Тебя больше нет

В субботу утром Гермиона проснулась поздно, когда в спальне уже никого не было. Рядом с ее кроватью на тумбочке стоял тыквенный сок и тарелка с фруктами. К этому набору прилагалась записка. Надеюсь, что сегодня ты поешь. Йоргенсен был очень обеспокоен, что тебя не было на завтраке. Я сказала, что все в порядке, просто не смогла тебя разбудить. Джинни Гермиона улыбнулась – забота подруги была неоценима. Девушке стало немного стыдно – Джинни так за нее переживала, а она не собиралась притрагиваться даже к соку, не то чтобы к фруктам. Сегодня она чувствовала себя лучше, чем вчера, но аппетит не возвращался. Сегодня она решила надеть джинсы, белую майку и фланелевую рубашку в клетку. Волосы оставила распущенными. Выходные не обязывали студентов носить форму. Гермиона не стала краситься – бледность ей нравилась, а с тем фактом, что она начала терять вес, преобразилось и лицо. Расплывчатые контуры подбородка и скул стали острее, а глаза казались больше и проницательней. Среди фруктов она выбрала яблоки и положила их в свою набедренную бездонную сумочку. Гермиона Грейнджер знала, что делать с ними, считая, что наверняка у нее остался единственный из немногих шансов на это. Этот день выдался невероятно теплым и солнечным. Гермиона вышла из замка и пошла в сторону озера. Еще находясь в башне Гриффиндора, она увидела, что на берег вышел красивый сияющий единорог. Когда девушка пришла на место, единорог стоял почти там же и размерено жевал траву у самой кромки леса. Девушка стала медленно подходить к животному, стараясь его не напугать. Самое красивое создание Запретного леса совершенно ее не боялось. Наоборот, он повернулся к ней и посмотрел прямо в глаза. Гриффиндорка насторожилась. Животное стало медленно подходить к ней. Гермиона замерла и задержала дыхание, боясь, что сейчас он на нее накинется. Но не тут-то было. Единорог игриво, но аккуратно подцепил сумку рогом. - Ты хочешь яблоко, – облегченно с улыбкой вздохнула Гермиона. Животное отошло в сторону и радостно кивнуло. - Подожди, сейчас, – и она с помощью заклинания вытащила яблоко из сумки. Когда фрукт оказался в ее руках, единорог подцепил его зубами и, чавкая, начал жевать. Гриффиндорка потрепала его между ушей и погладила по загривку. - Красивый, – тихо сказала она. Парнокопытный продолжал жевать. Когда яблоки кончились, единорог благодарственно опустился на одного колено, опустил голову в поклоне и только потом ушел в лес. Гермиона попрощалась с ним, а затем присела около дерева и стала смотреть на Хогвартс и тихие воды озера, в которых сверкали солнечные лучи. Совсем скоро она должна будет вернуться в замок, отправиться к Плаксе Миртл и провести с ней время, чего девушке сейчас очень не хотелось. Спустя какое-то время ее раздумья прервал знакомый мужской голос. - Мисс Грейнджер, уже начался обед. Вы не собираетесь на него идти? – к ней подошел профессор Снейп в своей черной, как ночь, мантии. Но в его взгляде не было пренебрежения и ненависти. - Нет, профессор, я не голодна, – не обращая на него никакого внимания, сказала Гермиона. - Вы не посетили завтрак, – констатировал Снейп. - Я думала, что вам нет дела до того, что происходит с учениками, – она безразлично повернула голову в его сторону. Снейп на это не стал ничего отвечать, а лишь сказал, обведя глазами лес: - Вы понимаете, что разрушаете себя? Вы почти неделю находитесь в Хогвартсе, учитесь, помогаете учиться другим и тратите силы, которые не пополняете. Тогда какой во всем этом смысл, если вы семимильными шагами приближаете дату своей смерти? - Передайте директору, что я ценю ее заботу, но не стоило просить вас тратить свое время на меня, я в помощи не нуждаюсь! – Гермиона явно начинала сердиться. - Ваша гриффиндорская безрассудность уже не знает предела. Даже сейчас вы умудряетесь создавать проблемы, – зельевар сложил руки на груди. – Когда вы будете падать в обмороки, кто будет готовить для вас восстанавливающее зелье? Правильно – я. На этом он развернулся на каблуках и ушел в сторону замка. Разговор можно было считать оконченным. «Еще одно очко в вашу пользу, мистер Снейп», – подумала Гермиона. После того как зельевар ушел, девушка выждала несколько минут и зажгла сигарету. Вытянув ноги, она облокотилась о ствол дерева. Это уже напрягало и начинало бесить. Даже несмотря на то, что все еще училась в Хогвартсе, она уже была совершеннолетней и могла распоряжаться своей жизнью, как хочет. Докурив, она уничтожила окурок при помощи заклинания, встала, отряхнулась и направилась в замок.

