Тебя больше нет

После проигрыша непобедимой команды Гриффиндора по квиддичу, как ни странно, Джинни Уизли не стала изгоем. Все понимали, что команда действительно переборщила в своем отношении к ней. Личные отношения не должны влиять на игру на поле. На следующее утро после игры Джинни пришла в Большой зал на завтрак и присела рядом с Томасом Филипсом. Она боялась, что он отсядет от нее, но к ее удивлению он предложил налить ей тыквенного сока. Мальчик вел себя так, будто вчера и за несколько дней до этого ничего не происходило. - Уизли, – вдруг обратился к ней Триббл, который сидел на против. – Извини, что вчера так получилось на игре. В том, что ты упустила снитч, есть и моя вина. - Не извиняйся, – промямлила рыжая. - Нет, я действительно перегнул палку, когда сагитировал всю команду играть против тебя. Да, мы действительно не понимаем, почему ты обвиняешь Гермиону, но ты классный капитан. Без тебя у нас бы ничего не получилось. - О’Райн, из тебя выйдет хороший капитан, подумай об этом, – все, что ответила Джинни, приступая к своему завтраку. - Да, Триббл, когда Джинни закончит Хогвартс, нам понадобится не только новый ловец, но и капитан, так что я за предложение Уизли, – отозвалась Анастейша Куин. Команда согласно загудела. Джинни тихонько улыбнулась, делая глоток сока. Даже не смотря на вчерашний проигрыш, она смогла воспитать хорошую команду.

***

Медленно приближался апрель. Лед, сковывавший озеро, уже растаял, да и плакучая ива, славящаяся своим дурным нравом и высаженная еще во времена учебы Мародеров, сбросила снег со своих ветвей и показала миру набухающие почки. В один из последних дней марта Симус Финниган был вызван в кабинет директора. Симус сидел напротив МакГонагалл и нервничал, от чего его ладони были влажными и казалось, что ворот мантии сдавливает шею. И переживать было за что. Директорский кабинет был уставлен котлами с почти готовой Сывороткой Правды. - Финниган, когда я нанимала вас в школу, то вы мне обещали, что все будет в порядке, – гневные вибрации от слов директора повисали в воздухе и распространялись по всему кабинету. – Как вы попробуете объяснить мне появление двух дюжин котлов почти готового запрещенного для практики зелья? Симус сидел с опущенной головой и смотрел в пол. Ему было нечего ответить. - Вы меня уволите? – почти невнятно спросил Финниган, но МакГонагалл его услышала. - Нет, но я требую от вас объяснений, как вы могли додуматься до такого? - Проклятая Грейнджер, – тихо выругался зельевар на замене. МакГонагалл взглянула на него поверх очков. - Нет, об этом я узнала не от мисс Грейнджер. Профессор Лонгботтом поведал мне об этом. Симус выругался снова. Он не мог определить, предательство это или нет. - Я хотел отомстить слизеринцам, – снова пробубнил Финниган. МакГонагалл сняла очки и только каким-то чудом удержалась, чтобы не налить себе огневиски. В последнее время уследить за всеми делами Хогвартса было тяжело. Ей так не хватало Дамблдора. Он мог быть за тысячу миль от школы, но знал о всех ее проблемах, а особенно о том, как их решить. - Мистер Финниган, семь лет я учила вас не этому. Гриффиндор – это факультет для смелых, мудрых, решительных, безумных и мужественных, но не для тех, которые будут мстить. Я учила вас быть выше этого. Не опускать голову перед лицом страха и прощать тех, кто однажды оступился. Финниган молчал, ему было стыдно. Директор была права. Она и Невилл поверили в него, а он им отплатил такой монетой… - Котлы должны быть уничтожены немедленно. После этого вы спуститесь вниз и объявите ученикам, что практика не будет проводиться до конца года, – вернув себе деловой вид, продолжила Минерва. – И еще – наравне с теоретическим материалом начните подготовку к экзаменам. Повторение пройденного материала не повредит ни вам, ни ученикам. Ох, как же ей хотелось, чтобы Северус Снейп вернулся. Она понимала, что, возможно, допустит большую ошибку, вернув его на должность, но найти мага, который может приготовить Оборотное зелье с закрытыми глазами было практически невозможно. Директор находила случившемуся тысячу оправданий и само убеждение взяло верх. Пока Финниган возился с котлами, профессор МакГонагалл взяла чистый пергамент и начала писать письмо в Паучий Тупик.

