Феликс, она просто друг!

В зале мелькали разноцветные огни от прожекторов, со сцены лилась живая музыка. Зазвучали заключительные аккорды последней песни «Китти Секшн». В момент игры Феликс растворялся в музыке, ему нравилось переставлять аккорды на синтезаторе и он даже позволил себе небольшую импровизацию, чем удивил Люку. Теперь тот смотрел на нового клавишника даже с некоторым уважением. Но теперь, когда Феликс снял пальцы с клавиатуры, его волновало только одно — видела ли выступление Маринетт и впечатлилась ли она его бесподобной игрой. Его взгляд высматривал в тёмном зале её лицо, скользя по множеству лиц слушателей, которые совсем ничего для него не значили. И он довольно быстро нашёл её: девушка стояла рядом с Алей, почти в центре зала. Маринетт, заметив, что клавишник на неё смотрит, зарделась и помахала парню рукой. «Ага, так всё таки я тебе нравлюсь, — с волнением подумал Феликс.» Он спрыгнул со сцены прямо в толпу, и, уверенно расталкивая всех руками, направился к Маринетт. — Эй, ты куда, мы ещё поклон должны сделать, и костюмы концертные надо сдать! — крикнул Люка вслед Феликсу, но голос его утонул в гуле толпы. — Адриан был сегодня бесподобен, правда? — мечтательно протянула Маринетт, посмотрев на подругу. — Мне кажется, он так хорошо никогда не играл. — Ну, не знаю, тебе виднее. Это же ты посещаешь каждую его репетицию, — усмехнулась Аля. — Скажи это ему, а потом пригласи куда-нибудь. — А как же Феликс? — с сомнением спросила Маринетт. — Его нигде сегодня не видно, а я с ним хотела поговорить по одному делу... — По какому делу? — прищурилась Аля. В ней проснулось любопытство журналиста. — Ой, к нам идёт Адриан. Я потом тебе расскажу. — Щеки Маринетт покраснели ещё больше, когда она заметила, что клавишник приближался к ним. — Бери его в оборот, подруга, — зашептала Аля. — Забей на Феликса. И будь... Но какой ей быть Маринетт уже не услышала — парень подошёл к ним вплотную. — Привет, — кивнул он девчонкам. — Здравствуй, ты сегодня изумительно играл, не как обычно! — очень быстро заговорила Маринетт, запинаясь. — То есть, ты не ужасно обычно играешь, вовсе нет, но сегодня прямо хорошо. Феликс нахмурился. Маринетт похоже его путала с братом. Но его лоб тут же разгладился. И он решил, что гораздо веселее было бы подыграть девочкам. — Спасибо, Маринетт, да ты не смущайся, я обычно и правда так себе играю, а сегодня расстарался. Если честно, таланта у меня никакого, — хмыкнул он. — Ого, Адриан, а ты сегодня самокритичен, — подняла брови Аля. — Ну ладно, я пойду найду Нино, а вы тут поболтайте. Может, договоритесь кое о чём, — с напором проговорила она, глядя на Маринетт. — О чём это она? — спросил Феликс, провожая взглядом удаляющуюся Алю. — О чём ты хотела договориться? — Я... Может ты... Пойдем-может-куда-сходим, — выпалила Маринетт. Феликс замер, а сердце тяжело забухало. Всё шло совсем не как он ожидал, и розыгрыш, пожалуй, зашёл слишком далеко. Но в нём ещё теплилась надежда: может, Маринетт просто дразнила его. — В смысле? — Ну, на свидание. — Маринетт выглядела настолько красной, что Феликсу казалось, что она разогрела вокруг себя воздух, как печка. Или ему самому вдруг стало жарко. — Ты же... Разве ты не ждешь Феликса? Он мне говорил, что это у вас с ним вдвоём было свидание. И вы даже... э-э-э... поцеловались, вроде как. — О, нет, что ты! Мы ходили с ним гулять, как друзья! То есть понимаешь, я хотела его попросить помочь мне пригласить тебя, но вроде и ты тут, и я даже почему-то могу с тобой говорить, хотя обычно говорить так сложно, — прерывисто и сумбурно начала Маринетт. — И мы как бы целовались, но это был не то, чтобы настоящий поцелуй, это был поцелуй по необходимости... — Не настоящий? — севшим голосом повторил за ней парень. — Ну да, чтобы защититься от акумы. И я ему хотела это объяснить на концерте, но может даже и лучше, что он не пришёл, я пока не знаю, как ему сказать это аккуратнее. — Не беспокойся, я ему передам, — ровным голосом сказал Феликс. Весь энтузиазм и предвкушение концерта куда-то улетучилось, и