Август и Апрель

- Арсений -

      Наступает декабрь. Выпавший снег маскирует все неопрятности серого города, и, каждый раз проходя по улицам, Арсений с явным наслаждением любуется его красотой. Становится легче дышать. И жить, ведь время, даже если не лечит, то хотя бы стирает из памяти многие тяжелые моменты.       От благодарности больницы за помощь в аварии Арс отказывается, как и от премии. Единственное, что мужчина просит у начальства: ликвидировать пропуски по учебе у Шастуна, на что заведующая задумчиво щурится, но всё же обещает сделать всё возможное. Прогулы Арсения также автоматически аннулируются. Народные, мать его, герои.       Мужчина убирает в аптечку снотворное и задвигает бутылку алкоголя в нижний кухонный шкаф. В них больше нет необходимости: сон на удивление быстро пришел в норму. Причиной этого, вероятно, стали долгие вечерние переписки с одним зеленоглазым мальчишкой, чьи слова так успокаивающе действуют на Арсения.       Невероятно, как близки они стали всего за пару месяцев общения. Мужчина ужасно привязался к парню и теперь совсем не представляет жизни без наглых «Арсений Сергеевич, довезите меня, вам чё, сложно», «Арсений Сергеевич, у меня вообще-то аллергия на мытье посуды» и «Арсений Сергеевич, сори, я проспал травму, после обеда отработаю». Отработаешь ты, как же.       Мальчишка вносит в будни Арса уют. Мужчина не знает, что он сам дает Шастуну, но парень раз за разом возвращается в диалог и поддерживает общение. Хочется отблагодарить его. Хочется найти для него что-то, что бы его порадовало. Нужно сообразить подарок на Новый год.       Перебрав в голове тучу вариантов, Арс останавливается на кожаном браслете с гравировкой, после чего долго рассматривает варианты в небольшом офисе частного мастера и подбирает их под свой вкус. Коричневая кожа подойдет к зеленому цвету его глаз, но серая будет лучше сочетаться с миллионом стальных колец Шастуна и другими, в основном черными и синими, браслетами. Определившись, Арсений удовлетворенно тыкает в мягкий дымчато-серый браслет шириной с фалангу пальца и пишет на листике три слова для предстоящей гравировки.       Под вечер довольный собой Арс ставит в духовку лист с мясом по-французски и пишет Шастуну сообщение с приглашением на ужин. Из-за удачно заказанного подарка у мужчины прекрасное настроение. Но мальчишки нет онлайн, и через сорок минут Арсений садится ужинать в одиночестве, попутно заходя на страницу где-то запропастившегося студента. На ней всё по-прежнему: забавный улыбающийся Шастун неуверенно смотрит на него с аватарки. Был в сети два часа назад. Мелькает неприятная мысль, порыв которой Арсений уже не может остановить и, не совсем контролируя свои действия, он заходит на страницу Вики Калининой. Была в сети два часа назад. И – ниже – семейное положение: «встречается с Антоном Шастуном».       Внутри Арсения что-то с грохотом разбивается. Оглушенный, он тупо смотрит на эту строчку, не замечая, как остывает приготовленная еда и как сумерки за окном превращаются в глубокую ночь. Дрожащие замёрзшие руки отчаянно открывают дверцу нижнего шкафчика и достают полупустую бутылку коньяка.

