Новая история

Инициативу следующего кусочка мозаики истории многогранной семьи Камило перехватил на себя, вдруг став девочкой в белом платьице, которую сам видел на одной из старых фотографий церемонии получения дара. Девочка сидела понуро, опустив глаза в землю и давая теперь уже ровесникам разглядеть себя. Выдержав позу ещё пару секунд она всё-таки ухмыльнулась совсем по-камиловски, оглядев ребятню, не узнающую её. - Вы не поверите, - даже немного изменённый, голос молодого человека из её уст прозвучал несуразно, - но кое-кто в детстве много плакал, - жестом Камило намекнул на себя в чужой форме. - Нам на роду написано с нетерпением ждать получения дара, махнув рукой на беззаботное детство, потому что трудно чувствовать себя полноценным членом семьи, не будучи... Полноценным. Луиза была первым младшим ребёнком в своей семье, и её ходили и лелеяли, как могли. От природы она была несколько неуклюжей, и ей постоянно помогали. Ничего дурного не могло случиться с этим ребёнком в стенах родного дома. Когда Луиза подросла достаточно, чтобы браться за дела, - её жалели, зная, как трудно работать изо дня в день, не покладая рук, и помогали ей буквально во всём, пока ещё маленькая, чтобы она хотя бы в первые годы могла насладиться спокойствием и кучей свободного времени. Когда она подросла ещё немного, то поняла, что не всегда знает, как делать элементарные вещи. Она больше не могла обходиться без помощи, так что, краснея от стыда и в слезах бессилия Луиза просила напомнить, как спускаться по лестнице, когда Касита перестала устраивать горку для неё, переучивалась держать ложку и однажды открыла, что в её возрасте сёстры уже помогали матерям по хозяйству, пока она только прибавляет хлопот. Шли годы, семья Мадригаль увеличивалась и процветала, а вместе с ней - Энканто. На долю маленькой Луизы, родившейся, когда её сёстры были несмышлёнышами, пришлось появление ещё двух членов семьи, - сначала меня, а вскоре и Мирабель, - Камило развёл руками в понимающем жесте, мол, "не повезло", - пятилетняя Луиза увидела, как тяжело приходится забывшим о сне матери и тётке. И чем чаще она слышала, просыпаясь от детского плача, как вздыхает её добрая мама, когда они ещё жили в одной комнате, тем больше ей хотелось снять хотя бы часть груза с плеч семьи, но тем слабее и отчаяннее она себя чувствовала. Луиза была совершенно бессильна над жизнью, и к шести годам совсем поникла. Семья очень волновалась за неё. Решение было принято коллективно - маленькая Луиза должна была почувствовать себя нужной, найти дело. Но, даже помогая по мелочам, бегая с посланиями и подавая посуду тёте Хулии она сомневалась, что, если она столкнётся с настоящей ответственностью, то справится с ней. Её вклад был мелок, но она знала, что, случись что-то важное - она, скорее всего, спасует. Перед самым вручением дара бабушка, перед тем, как выйти к гостям, попросили для Луизы сил, чтобы справиться с тем, что преподносит ей жизнь. Они могли бы вечно оберегать её, но ведь тогда она совсем потеряется в своей неуверенности, просто исчезнет. Стоя перед своей дверью, переливающейся золотыми искрами, Луиза мялась. Когда она положила руку на ручку, мир, кажется, замер на мгновение. Она сглотнула и слегка дёрнула, а через мгновение личико её побледнело. "Бабушка, - в ужасе прошептала она, - помоги". Бабушка замешкалась, но, спустя минуту, всё-таки взялась повернуть ручку. Дверь заклинило. Луиза попятились и отошла как можно дальше от двери, сопровождаемая взглядами горожан. Ей некуда было спрятать слёзы, она стояла в тёмном углу и плакала, потому что не справилась - не справилась с тем, чтобы стать полезной, не справилась с тем, чтобы повернуть простую ручку, не справилась даже с тем, чтобы позорно не расплакаться на большом торжестве. Она разочаровала семью и себя. В тишине очень громко было слышно, как она хлюпает носом. Мама, Хулия, спустилась и подошла к ней. "Послушай, - сказала тётя, - нам не важно, на что ты способна. Даже то малое, что ты делаешь, даёт нём сил трудиться. И не бойся своей слабости" - Хульета обняла дочь, и когда та, шмыгнув, крепко обняла её в ответ, только Долорес услышала лёгкий хруст, и, к удивлению людей, рванула на кухню, вернувшись к обнявшимся маме и дочке с парой ломтей душистого хлеба. Хулия тяжело вздохнула, поблагодарила за хлеб, и, встав и откусив, предложила дочери не сдаваться и попытаться открыть дверь снова, слегка потирая бок. Тогда Луиза, впервые приложив достаточно усилий, просто сорвала дверь с петель, а, когда аккуратно, смутившись, вернула её на место, поняла, что впервые она справилась с чем-то действительно ответственным, и дала себе слово впредь не плошать, ведь у неё есть силы, чтобы справиться со всем на свете - их только нужно отыскать в себе. Так у нашего городка появилась главная опора.