Детективное агентство "Анна и её духи". Солнечный цикл. Под солнцем Египта. Луксор.

Ужин накрыли в большой палатке, и, к удивлению Штольмана, он и в самом деле напоминал трапезу в хорошем английском доме. Несколько перемен блюд, мясо и рыба, хорошее вино. Разве что специй было чуть больше, чем обычно, а так всё прошло на высшем уровне. Удивительно, почему же кофе и чай в лагере было в рот не взять, а еда оказалась вкусной? Все сомнения Якова разрешил Анри, который сказал, что сегодня приготовлением ужина занималась основная кухня экспедиции, та, которая кормила большой лагерь. — Это подарок от месье Навиля, — широко улыбнулся он, с удовольствием разглядывая рыбу в пряных травах, которую положили ему на тарелку. Пока все отдавали должное окуню и вели незначительные беседы, Штольман периодически вставлял пару слов в разговор Анри и Рут, которые сидели слева от него, и изучал тех, кто собрался сегодня за столом. Шарлотта Роджерс переоделась к ужину и сейчас блистала во всем своем женском великолепии, впрочем, довольно злобно посматривая на Аню, которая неожиданно для мисс Роджерс оказалась сегодня в центре внимания. У Анны не было возможности сменить платье, поэтому она освежила причёску и повязала на шею шелковый шарфик, нашедшийся в её сумке. Она говорила о Париже с Анри, обсуждала с Рут и доктором Хартом сложности оказания помощи в лагере, отвечала на вопросы детей, которых тоже допустили за стол, улыбалась Штольману, когда встречалась с ним взглядом, и не желая того, перетянула внимание всей мужской половины на себя. Яков покачал головой, не узнавая себя. Он не испытывал ревности! Это было дня него странным явлением, но тем не менее, это так. Надо будет поразмыслить над этим на досуге! Пока у него есть другие дела. Штольман посмотрел на детей. Алекс что-то обсуждал с Саидом Ибрагимом, и было видно, что археолог испытывает удовольствие от беседы. Сонечка тоже периодически вставляла что-то, заставляя глаза египтянина блестеть от удовольствия. Дети сходу взяли эту крепость. Археолог Штольману понравился. Спокойный, увлеченный своим делом, добродушный. Впечатление бывает обманчивым, поэтому Яков всё же продолжит присматриваться к Саиду Ибрагиму. Взгляд Штольмана остановился на Лидочке, и он улыбнулся. Девочка отказалась снимать шлем даже за столом. «Я — настоящий археолог! — важно сказала она. — Я буду до конца играть свою роль!» И вот теперь она серьёзно отрезала кусочки от рыбы, внимательно слушала, о чём говорят её брат с сестрой, и кивала, когда Дина Ибрагим спрашивала её о чём-то. Женщина показалась Якову излишне эмоциональной, даже несколько истеричной. Она одевалась в отличии от своего мужа не по европейской традиции, подводила глаза сурьмой и носила множество украшений, позвякивающих при каждом её движении. — Это несомненно кара небес! — воскликнула она, когда речь зашла о мумии. — Тревожить мертвых в их вечном сне — безбожно! Вот на нас и наслали эту проклятую мумию! Чтобы мы знали своё место! Чтобы не лезли в мир мёртвых! — Вы видели её, госпожа Ибрагим? — спросил Штольман. — О, господин Штольман! — воздела руки вверх женщина. — Я чуть не умерла на месте! Я подумала, что пришел мой последний час! Я думала, что не сойти мне с того места! Она говорила, подстёгивая себя, а Лидочка смотрела на неё во все глаза. И что так убиваться-то? Сейчас здесь мумии ведь нет! — Она была ужасна! Ужасна! — продолжала Дина. — Вся в чём-то белом! Лица нет! Пальцы растопырены вот так! — женщина протянула руку, показывая, какие ужасные кисти виднелись из-под полотнища, в которое было одета мумия. — Я так закричала, что меня на той стороне реки слышали, не иначе! Конечно, когда все сбежались, мумии уже не было! Всё в этом мире взаимосвязано, господин Штольман! Всё! Можно проникнуть в потусторонний мир, узнать тайны мироздания! Есть люди, которые умеют так делать! Но соваться намеренно в мир мёртвых — безумие! Пусть мой муж сделал это своей профессией, я с этим никогда не соглашусь! Завязался спор, который было очень любопытно слушать. Лидочка только и успевала, что головой вертеть. В палатку вошел один из людей, которые помогали в лагере. Он наклонился к Анри и принялся что-то говорить ему. Лицо Бретона помрачнело. — Что случилось? — спросил Штольман, когда служащий ушел. Ему показалось, что Анри взволнован. — Грядет песчаная буря! — произнес Анин друг. — Я предполагал что-то подобное, но думал, что всё обойдётся. Она будет не сильная, но придется принять меры. Не волнуйтесь, с вами и детьми всё будет хорошо. Мы разбили лагерь с учетом подобных ситуаций. Все предыдущие разы всё заканчивалось без последствий. — Мы остаемся ночевать в лагере? — с плохо скрываемым восторгом спросил Алекс. Соня и Лида замерли, ожидая ответа. — Да, — кивнул Анри. — Ни один перевозчик сейчас вас на ту сторону не повезет. Все укрепляют палатки и готовятся пережидать бурю! Ночевать будем здесь!