- Антон -

      На новом катке играет новогодняя музыка и красиво горят желто-оранжевые гирлянды, напоминающие маленьких светлячков. Несмотря на свою неуклюжесть, Антон неплохо катается на коньках, как и держащая его за руку Вика, хоть и притворяющаяся местами милой неумехой. С кареглазой девушкой комфортно и весело, хоть и не всегда интересно. Они – пара. Мысли о своем обмане и попытках самобичевания Антон решил отложить в дальний угол головы. А вдруг стерпится – слюбится, кто знает. В конце концов, он пытается найти себя. Или блять окончательно потерять.       Сидя в тесной маршрутке по пути домой (в такой холод они с Викой решили расстаться на остановке), парень впервые за вечер достает телефон и открывает соцсети. Тяжелым якорем отзывается сообщение от Арсения Сергеевича «Шастун, сажусь ужинать через полчаса, можешь не успеть». Будь ты смелее, ты бы выбрал провести время с ним, а не с Викой. И зачем только ты это всё затеял. И зачем только внимательные небесно-голубые глаза всегда светятся таким безграничным теплом.       Антон долго извиняется и спрашивает у преподавателя, как прошел его вечер, надеясь на диалог. Но Арсения Сергеевича нет в сети уже больше получаса. Парень заходит на страницу мужчины и долго рассматривает его аватарку: красивую фотографию с какой-то научной конференции, где преподаватель в строгом темно-синем костюме стоит у трибуны и серьезно о чем-то вещает. Несмотря на официальность картины, голубые глаза слегка чуть прищурены и как всегда мягко-доброжелательны. Антон не может и не хочет отводить от них взгляд.       Пишет Вика, сообщает, что доехала до дома. Парень игнорирует ее сообщение, заходя на страницу девушки. Миловидное лицо, чуть ли не модельная фигура. Только ростом явно ниже ста семидесяти, кое-как достает Антону до плеча. И почему она вообще в отношениях именно со мной?.. Парень внимательно изучает ее профиль и немеет от ужаса. «Встречается с Антоном Шастуном» – гласит строчка на её странице. Что блять. Он тут же набирает сообщение с просьбой убрать статус. Вика думает, что Антон ее стесняется. Антон думает, что не хочет, чтобы кто-то в принципе знал об их отношениях. Не кто-то, нет. Только один человек. Парень ссорится с девушкой и сердито убирает телефон в карман, обессиленно откидываясь на спинку сидения.       Он точно уже увидел. Нет, глупости, с чего бы Арсению Сергеевичу лазить по страницам своих студентов, бред. А с чего бы тогда ему не появляться вечером в сети? Неужели он узнал и расстроился?.. Антон блять, ну и натворил ты делов. И что дальше-то.       Пальцы сами собой достают телефон обратно и находят на экране контакт «АС». Арсений Сергеевич. Один из самых важных номеров, что есть у Антона. Да что там, самый важный.       Преподаватель не отвечает. Антон нервно ёрзает на сиденье и выходит на несколько остановок раньше, чтобы пересесть на другую маршрутку. Она довозит парня до дома голубоглазого мужчины, молчание которого сводит Антона с ума. Я хочу с ним поговорить. На улице ужасно холодно, мерзнут руки и щеки, а ног Антон не чувствует уже очень давно. Но всё равно упрямо идёт вперёд. Я хочу его увидеть.       Парень останавливается уже возле самого дома Арсения Сергеевича, пытаясь отдышаться и согреть теплым воздухом изо рта окоченевшие пальцы рук. Ни в одном из окон преподавателя не горит свет. На часах только девять вечера. Ну и что это такое?.. Антон делает решительный шаг к подъездной двери.       Нет, погоди. Остановись. Он просто спит, слышишь? Он не в курсе ни про какую Вику и ни про какие ваши поцелуи. Даже если в курсе: ему до твоей личной жизни нет совершенно никакого дела. Он блять взрослый серьезный мужик, у него бывшая жена и наверняка нет отбоя от молоденьких медсестер. С чего ты решил, что этот статус может сделать ему больно? Может, ты сам хочешь, чтобы ему от этого было больно? Может, ты хочешь убедиться, что ты ему не безразличен? Эгоист, какой ты, Антон блять, эгоист.       Парень опускает голову, прекращая испепелять взглядом кухонное окно Арсения Сергеевича, и разворачивается спиной к громоздкому молчаливому дому. Не надо. Не лезь во всё это. Ты ему просто друг, помнишь? А он мне?.. А это никого не волнует, Антон. И тебя волновать не должно тоже. Но парень, почему-то, всю ночь не может уснуть от истязающего чувства вины и тревоги. Уже под утро его посещает до дрожи трепетная мысль. Запретная по сути своей, но гениальная – однозначно. Которую обязательно нужно реализовать.

