Жажда Перворожденных

– Босса, он здеся! – писклявым голосом отрапортовал маленький зеленоватый гуманоид с длинными лопоухими ушами, формой своей напоминающие листья, и не менее длинным, крючковатым носом. Одет данный индивид был по последней моде раннего магического средневековья: в сильно облегчённый аналог бригантины с кожаными нашлепками, под ней рубаха и штаны цвета свежей уличной грязи. Зато на лысой головушке гордо сидел мятый, давно неопознаваемого цвета берет, с торчащими из него тремя перьями, два из которых явно принадлежали какому-то неосторожному петуху, а третий – чёрно-белый, несомненно был позаимствован у лесной сороки. – Совсем дурной человека, босса! В фонтана стоял, добрых граждан мехом и бохатыми одеждами смущал. – Каким мехом? – грубо проворчал здоровенный тип, которого вполне можно было бы назвать человеком, не будь его кожа насыщенно зелёного цвета, черты лица не по людски грубы, а из под нижней губы не торчали бы полтора здоровенных клыка, дающих своими размерами фору не самым крупных лесным хищника. – Человека ж повязали, а не оборотня какого. Откуда у него мех? – Дурной человека, совсем дурной! – вместо этого суще прежнего развопился гоблин, а это, вне всякого сомнения, был именно он в понимании всех сказочников и прочих фантастов нашего огромного мира. А если бы и не был, то сам себя этот доблестный зелёный хлопец ощущал именно гоблином. И гоблинами же были его почтенные родители, и их родители, а вот дальше он ручаться уже не мог, ибо народов, населявших его мир, было великое множество, и так же не счесть их, порой крайне извращённых сексуальных предпочтений… – Наша городок на югах, ага, тепло совсем, снег в бошка совсем никак не попадать, ан энтот дурной! Тёплый одежда ходит, шуба на голова ходит, фонтан со статуей злая-героя Вержинья лезет! – Ургх, я понял… – устало потер глаза здоровяк, а после отвесив не сильную оплеуху шумному гоббо, рыкнул: – Гобзо, чтоб тебя эльфийки по кругу пустили, сколько раз я тебе говорил не называть меня боссом?! Я уже двадцать лет, как капитан стражи славного городка Литлтауна, а не глава наёмничьего отряда, в котором ты даже не состоял! – Вай, босса, тока не бей! – тут же скуксился гоблин. В целом он был славным малым, исполнительным, вот только за почти пять лет службы так и не смог избавиться от дурной привычки называть всех по своим, одним гоблинам известным погонялам. Чего только стоило его обращение к почтенному мэру – виконту Жозефу Литлтаунскуму, которого неуемный гоблин постоянно за глаза называл Большой Босса. И это при том, что добродушный виконт крайне трепетно переживал по поводу своего… немного излишнего веса. – Моя будь называть босса капитана! – Ладно, иди уже, – смиренно выдохнул капитан. – И писаря позови. Будем разбираться с нашим нарушителем по всём правилам. Всё равно делать особо нечего, а пиво после праздника в глотку не лезет. – Так точно, босса! – браво стукнув кулачком по груди, Гобзо поспешил слинять из под бдительного око начальства, а так же его загребущих рук, норовящих отвесить очередную, но не особо то и болезненную затрещину. И лишь быстрые шаги устремились прочь по длинному коридору застенок городской стражи славного городка Литлтауна. – Наберут же по объявлениям… – смачно сплюнув, проворчал орк, ни разу не покривив душой. В стражу, и правда, набирали по объявлению, вот только на таких условиях были согласны работать только гоблины из окрестных убогих поселений и стойбищ, городским жителям и без того было, чем заняться. И капитан не мог их винить, ведь самая сочная часть контракта заключалась именно в возможно проживания в черте города, под защитой хоть и плохеньких, но каменных стен. Всё же Литлтаун, оправдывая своё название на одном из внешних, полузабытых языков, был городом маленьким, почти самодостаточным. И располагался он вдали от основных торговых путей. Откровенные задворки цивилизации, причём столь далёкие, столь неудобные, что даже королевские сборщики налогов вместо ежегодного визита, дай Богиня, раз в пять лет объявятся. Глушь такая, что даже самые рьяные или убогие рыцарские ордена не стали создавать здесь свои анклавы. Только вездесущие авантюристы, к чей братии в своё время относился и сам капитан, сподвиглись открыть здесь своё отделение. Ну как, открыть… скорее уж оно само как-то сорганизовалось в единственном городском трактире, причём без ведома на то основного офиса из столицы. И не факт, что большие шишки вообще в курсе существования этого литлтаунского анклава негодяев, забулдыг и сорвиголов всех мастей. Из достопримечательного же городок мог похвастаться только относительной близостью к одному из эльфийских лесов, вот только это совсем не положительная черта для большинства представителей разумных рас, а, скорее, наоборот. Впрочем, капитана городской стражи всё это не особо волновало. Он честно тянул свою лямку, поддерживая порядок и в без того спокойном городке, дожидаясь момента, как сумеет уйти на заслуженный отдых. Осталось только разобраться с непонятным