***

У кабинета директора Симуса ждали по меньшей мере четыре потока учеников. Они прекрасно знали, зачем директор вызвала его к себе. Как и свойственно многим ученикам, они боялись не за него, а за себя, ведь это они поддержали его в идее варить запрещенное зелье. Когда зельевар на замене показался на винтовой лестнице, к нему бросилась Джинни. - Что сказала МакГонагалл? – спросила она у раздосадованного Финнигана. - Я уничтожил зелья, – понуро ответил он. – Директор с этого дня отменила практические занятия, пока я занимаю пост преподавателя зельеварения, и сказала, что пора начать подготовку к экзаменам. Джинни от обиды топнула ногой. Ей было необходимо это зелье. Поправив сумку, она протолкнулась сквозь толпу к лестницам. Путь девушки лежал на восьмой этаж. Поднявшись, она подбежала к голой стене и осмотрелась по сторонам. Никого не было. Теперь оставалось три раза пройти вдоль стены туда и обратно, подумав о том, в чем сильно нуждаешься. «Мне нужен Веритасерум» – думала Джинни, расхаживая туда-сюда. – «Мне нужна Сыворотка Правды». Она ходила до тех пор, пока на голой стене, едва освещенной факелами, не стали появляться очертания двери Выручай-комнаты. С замиранием сердца девушка потянула на себя ручку двери и… - Ну да, конечно, как же иначе, – с сарказмом произнесла гриффиндорка, осмотрев помещение, которое сформировала Выручай-комната. Помещение походило на жилище безумной травницы. Везде были сушенные травы, склянки с ингредиентами, коробочки с личинками. На одной из полок Джинни заметила куклу Вуду. Хотелось ей воспользоваться, но что-то внутри подсказывало, что это плохая идея. И с чего она вообще взяла, что комната просто так на хрустальном столике выставит ей скляночку готовой Сыворотки Правды. Комната могла предоставить все, что угодно, кроме еды и зелий. Но приготовить тут их было реально. Джинни вспомнила слова Финнигана про лунный цикл, и на стене, как по взмаху палочки, появился лунный календарь. Не удивляясь, девушка подошла к нему и внимательно изучила. До следующего полнолуния оставалось три дня. Ну что ж, значит она вернется сюда на третий день. Только бы все получилось. Если не получится, то придется оставаться в Хогвартсе на Пасхальные каникулы.

***

С того дня, как Северус Снейп покинул школу, Гермионе Грейнджер становилось все хуже и хуже. Возникали провалы в памяти, и она понимала, с чем это было связано. Беллатриса, не имея возможности завладевать телом Гермионы ночью, делала это днем. С каждым разом у нее получалось все лучше и лучше. Гриффиндорка почти совсем перестала спать по ночам, так как готовилась к экзаменам, переписывая и дополняя свои конспекты, и соответственно, днем у нее не хватало сил на уроки. Единственные дни, когда девушка чувствовала себя более-менее комфортно, были выходные. Днем она готовилась, а на ночь выпивала снотворное. Но это не давало ей сил бороться. Гриффиндорка потеряла счет времени. Даже ситуация с Веритасерумом, которую обсуждала вся школа, никак не задевала ее. Гермиону Грейнджер заботили только экзамены. Даже Снейп как-то ушел на второй план, хотя ей нужно было знать, что с ним происходит, потому что она ощущала непривычный ей упадок сил, никак не связанный с недосыпом. Однажды вечером девушка обнаружила себя в коридоре на втором этаже. На против стоял напуганный когтевранец, которому она целилась в шею палочкой. За руку ее держал Невилл, пытаясь остановить непоправимое. - Иди, – обратился травовед к когтевранцу. – Пожалуйста, никому не рассказывай о случившемся. Гермиона просто переутомилась – ты же знаешь, что такое синдром отличницы и все такое, да и дружба с Гарри Поттером заставляет быть всегда бдительной. Парень аккуратно вылез из-под прицела и скрылся где-то за ближайшим поворотом. - Что с тобой происходит, Гермиона? – спросил Лонгботтом, развернув подругу лицом к себе. - Я, наверное, и правда переутомилась. - Он сказал, что ты собиралась применить к нему Империус. - Хотела просто припугнуть, он меня преследовал от самой библиотеки, – на ходу придумывала девушка. На самом деле она ничего не помнила, и от слов Лонгботтома становилось нехорошо. Травовед лишь печально вздохнул. - Слушай, тебе надо отдохнуть, развеяться. - Со мной все в порядке, – огрызнулась Гермиона. - Я только хотел предложить сходить в Хогсмид на каникулах или отправиться в Лондон. До Пасхальных каникул осталось меньше недели. Гриффиндорка смягчилась и устало улыбнулась. - Да, ты прав Невилл, немного отдыха мне не повредит. Ты только скажи когда, я постараюсь пересмотреть свой график. Лонгботтом посмотрел на нее взглядом, говорящим о том, что она неисправима.