***

В замке было прохладно. Гермиона тихо вошла и направилась на второй этаж, надеясь, что по пути никого не встретит. Так и вышло. Школа будто опустела. Уже стоя напротив двери, ведущей в туалет для девочек, она подумала, что может сделать вид, что она что-то забыла и пойти в башню Гриффиндора, но обещание есть обещание. В туалете ее никто не встретил и девушка позвала: - Элизабет? – но ей никто не отозвался. Она позвала еще раз. – Миртл? И снова молчание. Гермиона уже собиралась было уйти, решив, что Плакса Миртл гуляет по трубам и забыла о встрече, но тут в дальней кабинке зарыдали. Конечно, это было приведение женского туалета для девочек. - В начале ты кидаешь в меня Скуржем, а потом приходишь сюда, как ни в чем не бывало? Вообще-то было очень больно! – Миртл рыдала и разбрызгивала воду из унитазов для большего эффекта. Гермиона Грейнджер опешила. Она никогда бы не использовала заклинание против приведений. Оно заставляет их так же страдать, как живых Круцио. Что-то было не так. - Лиззи, ты уверенна, что это была я? - Нет, что ты, по школе ходит твоя сестра близнец и кидается на всех с Скуржем, – с издевкой произнесла Миртл. И уже в злости добавила: – Ты думаешь, что я полная дура? Конечно, это была ты, не надо делать вид, что у тебя случилась частичная амнезия! - Но Миртл, я проснулась пару часов назад и помню все, что делала за это время, – возмутилась гриффиндорка. - Ооо, а я разве говорила, что это произошло днем? - Миртл, расскажи, что случилось! – потребовала девушка. Приведение присело на раковину как раз там, где открывался вход в тайную комнату Салазара Слизерина. - Ну, раз уж ты продолжаешь делать вид, что не помнишь, так я тебе напомню, – сказало привидение Элизабет Миртл и начало свой рассказ: Я, как обычно, сидела в своем любимом унитазе и размышляла о смерти, как тут появилась ты в дурацкой оранжевой пижаме с жирафами. Я еще удивилась, что ты ночью пришла сюда, а не курила на балконе. Иногда я теперь выхожу из своего туалета и летаю невидимкой по замку, – уточнила Миртл. - Так я увидела тебя. Было странно, что ты курила какую-то белую палочку, а не трубки, как все нормальные люди. Ну так вот. Ты пришла сюда в этой ужасной пижаме. Конечно же, я обрадовалась, что не нужно ждать дня, и мы сможем сейчас вдоволь наговориться. Но ты была настроена к другому разговору. Начала спрашивать меня таким приторно-сладким голоском, знаю ли я что-то о тайном коридоре со стороны озера, ведущим в Тайную комнату. Я еще удивилась, что ты вдруг им заинтересовалась. Мне казалось, что ты больше туда никогда не сунешься. Ты задавала разные вопросы про комнату в целом, просила меня туда спуститься, посмотреть, что там сейчас происходит. Я тебе и сказала, что ничего не знаю, не видела и вообще хотела поговорить о высоком. Потом ты сказала, что я бесполезное приведение и бросила в меня Скурж. Я, Элизабет Уоррен Миртл, бесполезна! Ты меня так сильно ранила, что я дала себе слово с тобой больше никогда не разговорить, но потом мне стало скучно. Теперь-то ты вспомнила? Гермиона совершенно не понимала, что происходит. Она была уверена, что Плакса ошиблась и к ней приходила не она, а кто-то похожий на нее. Кому-то было выгодно ее подставить, но кому, а главное зачем? Девушка занервничала. - Миртл, это была не я! – воскликнула гриффиндорка. Она была уверена в том, что говорила. - Да? А кто? Мне казалось, что мы подруги, а ты оказалась такой ужасной! – Миртл снова зарыдала и нырнула в свой унитаз, расплескав воду. - Это правда была не я, прости Лиззи, – на ватных ногах Гермиона вышла из женского туалета на втором этаже. У нее кружилась голова. В голове роилась куча мыслей. В Хогвартсе был кто-то чужой, кто-то, кто прикидывался Гермионой Грейнджер. Сделав несколько шагов, девушка прислонилась к холодной стене. Картинка перед глазами поплыла, в глазах стало темнеть. Из последних сил она вызвала Патронуса, отправив его за помощью, и отключилась.

