Жажда Перворожденных

Неожиданно для самого себя Александр говорил долго. Говорил подробно, даже красочно. Порождённых воспаленным разумом пожеланий было столь много, что эльфийке пришлось взяться за перо. Хотя, в итоге, всё это словоблудие спокойно сводилось к нескольким довольно обобщённым пунктам, причём друг-другу местами противоречащим. Подобные несостыковки попаданца волновали слабо, зато пыл подозрительной невольницы одного не менее подозрительного работорговца могли поумерить. Пока же парень общался с Феликс, в караване успели произойти важные изменения. Для начала: эльфийские рабыни из «угнетённых» сами превратились в заправских угнетательниц. Сговорившись в цене, они банально выкупили у Себастьяна часть повозок с лошадьми под собственные нужды, после чего и отчалили в сторону родного дома, прихватив богатые живые трофеи. Как ни странно, бандитов забрали не всех. Некоторое количество пойманных осталось не у дел, ибо эльфиечек было раза в полтора меньше несчастных разбойников, а брать на одну прелестницу больше, чем одного пленного, они не захотели. Потому и для дев появилась работа в виде официального заказа на защиту с сопровождением одного урезанного каравана вплоть до городских стен. Плевое дело на несколько часов с не самой высокой оплатой. Мелочь, но приятная. Пришлось, правда, распрощаться с одолженной тележкой, оккупированной нынче разбойным людом, но ходить на своих двоих авантюристам было уже давно не привыкать. Даже несостоявшийся герой, разбалованный цивилизацией, воспринял это весьма стоически. Его больше волновал город, к которому отряд неторопливо, но неизбежно приближался. – Вот он, Брум, – когда оскудевший караван неторопливо выполз из перелеска, подобно жирной гусенице, воскликнула Лютик, указывая на виднеющиеся впереди стены. – Не самое лучшее, но и не худшее место, где мне довелось побывать. – Выглядит внушительно, – осматривая защитные сооружения, что были раза в полтора больше, чем у Литлтауна, пробормотал попаданец. – Обычный провинциальный городишко, ничего примечательного, – хмыкнула бард. – Вот столица да, смотрится внушительно. – Если это «городишко», тогда что такое Литлтаун? – спросил у неё несостоявшийся герой. – Захолустная дыра, – ответила за полукровку лучница, присоединившись к разговору. – Вся ценность которой заключается только в относительной близости к одному из лесов моего народа. И не стоит зазря хвалить человеческих архитекторов, на фоне даже самого захудалого эльфийского селения почти все столицы людских государств смотрятся, мягко скажем, блекло. – О да, именно поэтому ты исходила эти города и страны вдоль и поперёк, а не сидела безвылазно в родной эльфийской деревушке, – с явным привкусом сарказма в голосе заявила Панорамикс. – Именно потому, что я почти во всех из них побывала, мои слова имеют вес, – достойно парировала Сэльдана. – И интересовали меня в первую очередь не сами города, а населяющие их му… кхм… жители. Нам, вечноживущим, порой интересно взглянуть на то, как проводят свой досуг смертные. – Да-да, вот он, вечный эльфийский снобизм! – уже откровенно дурачась, начала подначивать подругу друид. Эльфийка смогла ответить на это лишь молчаливым праведным негодованием, да надутыми от ребячьей обиды щёчками. Так со спорами, смехом и причитаниями отряд вместе с караваном и добрался до городских врат. Время было ещё не позднее, но солнце уже начало ложиться алым полотном на леса, поля, да неровную каменную кладку высоких стен. Что же до самого входа в город, то он был приветливо закрыт. Перед створками не дежурила стража, о пунктах пропуска или досмотра даже говорить не приходилось. – Мы что, опоздали? – поинтересовался у своих спутниц несостоявшийся герой. – Разве ворота не должны быть… открытыми? – Нет, всё так, как и должно быть, – ответила первой Мираэль, смотря на стены. – Тракт, соединяющий Брум с Литлтауном, крайне непопулярное направление. Торговые караваны ходят по нему, если повезёт, пару-тройку раз за год. Одинокие путники и того реже. Не волнуйся, со стен нас заметили ещё когда мы только выходили из леса. И правда, не прошло и пяти минут, как ворота с пронзительным скрипом начали отворятся. Оттуда, явно никуда не