нарушителем, а там уж либо пиво снова в горло попросится, либо можно будет пойти и вздремнуть в своём кабинете, не жизнь, а самая настоящая сказка. – Ти, розбійник, признавайся, зачем в фонтан поліз?!?! – грозно насупив брови, властно вошёл в допросную капитан, ради хохмы и полноты эффекта изобразив акцент укрских варваров-свинолюдов, отличавшихся особой любовью к капанию морей, и особой жестокостью к тем, кто не верил в их воистину фантастические способности по изменению ландшафта. Вот только от увиденного орк сначала растерялся, а после, и вовсе, позвоночником почувствовал пробирающий до печенок сакральный ужас. И нет, дело было не в уныло сидящем перед деревянным столом юноше. Точнее, не совсем в нём, а в той вещи, что это парень держал в руках, но поспешил припрятать, как только капитан отворил дверь. Прямоугольная пластина из неведомого метала, на одной из граней которых проступали светящиеся картинки. Когда-то очень давно по людским, да и орочьим меркам, зеленокожий страж видел нечто подобное. Видел, в руках призванного из вне героя. – Да чтоб меня в эльфийский лес утащило… – едва слышно пробормотал капитан, но, переборов дрожь и неожиданно заболевший живот, взял себя в руки. Сейчас он просто обязан вести себя уверенно, но при этом максимально прилично. Во имя Литлтауна, и всех населяющих его жителей. Ибо сидящее сейчас перед ним существо, в теории, было страшнее всех монстров, демонов, некромантов, драконов, эльфиек и свинолюдов вместе взятых, даже если у последних отнять горілку с последним шматом сала, предварительно отвесив знатного пинка. У тех силы были ограничены хоть какими-то законами логики и морали, в отличие от так называемых… героев. – Эээ, прошу прощения! Вы тут, уважаемый, ещё немного посидите, а я сейчас вернусь!!! Эльфийской стрелой вылетев из помещения, капитан на всей доступной ему скорости побежал в сторону своего кабинета. Ведь именно там хранилась та сама вещь, что могла помочь избежать катастрофы, а именно – фолиант с так сейчас необходимыми орку знаниями и инструкциями. – Том, Том, стой! – чуть не налетев на неожиданно вышедшего из-за очередного витка коридора писаря, командир стражи решительно схватил молодого парня за оба плеча, несильно их сжав для больше доходчивости. – К-капитан Горгуц! – воскликнул безусый худоватый юноша, облачённый в безразмерную черную мантию, доставшуюся тому от отца-библиотекаря. Что поделать, город не очень большой, семейные связи и подряды тут ценились, как нигде. Да и альтернативы особо то, как таковой, не было. – Вот, как приказали, иду в допросную для записи взятия показаний. – Забудь, это сейчас уже не важно! – торопливо заговорил орк. – Беги ко входу и сиди там! Никого не пускай. Если начнут бухтеть, скажи, что моё личное распоряжение. – Совсем никого не пускать? – как и любой любящий подумать и почитать юноша, Том имел особую страсть к задаванию вопросов не глупых, но произнесённых весьма не к месту. – Даже если пожар, не пускать? А что тогда сказать виконту, если он соизволит нанести визит… – Бегом! – развернув паренька спиной к себе, капитан придал тому ускорения лёгким толчком и зычным криком. – И чтоб никого, пока я сам не выйду! Убедившись, что писарь поспешно удалился в нужную сторону, Горгуц снова прибавил шагу. До кабинета осталось всего ничего, но это не значит, что сидящий в допросной «гость» не решит прогуляться прямо сквозь стену, переменив одну из своих раздражающих каждого честного разумного способность. И ищи его потом по всему городу… – Так, где же оно?! – ворвавшись в кабинет орк начал судорожно искать. Искать, но не находить, ибо книги со странным названием, которую капитан за двадцать лет службы так ни разу не удосужился открыть, на столе, в ящиках или же полках попросту не было. Дошло до того, что командир начал буквально вываливать всю имеющуюся у него макулатуру на пол, это то ему и помогло. Скосив глаза от россыпи приказов, жалоб и предложений, Горгуц зацепился взглядом за подозрительно торчащий из-под шкафа книжный корешок. «Оно…» – выдохнул начавший немного переживать орк, прочитав часть видимого названия. – «Эльфов шкаф качаться начал ещё лет десять назад, мда… надо бы у столяров новый заказать. За счёт городской казны…» Наклонившись и выдернув из под ножки тут же недовольно затрещавшей и опасно накренившейся мебели книгу, командир сдул, а после и стряхнул с неё приличный слой пыли вперемешку с кусками мышиных испражнений. «И кота надо завести» – продолжил про себя подсчёт несвоевременных, но крайне необходимых трат орк. – «Тоже за счёт казны». – Герои для чайников. Инструкция для безопасного применения и эксплуатации, – прочитав название в слух Горгуц тяжело вздохнул, а после неспешно побрёл обратно в допросную, одновременно начав изучать первые страницы когда-то давно, ещё до начала его службы, присланного из столицы фолианта. И сказанное там капитана несказанно поразило. Хотя бы потому, что уловить смысл написанного он смог только с третьего раза, настолько тяжёл был слог. А такого рода вещи