Новогоднее счастье

      Жил да был я. Ростис Владимирович Ёлкин. Вот такая фамилия, ибо нашли меня зимой под ёлкой в парке, в аккурат на Рождество, хорошо укутан был, околеть не успел. Когда развернули в полицейском участке, в пелёнках была записка: Ростис, родился 1 января, в 00 часов 05 минут, вес 2 килограмма сто грамм. Ни фамилии, ни отчества. Нашёл меня патруль ППС, как бы не смешно прозвучало, но нашли меня два Вовки. Вот так я обзавёлся отчеством и фамилией. Что имя странное, так списали на то, что я либо литовец, либо грек.       Рос, как «говаривают» бабки у подъезда, болезным. Был я маленьким, худым и каждый раз на медосмотре в детдоме, медсестра вскидывала руки, потом прикладывала одну к левой груди, прижимала, в результате, и меня к ней же, и приговаривала: — Василёчек- цветочек, одни глазищи… Беляночка ты моя маленькая… как девочка… Глазоньки васильковые… Какая ж тварь бросила кровиночку… Божечки, боже… Ну и всё в том же духе. А я смотрел в отражение стеклянного шкафа и видел там худое, длинноволосое, курчавое, белобрысое и большеглазое нечто. От причитаний медсестры, дородной и «титятой» тётки, у меня набегали слёзы, я моргал и прятал их за своими длинными девчачьими ресницами. На бледном лице выделялись лишь тёмные брови и ресницы, которые скрывали странного цвета глаза.       «Как же так… почему я стал ненужный? Я же хороший!»       Я и правда рос спокойным ребёнком, забьюсь в уголок и рисую, а чуть подрос, так к рисованию добавилось чтение. И, как ни странно, я был одиночкой, другие дети мне не докучали, что меня абсолютно устраивало. Когда приходили усыновители я прятался, боялся чужих людей.       А начались мои прятки после одного случая. Приглянулся я одной семейной паре, они щебетали, улыбались, старались понравиться и я почти поверил им… Воспитательница вышла с потенциальной мамашей из гостевой комнаты, а я остался наедине с мужчиной, и вот тут… — Ростис, какой же ты сладкий мальчик… Иди ко мне… — и тянет меня к себе ближе, а потом я впал в ступор… Он стал мять мою задницу и трогать мою пиписку… Я хоть и был ещё малой, всего восемь лет, а выглядел и того меньше, лет на пять, но сразу сообразил, что к чему, так делают старшие ребята с девчонками… Я закричал и одновременно с моим криком открылась дверь, впуская воспитательницу. Мужик попытался отскочить и сделать вид, что он не причём, но по выражению лица воспитки, я понял, что она всё видела. — Попрошу покинуть здание детского дома! И учтите, вы в чёрном списке! Я донесу до сведения компетентных органов, для чего вам нужен воспитанник! — и как заорёт. — ВОН!       У несостоявшейся матери было удивлённое лицо, она переводила растерянный взгляд, то на воспитателя, то на мужика, у которого глазки испуганно бегали ни на чём не задерживаясь, то на меня. Ясно, что тётка была не в курсе предпочтений благоверного, он же вылетел из комнаты, задев плечом и воспитательницу, и свою супружницу, последняя, то краснея, то бледнея, промолвила: — Простите… я не знала… Господи-и… простите… — и спрятала лицо в ладонях. — Милая, бегите от него, а ещё лучше заявите. На свете много хороших мужчин… — Да… да… вы правы… простите…       Что было дальше с этими людьми мне не известно, но с тех пор я к чужим на глаза… не ногой!       Время шло, я рос, вот мне уже восемнадцать, я выпускник. Торжественно вручили мне и таким же как я, аттестат об окончании школы, документы на однокомнатную квартиру, ключи и банковскую карту с накопленными детскими деньгами и материальной помощью. Вот она и началась моя взрослая жизнь.

***

      Нашёл нужную улицу, дом «хрущёвка», зато подъезд чистый и этаж второй, даже есть балкон в квартире. Обошёл свои полученные метры и остался доволен. Туалет с ванной совмещённые, но это даже хорошо. Кухня небольшая, на одного хватит, комната почти большая, но пустая, как и всё остальное. Ну что ж, пора потратиться на удобства быта. Сначала пойду куплю диван, одеяло и подушку, ну и постельное, конечно. Потом посуду, ложки-поварёшки.       «Вперёд к взрослой жизни!» — дал себе команду и пошёл за покупками. Было весело ходить в мебельном магазине, присмотрел себе недорогой диванчик, здесь же в соседнем отделе купил одеяло, подушку и постельное бельё. Сделал заказ, оплатил и пошёл за кухонной утварью. Купил набор из трех кастрюль, чайник, кружку, тарелки разной глубины, аж шесть штук! Ложки, вилки, нож и половник. Гремя посудой в тележке, как настоящий домохозяин, пошёл уточнить о доставки моего ложа! Дописал в список доставки ещё посуду, и с чувством выполненного долга, пошёл за продуктами, а после домой, ждать доставку.       Радости моей не было предела, когда рабочие затащили всё домой! Диванчик поставили у стены, на него сгрузили остальные вещи и удалились после моего, спасибо. Я присел на уголок дивана и посмотрел на пустую стену напротив… телевизор нужен… Так я не богач, надо поискать б/у. Сколько всего ещё нужно! В первую очередь нужна работа. До осени поработаю, поднакоплю, а там пойду учиться, благо не тупой! А для отдачи долга Родине... к службе в армии я не годен, по состоянию здоровья, о чём есть документ.

