Ну здравствуй, ведьма!

В комнате повисла напряженная тишина. Обхватив себя руками, я затравлено смотрела на Тима, который нелепо распластался на полу перед ботинками Кая. Дверь, у которой он подслушивал, распахнулась перед ним внезапно и падение на порог моей комнаты превратилось в неизбежность. Очевидно, он сам до конца и не понял, как это случилось. Не проронив ни слова, Сойер начал шарить рукой по полу в поисках своих очков. Это все можно было принять за фокус, веселое представление, если бы не тот весомый факт, что минутой назад меня фигурально выражаясь «морально выпотрошили». К тому же парни все еще находились здесь, в моей комнате, что не позволяло расслабиться и взять инициативу в свои руки. Ланс так и стоял возле меня, но его внимание полностью переключилось на нашего ботаника-лаборанта. Воспользовавшись свободой, я напряженно выдохнула и проследила за тем, как он сунул кольцо в карман своих джинсов. — Прекрасно! Именно такого итога я и ждал. — Кай успел поменять позу — вытянул руку, уперся ею в дверной косяк и почти навис над Тимом.— Никто не учил тебя, что шпионить в высшей степени низко? Что-то в его словах казалось явственно предсказуемым, словно проповедь. Задрав голову неожиданный визитер сощурился, разглядывая говорившего. Как ни крути, а Сойер появился очень даже во время. За что ему отдельное спасибо. Представить боюсь, чем могло кончиться наше противостояние, где Кай виртуозно лицедействовал, а я плавала в луже стыда. Да он едва не вывернул меня наизнанку! — Я. э-э, — очки, наконец, оказались в его руке и он тут же нацепил их на нос. — Я просто услышал шум. — Вот и хорошо, вот и чудненько, — с ярким сарказмом отозвался Кай.— Смелый значит, на защиту бросился… Давай посмотрим… — парень нагнулся и поднял с пола небольшой предмет, очень похожий на спрей.— Ну конечно, перцовый газ, — безэмоционально процитировал он, мазнув взглядом по мелкому шрифту на баллончике. — Я просто думал, здесь происходит что-то нехорошее. — Что-то нехорошее, — повторил оппонент и добавил на той же ноте, — как мило. Все это время я порывалась что-то сказать — происходящее вызвало во мне неприязнь, но слова не шли. Они никак не хотели слетать с языка, что шло в явный разрез с моим темпераментом. Мысли множились разрывая голову, но за плотно сжатыми губами теряли свою силу. Я думала о том, что братья могли вести себя более корректно на правах гостей, что Тим, так и не поднявшийся с колен, должно быть чувствует себя лабрадором бросившимся на помощь другу и остановленный строгим хозяином., и еще о собственном безмерном желании исчезнуть. Оказаться за тысячи миль от этих стен, и от этих братьев и никогда с ними больше не пересекаться. Словно расслышав мои путаные мысли, Кай перестал дырявить взглядом сжавшегося от нерешительности лаборанта и обернулся через плечо. Укоризненно уставился на меня, притихшую в кресле, и смотрел долго, словно желал установить невидимую связь. По его лицу блуждали тяжелые тени, которые заведомо никаким образом не портили черты красивого лица. В этот миг я почувствовала, как его взгляд погружается в самые мрачные глубины моего сознания и ощупывает там те потайные уголки, куда еще не проникал ни один другой взгляд. И прежде, чем я решила отвести глаза в сторону, пол подо мной будто провалился, колесики под офисным стульчиком пришли в движение. Кожа стала болезненно восприимчивой, голова закружилась, и я, как марионетка вскочила и повисла на шее Ланса губами прижавшись к его рту! Словно в магической полудреме, углубляла поцелуй, отдавшись этому с искренней страстью, о которой не ведала. Теплые, мягкие губы парня отвечать не спешили, и не пытались вырываться из жаркого плена моих, собственное тело обрело невесомость и перестало