Переполох

Винсент новая модель от чего удивить его было легче всего. В очередной раз он находился в лёгком трансе от вида колеса обозрения и совершенно не мог сосредоточиться на главном вопросе. Голова у него раскалывалась, к горлу подступала тошнота, но он улыбался. — Так высоко… Меня тошнит, — сказал он в воздух. — Просто я никогда не видел такой высоты. Как людей может это радовать? Я должен им помочь! А вдруг они застрянут на такой высоте! … Майк сопровождающий его явно испытывал схожие чувства. У него тоже чесалась голова, и он никак не мог прийти в себя. Наконец он с интересом взглянул на молодого человека и сочувственно спросил. — Все хорошо? Если вам тревожно, то на сегодня мы можем прекратить знакомство с миром людей. Эти люди не ваша ответственность так что не нужно за них переживать. Винсент в очередной раз улыбнулся и кивнул. Страх прошёл вместо этого его охватила лёгкая меланхолия. Как будто этим пространством мог управлять один он. — Здесь все слишком не безопасно поэтому мы не будем участвовать в этих испытаниях. Я обещал вернуть вас в целости и сохранности и я сдержу свое обещание. Майк ободряюще хлопнул его по плечу. — Сахарную вату нельзя потому что вредно. Колесо нельзя потому что опасность. Вы так и не ознакомились с парком развлечений. Сходим в кино? Там будет полегче… Бассейн нельзя потому что микробы да? … Винсент кивнул и улыбнулся. На этот раз ответной улыбки не последовало. Майк внимательно посмотрел на его лицо и понял, что парня что-то смущает. Тогда он подошел к нему и положил руку на плечо. Винсент вздрогнул, но смолчал. Посмотрев по сторонам, он понял, что никто не обращает на него внимания. — У меня все в порядке с макияжем? Тут довольно много людей и поэтому довольно душно… Майк кивнул и указал на зеркало, стоящее неподалеку. Винсент направился к нему. — Ну так куда мы дальше? Ваша социализация стала лучше? Мне кажется вы уже не так напряжённы в толпе как раньше. Винсент потер пальцами виски, но на его губах появилась слабая улыбка. Поправив макияж он повернулся к Майку. — Нет не стала… Я все ещё не понимаю людей вокруг. В том числе и себя… Ещё и вы меня смущаете своими сомнительными предложениями. Майк внимательно посмотрел на него. Винсент был, видимо, очень решителен и уверен в себе. — Только не говорите что опять я во всём виноват. К тому же я с вами сегодня даже не флиртовал так что вы смущаетесь сами! Пойдёмте в кино? … Винсент оживился. Он даже немного наклонил голову к плечу, слушая Майка. Видимо вопрос о социализации вернул ему хорошее настроение. Он взял Майка под руку и зашагал рядом с ним. Несколько минут они шли молча. Наконец Майк не выдержал. — Вы же не любите трогать людей так почему же так прижимаетесь ко мне? Это для вас единственный способ почувствовать себя человеком? Винсент опять вздрогнул. Несколько секунд он смотрел перед собой, а потом поднял на Майка полные раздражения глаза. До него стал постепенно доходить смысл вопроса. — Хотите почувствовать себя особенным? Я трогаю людей только в перчатках и вас, в том числе. Хотя по запаху вы достаточно чистый чтобы я потрогал вас просто из интереса. А вы что, хотите, чтобы я трогал вас, как вы меня? Майк понял, что ляпнул что-то не то и поднял глаза на Винсента. Тот уже вернул себе свой обычный вид. Выражение его лица было смесью задумчивости и улыбки. Майк почувствовал, как к щекам приливает краска. «Какого черта я начал выпендриваться, — подумал он, — хоть бы не догадался, что так и есть. Если я разрешу ему трогать себя, то будет ли это флиртом с начальством? Хотя какая разница». Их взгляды опять встретились. Майк решил взять себя в руки и провести беседу иначе. — Да можете трогать везде где