Семья.

*** Через неделю у порога Рыковых стоял Сашка. – Припёрся всё-таки, надо же. – подумала Оля. Дверь ему открыл Павел. – Павел Дмитриевич, позовите, пожалуйста, Станиславу. – Позову, конечно, только сначала сверну тебе шею. Сашка испугался: этот крупный мужчина с широкими плечами не шутил. – Она сама на меня полезла. Ваша дочь — проститутка. Пусть катится в своё театральное училище, спать с мужиками уже умеет. Режиссёрам будет очень приятно с ней работать. Павел от ярости уже не понимал, где он находится и что происходит вокруг, слова безбородого юнца эхом звенели в его голове. Паша скинул Сашку с лестницы, тот спустя минуту встал, отряхнулся и сказал: – Шлюха! На шум выбежал Богдан, он подошёл в бывшему парню сестры и спросил: – Повтори, что ты сказал – Богдан тряс Сашку за грудки и пронзал его взглядом как стрелами. И хоть ему было двенадцать, парнем он был высоким и коренастым. – Я сказал, что твоя сестра шлюха. Поправочка: обе твои сестры шлюхи. Богдан врезал Сашке по физиономии. – Пошёл вон отсюда! Сашка с видом униженного и оскорблённого направился домой. *** В это время Костя пытался вернуться домой. – Райка, может, поговорим? – Я тебе всё сказала. В судьбе внука или внучки я участие принимать буду, но домой я вас не пущу. Предатели. *** Яська рассматривала свой уже сильно выпирающий животик, особенно, на фоне остального тонкого тела. – Ещё немножко, и мы узнаем, кто ты... – Яська, доченька, можно к тебе пройти? – Папка, заходи. – Ясминка очень обрадовалась визиту отца, ведь с момента, как он узнал о ребёнке, они толком не общались. – Как ты себя чувствуешь? – Хорошо! Скоро УЗИ, узнаем, кто там прячется... – восторженно сказала Яся. – Глеб так и живёт на съёмной квартире с дядей Костей? – Тебе соврать или правду сказать? – Правду. – Угу, Райка в своём репертуаре, никак не может их простить. – Папочка, обними меня, пожалуйста... Павел обнял свою маленькую хрупкую, но уже взрослую дочку. – Ой... – загадочно сказала девушка. – Ясенька, всё нормально? – испуганно спросил Павел. – Кажется, он шевельнулся. – с трепетом произнесла она. Паша поднял дочку на руки и поцеловал в макушку.