всё орки, как представители одной из самых образованных и интеллигентных рас мира, несомненно уважали. Горгуц тоже уважал, но скорость сейчас была гораздо важнее красоты вывернутого на старый манер энциклопедическо-высокопарного языка. Потому решил не вчитываться во всё по очереди, а перейти сразу к сути. – Коль предстал герой могучий, из тьмы внешней во воле Богинь всемогущих пришедший, окружите его почётом да достатком царским, – начал читать в слух, пока шёл, командир, ибо на слух подобный текст воспринимался в разы легче. – Пусть сама дщерь владыки с ним сидит и оказывает почёт великий, коль будет ликом ладна, да фигурой усладана взору. Но коль страшна она, аль нет дщерей у правящего мужа, зовите служанок сомн, и сомн придворных дев, несущих бремя красоты. От прочитанного орк чуть не споткнулся, а потому замер, начав судорожно обдумывать узнанное. Дщерь, тьфу… то есть дочь у виконта действительно была, но вот внешностью она обладала на любителя, мягко скажем… мальчишеских форм. Нет, девушкой она была хорошей, люди её любили и за глаза называли принцессой Литлтауна, но согласно инструкции явно не подходила для обхаживания героя. Да и не было её сейчас в городе, как и всех её ликом пригожих служанок. Все отбыли на званный вечер в соседние владения, в поместье оставив вместе со стариком-виконтом только старшую горничную. А эта дама «старшей» была во всех смыслах, ибо службу свою начинала ещё при правлении отца нынешнего правителя. Искать же и уговаривать красивых девушек в городе явно не вариант, ибо долго, да и мало осталось одиноких красавиц. Почти все разбрелись по свету в поисках лучшей доли. Потому следует просто продолжить чтение, вдруг дальше будет сказано нечто важно, несомненно в ситуации Горгуца полезное. – Пусть девы эти героя дразнят несомненно, себя лаская невзначай, общают грёзы все да наслажденья мира ему на блюде тела своего передоставить, – продолжил читать командир стражи, вот только смысл, но не суть прочитанного, понимал всё меньше и меньше. – Но в истины момент пусть не даются, а руки шаловливые тянуть начнёт, так сразу отвесают ударом резким по лицу ладонью, под визг свой наимерзейшем тоном произнося: «Дурак!» иль «Извращенец!». Пусть пребывает в вечном возбуждении, так роль свою исполнит лишь охотне да поспешно. А роль эта такая, владыку демонов вредного, аль злодея тёмного сразить, коль нет таких, и в мире всё спокойно, измыслите всё сами, пусть даже это будет ложь аль инсинуация зловредная. В награду обещайте что угодно, хоть трон свой, хоть дщерь, жену свою с племянницу в придачу, хоть путь домой ему открыть, не поскупитесь. И в замке долго не держите, скорее в путь нелёгкий отправляйте, команду подобрав такую, чтоб по дороге не сгубился, но продолжал в возбуждении пребывать неодолимом. То тактика сия «гаремом» мудрецами названа, герой где с ними, дамами прекрасно-сладострастными, лихими, но одновременно ни с кем. Не больше чем пять минут за ручки подержаться сим спутницам с героем дозволяйте. Пусть ревность изобразят скверную, мешать друг-другу пытаясь постоянно, но на деле не давая лишь герою развернуться, да похоть с возбуждением излить. И держат путь они пусть во владения эльфийские, где благословлён герой навеки Игдрассилем будет, от клятв своих освобождены вы, а зло повержено. Почти дойдя до двери допросной, Горгуц замер. Свободной рукой протерев глаза, перечитал всё ещё раза три, а после, поддавшись наитию, быстро пролистал в самое начало, на титульный лист, где должен был быть указан автор сего весьма неоднозначного опуса. – Третейский советник пятой магическо-исследовательской башни, великий магистр Хеппи'Эльф Эллувиэль, – прочитал орк, тут же с приступом жуткой мигрени поняв, чьи именно уши торчат из-под этих «ценнейших» советов по обращению с героями. Первым его желание было прямо здесь подпалить эту никчёмную книгу от ближайшей масляной лампы, но поборов порыв, сдержался. Пусть эта макулатура и была жутким набором чудовищных в своей сути инсинуаций, но полезные сведенья на своих страницах содержать была должна. По крайней мере, Горгуцу очень хотелось в это верить… Пронзительно скрипнула дверь. Тяжело вздохнув, капитан медленно вошёл в допросную. К его радости, в помещений не произошло никаких радикальных изменений. «Герой» всё так-же сидел за столом, испуганно пялясь на капитана, стены всё так-же стояли на своих местах, целые и невредимые. – Так, – взяв один из стоящих у стены табуретов, Горгуц аккуратно на него сел. Раздался натруженные скрип дерева, но конструкция смогла совладать с навалившихся на неё весом, что лишь ещё больше приободрило взволнованного орка. Ибо уже случались инциденты, когда даже с виду крепкие стулья не выдерживали его могучего тела, отправляя воина в полёт до ближайшей стены. Не хватало только перед «героем» в самый ответственный момент так оплошать… – Я орк простой, как вижу эльфийку, сразу даю дёру до ближайшей крепости, поэтому расшаркиваться не стану, а спрошу прямо… – бодро начав, Горгуц неожиданно замялся. Всё