Новогодняя костяная баталия

До нового года оставалось около часа. На миловидный пригород, заселенный монстрами и их верными товарищами, спустилась густая темнота. Но сейчас внимание Санса было занято иным: на другой стороне улицы угрожающе стоял гигант двухметрового роста, с пышными, округлыми боками и угрожающе крупными габаритами. Его до странного тонкие рученки будто тянулись вперед, а метла в одной из них угрожающе развивалась на холодном ветру. Да уж, снеговик у Андайн с Альфис вышел отменный. Скелет слегка усмехнулся, вспоминая, как сегодня в обед эти двое земноводных суетились и бегали по двору в попытках закончить это чудо дизайнерской мысли. Стражница ведь затем еще и нарядила его в свою верхнюю одежду, чтобы часовой не замерз на посту. Весьма справедливо: сегодня было до жути холодно. Сансу порой казалось, будто бы он вернулся в родной Сноудин, только вот теперь вместо сияющих камней над головой были настоящие звездные небеса, а помимо монстров на улицах порой встречались и люди. — Эй, Папайрус, почему зимой так падает температура? — Обратился он к своему брату на другой стороне двора. Ответа не последовало, тот был слишком занят сооружением своих снежных орудий. — Она падает, потому что дороги становятся скользкими! — Довольно гыгыкнул ширококостый и перелистнул страницу сборника своих же шуток. Сегодня Санс крайне неплохо устроился: любимая книга собственного авторства в руках, удобный шезлонг помеж громадных сугробов, еще и летний зонтик, идеально защищающий от умеренного снегопада. Идеальная комбинация для отдыха на собственном переднем дворе в канун нового года. Папайрус же был немного иного мнения, ведь час назад он позвал своего брата играть в снежки, и Санс согласился, но в итоге за все это время почти не сдвинулся с места. Что еще хуже, он не давал Папайрусу в себя попасть, ведь тогда игра бы закончилась проигрышем ширококостого. Раз за разом высокий скелет шел в атаку с целой армией снежков, но Санс лишь щелкал своим пальцем и выставлял перед ним костяную стену. Его защита была безупречна, тактика — просчитана на перед, а скорость реакции — непривзойденна. Но Великий Папайрус побеждал и не таких врагов… Вспомнить хотя бы те приставшие к кастрюле спагетти! — МОЖЕТ БЫТЬ УЖЕ ВКЛЮЧИШЬСЯ В ИГРУ? ТЫ ДАЖЕ НЕ ДВИГАЕШЬСЯ! — С укором произнес Папайрус, когда очередная армада снежков с грохотом разбилась о костяной забор ширококостого. — Я двигаюсь, перелистывая страницы и щелкая пальцем. Делаю две вещи одновременно. Знаешь, как это утомляет? — Подмигнул ему Санс, — а теперь аж три… Ух, устал. Надо бы вздремнуть. — ВЗДРЕМНУТЬ? ПОСМОТРИМ, КАКОВО БУДЕТ ТЕБЕ, КОГДА ВЕЛИКИЙ ПАПАЙРУС СРАВНЯЕТ ТВОЙ АВАНПОСТ С ЗЕМЛЕЙ! — Высокий скелет готовил боеприпасы, пока низ его оранжевой куртки развивался на ветру, — ТЫ БУДЕШЬ ПРЯМ КАК РЫБА… В ЗЕМЛЕ? В ПУСТЫНЕ? В ЛАВЕ? КТО-НИБУДЬ МОЖЕТ ПОДСКАЗАТЬ МНЕ ТОЧНЫЙ АНТОНИМ СЛОВА «ВОДА»? — Почему бы не спросить у нашей ходячей энциклопедии? — Усмехнулся Санс. — БЛАГОДАРЮ ТЕБЯ, ВРАЖЕСКИЙ ГЕНЕРАЛ СНЕЖНОЙ АРМИИ. ГАСТЕР!!! — Голос Папайруса пронзил ледяной воздух, с крыши их двухэтажного дома сошла миниатюрная лавина. — Да-да, я прекрасно вас слышу, — ответила облаченная в черные зимние одежды фигура, — в данном контексте, думаю, антонимом будет «суша». Но я не уверен на сто процентов, ведь пропустил большую часть вашего диалога. Видите ли, я тут слегка занят. Гастер ответил практически на автомате, ведь сейчас его внимание было занято совершенно иным: королевский ученый возился с выставленным на крыше телескопом и подключенным к нему ворохом датчиков, панелей и других гаджетов, назначение которых было известно лишь ему одному. — Да ладно тебе, Гаст. Спускайся к нам, заключишь мирный договор между этими двумя лагерями, — Санс лениво обвел рукой двор дома скелебратьев, поделенный надвое громадной снежной стеной высотой в три метра. — МИР? Я ПРИМУ ЛИШЬ БЕЗОГОВОРОЧНУЮ КАПИТУЛЯЦИЮ! — Кажется, вчера мы малость перебрали с просмотром политических каналов, — почесал затылок Санс. — Прошу простить, но я не могу вам помочь, — Гастер все настраивал мигающие и пищащие механизмы на крыше, — свой новый год я, думаю, проведу здесь. Видите ли, примерно за двенадцать секунд до полуночи в этой части полушария будет наблюдаться уникальный астрономический феномен. У меня есть теория, согласно которой он может быть связан с волновыми аномалиями на южном побережье. Это возможность, которую я не могу