Закономерность

      Я боюсь даже дернуться лишний раз, пытаясь хоть как-то осознать то, что услышала. Что этот (я так и не понимаю, кто) имел в виду? Боль в теле медленно оставляет меня в покое. Я снова могу дышать. Хочешь - не хочешь, а скоро придется выяснять, что тут происходит. А еще лучше, чтобы никто ничего не заподозрил. Как?..       Я медленно поворачиваю голову в сторону двери. Мокрые волосы с явной неохотой отлипаются от моей шеи. Вот теперь там точно никого нет. По крайней мере, мне так кажется. А раз мне, так еще и кажется, то лучше доверять не стоит. Я отворачиваюсь и стараюсь успокоиться. Что бы он не имел в виду, ничего хорошего это точно не предвещает.       Я обреченно вздыхаю.       Я-то думала, что там все и закончится. На пять минут стала героем и хватит, погибла бы тоже как герой. Все, конец истории. А, похоже, все только начинается. Я не хочу вновь влипать в новые неприятности. Что-то мне подсказывает, что сейчас происходит нечто такое, какое еще не видывал белый свет. Я не хочу. Я Рядовая. Прошлого не воротишь.       Любой бы на моем месте наверняка почувствовал себя героем какого-нибудь крутого боевика. А что я? Я не хочу всего этого. Либо жить нормально, либо вообще не жить. Меня в этом мире не удерживает ничто, даже собственная жизнь. Перестало удерживать еще в ту переломную ночь, когда я, ощутив на себе весь ужас быть беззащитной девушкой, стала убийцей. И обрела Зампакто.       Пожалуй, начинать новую жизнь бесполезно. Я никогда не забуду прошлого - а это уже весомая причина, чтобы меня наконец оставили в покое. Или нет? Или мне мало? Судьба, не наиздевавшись, придумала новые испытания? Я хмурюсь. Это мы уже проходили. Жизнь в Готее стала новым чистым листом, на котором оказалась весьма светлая и интересная история. Но теперь она закончилась. Начинается другая. И хорошего в ней явно будет мало.       Отложу свои дальнейшие подобные размышления до прояснения ситуации. Что бы там не натворил Айзен, я... хм... Не сдамся? Не отступлюсь?       И это говорит синигами, которая всего несколько минут назад хотела покончить с собой прямо здесь, дабы больше не мучиться. Ох... А ведь когда я все же была не рядовым, мне приходилось улыбаться довольно-таки часто. И плевать тогда было на ситуацию. Какой-нибудь, но повод был всегда. Может, виной тому было и то, что тогда я почти не бывала одна. Вполне возможно. А сейчас...       Но "не одна" - это понятие несколько отличается от понятия "друг". Да. Я слишком была занята собой, собственными ранами на душе, которые не давали мне спуску, не давали заводить новые знакомства. Они держали меня в своей клетке все эти годы и, наверное, до сих держат сейчас.       Да желающих со мной общаться было не так много. Хотя, я их понимаю. Ни с того, ни с сего в рядовые произвели офицера... Да и причина перевода была вполне объяснимой. Прямо в духе Шестого отряда.       Мой Зампакто - Кохэйри - имеет один неприятный минус. Если обычный меч может восстановиться после того, как его сломали, то мой - нет. Ох, что-то меня понесло... Я вынимаю руку из-под одеяла и рассеяно касаюсь рукой лица. Ну, что... Хватит валяться без дела? Но... Как мне с ними... себя вести? Так же... хм... ненормально? Или наоборот?       Вот и загвоздка номер один. Я хмурюсь. К черту. Разберусь по ситуации. Я медленно стягиваю с себя одеяло. А меня тут неплохо упаковали. На секунду сознание пошатнулось. Я глубоко вздыхаю. Та-а-а-ак... Споко-о-о-ойно... Я только что замечаю, что прямо напротив меня есть окно. Не закрытое шторами. А значит... Ночь. Ранее утро или вечер. Теперь ясно, почему так темно.       Я медленно встаю. Поправив сильно примявшуюся форму, я подхожу к окну. И вздрагиваю. Я вижу целую и совершенно не изменившуюся улочку. Никаких следов долгих и кровавых сражений с арранкарами. Ни единой трещины на высоком неприступном заборе. Ни одного лишнего камешка на идеально ровной каменной кладке.       