мне подчиняться. Пальцы путались в мягких волосах трепетно перебирая темные пряди, грудь вздымалась, дыхание сбилось, и когда я ощутила крепкую руку на своей пояснице, дикий хоровод набрал и вовсе бешенный темп. Я жалась к Лансу интуитивно, боясь прервать собмнический ритуал вполне умелого соблазнения, пыталась запечатлеть нас на долгие секунды, до боли в напряженных мышцах, до ломоты в локтях рук, которыми судорожно сжимала крепкое тело. — Айвори! Мое имя эхом прокатившееся по комнате, выдернуло из эйфории так же резко, как вовлекло в нее. Мышцы расслабились, онемевшие пальцы скользнули с плеча, а вернувшееся сознание зафиксировало ошеломленный взгляд Ланса, его замешательство и покрасневшую кайму припухших губ. Рука нехотя покинула изгиб моей спины и меня откинуло назад. Этого не может быть. Мой рот раскрылся в стоне оправданий, но осознание произошедшего нещадно навалилось немотой. Я обернулась, чтобы увидеть Тима, и его ошарашенный взор засвидетельствовавший мой кошмар, усугубил чудовищное положение. Кай! Этот самовлюбленный поганец вновь воспользовался своей магией, унизил, выставив посмешищем! Я подалась назад, развернулась, уже готовая сорваться на неприличное слово в его адрес, но не успела. — Больше мне здесь делать нечего.— Не дожидаясь всплеска моего гнева, Кай растворился в проеме филигранно обойдя занявшего проход Тима. Моя нижняя губа задрожала, но так слабо, что если не присматриваться, то можно и не заметить; я вдохнула, сжав кулаки, и в моей голове замелькала с головокружительной скоростью одна и та же мысль — все в порядке, я буду в порядке. — Верни его! Гад! Никогда ему этого не прощу! — Сбившееся дыхание, не успевшее восстановиться после жара эмоций, позволило лишь прошипеть. Где найти силы, чтобы вздохнуть полной грудью после бессонной, нервной ночи? Кай сумел высосать из меня все эмоции и теперь я даже не в состоянии дать всему этому трезвую оценку. И когда я уже собралась с силами, чтобы перейти на истеричный ор и тем самым привлечь хоть какое-то внимание остальных домочадцев, в комнату, словно вихрь, ворвалась Мэй. — Ага, не ждали! — она окинула непонимающим взглядом Тима, (согласна, странная картина), и уже было повернулась ко мне чтобы подмигнуть в честь двусмысленной ситуации, да так и осталась стоять с отвисшей челюстью. Не нужно быть ясновидицей чтобы смекнуть в чем тут дело. — Дорогая, — слащаво протянула подруга в легком замешательстве не сводя взгляда с Ланса, — незнакомые красивые парни всегда будоражили ее сознание, — прости, что я так рано, решила забежать перед походом в салон. О, это очевидно тот самый визитер, про которого говорил Нейс?! Неожиданно, правда… Я Мэй! Ее близкая подруга. Какое облегчение я испытала, когда она, словно легкая неудержимая нимфа, подлетела к парню, стоящему за моей спиной, и отвлекла на себя его внимание. Теперь не надо бегать из угла в угол, рвать на голове волосы, заламывать руки. выказывая свою уязвленную гордость. — Отличный принт на майке! Я видела такую на сайте Аsos, мне она сразу приглянулась., у тебя хороший вкус! В прошлом году в такой выступал Бред Миллер, в нашем городе он оказался проездом, и мэр, при личной встрече, попросил того спеть на день города, — она тянула Ланса за край майки, словно пыталась получше рассмотреть замысловатый узор наката на ткани, ослепительно улыбалась, смекнув, что смогла все-таки произвести первое неизгладимое впечатление. Парень молчал и терпеливо слушал ее лиричное щебетание, — мы с Айвори обожаем Бреда., смогли занять лучшие места и получили массу удовольствия и эмоций. И вдруг, о боги, на губах парня выступило подобие слабой улыбки. — Как же я умудрился пропустить выступление Миллера?! Если бы я только знал, — Ланс играл во всю. Лицо