же вот так прямо спрашивать, герой сидящий перед ним человек, или нет, было малость стыдно. Спроси он такое на улице у первого попавшегося прохожего, тот только пальцем у виска покрутит, недовольно сплюнув. С другой же стороны, он был капитаном стражи, а значит просто обязан докопаться до истины. Хотя бы ради собственного благополучия. – Ты герой? – Эм… – парень, и без того прибывающий в крайне нервном расположении духа, замялся, собираясь с мыслями. И пока он подбирал слова для внятного ответа, капитан решил внимательнее его рассмотреть, всё же не каждый день видишь перед собой призванного из вне «героя». Вот только ничего особо героического орк разглядеть так и не сумел. Только странного кроя богатая одежда, предназначенная для гораздо более холодных мест, худое бледное лицо, блеклый, полный усталости взгляд карих глаз с явно выделяющимися под ними тёмными мешками, да короткие волосы землинистого цвета. – А можно, я лучше домой пойду? – А… ну… хм-м… – не ожидавший такого ответа орк немного растерялся. Даже начал поглаживать свою короткую, заплетенную в косу на гномий манер рыжую бородку, с вплетенным в неё крысиным черепом. Ну, а что поделать? Подарок от дочурки. И она всегда очень расстраивалась, если не видела на нём этой своеобразной побрякушки. – Иди, если знаешь куда. Только сначала штраф в пять медяков заплати за то, что в фонтан залез. – Я не лез, – отвёл взгляд парень. – По улице шёл, никого не трогал, потом как-то раз, и уже ноги в воде, а перед носом какая-то странная статуя бабы в доспехах. – Эта странная баба – почтенный рыцарь Виржиния Кисслес, герой нашего города и близкая подруга дочери виконта, – хмуро сдвинул брови орк. – И тебе, парень, лучше с ней даже не пересекаться. Я это тебе, как уже давно остепенившийся орк советую. Мне то с ней рядом, не смотря на статус, находиться страшно, а уж ты… – но поняв, что разговор уходит явно не в то русло, со стуком опустил на стол написанную явно эльфийской рукой «инструкцию». – Так, ты мне зубы то не заговаривай! По лицу вижу, что не местный ты. В последние месяца три к нам караваны торговые не приходили, а одиночки или малые группы до нас просто не доходят при всём желании, особенно мужчины. Признавайся давай, что герой. Всем только легче будет. – Не герой я! – как можно более честнее выдавил из себя несчастный задержанный. – Ничего героического за свою жизнь точно не совершил. Ну, только как-то гамал почти два дня без перерыва… это считается? – Гамал? – не понял смысла диковинного слова орк, а после, наклонившись ближе под пронзительный скрип табуретки, тихо уточнил: – В смысле рукоблудил? – Н-нет… – для придания своим словам ещё большей убедительности, парень аж головой замотал из стороны в сторону. Его вообще крайне напрягала вся эта ситуация, похожая на затянувшуюся, уже давно не смешную шутку, но подобные вопросы от жуткого зеленокожего амбала в средневековом доспехе его напрягали ещё больше. – Точно?! – надавил капитан, но вскорости отстранился, снова сев ровно на свой табурет. – Так всем и говори. А ещё лучше, если спросят, всем рассказывай, что хочешь стать магом. Тебе же ещё нет тридцати зим? – Нет, – ответил парень. – Вот пока тридцати нет, всем так и говори. Целее будешь, – поучительно закончил орк. – Ладно, суккубе под хвост все эти бредни, сейчас надо о важном разговор вести. – Это же не флешмоб какой, да? – прежде, чем капитан продолжил, дрожащим голосом спросил его невольный собеседник. – И не шутка? А то я сейчас точно не на своём языке разговариваю, словно на родном. Жуткое ощущение… словно вышмат вперемешку с сопроматом неожиданно стали понятны. Ещё и кожа эта зелёная с клыками почти у каждого второго… – Да, это не шутка, – честно ответил Горгуц на единственный вопрос, который понял. Смысл остальных иномирных слов благополучно ускользнул от честного орка. – Богини мне в свидетели, я сам был бы несказанно рад, останься ты там, откуда явился. И не надо часто упоминать про клыки и оттенок кожи, это неприлично, – потерев глаза своими большими, словно сосиски, пальцами, командир стражи продолжил более мягким тоном. – У нас будет долгий разговор. Моё имя – Горгуц Мак'Гурук'Кряка, капитан стражи Литлтауна. Ты тоже представься. – Филипов Александр Сергеевич, – назвался парень, после чего, даже сам не зная зачем, достал из кармана чёрную книжечку с изображённой на ней короткой буквенной аббревиатурой. – В институте учусь. – Ага, институт, значит… – честно попытался понять, что это такое орк. Но на ум приходила только аналогия по типу проститука-институтка. – И давно в публичные дома начали учеников брать? – Так, всегда же брали, – про себя решив, что институт вполне тянет на определение места публичного, ответил Александр. – Вот, у меня даже удостоверения есть, что я в нём учусь. – Поверю на слово. Но лучше ты сильно не распространяйся по поводу того, где и на кого учишься, – не стал даже прикасаться к протянутой книжечке капитан. Он вообще был широких взглядов, уважал почти все профессии и расы, но к таким заведениям