захотите, не вижу проблемы, — ответил он. — Только учтите — это чисто технический аспект проблемы. Вы чувствуете проблему в части общения, а не тактильности. Винсент приподнял бровь. Майк вдруг понял, что только что ляпнул нечто действительно серьезное. Ему на миг стало очень страшно. Он почувствовал, как его губы складываются в такую же, как и у Винсента, усмешку. — Какой вы раскрепощенный человек, — сказал Винсент, — вам действительно есть чем похвастаться верно? Хотя любой владелец подобного крепкого телосложения будет доволен таким контактом. И вы только что продемонстрировали мне это настолько убедительно, что я поверил. Вы такой «секси» что даже неловко, — Винсент ухмыльнулся. Майк начал проваливаться в небытие. Наконец он очнулся. — «Секси»?! Кто вас такому научил?! — закричал он. Он чувствовал, как его лицо буквально заливает густой румянец. Винсент рассмеялся и сделал жест, словно откидывал волосы со лба. — Услышал по телевизору, — ответил он. — Вы оскорблены? Это же комплимент. Майк почувствовал, как что-то бешено прыгнуло у него внутри, словно с неба упала тяжелая плита и придавила его к земле. В следующую секунду он почувствовал на своей руке сжатую кисть Винсента, и их пальцы переплелись в «кресте». Винсент снова рассмеялся. Майк хотел ответить ему тем же, но понял, что не в состоянии это сделать. — Что за телепередачи вы там смотрите?! Вы ведь специально да?! Если вы будете выводить людей на эмоции, то социализация может пойти насмарку. Или я совсем не понимаю ваших мотивов? И какие у вас психологические наблюдения за человечеством? Винсент протянул руку и указательным пальцем приподнял за подбородок лицо Майка, заставив его посмотреть на себя. Когда его глаза встретились с глазами Винсента, тот медленно закрыл веки и удовлетворенно улыбнулся. — Самые что ни на есть разнообразные, — ответил он, отпуская подбородок Майка и оглядывая его профиль. — На них интересно смотреть. Вроде и ни о чем особенно, а много нового узнаешь. Не волнуйтесь я накажу себя за флирт с вами ну а сейчас пойдёмте в кино. Винсент и Майк пошли в сторону касс, и Майк увидел стенд с очередным ужастиком, который слащаво повествовал о том, что сделал юный монстр в приступе любовного безумия. — Давайте на него сходим? Мистер Бишоп? Только не говорите что уже выбрали все без меня… Моё мнение тоже должно учитываться! — поспешно сказал Майк. У него появилось нехорошее предчувствие — одно дело смотреть художественное произведение в кинотеатре и совсем другое понять смысл убиения из-за сентиментальных фантазий — это было совершенно не в стиле Винсента. Он только пренебрежительно пожал плечами. — Хотите адреналина? Что за страсть у людей смотреть на всякий ужас? А если я сильно испугаюсь и упаду в обморок? Вы же оставите меня вызвав докторов… Майк покраснел и потупил глаза. На него опять навалилась ледяная тоска и безысходность. Он представил себе что будет, если они с Винсентом останутся вдвоём в темноте ещё и смотря ужастик. — Вы меня ещё не простили?! Какой вы злопамятный, мистер Бишоп, — в притворном испуге сказал он. — Я вас спас вообще-то… Пришлось правда вас украсть, но все же спас… Винсент сделал такое лицо будто видит его насквозь. Он тихо рассмеялся. Майк отметил про себя, что смеяться Винсент совсем не умеет. Видимо этот смех больше похож на кашель или жутковатую пародию на человеческую речь. — Ладно так уж и быть прощаю. Идёмте на ужастик раз в душе вы еще подросток с тягой к экстриму. Майк нерешительно встал. С лица Винсента испарилось насмешливое выражение, а его глаза стали очень внимательными и глубокими. Майк вздрогнул и на секунду почувствовал жуткую слабость. Вновь странные взгляды, бросаемые сотрудниками на