Чешуя дракона

— Она сейчас сказала…что Властелин Камня…мертв? Паймон напугана. Хаос на террасе Юйцзин кажется невыносимым, забирающийся под кожу мерзким холодком. Люди толкаются, пытаясь уйти, толкаются, пытаясь зайти и посмотреть на тело Архонта, и в сумасшествии легко потерять голову. — О нет, — Паймон испуганно подпрыгивает в воздухе, — миллелиты допрашивают тех, кто подходил близко к Гео Архонту! Какой ужас! Убийца среди нас! Подожди…мы подходили близко…значит, мы тоже подозреваемые? Пауза. Люмин воровато озирается. Миллелиты плотною стеной выстраиваются по периметру террасы, копьями стращая всех, кто пытается выбраться. Зеваки уже собираются по ту сторону, вытягивая по-гусиному шеи, и Люмин прикидывает про себя, сколько времени любопытной толпе потребуется, чтобы сломить сопротивление миллелитов. Она молча разворачивается, намечая маршрут козьими тропами. — Куда ты? Нельзя, чтобы её схватили. Пройти мимо миллелитов — задача среднего уровня сложности для неё. Недостаточно внимательные, недостаточно быстрые, они — не соперники легендарной Путешественнице. Только не тогда, когда их слишком много. Она ни в чем не виновата, но для миллелитов в любом случае будет подозреваемой номер один. Зачем покорною скотиной ждать своей участи, если можно испариться с места происшествия без следа? Кусты обдирают плечи. Хруст. Люмин наступает на обломок черепицы. Звук этот, кажется, прорезает саму реальность и на секунду заглушает даже стук сердца. Всё кончено. — Они здесь! Схватить их! Позолоченная форма миллелитов мелькает пятнами с обеих сторон, и у Люмин уже нет выбора. Бежать, бежать, бежать быстрее. Она впервые в этой гавани, и каждый поворот веет недружелюбием незнакомца, каждый глоток воздуха отдаёт привкусом пряностей и моря и душит, душит, будто бы замедляя её специально. Поворот, поворот, мостик через пруд, снова поворот. Лестница, с которой она буквально слетает, снова поворот и…тупик. Миллелиты наступают на пятки, и она уже не успеет вскарабкаться по стене обратно на террасу. Отчаяние взрывается в голове выбросом адреналина, растекаясь по венам, и она пытается найти другой выход, когда… — Ай! Люмин вздрагивает и едва не теряет равновесие, когда её сильно толкают в плечо. Кто-то спрыгнул сверху, с террасы. — Не трогай меня! Девушка, свалившаяся «с неба», поднимается с колен, смотря на неё с отчаянной воинственностью и дрожа осиновым листом. В странном наряде, загнанная, едва не плачущая, незнакомка выглядит жалко, едва не плача. Люмин не сразу замечает вертикальные зрачки и оскаленные клыки. Впрочем, она не успевает задать ни единого вопроса. — Вам не сбежать! Миллелиты. Около десятка миллелитов. Люмин достаёт меч, инстинктивно загораживая безоружную незнакомку плечом. Шансов мало. Может, попробовать выиграть для себя время за счёт этой девушки? Может, у неё будет несколько лишних секунд, пока миллелиты будут заняты ею? Или… — Осторожно! Не двигайся! Третий голос на сцене кажется уже лишним, и у Люмин ощущение такое, что сегодняшний день проклят богами. Рыжий лучник появляется из ниоткуда.

***

Сюин ничего не понимает. Ничего, ничего, совершенно ничего. Сначала она хотела попрощаться с Мораксом, потом смертные с копьями стали преследовать её, потом она врезалась в другую смертную со странной зверушкой, потом их зажали в угол те же люди с копьями, а потом… — Фух… Паймон устала. Сюин смотрит на летающее существо и ту светловолосую смертную. Теперь с ними ещё и рыжий смертный лучник, и Сюин снова хочется плакать. Слишком много смертных, слишком много действий, слишком много звуков, говора, имён и событий. Вся гавань смешивается в сплошную какофонию преисподней, и Сюин хочется забиться в угол и закрыть глаза, хочется вернуться в… Она вздрагивает, понимая, что больше не сможет вернуться в Предел. — Кто ты? — смертная обращается к ней, и Сюин медлит, не зная что сказать. — Паймон знает! Паймон знает! — вставляет существо — Она — адепт! Смотри, у неё есть когти, а ещё зрачки, как у кошки! Видишь? Страх обвивает сердце когтистою лапой. — Как тебя зовут? Пауза. Сюин прочищает горло. — Сюин. Моё имя — Сюин. Смертная кивает, протягивая руку. — Люмин. — Ты адепт? Скажи, ты ведь адепт? — существо по имени Паймон любопытно таращится на неё. Сюин молчит секунд шесть, метаясь от одного ответа к другому. — Я…да. Я адепт. То есть…наполовину адепт. Сюин лжёт. Потому что не знает, как представить себя иначе. Все вокруг слишком сложно, и ей хочется просто уйти. Куда угодно. Паймон восклицает что-то, и внимание на себя перетягивает рыжий лучник. — Меня можете звать Чайльд. Сюин прикрывает глаза. Она не хочет никак звать этого смертного. Хочет просто…чтобы Моракс был жив, и они сейчас находились в Пределе, чтобы она спала на его коленях, а он рассказывал о прошлом, чтобы… Сюин чувствует себя несчастной, не слушая даже, о чем переговариваются эти смертные. — Я наблюдал за вами на Церемонии. Я знаю, что вы не убивали Властелина Камня. И Сюин понимает, что обращается этот Чайльд не к ней, а к Люмин, но надеется, что она тоже считается. Потому что ей больше некуда идти и нечего делать. Она не может вернуться в Предел.