приближаться, как и любой благовоспитанный орк, не собирался без веской на то причины. Правда о некоторых вещах, как мужчина, не спросить просто не мог: – А как там у вас в публичном доме с эльфийками дела обстоят? У нас редки заведения твоей э-э… направленности, но в столице есть, по слухам, пара мест. Но после того, как возмущённая временем и расценками толпа лесных странниц взяла одно из них штурмом, на порог их больше вообще нигде не пускают. – Эльфийки? – переспросил студент, убирая книжечку-билет обратно в карман. – У нас их нет. Только люди одни. А тут что, есть эльфы?! – Райское местечко, – через силу подавив в душе приступ чёрной зависти, пробормотал Горгуц. – Сразу понятно, что из внешних миров пришёл. И да, у нас есть… эльфы. Даже целый эльфийский лес всего в дне пути. Но лучше давай перестанем кликать всякое разное, и поговорим о тебе и твоём положении, Филип. – Кто? – на всякий случай даже поискал взглядом в комнате третьего человека Александр. – А, прошу прощения, я невольно исковеркал твоё имя на местный манер, Филипов, – виновато улыбнулся орк. – Это не имя, – недоуменно сказал парень. – Моё имя Александр. Саша, если коротко. Филиппов – фамилия. Сергеевич – отчество, – но видя растерянность во взгляде зеленокожего собеседника, разложил всё по полочкам так, чтобы даже ребёнок понял. – Александр, сын Сергея из рода Филипповых. – Ох, так вы из дворянского рода? – приосанился Горгуц. – Тогда прошу простить за мою излишнюю фамильярность. – Нет-нет, не стоит! – моментально отказался от своего благородного происхождения парень, понимая, что просто не сможет соответствовать подобному социальному положению. Порода не так, как и воспитание. Не по Сеньке шапка, одним словом. – Я не дворянин. На моей родине знатных людей уже давно не осталось. Всех истребили. Я простой мещанин, из семьи вольных граждан. – Да… из странного места ты пришёл, господин герой, – тяжело вздохнув, снова осел капитан на несчастный табурет. А после медленно, словно сомневаясь, открыл лежащую перед ним книгу. – Но, я же не герой, – попытался было отказаться от такой «почётной» роли Саша, ибо до его расшатанных всем произошедшем мозгов начало вдруг доходить, что он оказался в крайне непростой ситуации. Пусть опыт просмотров десятков и сотен тайтлов твердили, что иссекай – это просто отлично, методы рационального мышления подсказывали, что всё далеко не так радужно, как бы ему, невольному попаданцу, хотелось. Да начать можно было бы хоть с того, что он не обычный японский школьник, а самый настоящий обычный российский студент. Детище ранней постсоветской эпохи, выходец поколения Y. А у таких просто нет веры в хороший исход. Им ближе ужас без конца или ужасный конец, но никак не положительное развитие событий. Даже в ярком мире дружбы и говорящих пони они видят удушающую хватку подступающего гримдарка… хотя всё равно хотят в этот радужный мир попасть, глубоко в души надеясь на тот самый, счастливый конец. – У меня никаких талантов нет. Ну, кроме бессмысленного прожигания жизни за чужой счёт. – Подожди, мы это сейчас и определим, – листая книгу, ответил попаданцу капитан. – Всё по научному, по трактату. Ага, вот оно… как говоришь, тебя зовут? – Саша… то есть, Александр, – послушно повторил парень своё имя. – Точно?! – нахмурился орк, вчитываясь в ему одному видимый текст. – Не Сато Казума, Субару Нацуки, Сатору Миками или иными странными именами? – Э-э-э… – от перечисления явно японских имён, собеседник орка впал в лёгкий ступор. – Нет. Вот, даже документ есть, что я – это я! С этими словами парень снова достал свой студенческий билет, но от его вида Горгуц лишь поспешно отмахнулся. В конце концов, он был порядочным женатым орком, и трогать такие вещи было против его высоких моральных принципов. Пришлось поверить человеку на слово. – Ладно, странные имена лишь один из не самых главных признаков, – пробурчал капитан себе под нос продолжая читать и с трудом для себя переводить высокопарный текст древней по людским меркам инструкции. – Так… тёмные волосы, тесные глаза, – оторвав взгляд от текста, орк довольно осклабился. – Ну вот, с этим почти полное попадание! Правда лицо у тебя не жёлтое… да и не особо плоское. Эльфийку мне в жены, как же всё непросто! Так, а любимое блюдо у тебя какое? – Мясо по французски, – тяжело вздохнул парень, после чего оперся о столешницу правой рукой, лбом уткнувшись в собственную ладонь. – И шашлык. О, ещё салат оливье. – Может, всё же, рис? – снова попытался уточнить Горгуц, вчитываясь в строки фолианта. – Или карри? – Нет, именно шашлык и оливье, – разбил все доводы несчастной книги Александр. – Хм… да, но очень похоже на героя, – после недолгих обдумываний, согласился со своим собеседником орк, раздражённо поведя плечами. – Но это ничего не меняет. Героя определяют его до ужаса раздражающие способности, а не внешний вид. Ну и… ещё парочка не менее раздражающих вещей. Так, тут ещё что-то по этому поводу было, – перелистнув ещё страницу, капитан погрузился в чтение на целые