Взломать рабочий стол директора? Можно же проще-взломать компьютер мафии..

За окном уже темно, время перевалило за половину ночи. Но именно сейчас Чон читает досье на этого мальчишку-оператора. Это все-таки был он. В принципе, от него можно было ожидать. С мотором в заднице, шумный, весёлый, громкий. От таких людей можно ожидать чего угодно. Им как взбредет что-то в голову — хоть стой, хоть падай. Но Гук и не стоял, и не падал, так, совсем слегка испугался... за свой ноутбук, а совсем не то, что в квартире завёлся домовой и решил поиграть с Чоном через его ноут.                              ~досье~ Имя: Ким Тэхен. Возраст: 21 год. Место проживания: Южный район г. Сеула. Адрес: ******* Статус: Студент Национального Университета Искусств. Лучший друг: Пак Чимин, является его хеном, старше на два года. Пак Чимин, значит, и Ким Тэхен. Что ж, нужно будет за ними последить. Конечно же, Чон не сам будет, поставит людей там. Что еще можно? Опа, у него сейчас возникла очень интересная идейка. Сидит даже ухмыляеться сам себе. Немного странный, не находите? Возможно, его идеи будут лучше чем у Тэхена... но на это остается лишь надеяться. Лишь надеяться и молится. Что-то все очень любят помолиться. Может оно и к лучшему. Дальше Чон не стал читать все эти пункты. Всё что было ему интересно почитать, он почитал. Теперь переходим к личному делу. Он взглядом пробегается по тексту и что-то отметив для себя, направляется в свою комнату, прихватив с собой ноутбук. Сегодня он решил посмотреть фильм и никто ему не помешает. Никакие Ким Тэхены. Давайте теперь вкратце послушаем историю нашей красной шапочки. Тэхён с раннего детства был шумным непоседой, очень необычным и шустрым мальчишкой. Родился и вырос в Тэгу, в семье простых фермеров. Родители всеми силами старались обеспечить свою семью. А именно троих детей. Денег хватало не всегда, и иногда наступали такие тяжёлые времена, когда Тэхён вынужден был питаться только один раз в день, отдавая свои порции либо родителям, либо младшим деткам. Он очень любил свою семью. Ким рос худеньким и щупленьким, кофты которые когда-то были ему по размеру, начинали болтаться на его теле, были видны ребра, которые, если захотеть, можно пересчитать. Но он всё равно был счастливым и весёлым ребенком, понимал, что так будет не всегда и когда он вырастет, будет кровью и потом помогать родителям. В детстве ему казалось, что мир — это большая страна чудес, ему нравилось фантазировать и придумывать разные сказки. Он верил в волшебство. Тэ был очень ярким ребенком. Ким всегда придумывал для себя, младших брата и сестры множество необычных, интересных сказок и историй, каждый сценарий он представлял в своей голове во всех красках, каждый сюжет продумывал до мельчайших подробностей, в которые они, после рассказов Тэхена играли во дворе, представляя себя главными героями и злодеями, которые являлись «злыми и ужасными». Ким представлял, что он отважный рыцарь на белом красивом коне, сражающийся с драконами и другими чудищами, который должен был спасти принцессу из заточения в замке. Роли монстра, всегда брал на себя его брат, а сестра играла прекрасную принцессу с длинными черными волосами. Почему-то черный цвет она всегда любила больше чем остальные цвета. Ребята очень весело и активно проводили время за своими играми, не мешая родителям работать. Ким как старший, брал на себя роль няни и прекрасно с ней справлялся. Никогда не печалился тому, что многие семьи богаче их. Его все устраивало, он был поистине золотым ребенком. В школе Тэхён учился хорошо. Он был довольно прилежным учеником, но не всегда усидчивым. Учителям иногда приходилось делать энергичному и очень подвижному мальчику замечания, и тот, на малое количество времени правда, но замолкал. Но знаете, как бы странно это не звучало, позитивного и доброго Кима любили далеко не все дети в классе. Многие считали его ненормальным, чересчур шумным и вредным. Но Тэхён никогда не отчаивался и не грустил, он понимал что нельзя нравится всем вокруг. А так же, считал, что когда-нибудь у него появится самый лучший друг в мире, с которым он сможет быть самим собой и ему не придется притворяться, который будет принимать его таким, какой он есть. Просто пока ему не удалось его найти. Он обязательно его встретит. Наверное, нужно