- Арсений -

      Голова с утра на удивление ясная. Может, организм еще не забыл марафон алкоголя недельной давности и был заранее готов, а, может, Арсений просто не так много вчера выпил. И закусывал, конечно, не зря же он готовил в духовке мясо. Воскресенье встречает мужчину повальной метелью, из-за которой в окно кухни не видно даже дома напротив. Арс самозабвенно хмыкает: в такую погоду только и делать, что сидеть в одеяле и пить ароматный кофе. Хотелось бы, конечно, пить его с кокосинками… А точнее с одной конкретной. Большой такой, двухметровой Кокосиной.       Вечерние сообщения от Шастуна пестрят извиняющимися смайликами и жалостливыми интонациями, а последнее – просто шедевр современного искусства. «Арсений Сергеевич, если вы снова пьёте, то я вас прибью (простите). Вы вот когда в последний раз были на улице? Вот короче билеты в кино, не смейте отказываться, я уже всё оплатил по интернету, мы же в прошлый раз не попали... В общем, до завтра. Ну, то есть до сегодня». Отправлено в пять двадцать утра. Шастун блять, и чего тебе по ночам не спится. По-дурацки сбитый слог, сумбурные фразы, словно мальчишка в нервной истерике тыкал слова наугад. До жути очаровательно. Да и предложение кажется Арсению очень заманчивым.       Мужчина лениво бредет на кухню, спотыкается в зале о чертово кресло и находит у его ножки пустую бутылку из-под алкоголя. А. Точно. Статус. Который почему-то вчера вечером разбил тебя в щепки. Арс, вот скажи, а что не так? Ты его ревнуешь? Да, возможно. Ты не хочешь делить его внимание ни с кем другим? Да, вероятно. Он тебе небезразличен?.. Не знаю. Не знаю, блять, не понимаю я. Я вообще ничего не понимаю в самом себе. Есть импульс – надо реализовать. А что он, как он, откуда он – черт его знает. А на странице Вики Калининой в графе «семейное положение» неожиданно пусто.       Ну и что происходит? Они что, расстались? Да нет, не может быть. Скорее, просто спрятались. А зачем?.. Арсений трясет головой и нажимает на педаль тормоза, краем глаза поглядывая на загоревшийся красным светофор. «Парнишка-то не промах, работает по двум фронтам» – ехидно скалится внутренний голос. – «А если его девушка узнает про вашу встречу, что тогда?..» Но Арса это волнует меньше всего. Он хочет встретиться с мальчишкой. До одури, до дрожи в руках. До трещин в эмоциональных барьерах. Мужчина даже думает предложить парню заехать за ним на машине, но осекается: мало ли, где и с кем будет Шастун до похода в кино. Эта неприятная тягучая неловкость, вдруг возникшая между ними, сильно раздражает Арсения.       Сеанс запланирован на шесть вечера. Арс приезжает практически за час и долго сидит в машине, наблюдая за падающими хлопьями снега, которые густо ложатся на лобовое стекло. В кинотеатре на удивление многолюдно: несмотря на снегопад, вечер воскресенья всё равно самое популярное время для похода в кино.       Шастун прибегает за пятнадцать минут до начала сеанса. Арсений отмечает в голове, что парень даже не опоздал – стало быть, дела совсем плохи. Или мальчишка сошел с ума или… чувствует себя виноватым? Нет, глупости. А если глупости, то почему тогда в больших зеленых глазах сквозит «Простите-меня-я-идиот-простите-не-сердитесь-пожалуйста»?.. Только мужчина совсем не сердится. Он приветливо кивает Шастуну и незаметно тянется рукой к его капюшону, чтобы стряхнуть налипший снег, но так и не касается парня, убирая пальцы уже в сантиметре от его куртки. Не надо, Арс. Лучше не надо.       Они перекидываются парой фраз и молча проходят в зал. Арсений понятия не имеет, в какую сторону вести диалог. У Димы он бы обязательно спросил, что за девчонка появилась у друга и как он ее подцепил. У Антона он такое спросить не может, сам не особо понимая, почему. Более того, эта мысль заставляет Арса стиснуть зубы, и он позволяет себе это сделать только из-за окружающей мужчину темноты. После рекламы начинается зрелищный детектив, но в голове Арсения такая неразбериха, что он абсолютно не может включиться в происходящее.       Фильм подходит к кульминации. Мужчина боковым зрением осторожно изучает блестящие кольца на пальцах мальчишки. Внезапно всё исчезает. Арс быстро поворачивает голову, понимая, что в зале полностью пропал свет.