ему просто поскорее хотелось домой. — Правда? А он точно воспримет нормально, от тебя? Может, мне самой стоит ему сказать... — Не переживай, считай, я передам наш разговор в лучшем виде, будто ты сама ему сказала. А тебе хоть понравился поцелуй? — невольно спросил он и поднял на неё глаза. Маринетт стало не по себе от этого пристального и будто чего-то ждущего взгляда. — Мне... Я не хочу это обсуждать, — покраснела она еще гуще, хотя казалось, что максимальная насыщенность красного ею уже достигнута. — И почему ты спрашиваешь? — Да так, передать ему всё в деталях. Ты была его первым поцелуем. — неожиданно добавил он. — Я... Что? Правда? — ещё больше смутилась Маринетт. Она снова (уже который раз за сегодняшний день) в деталях вспомнила недавний поцелуй. По спине и рукам вновь пробежали мурашки и Маринетт поёжилась. То, что поцелуй ей понравился, она знала. Но не говорить же об этом Адриану! — Правда, но это неважно. Ладно, я пошёл, — слабо улыбнулся Феликс и отвернулся от Маринетт. — Погоди! — Да? — с надеждой посмотрел он на девушку через плечо. — Так ты пойдешь со мной на свидание? — Обязательно, — отозвался Феликс. И в его голове тут же начал зреть план, как устроить Маринетт свидание с Адрианом. Такое, которое она точно не забудет... *** — Да, на концерте сейчас наверное замечательно. Музыка всем вскружила голову, все разбрелись по парочкам и танцуют, прижавшись к друг другу, и не могут думать совершенно ни о чём, кроме любви! — Заткнись, Плагг! Я стараюсь посмотреть новости, — Адриан вяло щёлкал пультом телика, листая каналы. — О, давай я тебе расскажу новость! Срочно, на концерте все танцуют. Да-да! Абсолютно все парочки танцуют! А знаешь, что это значит? — Я сейчас встану и схожу смою кольцо в унитаз! — Адриан прибавил громкость, стараясь заглушить надоедливого квами. — А это значит, что фуршетный стол пустует, и можно съесть столько сыра, сколько влезет! — закончил свою мысль Плагг. — Понимаю, конечно, почему ты так расстроен. Мог бы быть там... И знаешь, что делать? То, что сейчас может делать Феликс вволю. — Плагг... — Есть сыр, конечно же! — хихикнул Плагг. Вся эта ситуация его безмерно веселила, и он уже предвкушал, как в красках будет рассказывать историю о бестолковым хозяине и его «просто подруге» Тикки. Ох, как они любят обсуждать всю эту иронию любви владельцев их талисманов. В коридоре послышались шаги. — Прячься, Плагг, скомандовал Адриан, и квами тут же залетел обратно в сумку. В комнату зашёл Феликс. Адриан с удовольствием отметил, что брат вовсе не выглядел как человек, только что к кому-то тесно прижимавшийся от великой любви. — Отчего кислое лицо, Феликс? — спросил Адриан. Настроение его стремительно улучшалось. — И почему ты всё еще в концертном костюме? Выгнали прямо со сцены? — Отвали. — Люка будет в ярости, — смаковал Адриан. — Он очень печётся о костюмах, ведь их делала Маринетт. Я бы заранее наклеил пластырь на нос на твоём месте. — Я сказал, отвали, — устало бросил Адриану Феликс и рухнул на стул. Адриан хотел ещё поупражняться в остроумии, но тут вяло бубнивший на фоне телевизор заиграл тревожный джингл и чёткий голос Нади Шемак объявил: — Внимание, тревога! Атака акумы зафиксирована на местном концерте. Жертвой, как сообщает источник с места событий, стал гитарист выступающей группы Люка Куффен. — Ага, это из-за того, что ты костюм ему не сдал, — с удовольствием отметил Адриан и тут же посерьёзнел. Он оказался в засаде. На серьёзный разговор с отцом он должен был отправиться через минут пять, но Ледибаг требуется его помощь. Прямо сейчас. Плюнуть на отца? Тогда со школой можно было попрощаться. И глядишь, братец таки закружится в танце любви с Маринетт. Понадеяться на Ледибаг, и бросить её? Так разочаровывать свою леди он был не готов. Ситуация казалась безвыходной. — Феликс, у меня к тебе одна просьба, — всё ещё сомневаясь в своём решении начал Адриан. — Не мог бы ты одеться в мою одежду и поговорить за меня с моим отцом? Но только ничего меня не спрашивай. Феликс посмотрел на брата с явным интересом. Возможно, вечер