его расцвело, будто перед ним не обычная девушка - студентка, а поп-звезда, обожаемый кумир! Он не сводил с нее восхищенного взгляда, то и дело опускал взгляд карих глаз на пухлые губы, которые Мэй кокетливо кривила. А ведь мои всё еще помнили тепло его дыхания. Фу! Как же легко он повелся на легкомысленную кокетку! Хотя, чему удивляться? Именно такие трещетки, легко увлекающиеся, необязательные, парням и нравятся. Зачем проявлять выдумку и упорство, когда вот оно, на блюдечке. — О, Боже! — Мэй даже запрыгала от восторга, от чего под легкой цветастой тканью сарафана, на тонких бретелях, качнулись тяжелые полушария ее груди. Она считывала в собеседнике заинтересованность и наверняка плыла от экстаза. — Ори, ты слышала? Он тоже обожает Миллера! У нас уйма общего! Мы сможем подружиться и здорово развлечься! На периферии моего зрения зрели, набухали и лопались крошечные, но яркие вспышки, искры, разлетающиеся во всех направлениях. Эти световые точки, блестящие пылинки напоминали микроскопические создания, которые можно наблюдать в увеличенном виде под микроскопом. Он обожает Миллера? Чушь! Этот поганец даже не в курсе, как тот выглядит! Неужели она не понимает, неужели не видит, в какой растерянности я нахожусь, как отупело смотрю на происходящее между ними, едва сдерживаясь, чтобы не выкрикнуть правду? Нет, Мэй! Держись подальше! Он не человек! Он опасен! — Познакомь же нас, наконец! — Просияла подруга, вцепившись в плечо парня цветными ноготками. — Нет! — слишком резко воскликнула я, тут же оказавшись в перекрестке недоуменных взглядов. Мэй даже нахмурила бровки, до конца не поняв причину моего гневного отказа, а Ланс покосился в мою сторону пренебрежительно, будто я оскорбила его чувства, — «не стоит продолжать», говорил его четкий взгляд, «не то, это плохо кончится.» — Да что с тобой? Ты словно ржавой воды хлебнула. Не выспалась? Я беспомощно запустила пятерню в уже успевшие высохнуть волосы, и прикрыв глаза, шумно выдохнула. Не нужно было так подставляться! Бестолковка Мэй решит, что я ревную. Непременно решит — в ее глазах уже беснуется огонек осмысленности: «Ну- ка, объясни милая подружка, чего это ты так вздернулась? Хочешь себе присвоить?» Ну да, что она еще могла подумать? И теперь начнет нести всякую чушь. — Чем ты всю ночь занималась? А ведь она права, занималась… И Ланс с охотой опускает губы в локоны Мэй, по хозяйски прихватив ее за плечи, и что-то шепчет на ухо. Я замираю и прикусываю губу. В маленькой паузе, последовавшей за этим, отчетливо слышен нервный хохоток. — Серьезно?! — Недоумевает Мэй, озарившись смущенной улыбкой. — Вот как?! — Переводит взгляд на меня. — Ори, да ты просто помешалась на Нейсе! Я в немом ужасе распахнула глаза. — У них это с самой юности, все сложно, никак не могут понять кто обязан сделать первый шаг, теперь все парни вызывают в ней мягко сказать отторжение, — двинула Мэй тяжелой артиллерией. Как и ожидалось! Ну конечно, не я ли сама лет пять назад разболтала ей о своих невольных чувствах к Нейсу? Была необходимость с кем- то поделиться вялотекущей влюбленностью, и пусть она давно прошла, видоизменилась и спокойно выцвела, — неосторожно сказанного не вернешь. — Вот как? — Не стал отмалчиваться Ланс. Он прищурил глаза задрав подбородок, словно получил вызов, и снисходительно смотрел прямо на меня. Явно же как день, он только что наплел на ухо моей подруге, что ночь я провела с кем то! Вот гадство! С меня достаточно! Этого своей подружке я уже не прощу! Предательница! Сплетница! На Ланса мне уж точно плевать. Но здесь же Тим! Он теперь что подумает? Ему этого не проглотить! — Какая же ты дура, Мэй! — В сердцах выплюнула я, решив раз и навсегда выказать свое истинное отношение. — Давай, поболтай с ним!