время. Единственное желание Кима — найти друга. И оно обязательно сбудется. И вот, на первом курсе университета он познакомился с Чимином. Ну… это было немного сложновато, ведь Тэхен очень шумный, веселый, а Пак почти полная противоположность Киму… Был покрайней мере. Иногда Чимин затмевает даже Тэхена. Теперь же, эту парочку не отлепишь друг от друга, их боятся уже все преподаватели, стараются даже обходить их стороной. А вот бедный профессор До, никак не может от них избавиться. За окном может быть и ночь, но в одной квартирке свет все же горит. Это Юнги и Чимин смотрят фильм. Даже не вспоминая про то, что у Пака завтра экзамен. Сидят себе, смотрят. Младший положил свою голову Юнги на плечо и прижался к нему плотнее, а тот в свою очередь, сгреб брюнета в охапку и обнял всеми конечностями. Но вдруг сероволосый утыкается носом Паку в шею и щекочет кожу своим дыханием. — Чимин~а, ты не хочешь спать? — шепчет Мин куда-то вглубь Чиминовой шеи. — Неа, фильм очень интересный, хочу досмотреть. А что, ты уже хочешь пойти спать? — Нет, мне не хочется. — Ну значит мне принести еще попкорн? — Мне хочется чего-то более сладенького, Чимин~а… — оставляет поцелуй на коже. — Йа! Юнги, щекотно же. Твое клубничное мороженое стоит в морозилке, иди тогда сам его бери. Не мешай смотреть. — ворчит младший и поудобнее кутается в плед, забирая его у старшего. — Нет, ты не понял. Еще более слаще, Чимин~а — он переходит на мочку уха и слегка покусывает её, оставляет едва ощутимые поцелуи своими мягкими губами. Спускается к линии челюсти и проводит по ней языком, рукой надавливая Чимину между ног. — Ты что делаешь?.. Дай мне… мгх… посмотреть фильм — закрывает глаза и откидывает голову в сторону, предоставляя больший доступ к своей шее. Вот вроде бы и против, а вроде и дает зелёный сигнал Юнги. Мин ведет мокрую дорожку языком от мочки к шее, останавливается для легких поцелуев, посасывает, оставляя покрасневшие пятна, которые после, расцветут ярко бордовыми засосами. Пак прикрывает глаза и его сердцебиение учащается, откидывается на кровать, забивая на фильм. Он так давно мечтал об этом. Растягивания себя, своими короткими пальцами, не сравнится с Миновым членом. Его бросает в жар, когда Юнги накрывает его губы своими, языком сразу проникая в приоткрытый рот Пака, пытаясь найти его язык и предлагая слиться воедино. И он находит, сплетая их в диком мокром танце. Посасывает нижнюю губу, оттягивает, доставляя Паку удовольствие. Чимин же закидывает свои руки на шею Юнги, зарывает пальцы в волосы на затылке, слегка оттягивает их. Ладони старшего уже давно бродят под кофтой брюнета, изучая изгибы юного тела, трогая полюбившиеся Юнги живот и бока. Он отрывается от таких сладких губ, слегка оттягивая нижнюю и посасывает, проходясь языком. Опять спускается к шее и целует каждый миллиметр кожи, проходится по сонной артерии, что выступает на шее младшего из-за откинутой назад головы. Отвлекается, снимает с Пака кофту, и сразу губами притрагивается к розовому соску, по телу Чимина проходится разряд тока, его выгибает и он издает стон. Это райское наслаждение для Юнги. Получше всякого там клубничного мороженого, что одиноко лежит в морозилке. Языком очерчивает ореолу, задевая розовую бусину, и заставляя Чимина прогнуться в спине. Зубами оттягивает и языком зализывает покрасневший и возбужденный сосок, играясь пальцами со вторым, проходясь подушечкой по ореоле, нажимая на бусину, оттягивая ее и массирует. Пак тоже не отстает, стягивает со старшего свитер, который подарил сам тому на день рождения, с котиками. Пальцами изучает каждую мышцу, ведет ладошками по груди, задевая темный сосок, дразня. Спускается все ниже по плоскому животу с прессом. Глаза опускаются ниже, к мышцам, что ведут к паху, который скрывается за штанами. Рязвязывает шнурок на штанах, дрожащими от возбуждения пальцами, стягивает их вниз, оставляя сероволосого в одних лишь боксерах, которые очень плотно и до чёртиков сексуально облегают возбужденную плоть парня. Юн снимает с Чимина штаны и, сразу же, боксёры, оставляя того полностью нагим. Переворачивает его, ставя в коленно-локтевую, смачивает два пальца своей слюной и вводит их в младшего. Брюнет стонет, плед хватает руками, сжимая края в кулаках. Он долго этого ждал, чужие