Хочу быть с тобой...

Гоголь всю ночь глаза не сомкнул. Сигма обещал ему что вернется не позднее часа, а он всё не приходил. Когда стукнуло пол второго, Коля отбросил все варианты связанные с аварией и разрядкой телефона. Сел в машину, ничего не сказав ни Гончарову ни Достоевскому, и поехал к казино. Вот только… прав у него то не было. Через пятнадцать минут, казалось, со скоростью света, Коля приехал к казино. То что оно осталось открытым, значило, что Сигма всё ещё там. А припаркованная чёрная машина рядом, говорила о том — что он там не один. Ворвавшись внутрь, Гоголь как сумасшедший набросился на охранника Шибусавы, и отключил его с помощью «нежного поцелуя со стеной». А затем выбил не самую толстую дверь в кабинет, даже не проверив заперта ли она. Увиденное, не могло остаться не замеченым. Практически не притомный юноша лежал на диване, и в него собирался войти красноглазый Шибусава, желая удовлетворить свою животную ненасытнось. Точнее, он уже входил. Просто хотел поиграть и после каждого толчка, и потому выходил наружу. Дальше никто особо не понимал что случилось. Николай взял со стола какую-то книгу, и ударил ею по спине красноглазого. Тот лишь повернулся, очередной раз вынимая из Сигмы свою «волшебную палочку», и тут же в его лицо прилетел удар кулаком, от чего Тацухико упал на спину и потерял сознание. Ярость на лице Коли была, не то чтобы видна, она завладела парнем. Он злобно дышал, смотря на Шибусаву, и лишь когда на его глаза попал, его маленький беззащитный Сигма, который дрожал как котёнок в коробке под дождём, тогда к Гоголю вернулась человечность. Он укрыл своего парня тонким пледом, что обычно укрывал диван кабинета для красоты, сел рядом и взял Сигму за руку. — Ты как? Сильно болит? — Спросил Гоголь, с намерением утешить, но лилововолосый парень лишь крепко обнял Колю, и начал плакать на его плече. — Ненавижу его! Ненавижу! Не-на… Спасибо что пришёл… Коля… Коля спаси меня отсюда. Коля прошу, уходим. — со слезами на глазах кричал юноша, то утыкаясь в плечо, то смотря на лицо блондина. — Конечно идём. — Гоголь нежно поцеловал его в макушку, а затем поднял на руки вынося из комнаты. Дойдя до машины, открыл заднее сидение, и первым делом уложил туда Сигму. Парень дрожал, потому блондин отдал ему свою толстовку оверсайз, оставаясь в одной футболке, чтобы юному господину не было так холодно. Через пару минут они двинулись в сторону дома. Казино не закрывали, на случай если те двое проснуться. Приехав домой, Сигма уже был в полудрёме, но засыпать ему было очень страшно. Он попросил Николая, чтобы тот донёс его до ванны, что блондин и сделал. В ванной комнате, Сигма тихо сидел в душевной кабине, пока Николай его мыл. Он, казалось, плакал, но слёзы не были видны. Похоже закончились за время дороги домой. Как только Николай закончил, снова поднял Сигму на руки, и понёс в его спальню. Уже там вытер его полотенцами, и дал чистую одежду. Лилововолосый юноша наконец-то почувствовал себя в безопасности, и в минуте уснул, прижимаясь головой к ляшкам Гоголя, который сонного парня начал гладить по волосам одной рукой.