Что такое эта ваша "любовь"?

      Бруно и Камило уже спустились по лестнице и вышли за дверь комнаты. Юноша оглядел второй этаж и заглянул на первый.       — А где ты в последний раз видел Пепу? — спросил Камило, осмотрев местность и не найдя матери.       — Мы уходили с фермы, а дальше… Она, вроде бы, шла за дом, там ведь клумбы с цветами. — подумав, ответил Бруно.       — Думаешь, она ещё там?       — Ну…       — Ладно, проверить стоит. Пошли. — Камило схватил Бруно за руку и полетел сначала на первый этаж, а потом на улицу.       Они зашли за дом и увидели стоявшую Пепу. Над ней кружили три маленькие тучи со снегом. Рядом стоял Феликс, успокаивая жену. Можно подумать, тут недавно был ураган, ведь цветы, вместо того, чтобы стоять в клубах, валялись на траве, вырванные с корнем, разбросаны маленькие частицы мусора, и даже лежало поваленное дерево. Пепа повернулась и, увидев Бруно, нахмурилась, увидев рядом стоящего Камило. Феликс что-то сказал ей, а когда она немного успокоилась, подошёл к парням.       — Вам сейчас лучше с ней не разговаривать, вот отойдет — и пожалуйста. Я её еле успокоил.       — Нет. — ответил Камило, оттолкнув отца. — А она промолчала, когда Бруно ей рассказал? Нет? Я тоже молчать не собираюсь. — огрызнулся парень и пошёл напрямую к матери.       — Камило? С тобой всё хорошо? Честно, это была идея Бруно, и…       — Ты сумасшедшая? — сказал Камило, и от его слов мать удивилась. — Почему ты на него накричала?       — Ну… Он не должен был тебе говорить.       — Это тебе он не должен был говорить! Ты совсем себя держать не умеешь? Готов поспорить, что ты давно его гнобишь. Я накосячил перед ним и извинился, теперь твоя очередь.       — С чего это я должна извиняться?! — закричала Пепа. Камило уже понял, что разговор будет долгим. Бруно стоял с зятем в сторонке, слегка боясь. Феликс повернул голову на Бруно и положил руку на его плечо, прошептав, — У них это надолго, может пойдём?       — П-пойдём. — они ушли в дом, обговаривая ситуацию. Бруно детально пояснил про его разговор с Пепой, а Феликс рассказал, что сделала его жена: она пошла за дом, начав беситься, бросала вещи, вырывала цветы и создала ураган, а когда выдохлась, повалилась на поле, и пошёл снег вперемешку с дождиком.       В это время у мамы и сына уже вовсю шёл спор.       — Ты накричала на него ни за что! Просто потому, что захотела!       — Неправда! Кто знает, что бы ты мог сделать, узнав правду!       — Это тебя фиг поймёшь! Постоянно истеришь! Наверное, из-за тебя Бруно тогда и ушёл, возможно, даже из-за тебя пропала магия!       — Чего? — Пепа вдруг застыла и уставилась на сына.       — А что? Может, ты посеяла раздор в семье своими срывами. Кстати, я же не зря стал почти таким же? Наследственность? — когда Камило произнес «наследственность», на лице Пепы показался шок, и отвисла челюсть. Тучи пропали. Повисло молчание.       — Я-я?.. — едва слышно произнесла владычица погоды. По её щекам полились слёзы, и лишь тогда Камило понял, как далеко зашёл. Он схватил мать за руку и повёл в дом.       — Пап!       Феликс услышал, так как они с Бруно сидели на кухне. Оба выбежали и увидели, как сын держит маму за руку, а та чуть ли не валится — вся в слезах. Феликс сорвался с места и ринулся к жене, подхватив её на руки и унося в комнату, наговаривая ей успокаивающие слова.       — Что ты ей сказал?! — повернувшись к Камило, спросил Бруно.       — Я просто хотел, чтобы она извинилась перед тобой! Я не думал, что она заистерит… Я сказал ей, что, возможно, у нас одна болезнь, и эта болезнь мне передалась от нее…       — Ты серьёзно?!       — Да блин, она на тебя накричала, должна быть справедливость.       — И чего ещё ты ей наговорил?! — Бруно взял Камило за плечи.       — Остынь, Бруно.       Бруно тяжело вздохнул.       — Я извинюсь перед ней потом, Бруно, — Камило положил руку дяде на щёку, из-за чего у того появился румянец.       — Потом поговори с ней насчёт моего психолога, а то, вроде, мне снова становится хуже. — Камило улыбнулся и обнял Бруно, а потом пошёл к себе в комнату наверх. Бруно остался стоять на месте.