Луна, улыбнувшаяся безумцу

Это была тяжёлая победа, но победа. Первая победа начавшейся войны. Когда Лин Вэнь подхватила раненого Пэй Мина, чей дракон был уничтожен, и взвилась в небеса – Чжу Лэй прикрывал их отступление, бросая молнии – Хэ Сюань понял, чтобы бой окончен. Из последних сил он приказал костяному змею опуститься на землю, сполз с него прямо на ступени дворца и некоторое время сидел, не двигаясь, не в силах подняться. Бой невероятно измотал его. Ему хотелось просто лечь и заснуть и проспать сто, нет, тысячу лет. Но он заставил себя подняться и идти в те руины, что осталось от его твердыни. Подземелья Дворца Чёрных Вод остались целы. Там, в одной из комнат, Хэ Сюань восстановил святилище. Все четыре урны уцелели, лишь одна – с прахом отца – немного треснула. После некоторых раздумий Князь Демонов поставил рядом с ними ещё одну. Молния Чжу Лэя случайно или намеренно сожгла тело Ши Цинсюаня, оставив лишь кучку обгоревших костей. Всё, что осталось от некогда прекрасного бога, наполнило пятую урну в святилище. «Мой неслучившийся младший брат». Никто не увидит святилище, кроме него самого. Никто не будет задавать неудобных вопросов. Хэ Сюань сделал то, что велело ему сердце. Он так и не нашёл голову Ши Уду, как ни искал. Ему удалось отыскать лишь кольцо. Глядя на пятую урну в святилище, Владыка Чёрных Вод вертел его в пальцах. «Если бы не ты, Ши Уду, всё было бы по-другому... Если бы ты бросил все свои усилия на то, чтобы уничтожить демона, на то, чтобы укрепить дух брата, а не на то, чтобы протащить его на Верхние Небеса…» – с гневом подумал он. Вдруг он почувствовал в кольце что-то странное. Хоть времени было мало – нужно было готовиться к войне с небесами – он не пожалел нескольких часов, чтобы изучить кольцо у себя в кабинете. И тогда он в холодном гневе сжал его в руке, раздавив. Злиться было не на кого, кроме как на себя. Как он мог быть так слеп? Как?! Безумный подросток застывает в ужасе, увидев его с Хуа Ченом – вместо того чтобы убежать как другие безумцы… Тот же подросток вдруг, с явным усилием, пытается заговорить с ним, показывая на раненую руку… Из толпы беснующихся безумцев с трудом вырывается один и бежит прочь… Развалины дворца – и снова тот же тощий безумец вылезает, буквально падая на тело Ши Цинсюаня. Он снова пытается что-то сказать – но какое дело богам и Князю Демонов до какого-то сумасшедшего?! Хэ Сюянь обыскал весь остров, но не нашёл и следа подростка со спутанными волосами и шрамом на подбородке. Зато нашёл два гроба, спрятанные в кустах теми проклятыми небожителями… Третьего – ведь небожителей было трое – он не нашёл нигде. Потом он нашёл пещеру. По полу пещеры были разложены красивые ракушки и обкатанные морем камни, словно тут играл какой-то ребёнок. На стенах были нацарапаны простенькие рисунки – солнце, цветок, кошачья мордашка – и иероглифы. Они не складывались в осмысленные фразы, и, кажется, кто-то царапал их просто чтобы не сойти с ума. Единственной осмысленной строчкой было: «Не видать хорошего начала, не видать хорошего конца». Хэ Сюань, Владыка Чёрных Вод, Князь Демонов, Великое Бедствие, смотрел на эту надпись. Ему хотелось смеяться и плакать одновременно. *** – Учитель, всегда рад приветствовать вас в моём храме, – Его Величество Наследный Принц поклонился Мэй Няньцину. – Я надеюсь, у вас всё в порядке? – Если бы, – проворчал Мэй Няньцин, отвечая на поклон. – Вместо того, чтобы удалиться на покой, я должен снова пытаться удержать мир от того чтобы он погрузился в хаос. Разве я о многом прошу? Две сотни, ну хотя бы одна – без серьёзных катаклизмов! Без Непревзойдённого, который устроил войну с небесами… Не дав миру и ста лет отдыха. Миниатюрный юноша в соломенной шляпе с вуалью, стоящий позади Мэй Няньцина, повторил его поклон. – Мой ученик, Юэ Лянъ, – представил его Мэй Няньцин. – Способности выше среднего. На небеса не вознесётся, но на земле вполне способен достичь успеха… Если, конечно, меньше будет отвлекаться на вино и еду. Мимо Се Ляня юноша проходил, наклонив голову, но небожитель схватил его за плечо. – Я бы хотел увидеть твоё лицо, – сказал он улыбкой. – Конечно, если ты позволишь. Если ты не хочешь или прячешь какой-нибудь шрам… Помедлив, юноша снял шляпу. Лицо, которое увидел Се Лянь, было абсолютно незнакомым – лицо юноши с нежными чертами, которые больше подошли бы девушке, большими глазами с длинными ресницами, и шрамом на подбородке. Се Лянь долго вглядывался в него, а потом спросил, не веря самому себе: – Ши Цинсюань?! – Ваше Высочество! – лицо ученика стало удивлённым и даже немного обиженным. Как у ребёнка, которого во время игры в прятки мать отыскала слишком легко. – Вы меня снова узнали! Как?! Се Лянь улыбнулся. – Глаза. Они у тебя всегда остаются одинаковыми.