спеша, вышло несколько солдат городской стражи во главе с напомаженным низеньким чиновником в тёмной робе. – Деньги за проход будут требовать, – негромко сказала Лютик. – Главное, чтобы по поводу пленных не начали громкие разбирательства проводить, а то можем и до утра тут застрять. – Взятку? – предположил попаданец. – Вот так открыто и нагло? – Нечестивцы при власти только так и действуют, – чуть ли не сплюнула паладин. – Но нет, это не взятка, а официальная плата за вход в казну города. С нас тоже возьмут. – Неужели у тебя на родине за вход в город плату не брали? – спросила Лютик, вопросительно на парня покосившись. – Да и в Литлтауне проход бесплатен только для своих, но не всегда. – Там было множество других интересных налогов, – как можно более уклончиво ответил Александр, стараясь лишний раз вообще не смотреть в сторону своих спутниц. – Но войти в город можно было бесплатно. По крайней мере, мне так говорили. – Какая любопытная страна, – проявила заинтересованность лучница. – Как она называется? За свою долгую, по человеческим меркам, жизнь, я успела много где побывать. И почти повсеместно плату за право войти в город брали нещадно. – Это очень далеко… – припоминая наставления демоницы и Горгуца, отнекивался до последнего попаданец. – Точно не могу сказать где, да и наше самоназвание, вероятно, сильно отличается от общеизвестного… – Так далеко? – нахмурилась Сэльдана. – Неужели дальше даже таинственных земель Ямато? – Ээ-э… – выдавил из себя несостоявшийся герой, краем сознания подмечая знакомое название. – Земли Ямато? Это где самураи, ниндзя и много риса? – Да, в общих чертах, – подтвердила эльфийка. Всё же о тех землях она тоже знала только по слухам. – Неужели ты оттуда? Хотя… не похоже. Там мужчины с узкими глазами, плоскими жёлтыми лицами и совсем уж ничтожного размера чле… – Кхм-кхм! – громко прочистила горло паладин, после чего неодобрительно покосилась на лучницу. До этого молчавшая варварша, закинув могучие руки за голову, начала насвистывать незамысловатую мелодию, изредка постукивая ногой по колесу ближайшей телеги. Телега от такого отношения качалась, словно корабль по волнам бушующего моря. – Так ты из страны, что недалеко от тех таинственных земель? – перехватила разговор Лютик. – Какой он, твой дом? Нам всем интересно послушать. – А с чего такой неожиданный приступ любопытства? – судорожно придумывая если не правдоподобную историю, так хоть отмазку, начал с помощью встречных вопросов тянуть время попаданец. – Ну, мы же с тобой товарищи по команде… – навалилась упругой грудью на его предплечье девушка. –…даже больше, почти друзья. И это немного несправедливо, что о нас ты знаешь гораздо больше, чем мы о тебе. Просто пойми, ты нам нравишься как спутник, устраиваешь в роли члена отряда. А о том, что нам нравится, мы хотим узнать как можно больше. Тем более, это вопрос доверия, не находишь? – Да-да, понимаю… – излишне нервозно ответил несостоявшийся герой, имея при этом вид столь жалко-растерянный, что девушкам его стало на мгновение даже немного жаль. – Я уже говорил при первой нашей встрече, что из очень далёких земель. И да, о так называемом Ямато тоже слышал. Пусть и немного под другим названием. Моя страна граничит с их островами. Что же до описания… ну… у нас большая территория, много медведей, снега и плохие дороги. – О, я что-то такое слышала! – подала голос друид. – Земля ледяных ведьм, говорящих пьяных медведей и беспросветной тирании. Как же там было… что-то на г. Гор… Гарг… Гардарг… – Гардарике, – невольно выпалил Александр, у которого в голове всплыли передачи с ютуба о «настоящей» истории Руси, которой, как утверждали ведущие, не менее десяти тысяч лет... – Точно, оно самое! – благодушно хлопнула в ладоши Панорамикс. – Далеко же тебя, друг, от родных земель забросило. Как ты вообще очутился в таком месте, как Литлтаун? – Сам не понимаю, – сказал правду попаданец, тяжело вздохнув. – Шёл домой, а оказался в фонтане напротив статуи. И даже не знаю теперь, как домой попасть. Если честно, о ваших землях я никогда в жизни не слышал. Эльфы вообще были для меня персонажами из сказок. – Ох, бедняжка, – чуть ли не сочувственно заурчала полукровка приятным