Тебя больше нет

На утро, как и было обещано, к Гермионе Грейнджер пришли Абрахам Йоргенсен и Северус Снейп. Когда они подошли к ее кровати, девушка поздоровалась и расправила одеяло. Она чувствовала себя немного неловко. - Ваше зелье, мисс Грейнджер, – сказал зельевар, протягивая ей кубок вместо приветствия. Гермиона поморщилась, но приняла напиток. - Как твое самочувствие, Гермиона? – поинтересовался Эйб. Гермиона оценила его внимательность. - Лучше, чем обычно, – допив зелье, ответила девушка. Восстанавливающее можно было выпить только залпом, его противность способствовала этому. Гриффиндорка поставила кубок на прикроватную тумбочку и улеглась обратно. Она выжидающе переводила взгляд с одного профессора на другого. Эйб посмотрел на Снейпа и, утвердительно кивнув головой, обратился к Гермионе. - Послушай, Гермиона, – начал он. В его голосе слышалось напряжение: – Тебе придется раздеться, прежде чем мы начнем проверку. - Я могу оставить белье? – взволнованно спросила девушка. - Мисс Грейнджер, нас совершенно не интересует ваше тело. Наша задача проверить, нет ли на вас проклятия, не поддающегося простым чарам, так как простые чары, которые я использовал вчера, пока вы были без сознания, ничего мне не показали, – раздраженно ответил преподаватель зельеварения, поджав губы. «Да как он посмел трогать меня без моего согласия!» – возмущалась девушка в своем сознании. Видимо это читалось на ее лице и Снейп ответил еще более раздраженно: - Простые заклинания не требуют отсутствие одежды, с их помощью можно проверить только поверхностно. Казалось, что такой ответ устроил гриффиндорку. «Может быть попросить их отвернутся, пока я раздеваюсь… А какой в этом смысл, если они все равно меня увидят голой…», – подумала Гермиона и сняла с себя больничною сорочку, краснея как переспевший томат. На ней остались только трусики, которые снимать она явно не торопилась. На ее памяти ни один мужчина не видел ее голой. Но по рассказам ее мамы, акушер, который принимал роды, был мужчина. Но девушка, конечно же, этого не помнила, а раз не помнила, значит не было. Набравшись решимости, гриффиндорка взялась за резинку трусиков и принялась было их стягивать, как профессор Снейп спас ее от еще большего стыда: - Оставьте. Это вы можете не снимать. Датчанин вопросительно посмотрел на коллегу. - Вчера днем я видел ее, кормящую единорога, – потерев переносицу ответил зельевар. – В этом плане она чиста. Так что таким способом навести порчу было невозможно. Йоргенсен одобрительно улыбнулся девушке, которая прикрывала грудь руками и сверлила взглядом Снейпа. Раз уж он видел, то мог бы и сохранить ее маленький секрет. - А теперь, мисс Грейнджер, лягте на спину и вытяните руки вдоль тела, – будничным тоном сказал профессор Снейп. Гермиона сделала так, как ей велели. Она закрыла глаза. По ее телу побежали мурашки. «В первую очередь, это мои преподаватели, которые хотят мне помочь, а потом уже мужчины», – успокаивала себя гриффиндорка. – «Но они же молодые и здоровые мужчины! А не преклонного возраста старики, которых уже не интересуют юные и соблазнительные нимфетки, которых, как писал Владимир Набоков, можно было найти среди других ее сверстниц. Сколько там Снейпу, 38?» Гермиона начала нервничать, ее окутывал страх. Воспринимать этих двух мужчин только в качестве преподавателей не получалось. Но она лежала неподвижно, чувствуя, что они ничего плохого ей не сделают. Почему-то она им доверяла. - Гермиона, твоя задача просто лежать и не шевелиться, – сказал Абрахам Йоргенсен. Это прозвучало слишком пошло. «Гермиона, прекрати, не заморачивайся!» – приказала себе девушка. Снейп и Йоргенсен начали водить по ее телу палочками. Они касались ее, выводя затейливые узоры и шепча длинные долгие заклинания на древнем, казалось, давно забытом языке. Чья-то палочка коснулась ее шеи, потом проскользила вниз, обвела сосок и зигзагом прошлась до бедра. Гермиона почувствовала, как внизу живота что-то защекотало, а в трусиках начало намокать. Она слегка распахнула губы и задышала чуть чаще. Понимая, что возбуждается, она стала сжимать пальцами простынь. Девушка надеялась, что ни один из них не понял, что при каждом прикосновении их палочек к ней у нее сгорает по одному предохранителю. Время тянулось невыносимо долго. Скольких трудов стоило Гермионе, чтобы сдерживаться и сохранять мнимое, но спокойствие. Когда все закончилось, девушка открыла глаза и посмотрела на мужчин. Они были невозмутимо спокойными. Надев сорочку как можно быстрее, она также поспешно натянула одеяло, закрывшись до подбородка. - Мисс Грейнджер, вынужден сообщить, что мы ничего не обнаружили, но это не значит, что на вас нет проклятия, – сказал профессор Снейп и поспешно покинул Больничное крыло. После того как зельевар ушел, Эйб обеспокоено оглядел Гермиону. - Я понимаю твою неловкость, Гермиона. Когда ты разделась, и я увидел твое истощенное тело, эти выпирающие ребра и торчащие кости бедер, мне стало грустно. Появилось желание тебя обнять и убедить, что все будет хорошо. - Спасибо за поддержку, Эйб, – сказала Гермиона и улыбнулась. - Сейчас придет мадам Помфри, я лучше пойду. Абрахам Йоргенсен подмигнул Гермионе на прощание. Через несколько минут действительно пришла мадам Помфри. - Мисс Грейнджер, я смотрю, вы уже бодры и веселы. Думаю, что вы сегодня уже сможете покинуть мои владения. Профессор Снейп будет приносить вам зелья два раза в день. Но вы мне пообещаете начать есть, иначе от зелья не будет смысла. Вскоре Гермиона тоже покинула Больничное крыло.