был всё же не так плох, как ему казалось. — А ты взамен выполнишь одну мою просьбу? Ничего не спрашивая. Адриан закусил губу. Идти на сделку с Феликсом было опасно. Но что оставалось делать. — Идёт. Но только если для этой просьбы мне не нужно себя как-то публично унизить. Раздеться при всём классе, например. Феликс выпучил глаза и чуть не засмеялся. — Братик, ты меня явно недооцениваешь. Обещаю, никакого раздевания, мой юный эксгибиционист. И он, усмехнувшись, пошёл в гардеробную Адриана. — Ты точно знаешь, что делаешь? — шикнул из сумки Плагг. — У нас нет выбора, — тоже шёпотом ответил Адриан. — Да и тем более, серьёзный разговор с отцом — это минимум час его монолога о том, какой я ужасный. Мы всё успеем и вернёмся как ни в чём не бывало. Феликс вышел из гардеробной и подошёл к зеркалу, растрепать аккуратно уложенные волосы. На него из зеркальной комнаты смотрел «Адриан». — Не хочешь, чтобы я устроил твоему старику спектакль? — хитро улыбнулся брату Феликс и отошёл от зеркала. — Могу довести его до состояния нервного срыва, и там делай что хочешь минимум месяц, пока дядюшка отходит. — Нет, веди себя максимально как я. И выиграй мне хотя бы час времени. — Зачем? — Мы договорились, никаких вопросов. Если хочешь, чтобы я тоже выполнил твою просьбу, — покачал головой Адриан. — Хорошо, меня устраивает, — пожал плечами Феликс и вышел из комнаты. Как только за ним закрылась дверь, Адриан распахнул окно и облегчённо вздохнул. Можно было превращаться. — Плагг, когти! Завершив трансформацию, Супер Кот с легкостью вспрыгнул на окно. — Слава богу, я внимательнее, чем ты, и вспомнил про твоё кольцо, мне нужно его надеть, чтобы твой отец не понял, что это не ты, — в комнату ворвался явно спешивший Феликс и тут же замер, уставившись на Кота в окне. Кот тоже уставился на Феликса. Гениальный план явно дал сбой. — Ты... — Э-э-э... Я тут мимо пролетал! — попытался оправдаться Кот. — Ты Супер Кот. — А кто же ещё, чел, которого я вижу впервые в жизни. — обратился к Феликсу Кот. — Мне, наверное, пора. Ошеломленный Феликс внезапно пришёл в себя и прыснул. — О господи... Эти твои тупые шутки... Всё это время Ледибаг на котучино приглашал мой полоумный братец. — Что? Нет! Понятия не имею, о чём ты говоришь, — запротестовал Кот. — И предлагал засунуть Бражнику котоклизму тоже ты! В прямом эфире! Лоб Кота покрыла испарина. — Слушай, ты точно ошибся, я точно не Адриан... — Я сейчас умру! — Феликс сложился пополам от смеха. — Мой брат бегает по Парижу в прикиде в обтяжку с колокольчиком! С колокольчиком! — Эй, не трогай костюм! — возмутился Адриан. — И лезет к Ледибаг! А дома мусолит с ней журналы, — Феликс уже лежал на полу, содрогаясь от смеха. Внезапно перестав смеяться, Феликс поднялся с пола, отряхнулся и серьезно посмотрев на Кота сказал: — У тебя нет шансов, Адриан. — С чего ты взял? — возмутился тот и сразу же замолчав, осознав, что проговорился. — Адриан, прекрати играть спектакль, драматический актёр из тебя так себе. Максимум, «драма квин», — оскалился Феликс. — Как же никто до сих пор не догадался. Ведь только ты способен на такие тупые шутки. — Они не тупые, — еле слышно откликнулся Адриан. — Хотя ничего удивительного. Ты так закрылся после...— Феликс внезапно замолчал и затем исправил себя. — В общем, окружающие наверное и не знают эту твою сторону, и ты только в дурацком костюмчике чувствуешь себя достаточно собой, чтобы так шутить. — Можно мы проведем сеанс позже, мистер психолог? — Огрызнулся Адриан. — Конечно, беги спасать Париж и отталкивать Ледибаг всё дальше своими шуточками, — хохотнул Феликс. — Поговорим после. Наверное, спрячу руки за спину, чтобы твой отец не заметил отсутствия кольца. В конце концов, это подходит твоему образу — образу заключенного в своём собственном доме. И Феликс, не переставая ухмыляться, закрыл за собой дверь. Теперь Адриан не сомневался, что Феликс получит от него не одну просьбу, а как минимум десять. Что же интересно он задумал... В смешанных чувствах Кот выпрыгнул в окно и запрыгал на посохе всё дальше от дома.