тембром, поглаживая несостоявшегося героя по плечу. – Тогда понятно, почему ты так странно себя вёл всё это время. – Быть от дома так далеко и не знать, хватит ли отведенного времени успеть повидаться с близкими, – лучница скорбно покачала головой. – Это так трагично, смертный… – Не переживай, думаю, у тебя всё получится, – как можно более тепло улыбнулась друид. – Но если что, мы всегда готовы скрасить твоё одиночество. – Суук не оставила тебя, раз свела с нами! – латная перчатка крепко легла парню на плечо, после чего поддерживающе сжалась до лёгкого онемения в конечности. – Клянусь, в час нужды и печали я покажу тебе тепло и поддержку истинной веры! – Когда племя далеко, это грустно, – пара слов нашлась и у варварши. Может, не самые правильные, но она искренне хотела помочь. – Если одна семья далеко, всегда можно найти семью поближе! Это утешит и согреет, как шкура выпотрошенного саблеклыка. – Да… спасибо… – неожиданно даже для себя, шмыгнул носом несостоявшийся герой. Слова эльфийки оказались самыми болезненными, буквально подчерпнул с изнанки разума гнетущие мысли. Ведь, и правда, а если он просто не успеет? Найдёт путь домой, но придёт уже слишком поздно? Чужой в этом мире, но уже потерянный и ненужный в том. Страшная, невероятно грустная судьба, от которой слезы сами собой на глазах наворачивались. – Спасибо… шмыг… я… ох, что-то глаза слезятся… Так он стоял некоторое время, борясь с болью в сердце, пока их не вытеснило другое, более яркое, встряхивающее, но не особо приятное чувство, навеянное извне. – А где твой ездовой медведь? – совершенно буднично поинтересовалась бард после продолжительного сочувственного молчания. – Прости, что? – утерев рукавом влагу, ошарашено спросил Александр. – Я не совсем расслышал. – Ездовой медведь, – повторила уже друид. – По официальным слухам, у каждого жителя Гардарике есть собственный ездовой медведь. Весной, на совершеннолетие, каждый гардариканец идёт в дикие земли, где должны бороться со зверем, чтобы либо приручить его, либо бесславно сгинуть. – Это бред! – хотел уже было воскликнуть несостоявшийся герой, но вовремя спохватился. Это для России такое являлось бредом, а вот для странной фэнтезийной страны… не факт. В мире, где из-за небольшого гендерного перекоса сексуально озабоченные эльфийки охотятся на бандитов, возможно и не такое. Тут играющий на балалайке медведь в шапке-ушанке может быть вполне привычным явлением, а не продуктом домыслов или пропаганды. И что вообще значит фраза: «по официальным слухам»?! – Ну… всё не совсем так. На медведя ходят по желанию… если хотят поднять свой статус или выделиться. Обязательно это только для благородных. Но им намного проще. Буквально с пелёнок их к такому готовят. Я же самый обычный человек не благородного сословия. Простой парень из свободных городских жителей. – Институт?! – неожиданно брякнула эльфийка, от чего на неё все девушки крайне неодобрительно покосились, но погружённый в плетение полотна правдоподобной лжи попаданец этого не заметил. – Да, я учился, – подтвердил он. – Но не думаю, что приобретённые мною знания будут вам, как авантюристам, сильно полезны. – Ох, не стоит быть настолько категоричным, дорогуша, – озвучила Лютик общее мнение женского коллектива после непродолжительного задумчивого молчания. – Любому знанию можно найти… вполне достойное применение. Если не возражаешь, мы с радостью воспользуемся всем… что ты нам можешь предложить. – Ох, я только за! – мысленно обрадовавшись, что обман удался, облегченно улыбнулся попаданец, даже не подозревая, что от незамедлительной сексуальной эксплуатации его спасает только близость городской стражи, закончившей творить перипетии торговцу эльфийским деревом. И сейчас служители правопорядка, во главе с чиновником, направились прямо к ним. – Итак, очередная группа авантюристов, – устало процедил крючкотворец, окинув всю компанию неодобрительным взглядом. Особенно женскую её часть. Особенно ту, что с заострёнными ушами. – Скоро придёт время закрывать врата, поэтому предлагаю побыстрее со всем этим закончить. Ваши ранговые плашки, пожалуйста. И если девушки без вопросов начали снимать со своих шей искомые серебряные жетоны, то у попаданца с