Одна маленькая вещь

Люк       Моя мать растила меня правильно. Она говорила, что все хорошее во мне исходит от нее, а свои менее приятные качества я унаследовал от отца. Дело не в том, что они развелись или не ладят. Ей нравилось дразнить его. Они пробыли вместе 20 лет и только и делали, что морочили друг другу голову и врали, а потом целовались прямо на глазах у меня. Довольно омерзительно.       Но я хороший парень.       И я имею в виду больше, чем просто приятный на внешность. Я и сам не прохлаждался. Дамочки заценили мои светлые песочные волосы, зеленые глаза, а ещё мышцы и подтянутую фигуру, чего я добился благодаря игре в бейсбол и поднятию тяжестей.       Мой настрой тоже привлекал внимание. Я шлялся по школьным коридорам так, будто ничто и никто не могли мне помешать. Именно такое отношение привело меня к неприятностям.       За несколько минут до начала занятий я и парочка моих приятелей из бейсбольной команды вышли из спортзала после обыденной утренней тренировки. Мы вспотели и устали не только из-за упражнений, но и из-за перспективы постоянно вставать чертовски рано. И всё равно некоторые парни толкались, создавая давку, как и обычно.       — Моя бабуля может выжать больше тебя, Ахмад, — усмехнулся Джоуи Уилсон, потрясный кетчер, чей IQ упал намного ниже среднего уровня.       Мой лучший друг Зак Ахмад молчал и не смотрел на Джоуи. У него даже глаза не были открыты.       — Нечего сказать, Ахмад? — ухмыльнулся Тед Саммерс, отличный нападающий и бейсмен третей базы.       — Если вы ждёте от меня ответа до 9 утра, придумайте что-нибудь, на что стоит ответить, — Зак оперся мне на плечо и позволил вести его по коридору. Ленивый засранец.       — Тебе необязательно приходить на тренировку, — заметил Тед.       — Капитан на меня насел, я должен проявить инициативу, — последние слова были полны презрения.       — Я тебя кину, — предупредил я.       Он приоткрыл один глаз, чтобы посмотреть на меня, удивленный угрозой:       — Ты бы не посмел.       Прежде чем я успел решить, скучно мне или всё-таки весело от того, что я его раздражаю, Джоуи перескочил с темы:       — Как ты вообще стал капитаном, Чемберс? Твоя младшая сестра может отжать больше тебя.       — По сути, это тот же выпад, что и раньше, — я усмехнулся.       — Ладно, королевы, — Джоуи жестом указал на меня и Зака, хромающих вместе по коридору. — На выпускной вместе пойдёте?       — Как же они решат, кому достанется блестящая корона? — Тед усмехнулся.       Мне надо поблагодарить его? Если нас коронуют, значит, мы что-то выиграем. Вместо этого я спросил пиявку у себя на плече:       — Собираешься помочь мне с этим?       Он показал пальцем в сторону Теда.       — Бла-бла, ты девчонка, — он указал на Джоуи. — Ты гей, бла-бла-бла, — Зак удобнее вцепился мне в плечо. — Из тебя получится удивительно удобная подушка. Почему я не сплю на тебе на уроках испанского?       — Ты, тщеславный ублюдок, никогда не делал этого ни перед кем, что ли?       Ребята ждали отдачи. Зак открыл рот, затем пожал плечами и закрыл его, признавая суть дела.       — Ты такой гей, — прокомментировал Джоуи, смеясь над нами.       — Лучше, чем быть дебилом, — тут же ответил я.       — По крайней мере, я не баба, — обвинил Джоуи.       Зак фыркнул, потому что ловец признал себя дебилом. Ну, то есть, умственно отсталым.       Помните, мама воспитала меня правильно. Я никогда не ругаюсь перед бабушкой и дедушкой и не веду себя грубо по отношению к дамам. Я снимаю кепку во время исполнения гимна. Я открываю двери для женщин или людей с вещами и не забываю о своих манерах.       Но перед парнями все было иначе. Как самый популярный парень в своем классе, я отлично вписывался и это здорово. Подростковые, неприличные замечания — единственное, что понимали Джоуи и остальные парни, поэтому мне приходилось отвечать тем же.       Или, наверно, я ничего больше не мог сказать… может, я был просто идиотом-мужланом, и не мог стать чем-то большим. Я не мог удержаться от оскорблений.       — Да заткнись ты уже, засранец, — я застонал.       — Почему, а то расплачешься? — поддразнил Джоуи, не затыкаясь. — Осторожно, не испорти свой макияж.       — Вообще всё равно, ты, педик, — ответил я, даже не задумываясь, пытаясь вспомнить, была ли у нас домашка по алгебре, которую я забыл сделать. Я показал ему средний палец, не особо оригинально, но мне было всё равно.       Ловец фыркнул и закатил глаза, открыв рот, чтобы ответить, вероятно, чем-то остроумным и оригинальным, типа: «Я знаю, что ты — да, но я то тут при чем?»       Только тогда я услышал позади себя резкий вздох и суровый голос:       — Мистер Чемберс. Пройдите в кабинет директора. Блять.