***

- Я так за тебя испугалась! – воскликнула Джинни, когда Гермиона появилась на пороге спальни для девочек гриффиндорского факультета. Подруги радостно обнялись. – Больше не пугай меня так. Что с тобой произошло? Директор ночью позвала меня в кабинет и сказала, что ты упала в обморок у туалета Миртл, а потом она поинтересовалась про твое пребывание у нас. Не происходило ли ничего странного. - И что ты сказала? – спросила подруга, решив, что неплохо бы переодеться. - Честно ответила, что все было в порядке. Ты была всегда под присмотром. Вначале я думала рассказать про то, что случилось в поезде, но решила, что ты это должна рассказать сама, – сказала Джинни, отводя взгляд, будто что-то скрывая. Гермиона Грейнджер этого не заметила – в этот момент она натягивала чистую футболку. - Это было очень предусмотрительно с твоей стороны, – Гермиона поблагодарила подругу и добавила, – думаю, мы можем сходить на обед. - Раз уж так пошло, то скорей всего на ужин. Обед недавно закончился, – расстроено сказала Джинни. - Значит, на ужин. А как на счет того, чтобы сейчас сыграть в карты? – хитро прищурилась Грейнджер и посмотрела на подругу. - Заметано, – сказала рыжая и они направились в гостиную. *** На ужин они пришли одними из первых. Не успела Гермиона Грейнджер присесть, как к ней подошел Снейп и подал зелье. Когда девушка его поблагодарила, он также молча пошел обратно к преподавательскому столу. Как и утром, девушка выпила зелье залпом и, поморщившись, поставила пустой кубок на стол. - Что это за гадость? – спросила Джинни с ноткой отвращения в голосе. - Это Восстанавливающее зелье, – пояснила Гермиона. – Мне нужно пить его два раза в день. Так сказала мадам Помфри. А Снейп великодушно согласился для меня его варить. - Не рано ли тебя отпустили из лазарета? – усмехнулась Джинни и в шутку приложила руку ко лбу подруги. – Мне кажется, что рано. Когда это Снейп соглашался делать что-то для кого-то добровольно? Вопрос подруги остался без ответа. Вместо того, чтобы продолжать разговор, Гермиона посмотрела на преподавательский стол. Эйб о чем-то увлеченно беседовал с мадам Пинс, а Снейп… Снейп изучающе смотрел на нее, поглаживая подбородок. Девушка поспешно отвела взгляд и положила себе на тарелку немного тушеных брокколи. Сегодня она наконец-то поела.

