Тебя больше нет

Когда МакГонагалл взмахом палочки занавесила шторы и закрыла дверь, Гермиона Грейнджер поняла, что разговор будет не из легких. Совсем неуютно стало, когда директор попросила портреты удалиться из своих рам и вернуться не раньше, чем через час. В кабинете стало тихо, лишь в камине потрескивали поленья. Директор села в свое кресло и, сложив пальцы замком, начала разговор: - Мисс Грейнджер, вы уверены, что не хотите мне ничего рассказать. Это было скорее утверждение, чем вопрос. Если МакГонагалл смотрела поверх очков, то это неминуемо вело к тому, что она требует ответа вопреки всему. Гермионе с младших классов это совершенно не нравилось. Хотя директор не посвятила ей ни одного такого взгляда, ну, может, пару раз или пару сотен раз. - Нет, – девушка инстинктивно оттянула левый рукав свитера. Тогда ведьма сняла очки и потерла переносицу. - Когда Джиневра Уизли объявила, что вы виновны в смерти… в смерти Брайна Бродерика, в ваших глазах я увидела ужас. Нет, не тот удивленный ужас, а тот, который присущ ребенку, которого поймали за кражей конфет или раскрыли его секрет при всех родственниках на семейном празднике. В ваших глазах был страх. - А вам, – робко начала гриффиндорка, – а вам не было бы страшно, если бы ваш близкий друг неожиданно при всех сказал, что это вы украли все его конфеты, когда вы об этом даже и подумать не могли? Я также испугалась, – а про себя подумала: – Я испугалась того, что это могло быть правдой. Впрочем, это и было правдой. МакГонагалл не стала настаивать, но была уверена, что Гермиона что-то скрывает. Но пока она директор, все останется так, как было при Дамблдоре. Она не позволит никогда применять к ученикам сыворотку правды. - Расскажите мне все, что вы помните из поездки в Александрию, – перевела тему директор. Ведьма понимала, что здесь Гермиона ничего не утаит, – в сущности, все то, что узнал профессор Снейп в библиотеке. - Об этом я ничего не знаю, – виновата отпустив глаза, ответила девушка. - Как это? Тогда для чего он вас взял с собой?! - Этого я тоже не знаю, – ну не могла же Гермиона сказать, что сама напросилась. – Я провела весь день с семьей Бенджамина Сахима. МакГонагалл в удивлении подняла бровь. - Сахим? А не его ли жена Айша обладает даром прорицания? - Вы их знаете? – удивилась девушка. - Да, встречала как-то раз, когда пришлось вместо Альбуса отправиться на всемирную Магическую конференцию. Мисс Грейнджер, вы что-то знаете о пророчестве профессора Снейпа? – вопросов было очень много и Гермионе пришлось напрячься, чтобы не сболтнуть лишнего. - Пророчество? - Да, пророчество, – требовательный взгляд директора говорил о том, что это уж точно не укроется от нее. - Я правда не понимаю, о чем вы, профессор МакГонагалл, – удивление сыграть не получилось. - Гермиона, если я тебе позволила что-то утаить, то здесь я потребую честности. Вчера, когда вы прибыли, Северус Снейп сказал мне о пророчестве, но изъясняться не посчитал нужным, – настаивала директор. - Но я и пр… - Я вижу по вашим глазам, что вы что-то знаете! Прижатая к стенке, гриффиндорка не видела смысла что-то скрывать, тем более от чуткой, доброй и проницательной МакГонагалл. - Я точно не помню, но судьба профессора Снейпа решится только в неком союзе, перед этим тьма должна забрать с собой троих… Директор, что вы от меня хотите, я не помню! – атмосфера давила, девушка посмотрела в потолок, еле сдерживая слезы. Фантомная боль от метки не давала покоя. Минерва МакГонагалл откинулась в кресле, осознавая, что несколько переборщила. Этот учебный год давался тяжело не только ей, но и Гермионе. Профессору трансфигурации показалось, что она не знает и толики того, что происходит с девушкой, и от этого она была бессильна, так как не знала, как помочь.

