Глава 4. Война
7 января 2022 г., 14:08
- Арсений -
Неделя заканчивается быстро и сумбурно. Пары – пациенты – дом. Дом – пациенты – пары. Выходные заняты разбором документов и проверкой студенческих тестов. Даже бассейн отменяется. В субботу вечером, сидя дома в уютном кресле возле большого тёмного окна, Арсений доходит до файла с подписью «группа 422» и с трепетным интересом достаёт листик , на котором неровно выведено «Шастун А. А.». Из двадцати вопросов у парня косяк только в одном, но это не влияет ни на оценку, ни на мнение Арса, ставшее ещё более положительным. Арсений ставит в журнал пятёрку и откидывается на спинку кресла, считая в голове дни до четверга. В понедельник на кафедральном собрании Арсения хвалят старшие преподаватели: мол, и с пациентами, и со студентами успеваешь, молодец. Мужчина думает о том, что пока такие нагрузки его не напрягают, а вот через месяц он точно взвоет и сбежит с кафедры. Однако лишь сдержанно улыбается в ответ. Заведующая, строгая женщина пятидесяти лет, сообщает о грядущей студенческой конференции, совместной с кафедрами анестезиологии и хирургии. – Коллеги, только я вас прошу: назначьте докладчиков сами, и чтобы способные были ребята. А то эта молодёжь как узнает, что за первые места автомат на экзамене, так все полезут участвовать. Поэтому присмотритесь там получше, нам ведь кто попало не нужен, нам нужны умненькие, – хитрая задумчивая улыбка Арсения говорит всё сама за себя. Да только он не знает, как с этим умненьким наладить контакт.- Антон -
Понедельник объявлен днём лучших пар: первой идёт лекция по неврологии, второй – практическое занятие по ней же. Оба преподавателя опытные практикующие врачи, рядом с которыми Антон остро ощущается тягу к знаниям. Тем более парень полон сил, ведь на выходных он сбросил весь предыдущий негатив, долго и мучительно изливая душу бедному Серёге. Во вторник первая пара – лекция по травматологии. Антон хоть и уговорил себя игнорировать мысли о вторгшемся в его личное пространство Арсении Сергеевиче, но всё равно теребит кольцо на указательном пальце, надеясь, что лекцию будет читать другой преподаватель. Так и есть. Серьёзная завкафедрой рассказывает о травматизме и видах повреждений, озвучивая в конце новость о большой грядущей в ноябре научной конференции. Не увидев никакого энтузиазма в глазах студентов, она нехотя добавляет, что за первые места светят автоматы на летнем экзамене. В аудитории становится шумно. Когда лекция заканчивается, одногруппники Антона оживлённо обсуждают темы для будущих научных работ. Парень же молча радуется, что никогда не будет втянут в это болото. Хотя автомат бы ему не помешал. И срочно, прямо к этому четвергу. Среда скучная. Дурацкий дождливый день с парой по дерматологии тянется медленно, и только к вечеру Антон собирается с силами и садится за учебник по травме. Так, на всякий случай. Ведь решение игнорировать преподавателя не освобождает его от изучения предмета. Четверг. Антон просыпается и долго пялится в потолок, заранее ощущая всю тяжесть вселенского бытия. На терапию парень идёт как на каторгу. Несмотря на то, что вчера Антон убил целых полтора часа на изучение темы, Копейка оценивает его ответ даже не на четыре, а на «тройку, молодой человек, ведь очевидно, что это ваш максимум». Антон недовольно закатывает глаза, за что тройка превращается в тройку с минусом. Чтобы она не превратилась ненароком в двойку, Антон решает проявлять недовольство только мысленно. И хотя бы не материться вслух. Потому что это ну просто блять пиздец. Грёбаный ты четверг. Ровно в двенадцать часов начинается вторая пара. Травматология. Прожигающие насквозь голубые глаза практически рушат все тщетные попытки Антона перестать нервничать. Игнорируй. Будь уверен в себе. Он обычный человек, плевать на него. Ну и что, что он знает о тебе чересчур много. Забей, Антош. За-бей. Парень