этим возникли небольшие проблемы. Свою деревяшку он ещё на третий день путешествия благополучно убрал в котомку, ибо носить подобное на груди было, мягко скажем, неудобно. – Защити меня Абадар… «Отчаянные девы» собственной персоной! – воскликнул чинуша, одновременно отпрыгнув от авантюристок настолько стремительно, что начнёшь невольно уважать этого уже немолодого разумного за столь хорошую физическую форму. – Скажу сразу, в пределах города власти не потерпят ваших изощрённых истязаний, пусть даже над плененным разбойником! – А у нас есть пленные? – всё продолжая выискивать свою плашку, удивлённо поинтересовался Александр у стоящей рядом с ним эльфийки. – Он думает, что это ты, – тихо ответила ему Сэльдана. – Глупые смертные привыкли, что мы долгое время были исключительно женской группой, вот и позволяют себе нести околесицу. Не обращай внимания. – Угу, – не стал спорить попаданец, таки отрыв со дна своё деревянное удостоверение личности, после чего и протянул его удивлённо на него вылупившемуся чиновнику. – Вот, прошу. – Что это? – подозрительно нахмурившись, взял в руки искомое мужчина. Впрочем, изучал он предмет недолго… – Что за нелепость?! Хотите сказать, что этот парень имеет детский ранг?! – Да, именно так, – тяжело вздохнув, ответила Лютик. – На то есть свои причины. – Мне не интересны ваши отговорки, – отмахнулся чиновник, презрительно выпятив нижнюю губу. – Всё это выглядит крайне подозрительно. Группа чуть-ли не бандиток с отвратительной репутацией, взрослый лоб, «добровольно» с ними путешествующий, так ещё и с детской висюлькой вместо нормального удостоверения личности! Нелепость! – Какие-то проблемы, уважаемый? – пока всё были отвлечены на беснование превратного крючкотворца, подошла к нему со спины Феликс. – За этих разумных готов поручится господин Перейра и просит принять небольшой подарок в знак извинения за введения вас, многоуважаемого служителя закона, в заблуждение. В тот же момент, словно по дуновению ветра, небольшой мешочек из её рук перекочевал в потные ладошки излишне крикливого мужчины. Сопровождающие чиновника стражники в этот благостный миг ретиво сделали вид, что смотрят в какую угодно сторону, но только не на своего шефа. – Ох, и верно, – мгновенно «подобрел» чинуша, благодушно принимая подарок. – День сегодня был тяжёлый… ещё и эти негодяйки ввели меня в заблуждение. Как хорошо, что господин Себастьян милостиво указал на мою маленькую оплошность. Рабыня, передай ему мою искреннюю благодарность. – Как вам будет угодно, – поклонилась эльфийка, и не поднимая головы, торопливо, но весьма изящно удалилась. – Ну, так че, долго тут стоять будем? – рявкнула варварша, недовольная этим бессмысленным препирательством. – Я хочу сладко жрать и вкусно спать, а не пялиться на твою плешивую голову, малявка. – Эльфовы варвары… – скривился чинуша, но таки поманил девиц рукой к себе поближе. – По пять медников с носа, и можете проходить. – Пять?! – неожиданно возмутилась друид. – В прошлый раз было три! – Ваши какие угодно разы меня мало интересуют, – фыркнул мужчина. – Пять монет, не меньше. С вашего спутника, так и быть, четыре. Судьба явно была к нему не особо милостива, раз находится в вашей компании. На том и сошлись. Авантюристки злобно смотрели на чиновника, крючкотворец презрительно выпячивал губу, медленно пересчитывая деньги. Как только он закончил своё дело, команда без лишних промедлений вошла в город, поспев как раз за последней, медленно катящейся под сводами каменных врат телегой. Солнце к тому моменту уже коснулось горизонта, потому в городе балом правил ленивый полумрак, в котором то тут, то там загорались магические фонарики, выполняющее роль ночного освящения. До горящей всеми огнями Москвы Бруму было ещё очень и очень далеко, зато некую атмосферу фэнтезийного уюта создать получилось. Можно даже сказать, что вид был волшебный. К таверне же Александр подошёл уже на редкость вымотанным. Не физически, морально. Потому обеденный зал с шумными посетителями прошел мимо его внимания, как и благодушные хозяева, что вопреки чиновничьему произволу, дев приветствовали с теплым радушием. Ну, а дальше его ждала лишь мягкая постель, да крепкий сон без сновидений.