***

Мертвое тело Брайна Бродерика покоилось на столе, подверженное термальной обработке. Казалось, что он спит. Если его потрепать по плечу, то он сонно откроет глаза и удивится, почему здесь столько людей. Но парень не спал. - Джинни ценила его больше, чем других членов команды, – сказал Гарри, закатывая рукава мантии. - Да уж, хороший был малый, – подтвердил Рон. – Давай быстрее разберемся с этим и сходим навестим Джин, а то она еще и на нас накинется, как на Гермиону. Гарри поджал губы и взмахнул палочкой. - Даже не верится, что такой жизнерадостный молодой человек мог так внезапно оборвать свою жизнь, – посетовала Гризельда, высмаркиваясь в платок. Министр Кингсли молча наблюдал за происходящим. Йоргенсен, присев на стол, задумчиво смотрел на Северуса Снейпа, который также держался в стороне от происходящего. - Это было не самоубийство, – подытожил Уизли. Гарри записал что-то на отчетном пергаменте и, задумавшись, добавил: - На него было наложено заклятие Империус. Профессор Йоргенсен, можем ли мы посмотреть его воспоминания? - Боюсь, нет, мистер Поттер, – датчанин скрестил руки на груди, виновато улыбнувшись. – Смерть наступила мгновенно. Я тоже пытался выудить хоть что-то, но удар об землю был достаточно сильным. Не удалось выудить даже какие-то фрагменты. - Это в корне меняет дело, – с сарказмом произнес Рон, почесав затылок. - Нам придется обследовать все палочки в Хогвартсе, даже вашу, профессор, – Поттер посмотрел на Снейпа, который явно был этим не доволен. - Не вижу в этом необходимости, – ответил зельевар. - Северус, если ты не покажешь свою палочку, то первый попадешь под подозрение, – вмешался Кингсли. - Вам ли меня подозревать, министр? – усмехнулся Снейп. - Северус, не вынуждай меня. Просто покажи палочку. Зельевар обвел всех ненавидящим взглядом и, вытащив палочку из рукава, брезгливо протянул ее Гарри Поттеру. В этот момент в кабинет ЗОТИ, через открытое окно ворвалась школьная сова и кинула письмо к ногам Северуса Снейпа. На конверте стояла печать Малфоев. Как только Гарри забрал палочку, Рон кинулся к письму. Снейп резко носком туфли наступил на конверт, прямо перед усыпанным веснушками лицом. - Вы все также продолжаете совать свой наглый нос не в свое дело, Уизли, – процедил зельевар. - Даже если вас оправдали и выдали Орден Мерлина, то это не значит, что вам кинулись все доверять, мистер Снейп, – ответил Рон, сверля мага взглядом. Молодой аврор выпрямился и поправил мантию. Северус Снейп, не наклоняясь, призвал к себе письмо. - То, что меня связывает с Малфоями, это мое личное дело, министр, – также сквозь зубы ответил зельевар на мысли Кингсли. – Ну что, Поттер, вы убедились, что моя палочка не участвовала ни в чем ужасном за последние сутки? И да, мне кажется это абсурдным – проверять палочки сутки, а то и более, спустя! На этом маг развернулся и вышел из кабинета ЗОТИ, стремительно хлопнув дверью. - Да, не думал, что когда-нибудь соглашусь с профессором Снейпом, но проверять палочки действительно абсурдная идея, – заключил Абрахам Йоргенсен.