пять минут, во время которых Саша так и не решился его потревожить, сидя на своём месте тише воды и ниже травы. – Ага, так, если я правильно всё понял, то тебя должен был сбить некто… Грузовик-кун. Уж не знаю, что это за чудовищная тварь, но герои, согласно книге, попадают к нам из внешних миров именно так. – Нет, грузовик меня не сбивал, – снова тяжело вздохну, парень решил дальнейший разговор взять в свои руки, радикально его сократив. – И я не умирал. Богинь, богов, ангелов или иных странных существ не встречал. Способностей на выбор они мне не давали. Волшебных мечей и прочих артефактов не трогал, в игры не играл, к капсуле виртуальной реальности не подключался. В слизь, паука, лиса или иную жуткую жуть, как видите, не превратился. Не герой я, одним словом. Даже немного жаль, но нет, пусть вашего тёмного лорда, владыку демонов и прочих злодеев карает кто-нибудь другой. На эту тираду Горгуц ничего не ответил, лишь с большим упорством начал вчитываться в книгу. И так, листая страницу за страницей, главу за главой, командир стражи не осилил зубодерительного текста, попросту захлопнув фолиант. – Ох, вижу, ты необычайно мудр, хоть и всего лишь ученик публичного дома, – потирая ноющие глаза, с толикой уважения в голосе пробормотал орк. – Скажи, откуда ты узнал о написанном в этой книге? – Штампы, ничего более, – сложив руки на груди, с толикой самомнения откликнулся о себе Александр. – Посмотри ты столько же аниме, сколько и я, разбирался бы в подобном не хуже. – Я запомню твои слова, – поглаживая бороду-косичку, степенно ответил капитан, хотя из сказанного понял от силы половину. – Но это всё равно не гарантирует, что ты не герой. И да, сейчас в мире довольно спокойно. Кого-то страшнее эльфийской лучницы за пределами городских стен встретить довольно сложно. – Правда?! – возбужденно воскликнул парень, у которого явно отлегло от сердца. – Это хорошо. Раз злодеев нет, то и мир спасать не надо. Тогда просто домой верните, буду очень вам за это благодарен. – Да, вернуться домой – это всегда хорошо, но есть загвоздка, – почесав щеку, поднялся на ноги орк. – Я простой капитан стражи маленького города, что расположился на краю обжитых земель. У меня нет власти вернуть тебя туда, откуда ты явился. – Это плохо… – снова разнервничался Александр, да так, что невольно начал постукивать по полу подошвой правого ботинка. – А в столице смогут меня домой отправить? Или в какой-нибудь другой стране? Должны же быть у вас могучие и знающие волшебники, раз даже мануал о иномирных героях написали. – Да, такие есть, – степенно кивнул орк. – Но не думай, что они будут тебе помогать запросто так. Раз ты не герой, боюсь, тебя даже на порог к таким влиятельным господам не пустят. Родной дом же ты сможешь увидеть только в грёзах. – Но… как же… – ещё сильнее помрачнел и без того бледный юноша. – Но родители, сестра, друзья, родные… у меня ничего нет. Что мне… что мне делать? Казалось, что ещё немного, и парень расплачется самым горьким образом. Горгуц же не любил соплей, особенно чужих. Перед женскими слезами он терялся, мужские его раздражали, но и не посочувствовать невольному страннику меж мирами он попросту не мог. Обстоятельства таковы, что и сам капитан бы пустил скупую орочью слезу, окажись он на месте собеседника. – Для начала, постарайся держать себя в руках, – наконец заговорил Горгуц. – Ещё не всё потеряно. Твои героические силы, быть может, просто ещё спят. Или же ты просто не разобрался, как ими пользоваться. Да и не по орочьи это, вот так оставлять в беде, – обдумывая что-то, капитан замолчал на пару мгновений, но после продолжил более уверенно, словно для себя уже всё решил. – Смотри, человек, я даю тебя два варианта. Либо мы прощаемся, и ты уходишь на все четыре стороны, либо ты остаёшься, а я помогаю тебе встать на ноги. Не за просто так, конечно. Будем пытаться раскрыть твои скрытые героические таланты, а если таких нет, то просто научим тебя жизни, поможем найти своё место в этом мире. Будет непросто, но народ Литлтауна добр, если не опустишь руки, пропасть не даст. Ну, что выбираешь? – Будто у меня есть выбор… – внимательно выслушав капитана стражи, парень за несколько глубоких вздохов смог привести себя в относительный порядок. – Я… я прошу у вас помощи. И буду благодарен, если приютите. В свою очередь постараюсь отплатить, чем смогу. – Вот это правильно! – обойдя стол, несильно хлопнул Сашу по плечу орк, довольно при этом осклабившись. Правда парня от удара чуть со стула не сбросило, но это уже лирика. – Тогда идём. Покажу тебе место, где сможешь жить, пока на ноги крепко не встанешь.

