Кареглазое чудо

— Твой дед умер и не оставил тебе ничего. Неужели ты хочешь позориться и судиться за какой-то мольберт? Почему бы тебе просто не купить свой? , —мужчина затянул последнюю сигарету пачки Marlboro и безпощадно сжал ее в кулаке и откинул в сторону. — Дедушка писал не просто обычные картины. Я видела в них совершенно иное, не то, что видели другие. Я видела его душу на сквозь. Я видела его мысли и слова, которые он доносил через холст. — Он был немой. — В том и дело. Его картины — это способ изложения его состояния, —девушка отчаянно бегала по не большой комнатке и уверяла своего дядю в нужности мольберта, на котором творил ее дедушка. Уверяла его в необычной силе обычной деревяшки, которой уже около двадцати лет. Мольберт пережил много поездок и путешествий со своим прошлым хозяином. Был бежевым, болотно-зеленым, цвета охры, пока что остановился на черном. Ломался не один раз, был подбитым старичком, как и его владелец. Анастасия твердо стояла на своем, и поскольку дедушка не успел внести ее в завещание и завещать ей мольберт, который она так хотела с раннего детства, девочка решила отсудить его у собственного отца, который бросил героиню когда ей было десять лет. С тех пор он появился в ее жизни после смерти своего же отца. Он знал, что мольберт старинный и его можно выгодно продать или заложить в ломбард, поскольку картины его отца были известны всему их городу и могли бы разлететься дальше, если бы дедушка проживал свою юность в наше, современное время. — Судиться с человеком, к которому у тебя публичная ненависть и на мой взгляд, она взаимна—несколько нелепо… — Мне не важно, что подумают родственники и другие люди. Мне просто необходим этот мольберт! С этой беседы прошло порядка четырех месяцев. Настя успешно выиграла дело, поступила в университет, в который так хотела. Ее честно заслуженный мольберт стоит теперь в скромной маленькой однушке на окраине Новосибирска. Руки девушки так и не доходили до приобретения долгожданного холста, чтобы начать творить как и ее покойный родственник. В один из октябрьских вечеров, ей все-таки удается заглянуть в небольшой магазинчик, где часто околачиваются бедные художники, у которых хватало денег, разве что на одну кисть. Зеленые глаза быстро бегали по полкам, разглядывая плотность холста, его текстуру и размер. Выбор пал на плотный прямоугольный холст, формата А5. — К этому замечательному выбору вы бы могли приобрести эти высококачественные масляные краски, — парень за прилавком навязчиво пытался впихнуть обладательнице магического мольберта, какие-то обыкновенные краски, которые, наверняка не содержат и ни грамма масла. От дедушки остались еще совсем новые, но также и старые краски, которые он каждый раз разводил, или смешивал с новыми, чтобы не терять той самой текстуры, которая отображалась на всех, написанные им картинах. — Спасибо за ваше предложение, но краски у меня уже есть, — Настя с улыбкой поспешила оплатить свой драгоценный товар и выскочила из лавки. Придя домой, девушка не ужинав кинула все свои студенческие принадлежности в сторону и подошла к мольберту. На нем была накинута белая шелковая ткань, которая защищала его от такого редкого, на данный месяц, солнечного света. Девушка аккуратно стянула ее и провела рукой по старому дереву, ощущая всю силу и тоску по прошлым детским воспоминаниям. Надев дедушкин рабочий фартук, который был измазан всеми цветами радуги и не только, героиня собрала волосы в неряшливый пучок, открыла краски и расставила все рядом. Перед ее глазами были разные и многогранные картины, которые она могла бы воплотить. Выбор лег на портрете совершенно неизвестного ей парня, черты его лица сами появлялись у нее в голове без каких-либо умственных усилий. Взяв в руки самую тонкую кисть, девушка набрала небольшое количество краски, цвета фарфора и начала намечать черты лица. Когда примерный образ был готов, Настя незамедлительно взяла в руки коричневый и смешала его с красным, получив подобие карих глаз. От середины зрачка глаз, шел желтоватый отблеск, что делал глаза юноши еще более завораживающими. Цвет волос был темный, с оттенками кофейного и черного цветов. Текстура волос шла легкой волной. Они не были через чур длинными, но и не были короткими, при этом, идеально сочетались с четкими и выразительными бровями. Ниже шли средней пухлости губы бледно-розового цвета и выразительные скулы, которые предавали свой особый шарм образу парня. В представлении юной художницы он был высок и мужественен. Она полностью прорабатывала свой образ в голове, составляла алгоритмы и все больше и больше сил и души вкладывала в свой портрет, сама не замечая того. — Правильно мне мама говорила: «Не можешь найти себе идеал мужика — сделай его сама…», — девушка пустила легкий смешок и с особой теплотой еще раз взгляну на холст. Ее губы расплылись с широкой улыбке, а щеки залились розоватым цветом. В дверь постучали, девушка чуть было не выронила кисть из рук. Быстро накрыв мольберт, она подошла к входной двери. В глазок снаружи глядела девчонка маленького роста с улыбкой до ушей. — Ты бы еще ночью заявилась, — ответила хозяйка дома, запуская гостью к себе. — Всего десять. Ты явно не собиралась спать, —девушка по-домашнему стянула с себя обувь и прошла в комнату. Настя скрестив руки в локтях пошла следом. — Ты все-таки решилась что-то сделать…— гостья подошла к мольберту и уже хотела сдернуть с него в спешке накинутую ткань. — Нет-нет! — Настя тут же подлетела и загородила его собой. — Работа еще не готова, я не хочу чтобы кто-то ее видел… — Даже я? — удивилась подруга. — Даже ты — Ага… Это типа, как ты говорила, чтобы картина не утратила свои магические способности? — девушка усмехнулась и села в кресло. — Не надо смеяться, Маш. Сама увидишь когда я закончу. — Ну да, ну да. Над тобой уже весь универ смеется, взяв тебя за сумасшедшую. Настю охватила пустота и глупая злость. Подняв к верху нос, девочка вернулась к рабочему месту, сдернув ткань на пол. Демонстративно взяв в руки кисть, продолжила начатое. — Красавчик. Видела его где-то и решила сделать себе личную копию? — подруга продолжала смеяться. —Я все беру из головы…— произнесла Настя. — Я смотрю ты не в духе, как и обычно, — Мария закатив глаза двинулась в выходу. — Переставай сидеть дома и творить чушь. Никто не верил твоему деду и никто не поверит тебе. Девушка хлопнула дверью, оставив за собой пронзительную тишину. В голове Насти промелькнула идея доказать, что все это не бред сумасшедшего и решила разыскать в этом большом городе парня, который был бы копией ее картины. Ведь она верила, что все, что делал дедушка было не зря и что понимать его картины: их смысл и четкие изложения мыслей могла только она.