***

– Пшш… пшш… приём. Агент Одноглазый змей вызывает связного, приём… пшш… – Связной Задушенный змей на связи, приём… пшш… – Пшш… приём. Докладываю об успехе миссии, приём… пшш… Носитель информации о объекте «Г.Е.Р.О.Й» доставлен, приём… пшш… запрашиваю эвакуацию, приём… – Пшш… приём. Агент Одноглазый змей, эвакуацию с объекта «Обитель зла» разрешаю, приём… пшш… – Принято… пшш… приступаю. Как только перешикивание закончилось, две крайне неброского вида коробки приподнялись, а после неторопливо поползли прочь с центральной площади одного из эльфийских городов. Как раз того самого, что раскинулся посредине леса, стоящего близ Литлтауна. И за этим невероятной тайности и профессионализма манёвром с интересом наблюдало, как минимум, половина находящихся на площади эльфов. Поблизости присутствовал и небольшой отряд стражи, что незамедлительно забрал оставленный свиток себе, как только лучшие шпионы и информаторы Старого Света скрылись за ближайшим поворотом.

***

В отличие от команды дев, путь которых не отличался особой трудностью или ворохом навалившихся проблем, странствие девственного рыцаря немного не задалось. Поселение гоблинов, оказавшееся не совсем тем, встретило отважную воительницу весьма неприветливо. Быть может виной тому была жадность, помноженная на слабоумие и отвагу зелёных коротышек, а может, просто сама Вирджиния старалась казаться безобиднее, чем есть на самом деле. Какой бы ни была причина, гоблины решили поживиться вещами так неосторожно забредшей на их территорию девушки. Пожалуй, никогда в жизни они так сильно не ошибались. Поначалу всё шло хорошо, даже отлично! Накативший зелёный прилив без проблем повалил и связал испуганно пищащую жертву, которая, извиваясь всём телом, молила только её не насиловать. Причём молила с таким придыханием, такими многочисленными пикантными подробностями, что самым впечатлительным гоббо сделалось дурно. Дошло до того, что сам босс деревни искренне поклялся от лица всех жителей, что ни один гоблин и пальцем не притронется к телу несчастной жертвы ради утоления своих несуществующих сексуальных фантазий. В конце то концов, коротышек интересовал исключительно грабёж. Ну и немножечко разбой. После чего несчастную жертву экспроприации просто бы отпустили на все четыре стороны, оставив ей лошадь и немного денег. Правда, подобный расклад не устроил уже самого легендарного рыцаря… Порвав верёвки, словно это были тонкие нити, Кислесс во всеуслышание объявила, что подобное оскорбление можно смыть только телесными жидкостями. Белого цвета, желательно, но если гоббо будут упорствовать, то кровь тоже сойдёт. Разбушевавшись не на шутку, девушка пошла на вы, осадив в одиночку всё поселение зеленокожих. Здраво рассудив, что после успешного штурма ей причитается, как победителю, традиционное изнасилование жителей сдавшийся «крепости», Вирджиния ничем себя не ограничивала. Проносясь по кривым улочкам, словно ураган, она загнала несчастных гоббо в их центральное здание, по совместительству самую большую груду мусора, а также «дворец» местного правителя. Мысленно наслаждаясь победой, она неторопливо разваливала гоблинский ветхострой, прикидывая, с которого из коротышек начать исполнение древней благородной традиции. Вот только она даже не подозревала, что подлые карлики имеют подземный туннель, ведущий от домика босса прямиком за покосившиеся стены поселения. Когда же девушка это поняла, было уже слишком поздно. Несостоявшихся грабителей и след простыл. Тогда, стоя перед рухнувшим вратами догорающего в пламени неудовлетворения селения, Вирджиния поклялась сама себе, что даже если преследуемый ею юноша не окажется героем, что даже если она ему не понравится, ей откажут и погонят, а сам он будет самым наимерзейшим из мужеложцев, девственность она всё равно потеряет. В том числе силой и с нарушений всех законов, если придётся…