упустить. — Да ладно тебе, Гаст! Успеешь еще, до нового года почти час. Мы тебя жаренным снегом угостим! — Каким-каким снегом? — Голова Гастера высунулась из-за черепицы, от такого предложения он аж снял капюшон. — Жаренным! — Санс поднял одной рукой сковороду, полную талой воды, — не понимаю, почему все вечно переспрашивают. — ВРАЖЕСКИЙ ГЕНЕРАЛ ПЫТАЕТСЯ ПОДКУПИТЬ ДОЛЖНОСТНОЕ ЛИЦО НА СЛУЖБЕ У ПРЕСТОЛА? КАКАЯ ЖАЛКАЯ ПОПЫТКА В КОРРУПЦИЮ! КОРРУПЦИЯ ДОЛЖНА ВЫГЛЯДЕТЬ ВОТ ТАК! — Сказал Папайрус и достал откуда-то полную кастрюлю своих фирменных спагетти. На их фоне «блюдо» Санса определенно смотрелось выиграшно. — Эх… — Ученый потянулся за ручкой во внутреннем кармане, — давайте я дам каждому из вас по 10% от своей нобелевской премии, если вы прекратите разрушать наш двор и сводить на нет работу местных дворников. — О, оставь лучше эти средства на потом, — усмехнулся Санс, — Папсу они понадобятся для восстановления ущерба, который он потерпит ввиду своего неудачного наступления. — НЕУДАЧНОГО? ЭТО МЫ ЕЩЕ УВИДИМ! — Папайрус взмыл ввысь на собственных костяных атаках. Снежки полетели вперед единым шквалом, будто пули из автоматной очереди, — СКОРО ТВОЯ СТОРОНА ДВОРА БУДЕТ НАПОМИНАТЬ РАЗБОМБЛЕННУЮ ПУСТЫНЮ НАПРОТИВ! Папайрус указал на противоположный двор, где горы снега были рыхлыми и неровными. На самом деле, бомбежки там не было. Просто Андайн решила, что холод объявил ей войну своими ветрами и метелью. Вследствии этого, воительница для доминирования над врагом половину сегодняшнего вечера ныряла в сугробы в одном купальнике. В холодную погоду она была прям как рыба в воде. Санс тогда слегка поежился, вспоминая ощущение холода, которое когда-то давно было ему присуще. Конечно, в облике скелета ему низкая температура была не страшна, но воспоминания таки остались. — Не понимаю до сих пор, как мы в своих куртках не сгорели, — спокойно произнес он. — СГОРЕЛИ? С ЧЕГО БЫ? — Папс с тревогой осмотрел свою верхнюю одежду огненного цвета. — Ну посуди сам: если мы не ощущаем холода, то для нас его значение равняется нулю, правильно? Куртки уменьшают твое ощущение холода. То есть, дают минус, — принялся он считать что-то на пальцах, — следовательно, для нас ощущение холода должно быть отрицательным. Нам должно быть жарко. Простая математика, я прав, Гастер? Ученый не ответил. Но даже через простую связь душ было легко прочувствовать все его негодование из-за того, каким пыткам Санс только что подверг его любимую математику. — Ладно Гаст, как скажешь, — Санс блокировал атаку за атакой, не обращая внимания на потуги противника, — надеюсь ты там хоть про праздничный настрой не забываешь. — Вовсе нет. Мы, предприимчивый научный народ, всегда найдем короткую дорогу, — спокойно сказал ученый, после чего из дымохода высунулась часть скелетовской елки, поставленной на первом этаже в гостиной. Гастер вдоволь полюбовался ее сиянием, после чего продолжил заниматься своими научными трудами. Папайрус же не бросал атаку: он подключил всю свою магию, сноровку и координацию, принялся заваливать брата снегом подобно яростному бурану из северных земель. Его атака была продумана идеально, но по пути великий полководец запутался в своей же куртке, завалился на собственные костяные атаки и проломил собой же громадную стену, разделяющую «владения» братьев. Двор окутала белая пелена, мириады блестящих снежинок оседлали холодный ветер и разлетелись по всей улице. — ВОТ ЖЕ… НИЧЕГО, Я ПРИДУМАЮ НОВУЮ АТАКУ, ЕЩЕ ЛУЧШЕ И ЭФФЕКТИВНЕЕ! — Ну… — Санс с наигранным недовольством глянул на свое плечо, куда из-за хаоса попала пара-тройка снежинок из атаки Папайруса, — боюсь, что ты и так уже победил, братец. Я повержен. — А? ДА? НИЧЕГО СЕБЕ, ПАПАЙРУС НЕ ПРОИГРЫВАЕТ ДАЖЕ ТАМ, ГДЕ ЭТО ПЛАНИРОВАЛ! ОТМЕТИМ ЖЕ ЭТУ УСПЕШНУЮ КАМПАНИЮ! — Папайрус сжал кулаки и твердым шагом направился в дом, где уютно потрескивали дрова в камине и сияли разноцветными огнями праздничные гирлянды. — Отлично. Не забудь включить пятый канал, там скоро начнется шоу Меттатона! — Добавил Санс, после чего продолжил смеяться со своих же тук-тук шуток, написанных еще во времена заточения. Трудно было поверить, что теперь весь этот креатив смогут оценить не только пара десятков знакомых монстров, а еще и целая человеческая цивилизация. Но такова была жизнь: все меняется с каждым годом, и Санс был вполне готов к этому. В конце концов, он крайне долго уже протоптался на одном месте, пришло время двигаться вперед.