***

Посреди ночи в Паучьем тупике появилась фигура в черной мантии. Фигура уверено и быстро направилась к дому Северуса Снейпа. Только в этом доме во всей округе горел свет. Человек в черной мантии перешагнул ограду, чтобы не наделать шума со скрипящей калиткой, и направился по садовой дорожке к задней двери, которая на его памяти всегда была открытой. Не успела фигура обогнуть дом, как послышался голос хозяина: - Ну, и что тебе здесь понадобилось посреди ночи? - То, что ты уверено называл закладкой, таковой не является, – ответил голос из-под капюшона. - Заходи в дом, – сказал Северус Снейп. Человек в мантии перешагнул порог и снял капюшон. Под мантией был никто иной, как Драко Малфой. Как только он переступил порог дома Северуса Снейпа, ему в нос ударил неприятный запах перегара. - Северус, не уподобляйся моей матери. Сколько можно пить? - Столько, сколько нужно. Эта девчонка испортила все! - О, Мерлин, Северус, прекрати, причем тут Гермиона. Разве не ты все это начал? - Много ты знаешь, щенок? - Знаю. Я знаю все, что ты делал с Гермионой. Я даже знаю, что было в Рождественскую ночь. И если кто все испортил, то уж явно не она. - Это она тебе рассказала? - Нет. Она все время об этом думает. О тебе, о Беллатрисе, особенно о предсказании Айши. И знаешь, что я думаю – ты подонок, это ты начал с ней эти игры. Я знаю, что все началось с тебя. МакГонагалл просила с самого начала тебя забрать эту книгу, но ты перекинул эту обязанность на плечи Гермионы. Обезумев от злости, Снейп бросился на своего крестника и ударил его под ребро. - Ничего ты не знаешь, мелкий гаденыш! – процедил зельевар сквозь зубы. Малфой ответил ударом в лицо, разбив губу Снейпу. - А тебе не приходило в голову, что легилименция доступна не только тебе! Двое мужчин вцепились друг в друга и началась самая настоящая драка без участия палочек. В порыве безумия пострадал сервант, шкаф с книгами, столик у дивана. Многочисленные пустые бутылки их-под вина и огневиски со звоном разлетались на мелкие осколки. За окном начало светать, когда они наконец-то перестали добавлять друг другу новые синяки и кровоподтеки. Малфой и Снейп сидели на диване и смотрели на разрушения в комнате. Северус закурил и протянул пачку Драко. Слизеринец взял сигарету и прикурил, с трудом удерживая сигарету разбитыми губами. - Ты что-то говорил про закладку, – прохрипел Северус. Драко усмехнулся, поражаясь отходчивости крестного. - Это черномагическая печать. Я их долго изучал, еще в школе начал. Она скрывала многие разделы в книге от белых магов. Эдакий охранный элемент. Ее можно было разрушить только древним контрзаклинанием или кровью белого мага. Я так понимаю, что Гермиона разрушила печать, которая была хоркруксом Беллатрисы. Снейп было громко засмеялся, но закашлялся и сплюнул сгусток крови на пол. Видимо, крестник отбил ему желудок. - Все было так очевидно и просто. Надо было наплевать на Поттера и самому забрать книгу. Я просто не хотел с ним встречаться. Малфой только хмыкнул. - А что с Хогвартсом? - МакГонагалл еще две недели назад прислала письмо, что ждет моего возвращения, потому что Финниган не справляется. Ты представляешь, она этого чокнутого пиротехника наняла мне на замену! – говоря это, Снейп указал кивком головы на чудом уцелевший письменный стол, на котором лежало письмо с печатью замка. – Ты прав – я это начал, и я это закончу. Я не нашел способа лучше, как отстраниться от нее. Сбежал, как трус… - … и выставил Гермиону не в лучшем свете. Северус Снейп повернул голову к Драко Малфою. - Ты хочешь неделю пролежать в Мунго? - Это угроза? - Нет, это жирный намек.