***

Ворвавшись в дом Малфоев, Снейп не удостоил никого приветствием, а сразу перешел к делу. - Нарцисса, почему ты мне не сказала об этом еще вчера! – прикрикнул он на женщину, которая лежала в гостиной на диване, с приложенным к голове компрессом. Ведьма мучительно села и посмотрела хмельными глазами на мужчину. - Тише, Северус, моя голова разрывается от боли, – простонала Нарцисса Малфой. - На, опохмелись, – маг с пренебрежением сунул в руку женщине флакон с зельем. Снейп предусмотрительно взял его с собой, предсказывая состояние подруги. Дожидаясь, пока зелье подействует, зельевар молчал. Когда Нарцисса пришла в себя, она вытащила из кармана письмо и протянула Снейпу. - Я испугалась, – произнося это, она вытерла влажным компрессом лицо. - И чего же ты испугалась? – доставая письмо из конверта, спросил маг. - Я испугалась того, что это могла быть она! В письме была всего одна строчка: Твои кошмары скоро станут явью. Целую, Трис Снейп задумался над содержимым. - Северус, это ее почерк. Почерк Беллатрисы! – Нарцисса была действительно напугана. – Я всегда боялась того, что она вернется, и она это знала. - Драко знает? – будто не слыша ее, спросил зельевар. - Нет! Я ни за что бы его не посвятила в это! - Хоть где-то ты трезво мыслишь, – усмехнулся Снейп. Ведьма обиженно промолчала. Его шуточки всегда ее напрягали. - Нарцисса, Беллатриса мертва! - А что, если нет? Вдруг она смогла выжить! – миссис Малфой укуталась в халат, будто в поместье стало холодно. - После того, что с ней сделала Молли Уизли, должно было случиться чудо, чтобы она выжила, – маг хмуро посмотрел на Нарцииссу, вникая в ее мысли. Он ждал, что эта фраза могла спровоцировать ее, что дало бы ему понять, знает ли она о хоркруксе. - Да, конечно, – нервно и облегченно усмехнулась ведьма. – Все это глупости. Я стала такой трусихой в последнее время. Наверное, это чья-то злая шутка. – потом она взволновано взглянула на зельевара и спросила: – Что ты будешь делать с письмом? Я не хочу его оставлять у себя! Северус Снейп молча кинул его в камин. Нарцисса было дернулась, чтобы остановить мага, некое подозрение у нее все же было, но вовремя спохватилась, решив, что это самое верное решение. - Где Драко? – поинтересовался маг после долгой паузы. - Я не видела его со вчерашнего вечера. Я даже не знаю, дома ли он. - Хм, – подумал Снейп. – Что ты за мать, раз не знаешь, где находится твой ребенок. Вместо этого, ты заливаешься вином. Женщина повела плечами и отвернулась. От ее былой красоты не осталось ничего. - У меня недавно умер муж. Я тяжело переживаю его утрату, – пыталась оправдаться она. - Твой муж, Нарцисса, умер несколько месяцев назад! - Не смей разговаривать со мной таким тоном! – чуть не плача, прикрикнула ведьма. - Посмотри на себя. Ты не просыхаешь. Где твое благородство? Ты выглядишь, как весь тот сброд из Лютного переулка. В тебе не осталось былой роскоши. Когда ты в последний раз смотрела на себя в зеркало? – измывался Снейп. Нарцисса не хотела верить его словам. Не хотела верить в то, что он прав. – Ты боишься не потерять свое лицо, а какой-то шутки, которые ты раньше не воспринимала. Ты пала на самое дно, откуда достал тебя Люциус. - Не смей трогать Люциуса! – Нарцисса уже рыдала навзрыд. – Зачем ты пришел сюда? Поиздеваться? - Не знаю, – устало произнес Снейп. – Не знаю, Нарцисса. Я хотел помочь тебе, но вижу, что в помощи ты не нуждаешься. - Уходи, – сдержано произнесла она, закрыв глаза. Ей хотелось сохранить хоть немного благородства, которого у нее не осталось. Северус Снейп хотел было сказать что-то еще, но лишь развернулся и направился к выходу.

***

- Нимбус мне нравится больше, чем Живоглот, – сказал Рон, поглаживая котенка, который уже изрядно подрос. В магическом мире фамильяры растут достаточно быстро. Золотое трио сидело в гостиной башни Гриффиндор. - И все же, я не могу понять, почему Джинни так отреагировала, – задумчиво произнес Гарри. - Она всегда была странной, – безразлично сказал ее брат. - Я тоже не ожидала такого. Мне искренне жаль, что все так случилось, но я правда не виновата, – сказала Гермиона, прижимая колени к груди. - Жаль, я так и не научился легилименции, – печально произнес Поттер. - И что бы это тебе дало? – спросил Рон. - Ну, во всяком случае, мы бы выяснили мотивы Джинни, – ответил Гарри. - Как она там? – поинтересовалась гриффиндорка. - Все еще беснуется. Но по словам мадам Помфри, уже не так, как вчера. Мама собиралась прибыть в Хогвартс, но я сказал, что мы сами разберемся, – сказал рыжий. - Да уж, – отозвалась девушка. – А вы как долго тут собираетесь пробыть? - Не знаю, у нас нет зацепок для расследования, так что ждем решения Кингсли, – ответил Гарри, рассеянно смотря на записи в своем пергаменте. – Я могу сказать только одно – заклинание было наложено примерно за полчаса до случившегося, и парень был в бессознательном состоянии до. Брайн даже не понял, что умер. Все трое молчали, не зная, что и сказать. Казалось, что, воссоединившись на какое-то время, их проблемы улетучатся, но похоже их стало только больше. - Не думаю, что МакГонагалл будет в восторге, если вы останетесь, – вдруг сказала Гермиона. - С чего вдруг, мне казалось, что она нас обожает, – удивился Уизли. - Не в этот раз Рон. Вы не гости Хогвартса и не ученики. Вы авроры, представители власти. Школа и так находится в состоянии паники. Ваше нахождение здесь только подогреет слухи. Поттер молча ухмыльнулся. А ведь Гермиона Грейнджер была как всегда права.