Винсента сбили его с толку. Роскошный мужчина в костюме и сопровождающий его молодой человек в кроссовках и спортивной куртке не выглядели случайными людьми. Их приход был каким то мистическим знаком. Они сели вместе в зал кинотеатра, и вскоре успокоенный Майк забыл о том что произошло только что. На экране замелькали мрачные и зловещие кадры про инопланетян — про то как эти странные создания принесли на землю тьму, бесконечную ночь. Ни слова о людях, ни одной жизнерадостной улыбки. Техника съемок была очень точна и производила странное впечатление. Картинки шли так же беззвучно, как разговоры персонажей. Винсент весь фильм не проронил ни слова. А когда фильм закончился, он повернулся к Майку и спросил — Это отсылка на сегодняшнюю действительность? Возможно мне лишь показалось, но… Майк чуть не подскочил. Его спутник в костюме сидел рядом, но смотреть прямо на него было невозможно. — Нет! Это просто фильм! Пришельцы это не всегда плохие монстры! Да и вообще это полет фантазии режиссера так что тут нужно у него спрашивать… Вы ведь не напишете ему верно? Давайте лучше сходим в ресторан. Винсент неожиданно улыбнулся. — Отличная мысль, но поесть я не смогу. Из посуды в ресторане едят много людей в течение дня и кто знает как хорошо они её моют. Не думаю что там есть хотя бы три захода обработки посуды. Майк понял в чем дело. Да Винсенту очень понравилась эта новая возможность наблюдать за людьми, но он все ещё боялся микробов. Когда они пришли в ресторан, Майк заказал лапшу с грибами и пивом. Винсент внимательно слушал и теперь уже без напряжения понял что ему нужно говорить. — Вы боитесь чего нибудь кроме микробов? — спросил Майк. Винсент задумался пытаясь представить как ответить на такой вопрос. Действительно, что ему может быть неприятно? Только вот, на самом деле, если подумать, что может быть хуже микробов. Винсент наконец заговорил. — Инъекции или любые острые иглы, вот чего действительно следует бояться. Я либо падаю в обморок либо непроизвольно дергаюсь во время процедуры. Я боюсь этого давно, очень давно, но теперь особенно. К тому же мало ли чего зальют… Майк внимательно посмотрел на него и вдруг понял что же так смутило его во всем этом рассказе. Винсент говорил не просто об уколах, а об инъекциях под кожу, и даже не о самих уколах, а о боли, которую они вызывали. — Ну а я боюсь огромных железных зверей. Вон как те… Он указал на дуэт роботов, которые были похожи на котов, играющих на сцене для детей. В их металлических глазах сверкали ярко-желтые искры. Майк вдруг ощутил что его сознание, как он мог заметить уже давно, становится совершенно прозрачным. Особенно в момент когда он видит роботизированные механизмы. — Если бы вы не сражались с подобными созданиями каждую ночь то возможно их бы не боялись. Хотя, думаю, бояться нужно вовсе не их… Я займусь дверьми в пункте охраны в выходные, и вам больше не придется выбирать какую дверь закрывать. Из-за этой системы дверей можно легко попасть в просак и «инцидент разломанного» тому подтверждение… Майк вспомнил свое похожее состояние и решил немедленно выяснить что же это значит. — «Инцидент разломанного»? Вы это про мужчину попавшего в пружинного Бонни? Если честно не припомню что-то другое… Винсент задумчиво посмотрел в сторону сцены и покачав головой ответил. — Про парня на телефоне. Это очень тяжелое дело для обычных людей, и многие не смогут даже рассказать вам о нем. Я в числе этих людей… Очень тяжело об этом говорить… Они помолчали. Майк решил что именно Винсент открыл ему свои тайны, а если так, то его расспросов уже не стоило опасаться. Но в этот раз он решил не допрашивать Винсента, опасаясь, что информация просочиться за пределы ресторана.