пальцы чувствуются совсем по-другому, нежели свои. Свои короткие, а пальцы Юнги длинные и тонкие, потому что тот играет на пианино. Мин плавно двигается внутри поддатливого тела, ощущая тепло младшего, разводит пальцы в манере ножниц, большим надавливая на дырочку и массируя ее. Чимин стонет все громче и громче, пальцы на ногах поджимая от наслаждения. Проходит немного времени и Юнги находит простату, теперь он трахает младшего пальцами, каждый раз доставая до нее, а Чимина кроет, член стоит и трётся о плед, доставая красной головкой до собственного живота, из него большим количеством сочится предэякулят, пачкая покрывало на диване. — Ах, Юнги~я, пожалуйста, я хочу еще — стонет под ним Пак, выгибаясь от каждого толчка. Мин эту просьбу выполняет, не выходя из младшего, двигает своими пальцами, надавливая на простату, массируя ее. У самого уже тесно в трусах, ткань неприятно трется об член. Он пальцы вынимает, оставляет после себя пустоту. — Юнги~я… трахни меня… Вдруг он чувствует как руки старшего легли на его задницу, сжимая и слегка разводя ягодицы в сторону. Из него вырвался протяжный стон, когда что-то мокрое, теплое и шершавое прошлось по колечку сжимающихся мышц, заставляя Пака закатить глаза и практически рухнуть на кровать. Это был язык, мать его. До этого момента Мин никогда не решался вылизать Чимина. Да, он много раз делал ему минет, но вылизывать младшего не решался. Язык Юнги творил невероятно приятные вещи, выводил узоры, толкаясь в его тело и заставляя Пака давиться стонами. Он больно сжимал ягодицы Чимина, оставляя на них красные следы от рук, но Чимин не чувствовал боли, все чувства притупились возбуждением. Толкался языком внутрь, пуская дрожь по всему телу. Прикусывал и зализывал, массировал, дразнил и проходился мягким, шершавым языком по кольцу мышц парня, заставляя того изнемогать от желания. Мин решил что не будет больше дразнить Пака, да он и сам уже больше не может терпеть. Одним движением руки опускает боксеры, берет в руку пах и размазывает по всей длине предэякулят, что обильно вытекает. Подставляет головку к дырочке и резким движением входит наполовину, все-таки он понимает, что войди он на всю длину, Чимину бы это принесло неимоверную боль. Поэтому сейчас он даёт младшему немного времени, чтобы привыкнуть и плавно начинает двигаться. Рукой накрывает член младшего, начиная надрачивать в ритм толчков. Брюнет судорожно выдыхает, когда его возбужденную плоть обхватывают длинные пальцы, начиная дрочить и массировать красную, от трения с одеялом, головку. Сероволосый наращивает темп, вбивая Пака в кровать, заставляя того давится в собственных стонах наслаждения. В темноте комнаты видны лишь силуэты двух тел, которые наслаждаются друг другом после долгой разлуки. Слышны шлепки и мелодичные стоны Чимина. — Юнги… я сейчас… — выдыхает Чимин и заходится новым стоном. Юнги попал прямо по простате. Это заставляет Мина сорватся на бешеный ритм, он сжимает ягодицы младшего до синяков. И Пак изливается прямо на мягкий плед, которым они с Юнги, буквально час назад, укрывались, смотря фильм. Пульсирующее колечко мышц сжимает член, заставляя старшего издать гортанный рык. Юнги кончает следом, даже не выходя из тела младшего, глубоко в Чимина. Выходит и поворачивает того на спину. Картина перед глазами Мина становится еще более прекрасней, ему открывается вид на красное и мокрое, от пота, лицо Пака, к его лбу прилипают взлохмаченные волосы. Он дышит через приоткрытый рот. Грудь его вздымается очень часто. Это настолько правильный и идеальный момент, что Юнги хотел бы запечатлеть его в своей памяти навечно, чтобы раз за разом прокручивать его, как в замедленной съёмке. Пак тянется навстречу Юнги за поцелуем. Накрывает его губы своими, языком проходясь по верхней губе, заставляя Мина выдохнуть в поцелуй, переходит на нижнюю и слегка оттягивает ее, просит Юнги дать ему проход. И Юн сдаётся, приоткрывает рот и сразу чувствует язык младшего, что прошёлся по его верхнему небу, очерчивая стенки щек, рисуя разные узоры. Младший кладет свои руки ему на щеки, поглаживая их большими пальцами. Юнги млеет. Чимин заставляет его задыхаться в своей любви к нему, сам того незамечая. Мин опускает свои руки на талию младшего и притягивает его к себе ближе, наслаждаясь друг другом.