***

– Послушай парень, – как только орк с человеком покинули сначала допросную, а затем и здание стражи, негромко заговорил Горгуц, щурясь от яркого закатного солнца. – Пока не убедимся, что ты герой, постарайся об этом слишком сильно не распространяться. Народ у нас хороший, но вот языком любит почесать после кружки-другой доброго пива. Слухи заживут своей жизнью, привлекая к тебе лишнее внимание. А если о тебе виконт прознает, то точно жди беды. – Что, такой нехороший человек? – обеспокоено поинтересовался попаданец, грудь которого и так горько сжималась от всего навалившегося. И только конфликта с местной знатью ему не хватало для полного счастья. – Тогда, может, лучше мне уйти? – Не переживай, он хороший правитель, не самодур, – отмахнулся командир стражи. – Но в возможность заиметь зятя-героя вцепиться, как голодный мимик в авантюриста. У него как раз и дочка вполне себе брачного возраста по человеческим меркам. Совсем недавно шестнадцать зим отпраздновали. А тебе, к слову, сейчас сколько? – Двадцать три, – честно признался Александр, которого весьма заинтересовал возможной брак с самой настоящей дворянкой. Не принцесса, конечно, но для человека, особо женским вниманием не обделенного, почти что сказка со счастливым концом! – И почему же брак с дочкой градоправителя – это плохо? Как по мне, звучит весьма заманчиво! – Хех, молод ты ещё, – осклабился Горгуц, снова чуть не уронив своего собеседника лицом в брусчатку поучительным похлопыванием по плечу. – Не стремись в клетку семейной жизни, пусть и золотой, будь вольной птицей, пока можешь. Однажды та самая женщина всё равно тебя найдёт, скует оковами брака, заставляя исполнять супружеский долг, но лучше этот миг не торопи. – А-га, понял, – выслушав зеленокожего философа, парень саркастично покачал головой. – А если без холостяцкой мудрости? Ничего не имею против одиноких мужчин, сам такой, но чем так плоха женитьба на виконтше? – Тем, что в этом мезальянсе у тебя не будет права голоса, – начал поучительным тоном объяснять орк. – Будешь не больше, чем дополнение к супруге, особенно в глазах знати. Просто ценная фигура в их интригах, которую попытаются либо переманить, либо убрать. И это только при условии, что ты действительно герой. Если же нет у тебя никаких талантов особых, то виконт может очень сильно расстроиться. Это же чревато потерей, в лучшем случае, свободы. В худшем – головы. – Подожди, ты же сказал, что он хороший правитель! – снова чуть не подсел на измену пока что не состоявшийся герой. – Хороший, да, – чинно покивал Горгуц, продолжая вести Александра за собой по полупустым улочкам. – Но после прошлогоднего скандала с расторгнутой помолвкой – гневливый. И лучше на глаза ему в такие моменты не попадаться. – Неужто дочку виконта отвергли в грубой форме? – поинтересовался Александр, которого весьма заинтересовали семейные дела возможного будущего зятя. – Нет, конечно нет, у Дориены де Литлтаун всё замечательное, отрада своего старика-отца, – остановившись у одного из двухэтажных каменных домиков, весьма красивом на вид, но мрачноватом, прояснил вопрос командир. – Просто у виконта есть наследник… в смысле, был наследник, пока одно ужасное происшествие в день помолвки не поставил на жизни парня эльфийский крест. После этого в город остроухих я и не пускаю под страхом общественных работ, приказ виконта. – Ого, а можно поподробнее? – захотел узнать подробности жизни местных сливок общества Александр. – Нет, это длинная история, а у меня ещё много дел, – покачал головой Горгуц, после чего пальцем ткнул в сторону дверей дома, около которого они остановились. – Тут жить будешь, по крайней мере, пока. Хозяин, Гром, мой братишка. Вместе мы вступили на дорогу приключений, но потом мне подстрелили колено, а ему… ох, бедняге вообще хребет сломали. – Как он тогда выжил? – ошарашено покосился на дверь попаданец. – И как живёт то, со сломанным хребтом? – Поверь мне, с трудом, – снова попытался было хлопнуть парня по плечу орк, но на этот раз просто руку опустил. – Гром всегда был сорви головой, жил одним днём, вечно бросал вызов судьбе, пока одной злополучной ночью на постоялом дворе торгового тракта его по пьяни не потянуло поспорить с каким-то купцом на кошель полновесных золотых. – И… что в итоге? – после непродолжительного молчания поторопил погрузившегося в бездну воспоминаний орка его юный собеседник. – В чем была суть спора? – Кошель он выиграл, – продолжил рассказ командир стражи. – Но в итоге нам с парнями пришлось его отбивать у темноэльфийской ведьмы. И произошло это не сразу, поиски заняли целых две недели. Ох, это была страшная битва, поверь, но страшнее всего то, что стало с моим братишкой. Он никогда не рассказывал о том, что пережил, просто начинал плакать и нести какой-то бред про «госпожу», и что сну-сну пять-семь раз в день это слишком, даже для орка. Сам всё увидишь. И да, не упоминай при нём о эльфах, особенно о дроу. – Так… в чем была суть спора? – когда Горгуц начал подходить к двери, снова спросил Александр, внутренне содрогаясь от самого факта присутствия в этом мире таких существ, как тёмные эльфы и их паучей Богини. Как говорится, славься великая Ллос, да убереги нас от детей своих. – Гром поспорил, что не испугается заигрывать с эльфийкой, – договорил орк, после чего громко стукнул в дверь четыре раза. – Он и не испугался… Пока невольный путешественник по мирам переваривал слова орка, из дома послышались