быстро и без ошибок пишет входной тест по регенерации костной ткани (по крайней мере, ему так кажется) и не глядя протягивает обратно преподавателю. В обмен на листок с ответами к нему на парту незаметно ложится свёрнутая записка. Антон недоумённо разворачивает кусочек бумаги, на котором красивым наклонным почерком выведено «Кокосинка, останься после пары». Антон скрипит зубами, проклиная день, когда встретился с этим противным типом за преподавательским столом напротив. После теста Арсений Сергеевич торжественно объявляет устный опрос. Антон готов дать руку на отсечение, что его сегодня спросят. Нервозность нарастает. Антон кусает губы и тихо шелестит браслетами на руке, прокручивая в голове варианты свалить с пары. Спрашивают Дёму, Полинку, Арину, а Антона – нет. Парень ненароком встречается с ясными голубыми глазами напротив и читает в них добродушное снисхождение. «Он позволил мне не отвечать». Антон сердится, сам не понимая, на что. За пятнадцать минут до конца пары Арсений Сергеевич уверенно расхаживает по аудитории и вещает про участие в ноябрьской конференции, активно жестикулируя и манерно поправляя очки. С ехидной ухмылкой преподаватель сообщает, что к ноябрю студенту вместе с научным руководителем нужно будет написать статью по неотложной помощи. Руководителем их группы, конечно, будет сам Арсений Сергеевич. Девчонки начинают полушёпотом спорить, кто же будет проводить внеурочное время с таким красавчиком. Антон быстро застёгивает рюкзак и тихо фыркает: Полинка, их староста, кто же ещё. Она же суперзвезда всея Руси, активная и к тому же умная. Пара заканчивается. А Антон так и не придумал, как избежать своей личной каторги в виде разговора с вежливо-высокомерным преподом. Парень хочет улизнуть в дверь, но Арсений Сергеевич с приглушённым приказом «Стоять» мягко придерживает парня за локоть, уводя его из потока спешащих домой студентов в сторонку. Когда в аудитории их остаётся только двое, Антон начинает ощущать туго растянутые сети напряжения. Кажется, что им обоим неловко: и преподавателю, и студенту. Но старший из них может с этим совладать. Он сам может регулировать амплитуду напряжения. Антон так не умеет. – Антон Андреевич, я бы хотел предложить вашу кандидатуру для участия в конференции, – обезоруживающе впиваясь взглядом в Антона, обозначает преподаватель. – Чего?.. – ошеломлённо переспрашивает парень, абсолютно забыв все прежние мысли о собственной неловкости. – Того, – хмыкает в ответ Арсений Сергеевич, поправляя пальцами ворот чёрной рубашки. – Напишешь работу, выступишь. Тебе автомат летом, мне – почёт и слава. Ты же умный парень. А туда пускают только отличников учёбы. Антон вспоминает свою три с минусом по терапии и невольно ухмыляется тому, что его причислили к отличникам. От услышанного предложения Антон в шоке. Он хочет свести контакт с этим человеком на минимум. Никаких тебе конференций, мистер-я-ненавижу-людей-но-работаю-врачом. – Вы вот… – Антон делает вдох, пытаясь собраться с мыслями, а затем смело поднимает взгляд, встречаясь с насмешливыми голубыми глазами преподавателя. – Знаете что. Не буду я ничего писать. Засуньте себе эту травматологию… Глупость своего поступка и грубость сказанного Антон осознает уже внизу, выходя из больницы в серый пасмурный сентябрь. Антон блять. За такое же и отчислить могут... Хотя, если отчислят, то парню больше не придётся проживать эти чёртовы четверги. Но почему-то Антону кажется, что так просто от него с этой травматологией не отстанут.- Арсений -
Четверг удался на славу. Наслаждаясь крепким вечерним кофе, Арсений устало трёт глаза и улыбается, слово сытый кот, вспоминая дерзость и непоколебимость в отчаянных зелёных глазах мальчишки. Маленький наглец, снова написавший тест на пятёрку. Мужчина откладывает документы на журнальный столик и идёт на кухню, где ещё долго стоит возле широкого окна и смотрит на тёмные шелестящие внизу деревья. Никуда ты не сбежишь, юное создание. Это я тебе обещаю.- Антон -