***

После ужина Гермиона решила скоротать время в гостиной за чтением. Сегодня ночью она тихо прокрадется в Запретную секцию и найдет все ответы на интересующие вопросы. Ну а пока, она удобно устроилась в кресле вместе с Историей Хогвартса, которую она читала, Мерлин знает, в который раз. За чтением время пролетело незаметно. Девушка оторвалась от книги только в тот момент, когда камин начал затухать и продолжать чтение было, увы, невозможно. Она положила книгу на стол и тихонько поднялась в спальню для девочек. Все уже мирно спали в своих постелях. Прокравшись к своему чемодану, гриффиндорка попыталась его открыть, издавая как можно меньше звуков. Вроде получилось. Девушка изъяла оттуда мантию и сигареты. Перед таким важным делом ей требовалось срочно перекурить. Несмотря на то, что днем было тепло, ночь оказалась холодной. Гермиона очень жалела, что не захватила с собой теплую кофту, но это сейчас ее волновало меньше всего. Она курила и думала о том, что сейчас откроются все карты и она узнает, что же произошло в поезде. Докурив, Гермиона Грейнджер надела мантию Гарри Поттера и растворилась в ночной тишине. - Люмос, – прошептала девушка, когда за ее спиной закрылся портрет уже видящей десятый сон Толстой Дамы. Девушка молилась, чтобы лестницы не поменяли своего направления, так как сейчас они вели прямиком к портрету, через который можно было пробраться в библиотеку. Но лестницы решили сыграть с ней злую шутку и ей пришлось идти в обход. Теперь перед ней стояла задача не попасться Филчу, иначе она сама себе создаст огромные проблемы. Сейчас она почти крадучись пробиралась вдоль стены по коридору четвертого этажа, уверенная, что все будет в порядке. Но тут она услышала мяуканье в нескольких метрах от себя. Это была новая кошка Филча – Нарцисса. - Нокс, – быстро прошептала девушка и спрятала палочку. Кошка подошла ближе и остановилась напротив того места, где как раз стояла девушка. «Надеюсь, что он назвал свою кошку не в честь мамы Драко», – подумала Гермиона. – «В противном случае, если это так, то Дом Малфоев его попросту уничтожит». На зов кошки пришел и ее хозяин. - Что, моя милая, опять кто-то шныряет по замку ночью? – Филч осветил коридор своим масляным фонарем. Как и следовало ожидать, сквиб никого не увидел. Гермиона Грейнджер вжалась в стену и зажмурилась. На долю секунды она забыла, что на ней поттеровская мантия. - Наверное, опять эти трое первокурсников из Гриффиндора пытаются попасть в заваленные подземелья. Пойдем, устроим им теплый прием прямо около входа. И Филч со своей новой кошкой удалились в направлении подвалов Хогвартса. «История повторяется», – подумала про себя девушка и, дождавшись, пока свет от фонаря исчезнет в ближайшем проходе, зажгла палочку вновь и продолжила свой путь.

***

Девушка стояла перед воротами, ведущими в Запретную секцию библиотеки. Она волновалась, так как уже была близка к ответам. По крайней мере Гермиона на это надеялась. - Алохомора, – прозвучало в ночной темноте, и ворота, ограждающие Гермиону от страшной тайны, распахнулись. Гриффиндорка осторожно поднялась по ступеням, стараясь не скрипеть половицами, и необдуманно скинула с себя мантию. Ее могли увидеть. Она прошла вглубь секции. Половина полок пустовала. Библиотеке был нанесен, конечно, непоправимый урон. Девушка остановилась в дальнем углу и произнесла: - Акцио, Тайны наитемнейших искусств. Послышался шорох и с одной из книжных полок выпорхнула книга, подлетела к Гермионе и зависла в воздухе. Девушка осторожно взяла фолиант в руки и провела ладонью по обложке. Пора было найти ответы на свои вопросы. Она раскрыла книгу. Гермиона Грейнджер листала страницы, но не нашла ничего толкового, что могло быть хоть как-то похоже на ее случай. Читая раздел о жертвоприношениях, девушка вспомнила о закладке, которая находилась в книге, когда она отдала ее Снейпу. Она закрыла фолиант и посмотрела на страницы сверху, чтобы понять, где страницы не прилегают друг к другу. Есть! Снейп оставил закладку на месте. В фолианте была заложена глава о том, как создать хоркрукс, который активировать можно с помощью крови. Гермиона принялась читать: Чтобы активировать такой хоркрукс, достаточно капли крови вашего врага. После чего часть вложенной в хоркрукс души переселится во вражеское тело, что и есть само проклятие. Тело врага можно использовать, как носитель, пока часть вашей души не обретет силы. Далее с помощью заклинания Переселения души вы сможете перебраться в более подходящее тело. Здесь присутствовала сноска: Заклинание Переселения душ можно использовать только один раз при условии, что вы были воскрешены посредством такого хоркрукса. Кровь врага… взгляд Гермионы упал на большой палец правой руки. На нем красовался тоненький свежий шрам, который она не замечала. Да, так и есть, скорее всего так и было. Она читала книгу и порезалась об страницу. Такое с ней часто случалось. Достаточно одной капли… скорей всего, ее кровь попала на саму книгу или закладку. Переселение души… в воспоминаниях девушки всплыла яркая вспышка света. Я выпью тебя до дна и тогда ты исчезнешь… слова Беллатрисы из сна отдавались громким эхом в голове девушки. Ей стало все понятно в одночасье. Беллатриса Лестрейндж ей никогда не снилась. Беллатриса Лейстрейндж была в ней. Она копила силы. Гермиона обреченно опустилась на пол. Ей действительно было страшно. Понимая, что беда пришла оттуда, откуда ее не ждали, она обняла колени и тихо заплакала. Идя обратно, девушка подняла мантию-невидимку и потащила ее за собой по коридорам замка. Она вернулась в башню, когда за окнами начал алеть рассвет.