***

# – У-у-у… мальчик так мило плакал! Интересно, если я возьму его силой, совершив частичную трансформацию, будет ли он снова плакать? Ох, от одной только мысли внутри всё сжимается… – Мало нам было твоих отдающих безумием экспериментов над собственным телом, так в тебе ещё и садистские нотки взыграли. Не надо так радикально, дорогуша. – Верно, не надо! Тем более, я первая на очереди! Вот как только лишусь девственности, тогда и воплощайте свои больные фантазии. До тех пор не трогайте – он мой. – Ох, не будьте такими суровыми, на пересмотр очерёдности я не претендую. Просто поделилась с вами своими скромными фантазиями, не более. – Плохо, что нет медведя. – Почему? – Хочу прям на медведе его взять! Я ору, медведь рычит, деревяшка стонет… духи предков с гордостью будут на меня взирать! – Ох, беру свои слова назад, наша большая девушка тут самая радикальная. На медведе… хух… тут даже моя фантазия на мгновение спасовала. Но признаю, звучит крайне интригующе. – Гардарике… Гардарике… интересно, каким богам молятся в том далёком краю? – Кто знает. Но я слышала, что в Ямато почитают волшебных лисиц. Раз они соседи, то наверняка там в почёте какие-нибудь божественные медведи. Завтра сама у дорогуши спросишь. – А он точно нам не соврал? Конечно, ведёт себя странно, многих вещей не знает, нас тоже не боится, но всё же… вдруг это шпион наших злейших врагов?! Только и ждёт, чтобы напасть… или подставить. – Неужели отважную эльфийскую лучницу это так сильно пугает? – К-конечно нет. Я в любом случае собираюсь заняться с ним грязным сексом. Просто он такой… странный. Не понимаю. Всё равно не понимаю! – Шпионская морда? Это хорошо! Тогда можно забыть о жалости и делать сну-сну, пока не признается во всём! – В чем? – Ну… что шпионская морда. – А если он не шпион? Просто несчастный парень, которого волей рока забросило далеко от дома, что тогда? – А… ну… да какая разница?! Если шпионская морда – будет агрессивное сну-сну, если свояк – примирительное сну-сну! Натрахаемся, заодно и правду узнаем, вот. – Какая ты, большая девочка, у нас агрессивная. Хотя признаю, определённая прелесть у твоего предложения есть. Но кажется мне, «допрос» ты решила оставить исключительно на себя. Какая незамысловатая хитрость. – Эй-ей, попридержите-ка своих внутренних течных самочек, хорошо? Хочу напомнить, что один раз наш спутник уже скончался. Мне это совсем не понравилось. Да и не чувствовала я в нём негатива или агрессии, пока была большой кошкой. Если и немного врёт по поводу своей родины, то какая разница? Лучше давайте ещё активнее пользоваться его незнанием местных реалий и склонять уже к абсолютно добровольному сексу. Тем более, он сам сказал, что будет только рад использовать свои «познания» нам во благо. – Богиня не одобрит любого насилия по отношению к Алексу, кроме сексуального! Она была недовольна его смертью недавно. До сих пор душой чувствую её злое негодование… разочарование… боюсь, ещё одна такая оплошность, и она лишит меня сил. Но в том, что он выходец из далёкой страны, я вижу возможность! Шанс нести слово истинной веры в земли язычников! О да… я стану его духовной наставницей… своей плотью открою ему всю радость учения Порочной Девы! Он станет её верным прозелитом, растворится в обволакивающей тьме божественного вожделения… ах-ха-ха-ха-ххаха!!! – Ух, наша ледяная красавица сейчас на своей волне. Не будем её беспокоить. – У-у… я тут подумала… Панорамикс, а можешь сделать такой афродизиак, чтобы он оставался в сознании? И сам набросился, не в силах сдержать свою грязную человеческую похоть, дабы осквернить моё чистое девственное… – Да-да, ты только прямо сейчас не возбуждайся, ладно? И слюни, слюнки утри. Снизу и сверху, ага. Такие микстурки, знаешь ли, самые банальные. Исходный вариант моих изысканий. Нечто подобное я вам давала во время той оргии, в ослабленном варианте. Но раз просишь, сделаю. Парню хочется использовать свои знания института нам во благо… как женщина, друид и зельевар-эксперементатор я просто не могу его не поддержать! Но вернёмся к этому завтра. А ещё лучше, послезавтра. Хочу немного от всего отдохнуть, да и придётся немного закупиться ингредиентами, сами понимаете. – Хорошо. Я ждала этого столетиями, подожду ещё немного. – Мм… девочки, а как же наша маленькая договорённость не пользовать юношу при свете дня, пока он в сознании? Как же такая подлая вещь, как неожиданно нахлынувшая влюблённость? Искреннее желание институтки послужить нам своим телом ничего не изменило, лишь добавило проблемных переменных. – Потом об этом подумаем! Как-нибудь найдём решение… свитки забвения ещё никто не отменял, если что. – Хорошо, дорогуши, тогда спокойной ночи. Завтра у нас, и правда, ещё куча дел.