Сидя в субботу на идиотской лекции – и кто только придумал ставить лекции в субботу утром – по идиотскому предмету ОЗЗ (какая-то охрана какого-то здоровья) Антону в голову приходит гениальная мысль. Великолепная, шедевральная, потрясающая мысль. Как он там сказал?.. Участвовать могут только отличники. Значит, если учиться плохо, то элементарно не пройдешь фейс-контроль. Вот и решение задачки, собственно, простое, как дважды-два. Антон удовлетворённо улыбается самому себе, изнывая от желания увидеть выражение лица Арсения Сергеевича, когда парень получит первую законную двойку. Довольный собой, Антон разрешает себе смело подремать до конца лекции рядом с уже сладко спящим в своём кресле Томиловым. Неделя течёт как по шаблону. Пятёрка по неврологии в понедельник, дурацкий пропуск по дерме в среду («Плохо себя чувствовал, извините» – хотя на самом деле кто-то просто до утра гонял с Серёгой в контру), из-за чего Антону теперь нужно будет переться на блядскую вечернюю отработку. Дома парень невольно открывает учебник травматологии, всё ещё держа в голове свой план по откосу от конференции. А как вообще люди пишут тесты на двойки? Это же нужно, ну... совсем ничего не знать? А чтобы написать на два, наверное, нужно знать, что правильно, а что нет, и писать только второе? Это же так работает?.. Никудышный из тебя двоечник, Антош. Прочитав наперёд пару тем по травме, на терапию Антон решает забить и не открывать эту адскую книженцию ещё с неделю, ведь на прошлом занятии его уже спрашивали. Потому что именно так выглядит железная студенческая логика. Железная студенческая логика, которая несвойственна их любимому преподавателю терапии. Утро четверга и ещё одна двойка по грёбаной терапии. Антон не переносит Копейку. Копейка не переносит Антона. Но в этой войне Антон явно проигрывает. Он твердо обещает себе выиграть хотя бы вторую войну с саркастично-назойливым Арсением Сергеевичем. Травматология. Антон смотрит на вопросы теста и знает ответ почти на каждый из них. «Как это глупо» – думает парень, старательно подписывая лист. Мелькает мысль о том, что, если вести холодную войну, то делать это нужно как минимум эффектными жестами. Немного подумав, Антон оставляет лист пустым, решая не писать ответы вовсе. Хотели моего участия в конференции? А вот хер вам, получайте теперь ответный бунт на корабле. Сегодня Арсений Сергеевич решает спросить студента Антона Шастуна по теме устно. Парень нехотя поднимает взгляд и сообщает, что отказывается отвечать, так как не выучил тему, и тут же находит невероятно приятным видеть искреннюю мимолётную растерянность на лице Арсения Сергеевича. Однако преподаватель мгновенно берёт себя в руки и сообщает, что отказы не принимает и что студент должен рассказать хоть что-нибудь. Антон закатывает глаза, поднимается со своего места и начинает отвечать. Парень старается изложить методы лечения переломов сухо и сжато, перескакивая через абзац, мысленно отсекая прочитанные детали и даже наигранно сбиваясь. Арсений Сергеевич, скрестив руки на груди, наблюдает за ним с заинтересованно-внимательным прищуром. Кажется, он уловил игру. Садясь на своё место, Антон мельком заглядывает в журнал и с удовлетворением замечает там тройку. Ладно, ничего. Для бойкота сгодится и она.- Арсений -