Мой рот раскрылся сам собой. Когда мы сбегали тут и камня на камне не осталось... Все лежало в руинах... А сейчас... Я гневно встряхиваю головой, из-за чего мои волосы неуклюже оттопыриваются в разные стороны. Я рассеяно провожу рукой по голове. Либо прошло уже просто невообразимо сколько времени, либо что-то не так. Последнее наиболее вероятно. Я сужаю глаза, пытаясь приглядеться как можно дальше. Насколько я могу распознать, то там картина примерно такая же. Господи, что же... — Мерлин Хаоши?       Дыхание резко перехватывает. Я вздрагиваю. Тот же неживой оттенок голоса... Похоже, кто-то нашел меня раньше, чем я кого-либо. И что теперь?.. — Да? — рефлекторно отвечаю я, стараясь придать голосу такой же неодушевленный оттенок. Это первое, что пришло мне в голову. И что-то подсказывает, что самое разумное и адекватное на данный момент. — Как вы себя чувствуете?       И, похоже, правильное. Но ни в коем случае нельзя оборачиваться. Иначе меня раскроют. Раскусят. Поймут, что я в себе или наоборот, впрочем, неважно. — Я в порядке.       Я всеми силами стараюсь унять дрожь в голосе. Слышится легкий шорох. Это он (если это вообще он, а не она) что, кивнул? Я слегка оборачиваюсь. — Позову капитана, — высокий черноволосый парень (это все-таки парень) вышел.       Я успеваю заметить его неизменный стеклянный взгляд. Я застываю. Что со всеми ними такое?.. Капитана? Того... Ладно. Заодно посмотрю, что же это за псих-то такой. Итак, а частичный вывод есть. Надо стараться вести себя также, как и они. Это будет нелегко... — Очухалась уже, значит, — ухмыляется кто-то позади меня.       От неожиданности я вздрагиваю и резко выдыхаю. Врасплох... Стараясь придать своему лицу безразличное выражение, я разворачиваюсь. И тут же застываю, как вкопанная.       Едва не закричав вслух, я с силой сжимаю зубы. Передо мной, довольно ухмыляясь, стоит никто иной, как виновник моей тогдашней отключки. Гриммджоу Джаггерджак. Секста Эспада. Капитан?.. Они что, все там в конец умом тронулись? Что тут вообще происходит?!       Как видимо, это все отразилось на моем лице. Глаза наглого синеволосого эспадовца полыхнули нескрываемым интересом. Спохватившись, я постаралась вернуть своему лицу то фанерное выражение и, не обращая внимания на его наглость, спокойно киваю. Ухмыльнувшись, он засовывает руки в карманы, не сводя с меня пристального взгляда.       Заподозрил-таки. А вот что именно? Понятия не имею. — Что-то не так? — с остекленевшим взглядом спрашиваю я. Интерес в его глазах потухает. Появляется вселенская скука. Ясненько. — Тьфу, — Гриммджоу кидает в меня презрительный взгляд. — А я-то думал, что хоть тут будет что-то интересное.       Это же что получается... — Идем, — еще раз недовольно фыркнув, Гриммджоу направляется на выход. — Ай... Генерал собирает всех.       Пользуясь тем, что он отвернулся, я хмурюсь. Опять! Снова.       Сжав волю в кулак, я с деревянным лицом направляюсь за ним. Сердце синхронно отбивает бешеный ритм вместе с моими шагами. Ладони предательски покрываются потом. Мимо идут синигами (причем в ту же сторону, что и мы). У всех совершенно подобные лица. Если бы не их внешность, я бы даже не смогла отличить одного от предыдущего. Они все... одинаковые...       Впрочем, мне сейчас надо выглядеть так же, а не глазеть по сторонам. Гриммджоу заворачивает за угол. Я за ним. Весь вид наглого синеволосого эспадовца излучает вселенскую скуку. Вернули прямиком из Ада, так он еще и недоволен. Просто потрясающе.       Я едва сдерживаю вздох. Надо же хоть как-то отвлечься, иначе я с ума сойду от страха... Мимо прошел еще один синигами. От остальных он тоже особо ничем не отличался. Я подавляю страстное желание обернуться ему вслед.       И вот мы вошли в какой-то огромный зал. Могу поклясться чем угодно, что его ранее не было. И откуда такой тут?..       Прямо впереди меня стоит просто неимоверная толпа синигами (кроме капитанов, разумеется). Все, так сказать, четко отсортированы по отрядам. Я незаметно поднимаю взгляд выше, стараясь полностью убить в себе какие-либо эмоции. Но тут это не проходит. Прямо над всеми на странной огромной платформе я замечаю всю Эспаду поочередно (кроме сопровождающего меня Гриммджоу), а прямо посередине, на троне, восседает довольный Айзен, подпирая голову левой рукой.       Синигами смотрят на него, как на Генерала. Я оторопело замираю, выпучив глаза.