***

Четыре года спустя.       Смотрю на своё отражение в зеркале, на меня смотрит всё тот же белокурый ребёнок. Я невысокий, всего метр шестьдесят, хрупкого телосложения. Волосы я подбираю ободком, они у меня чуть ниже плеча. Стричь нельзя, иначе волосы вьются, и я похож на одуван, на который дунь и он улетит. Вроде бы всё у меня отлично, есть достаточно хорошо оплачиваемая работа в солидной фирме, айтишником, есть своя квартира… Но я один как перст в этом огромном мире! Друзьями не обзавёлся из-за своей замкнутости, я так и не могу доверять людям. И вроде больше не встречал я плохих людей, но внутренний барьер не пускает быть более открытым.

***

      На улице очередная зима, через две недели Новый Год, а меня съедает тоска и одиночество. Сегодня суббота и у меня два выходных впереди, а что мне делать, так и не придумал. Народ вокруг спешит, суетится в преддверии праздника, а мне спешить некуда. Со вздохом набросил пуховик и решил погулять в парке, хотя бы так, посмотрю на счастье других. Благо парк рядом с домом, я в нем частенько просиживаю на скамейке, так что дошёл в считанные минуты.       «Ох, нифига себе! Кто же это такой умелец?!» Рядом с моей излюбленной лавкой стояло произведение искусства изо льда! В человеческий рост! И не маленький рост! Черты лица настолько были чеканные, будто живой человек! Длинные волнистые волосы струились как на ветру… высокий лоб, разлёт бровей, гордо вскинутый подбородок… Широкие плечи, руки сложенные на могучей груди, узкая талия, длинные ноги, стоящие на ширину плеч… Вся его поза говорила:       «Вот он я, посмотрите на меня!» И я смотрел, как завороженный. Смотрел пока не понял, что влюбился, влюбился в ледяную статую! — Кто ты? — я вздрогнул услышав голос, свой голос, потому что произнёс вопрос в слух. — До чего я докатился… статуе вопросы задаю… — покачал головой и тихонько засмеялся. Присел на скамейку, предварительно стряхнув с неё снег и подстелив шарф, чтобы свои булочки и кое чего ещё не отморозить. — Тебе хорошо, стоишь и ничего тебя не тревожит… Да и по внешнему виду заметно, что ты человек самодостаточный. Такие как ты одинокими не бывают. А я один на всём белом свете, брошенный как вещь, никому не нужный… И я заплакал, столько лет держался и вот…       Так и повелось, я каждый день, как бы не уставал, прибегал в парк. Найдя себе молчаливого собеседника, делился переживаниями, смешными историями с работы или просто молчал не в «одиночестве». — Привет! Прости, я сегодня с опозданием, на работе задержался, корпоратив, нельзя было не пойти, но я как только смог, улизнул! Завтра Новый Год, приду к тебе с бутылкой шампанского, встретим и отпразднуем! Ты меня жди. — сказал я и погладил ледяную щёку. — До завтра. Я бы ещё посидел, но очень устал. Не обижайся, хорошо? — я заглянул в его застывший взгляд и видать моё воображение сыграло со мной шутку, глаза как будто посмотрели на меня… Хохотнул сам над собой, пальцем покрутил себе у виска, махнул рукой, я продрог до костей, потому что долго ждал маршрутку, в ней чуток отогрелся, а вышел — мороз и ветер пробрался по новой под пуховик. — Пока. — помахал статуе рукой и побежал домой.

***

      Утро 31 декабря встретило меня солнцем, как в стихах: «Мороз и солнце, день чудесный.» Первый раз в моей жизни проснулся в предвкушении чуда. В груди поселилось щемящее чувство, а в животе прыгали лягушки. У меня наступила весна! Бодренько подскочил с дивана и пошёл принимать утренний ритуал омовения. Заглянул в зеркало и увидел в отражении свою счастливую мосю, даже рассмеялся в голос. Привёл себя в порядок и пошёл завтракать. Сидел, ел яичницу с колбасой и запивал чаем, попутно размышлял, что надо бы пойти в магазин, взять игристого и мандарины, а ещё раздобыть веточку ёлки. «Лапка ёлки для лапушки Ёлкина!» Я снова рассмеялся в слух, забрызгав поверхность стола, поперхнувшись чаем. Мне просто было хорошо! Протер стол, сгрузил посуду в мойку, решив помыть её позже, оделся и вышел в мир полной праздничной людской суеты. Магазин встретил теплом, запахами, музыкой, новогодними украшениями и смехом. Я не торопясь обошёл отделы, выбрал нужные товары, оплатил, отстояв очередь. Так же без суеты дошёл до дома и стал с нетерпением ждать вечера.       Вечер подкрался не заметно, потому что я бессовестно заснул под неизменную новогоднюю комедию " Ирония судьбы или с лёгким паром.» И выплыл из марева грёз под слова Жени Лукашина: " Моя Надя приехала!» — Ага! — подтвердил я его слова. — И я приехал! Асесяй! Лубофф! Уписаться можно… Насчёт уписаться точно! — и я поскакал в туалет, аки тыгыдынский конь!       После бездумного шатания по квартире и просмотра всяких музыкальных программ, в 23:00 я собрался, схватил пакет с провизией и рванул в парк.