Сегодня Арсений обедает в одиночестве – Димка ещё с утра написал про сложную операцию, на которой он, как реаниматолог, должен присутствовать. Мужчина допивает несладкий столовский чай и пытается сообразить, какого чёрта ему сегодня была открыто объявлена холодная война. Барьеров у мальчишки ноль. Как на ладони было видно, что материал он знает куда лучше других. Но выпендривается. Пытается привлечь внимание? Или наоборот спрятаться. Или он на самом деле прочитал мало, а Арс просто идеализирует парня?.. Арсений думает, что найдёт ответ, когда проверит тест мальчишки. Озадаченно глядя на пустой белый лист с подписью «Шастун А. А., группа 422», мужчина постукивает пальцами по столу. Хренов ты умник. Решил вот так вести боевые действия, да. Ох, доиграешься же ты у меня, Шастун. Решение приходит моментально. Арсений подбирает похожую ручку и, подделывая почерк нерадивого студента, вписывает правильные ответы. Довольный проделанной работой, Арс гордо вырисовывает в журнале твердую пятёрку, попутно исправляя уже стоящую там тройку за устный ответ на оценку «отлично». Игра становится интересной, и Арсений не собирается просто так сдаваться.- Антон -
Война увлекает Антона, и в утро воскресенья он до обеда лежит в кровати и придумывает хитроумные планы откосов от травматологии. Можно просто не ходить, в принципе, но за такое реально отчисляют. За оскорбление преподавателя конечно тоже, но Арсений Сергеевич, похоже, решил отложить этот козырь на потом. Сейчас скажет ещё, что либо участие в конференции, либо он сдаст Антона с потрохами. А, если не отчисление, то значит плакала блин стипендия. С другой стороны, сейчас-то всё тихо. Парень впервые мимолетом думает о том, что, если Арсений Сергеевич его не сдаст, то его, наверно, можно назвать неплохим человеком. Но сразу отметает эту мысль. Мама приносит в комнату Антона свежеиспечённые булочки и смеётся над тем, что её лежебочный сын до сих пор не вставал. «Лиска вон спит двадцать часов в день, а ты сегодня даже её превзошел» – улыбается она, передавая рыжую кошку Антону на коленки, и присаживается рядом, откидывая назад кудрявые русые волосы. Её тонкие длинные пальцы – точно такие же, как у самого Антона – мягко касаются лба парня и заботливо поправляют его чёлку, превратившуюся после сна в откровенное гнездо. Антон улыбается и благодарно кивает, поглаживая пушистую Лиску и мигом забывая обо всяких там блядских Арсениях Сергеевичах. Следующая неделя начинается бодро, а к концу как обычно скатывается в какой-то тлен. На пятницу Антону ставят отработку за пропуск по дерматологии, и парень уже негодует, что в шесть вечера пятницы ему придется тащиться в ОКБ. Четверг продолжается войной с Копейкой, хотя Антона сегодня даже не спрашивают. Только делают пару замечаний за причёску («Мог хотя бы расчесать свою лохматую чёлку или совсем отстричь») и за длинные ноги, которые парень «Разложил по аудитории, а теперь совсем негде пройти». Но Антон всё равно несказанно рад – минус одна двойка. Ничего, он восполнит их запас на травме. Пустой тест, самодовольная ухмылка, тройка за устный ответ. Шаблон работает великолепно. Собирая вещи после пары, Антон чувствует внимательный взгляд преподавателя, вплотную подошедшего к его столу, и смело поднимает глаза, устанавливая прочный зрительный контакт. – Друг мой любезный, – наигранно вежливо тянет Арсений Сергеевич, снимая очки и протирая их уголком белого халата. – Когда мы с тобой обсудим тему статьи? – от неожиданности Антон закашливается воздухом, но через пару мгновений берёт над собой контроль. – А вы всё никак не угомонитесь с этой конференцией что ли? – грубовато отвечает парень, стараясь держать марку. – Забейте, туда можно только отличникам, а я заядлый двоечник, – он гордо и слегка нахально вскидывает подбородок. «Я выиграл», – крутится у него в голове, – «Я так глупо тебя переиграл». – Шастун, да что же ты такое говоришь, – преподаватель как-то чересчур довольно улыбается и манерно всплескивает руками. В его голубых глазах пляшут озорные искорки, от которых Антону становится не по себе. – Ты вообще-то лучший в группе, посмотри сам, – Арсений Сергеевич показывает парню раскрытый журнал их группы, в котором Антон с ужасом обнаруживает череду пятёрок напротив фамилии Шастун. И ни одной двойки. P.S. Imagine Dragons – Ready aim fire
