неужели ты ничего больше не чувствуешь ко мне? Ни капли? Он смотрел на нее, тихо запустив руку в её волосы. — Ты же перебила меня, как всегда, Ленусь… Он слегка улыбнулся и провел внешней стороной ладони по её щеке. — Не дала мне договорить, как и все наши 30 лет… Она снова хотела что-то сказать, но на это раз не успела. Он уловил момент, когда она расслабила свои, до того крепко сомкнутые, губы и прижался своими. По двум телам прошли мурашки, внезапное тепло ещё ближе прижало их друг к другу. У неё сбилось дыхание, когда его губы нежно обхватили её верхнюю, углубляя этот поцелуй. Мужчина взял её за затылок, придерживая голову женщины, слегка сжимая пальцы. От этого дрожь по женскому телу прошла ещё сильнее. У неё не осталось сил сжать свои губы, а он, пользуясь этим, уже проник языком, торкнувшись им её языка. Мужчина тут же почувствовал сладкий вкус вина, прижимая женщину ещё ближе к себе, практически вдавливая в себя. Он только слегка отстранился, когда её руки прошлись по его вискам, остановившись на щеках. Она держала его лицо перед собой, немного приоткрыв глаза. — Что такое, Ленусь, — еле уловимым шёпотом произнес мужчина, опустив одну руку ей на талию. — Что ты делаешь со мной… Я ведь уже зависима от твоей ласки… Он улыбнулся, сжав её бедро, второй рукой пригладив рыжую копну волос. — Эта зависимость мне нравится… Пусти, я хочу ещё… Он потерся о её руку, державшую его лицо, и снова прильнул к губам. Этот поцелуй был уже настойчивее, он слегка прикусил женскую губу, на что она ответила томным тихим стоном. Её нежная рука уже исследовала территорию его груди, постепенно опустившись к животу. Да, она знала все его слабые места и всегда очень удачно этим пользовалась. Дыхание мужчины участилось, он пытался как можно больше углубить поцелуй, но она сдерживала его, не пропуская тёплый язык внутрь. Женщина чувствовала, как он пытался овладеть ею полностью, как его дыхание прерывалось, когда она опускала руку чуть ниже. Елена уже понимала, что имеет полную власть над ним в этот момент. Её рука аккуратно скользнула вниз, сжав огромный бугор в его штанах. Мужчина простонал прямо в поцелуе, открыв глаза и посмотрев на неё. Она уже давно наблюдала за ним, слегка массируя рукой член. — Лен…поехали домой… Он еле сказал это ей на ушко, проглатывая слова, когда она сжимала руку. — А ты разве сможешь дотерпеть до дома? — Нет…не смогу… Он резко нажал на кнопку и опрокинул сидения немного назад, убрав подлокотник между ними. Женщина аккуратно перелезла сверху на него, упираясь спиной немного в руль. — Жень, платье мешает… — Да оно вообще тут не к месту… Он поднял подол платья к бедрам, открыв их, и усадил её удобнее на себя. — Мм, кто-то тут уже так сильно намок… Он пальцем провел по женскому клитору, сорвав с её губ томный сладкий стон. — Ленусь, доставай его… Он немного ещё откинулся назад на сидении и наблюдал за ней, одной рукой поглаживая место мокрых трусиков. Женщина сладко постанывала, одновременно доставая из штанов его член. Через секунду её рука уже обхватила крепкое основание его мужского достоинства, слегка сжав головку. — Мм, Жень, какой он… — Какой…- он улыбнулся и взял его в свою руку. — Сладкий… — Да что ты, — мужчина полушепотом произносил каждую фразу, направив головку к её клитору. Она сама потерлась о него, упираясь руками в его огромные плечи. — Хочешь его? Он ещё раз провел твёрдым членом по мокрой ткани её белья, упираясь уже в само лоно. — Очень… Она простонала, немного присев на него, все ещё держась за мужские плечи. Он отодвинул её трусики и ввёл два пальца. По ним тут же потекла женская смазка, а с её губ сорвался сладкий стон. Женщина сама немного опустилась вниз, дабы он проник глубже, что он и сделал, при этом согнув пальцы. — Да, боже… Ещё… Я хочу тебя полностью, Жень… Он аккуратно вынул пальцы, взял в руку член и глянул на нее. Она подсела немного ближе и сама уселась на него, сладко простонав, не спуская глаз с мужчины. Он закрыл глаза и прижал её к себе за бедра. Через несколько минут темп уже был на уровне шатающейся машины с полностью запотевшими окнами. Последний стон был за ним, удовлетворив свою женщину, он кончил сам, уткнувшись в её грудь, чтоб отдышаться. — Жень… Поехали домой… Я хочу ещё… Он покорно завел машину, прижав женщину к себе, все ещё сидящую на нем, изредка постанывающую от его проникновений.