***

Когда Гермиона Грейнджер открыла глаза, она поняла, что находится в Больничном крыле и уже стемнело. Рядом с ее кроватью на стуле сидел профессор Снейп и читал книгу. Она еще какое-то время лежала неподвижно, наблюдая за профессором. Он был спокоен и расслаблен, а его лицо выражало усталость. Почему-то он не вызывал раздражение. Девушка даже нашла черты его лица привлекательными. Интересно, сколько женщин у него было? - Мисс Грейнджер, если вы сейчас же не перестанете на меня пялиться, то я попрошу мадам Помфри направить вас в Мунго, в психиатрическое отделение, – сказал Снейп и закрыл книгу. Гермиона стыдливо отвела взгляд. Она была уверена, что ей было стыдно не только за это. - Что со мной произошло? – тихо спросила девушка. - Гриффиндорская безрассудность и глупость – вот, что с вами произошло. Если выражаться точнее, вы упали в обморок около закрытого женского туалета на втором этаже. Ваша выдра прибежала в мои покои, сказав, что вам угрожает опасность и привела меня к вам. - Простите, я не знала, что ваша комната находится недалеко от туалета Миртл. Я отправила выдру за помощью, на большее моих сил не хватило. - Хм, – задумчиво протер подбородок Снейп, – я живу в подземелье, совершенно в другом конце замка. Ей было бы ближе добежать до Лонгботтома или Йоргенсена, или на худой конец до Вектор. - Я не знаю, почему она выбрала вас, но спасибо, что вы меня нашли, – сказала девушка, садясь в кровати. - Как вижу, с вами все в порядке. Пойду, разбужу Поппи и расскажу директору приятную новость, что наша Великая мисс Грейнджер очнулась, – последние слова он произнес с иронией. Гермиона фыркнула и проводила профессора взглядом. Через десять минут пришла мадам Помфри с восстанавливающим зельем. На вкус это зелье было таким же отвратительным, как и на запах. - Мисс Грейнджер, вы теперь будете пить его каждый день. У вас истощение и боюсь, все очень серьезно. Вы находитесь в школе меньше недели, а потеряли уже более двадцати двух фунтов веса. Замечу, что это ненормально даже в нашем мире, – сказала хозяйка Больничного крыла. Гермиона неохотно, но выпила зелье. Только после этого мадам Помфри ушла, оставив Гермиону одну. Девушка лежала, разглядывая потолок. Она думала о том, почему все это происходит с ней. Неужели Джинни была права – она все же открыла эту книгу и сработало некое проклятье, а может это был чей-то злой умысел, чтобы отомстить ей. И было же за что мстить. Ее также волновало, почему выдра выбрала именно Снейпа, когда он находился дальше всех. Ее размышления прервала подошедшая МакГонагалл. - Гермиона, как твое самочувствие? – обеспокоенно, но спокойно спросила директор. - Сейчас в порядке, – ответила Гермиона Грейнджер. Женщина одобрительно кивнула и продолжила. - Я сейчас не требую, я прошу объяснить, что же с тобой происходит, почему ты отказываешься от еды, – декан факультета Гриффиндор действительно была обеспокоена состоянием своей подопечной. - Я правда не знаю, профессор, – ответила девушка, виновато посмотрев на директора. – До того как приехала в замок, с моим аппетитом было все в порядке, а потом, когда я потеряла сознание в поезде… - Почему вы мне не сказали об этом раньше, мисс Грейнджер? «Ну почему ты не следишь за своим языком», – в очередной раз отругала себя Гермиона. - Профессор МакГонагалл, это такой пустяк. Просто я не спала всю ночь до поездки, вот силы и покинули меня, – убедительно соврала гриффиндорка. - Это совершенно не пустяк, кто был с вами в этот момент? - Никого, – машинально ответила девушка. Если она скажет, что Джинни была в купе, то с ней снова будут нянчиться, а ей этого совершенно не хотелось. - Что ж, завтра утром я попрошу профессора защиты и профессора Снейпа осмотреть вас на наличие проклятий, а сейчас отдыхайте, – директор одобрительно улыбнулась своей студентке. - Спокойной ночи, директор МакГонагалл, – улыбнулась Гермиона Грейнджер. - Спокойной ночи, Гермиона. С этими словами Минерва МакГонагалл покинула Больничное крыло, оставив девушку наедине с собой. А Гермиона, осознав цену своей глупости, поняла, что поход в Запретную секцию библиотеки на сегодня отменяется.