тяжёлые шаги. – Минуточку, господа-с! – глухо отозвался мягкий, полный податливости голос, а в следующий момент двери отворились, выпуская на порог своего хозяина. – О… – невольно вырвалось изо рта попаданца, когда он понял, что из себя представляет его возможный будущий сосед по жилплощади. Да, Саша не разбирался в орках, до сегодняшнего дня он вообще не подозревал о их существовании, и был готов ко многому, но увиденное всё равно превзошло все его ожидания. – Господин-с начальник стражи, чем обязан-с? – вжав голову в плечи, любезно обратился к Горгоцу Гром, являясь живым воплощение самого понятия служебного человека. Эдакий чиновник самого низшего из рангов времён Российской империи. Даже тёмный кафтан с пожелтевшей не то от времени, не то от грязи сорочкой под ним, отсылали Александра к той, знакомой только по учебникам истории и литературы эпохе. И всё бы хорошо, но даже сутулясь, этот орк был выше Горгуца на пол головы, а ладони, которые он смиренно потирал, больше напоминали полотна лопаты своими размерами, про руки же, толщиной в целых две ноги обычного среднестатистического человека, и говорить было нечего. Образ же его заканчивался чёрными, как смоль, кудрявыми волосами, с не менее тёмными бакенбардами, которым бы позавидовал сам Александр Сергеевич Пушкин. – Гром, братишка, чего как не родной?! – в отличии от нервничающего здоровяка, нисколько не переживал командир стражи, смело того приобняв, пару раз хлопнув по широкой спине. – Ну, как сам? Ещё не скис в четырёх стенах? – Как же я могу-с без почтения, господин капитан? – казалось, скуксился ещё больше орк с громким именем, нисколько ему не соответствуя. – Вы-с теперь важный орк, а я так-с, простой деятель искусства. Не смеюсь при чужих-с оскорблять ваш авторитет-с. – А, ты про Алека что ли?! – исковеркав имя, снова повернулся Горгуц к Александру лицом. – Не обманывайся его важным видом, он мой подопечный, а не очередной мелкопоместный засранец из виконтовских гостей. И прошу тебя, братишка, приюти его на некоторое время. – Ну-с, я, конечно, не против, – тактично не стал отказываться Гром, достав из кармана монокль, и, держа его двумя пальцами, начав внимательно названного гостя рассматривать. – Но почему ты решил подселит-с его ко мне? Твой дом-с больше моего, да и семья-с весьма приветлива к гостям-с. – Ах, тут такое дело… – смутился орк, а после что-то активно зашептал своему побратиму на ухо. Из сказанного стоящий немного в отдалении парень уловил только слова: «ученик институки», «публичный дом», а так же что-то об особенностях полового созревания у молоденьких орчих. От услышанного глаза Грома округлились, он неслышно охнул, но после, взяв себя в руки, согласно закивал с самым серьезным видом из возможных. – Ну что, поможешь? – Не вижу причин отказываться, – после недолгих размышлений, согласился орк на просьбу старого друга. – Для меня одного-с этот дом, действительно, великоват-с. Правда в гостевых комнатах я не убирался… довольно долго-с. – Вот и словно! – осклабился Горгуц. – И не переживай по поводу грязи, наш новый друг там приберется сам. – Только тряпки и ведро дайте, – поняв, что от уборку на новом месте не отвертеться, грустно вздохнул несостоявшийся герой. – И бельё постельное чистое, если есть. – У меня есть, – прежде чем Гром успел ответить, подал голос капитан. – В семейной жизни, всё же, есть свои несомненные плюсы! И да, об одежде тоже можешь сильно не переживать, старьевщик мне немного задолжал, как раз руки дойдут взыскать долг. Твои одеяния хороши, но слишком бросаются в глаза. Ещё и меховые, а у нас здесь снега даже в самые холодные «зимы» нет. От слова «старьевщик» Александр скривился, но промолчал. Горгуц и так делает для него, чужого человека, многим больше, чем следовало бы ожидать. И начни парень качать права, то выставил бы себя в крайне нелицеприятном свете. А это чревато потерей даже того малого, что он сейчас имеет. Потерей, в том числе, собственной жизни. Саша же был человеком разумным, а потому решил, что покуда не обвыкнется и не прояснит свой «героический» статус, будет вести себя, как картофельная моль – сидеть тихо, в глаза не бросаться, рубать картоху. – Ладно, обживайся, а мне пора идти, – сделав всё от себя зависящее, начал прощаться Горгуц, в очередной раз хлопнув подопечного по плечу. – Я завтра утром загляну, и до этого момента постарайся по улицам не бродить. Гром, ты тоже не хворай. Как будет время, приглашу в гости на семейный ужин в качестве благодарности. Ты мне сильно подсобил своим согласием приютить паренька. – Пустяки, – слегка улыбнулся орк. – Но буду очень благодарен, если ты уговоришь Дакку приготовить фаршированного скигопрыга по её особому рецепту. – Ахаха, я постараюсь, братишка, постараюсь, – отсмеявшись, направился по улице прочь зеленокожий командир стражи, не забыв на прощание кивнуть и невольному попаданцу. – Дела… – как только Горгуц скрылся за поворотом, тяжело вздохнул Гром, покосившись на своего нового жильца. – Идёмте сударь-с. Я покажу место для сна.