- Антон -

      Из-за собственных дурацких мыслей Антон не имеет ни малейшего представления о том, что происходит на экране. Резко гаснет всё вокруг, и зал погружается в непроглядную тьму. Парень тут же забывает о собственной вине за идиотский обман Арсения Сергеевича, уже долгое время выжигающий парня изнутри.       Зал почти полный, и люди, удивленно замершие в первую минуту темноты, сейчас начинают включать фонарики на телефоне и осуждающе галдеть. Антон лезет в карман, когда слева от него зажигается свет: Арсений Сергеевич уже достал свой телефон и помогает найти его парню. – Если не починят, то можешь смело требовать деньги за билеты обратно, – задумчиво произносит преподаватель, внимательно осматриваясь вокруг. Антон кивает, не отводя взгляда от мужчины. В таком полумраке черты лица Арсения Сергеевича кажутся парню особенно загадочными и оттого еще более красивыми. «А на Вику ты так хоть раз смотрел, пидор блять?» – Антон стыдливо отводит глаза и качает головой, пытаясь загнать подальше бесячий внутренний голос. Какое же вы искусство... – И чего мы теперь?.. Будем ждать? – нерешительно интересуется парень, пытаясь вытянуть длинные несуразные ноги в проход. – Будем, – коротко отвечает преподаватель, откидываясь на спинку кресла и обводя Антона цепким взглядом. – Как твои дела?.. – Не знаю, – честно произносит парень, пожимая плечами. – Кажется, я совсем запутался... – фраза звучит сама собой, и Антон не успевает её подумать и удержать. Конечно, ты запутался. Но только это всё надо держать в своей голове, а не высказывать налево и направо. Вот как Арсений Сергеевич – про него же вообще никто ничего никогда не знает. Хренов актёр, который вечно всё скрывает. И вообще, какое блять «Я запутался»? Разве ты можешь обсуждать такие вещи с ним?..       Преподаватель долго молчит и рассматривает лицо парня, скрестив на груди изящные руки. Антону кажется, что за этим жестом мужчина прячется от внешнего мира и от самого Антона в частности. Ну зачем, ну скажите вы мне, что я идиот, что я скотина последняя, что как тварь играю в эти любовные эксперименты сам и втягиваю туда вас, ну накричите на меня, ну выплесните наконец на меня свой этот импульс...       Но темные слегка прищуренные глаза лишь по-доброму приветливы и чисты. Без малейшей тени упрека. Либо ему совсем плевать на меня и мои косяки, либо я ему настолько дорог, что он мне все эти косяки моментально прощает. Охуенные блять варианты, Антон. Из крайности в крайность, как говорится. – Антон, но ты же понимаешь, что выпутываться в любом случае придется тебе самому? – внезапно спрашивает Арсений Сергеевич, разъединяя скрещенные руки и кладя их на подлокотники. Словно убирая барьеры. Словно открываясь. – Какую бы кашу ты ни заварил – не важно, своими действиями или своими мыслями – только ты сам можешь её разгрести. И, я уверен, ты в силах со всем разобраться. Улавливаешь?..       Парень кивает, с изумлением и восторгом глядя на мужчину. Ну вот как можно было так искусно выстроить фразу, чтобы и подбодрить, и совет дать, и в личное пространство не залезть? Вершина тактичности. Какой же вы всё-таки... – А вы как?.. – осторожно и робко. В тревожном ожидании того, что преподаватель снова закроется. Но Арсений Сергеевич, на удивление, оставляет руки на месте и даже не рвет прочный зрительный контакт. – Неплохо. Не идеально, конечно, но потихоньку. Мясо вчера приготовил, а ты, зараза такая, не пришел... – не обиженное обвинение, а хитрый дружеский укор. Или просто хорошая актерская игра.       Проходит примерно двадцать минут, когда зрители окончательно теряют надежду. Появляется девушка-администратор, сообщает о неустранимой проблеме с техникой и просит всех покинуть зал. Антон озирается по сторонам и несколько испуганно думает, что сейчас может начаться нехилая давка.       Толпа рождается из ниоткуда. От множества людей и мелькания фонариков в темноте у Антона рябит в глазах, но он упорно следит за силуэтом преподавателя, идущего на шаг впереди. Неожиданно парня толкают в спину, он спотыкается и неловко летит вперед, думая, что точно сшибет с ног Арсения Сергеевича. Но, к счастью, мужчина довольно твёрдо удерживается в вертикальном положении, почти не пошатнувшись: Антон хватается обеими руками за плечи преподавателя и только это спасает парня от падения. – Живой?.. – оборачиваясь назад, быстро уточняет мужчина. Антон кивает, продолжая неуверенное движение в потоке агрессивной толпы. – Антон, – Арсений Сергеевич неожиданно окликает парня и протягивает ему руку ладонью кверху. – Держись, иначе потеряешься.       Антон непонимающе моргает под взглядом голубых пронзительных глаз, ощущая внутри борьбу между «Антон, это точно гейство» и «Антон, что может быть лучше его руки?..». Мысли оглушают, и парень значительно медлит, тупо смотря, как опускается рука разворачивающегося преподавателя. Которую ты так и не решился взять.       Нет. Нет. Антон почти бросается вперед и ловит в шумной толпе запястье мужчины, спускаясь пальцами до его пальцев. Твердая прохладная рука Арсения Сергеевича крепко сжимает горячую подрагивающую руку Антона. И парень не хочет думать о том, правильно это или нет. Потому что это прекрасно. Потому что на свете не существует ничего лучше этого. – Не сильно тебя там задели? – обеспокоенные голубые глаза с головы до ног бегло оценивают Антона, выходящего из галдящей толпы в просторный коридор. Крепкие пальцы разжимаются и легко отпускают ладонь парня – в этом вынужденном жесте больше нет необходимости. Антон глупо смотрит на свою покрасневшую, словно бы обожженную руку, и разочарованно кусает нижнюю губу. – Да всё нормально... – безучастно бормочет в ответ парень, не слишком осознавая окружающую реальность. Я держал его за руку. И он держал меня за руку. Ни одно прикосновение в жизни Антона ни разу не доводило его до такого ступора.       На улице всё ещё идёт снег. Арсений Сергеевич смело шагает по засыпанной белой ватой тропинке, Антон шагает за ним: строго след в след. Даже ступать по его следам кажется Антону чем-то личным. Ты совсем спятил, дружок. Окончательно. Но это так чертовски приятно, просто пиздец... – У нас хоть раз получится нормально посмотреть кино блять, – насмешливо бормочет преподаватель, подходя к своей черной мазде, стоящей на парковке возле кинотеатра. – Поехали хотя бы поужинаем, горе луковое, – мужчина открывает дверь машины и смотрит на слегка заторможенного парня, вопросительно поднимая бровь.       Антон согласно кивает, понимая только половину слов Арсения Сергеевича. Он думает, что хотел бы остаться в том темном зале навечно. Кофе и резковатый мужской парфюм. Уверенные прямые плечи, за которыми ты словно за непробиваемой стеной. Вкрадчивый мягкий голос.       И больше всего Антон хочет запомнить, как приятно горит ладонь, охваченная теплым прикосновением его руки.              P.S. Animal ДжаZ – Бессимптомно