Как остаться подле тирана?

      В моей груди уже нет сердца. На его месте давно тёмным безобразным пятном засохла кровь.В груди всегда воет– нет– бесжалостно ноет ветер, но всё в этой пустыне уже бесцветно. Ничего в ней уже не дрожит от воя. Боли. В этих руинах уже нечему и некому страдать. Ничто уже погребено и унесено за ней. Она забрала все краски, что и даровала мне каждый день, проведённый рядом со мной. Да, я эгоист, раз так вскипаю от потери неизбежного... ха, я же обычный бастард императора, такова моя судьба. И потому был слишком слеп, когда гнался и пытался удержать тот огонёк. Я хотел его почувствовать, вобрать в себя без остатка и гореть в нём.       Но я и не замечал, что до встречи огонька, как и после его поспешного треска, меня всегда окутывал шельф, сотканный из чистой, настолько невинной привязанности хрупкой неферут. Он всегда был рядом. Он настолько пропитался в меня, что даже воздух, обволакивающий мои лёгкие отдавал бóльшим теплом, чем та пьянящая страсть. Что даже в венах кровь вскипала иначе: пробирала, казалось, мертвую плоть до оживления. До понимания.       Верно... Он был со мной всегда, как я всегда хотел тонуть в ком-то, да так, чтобы не слышать никого и ничего вокруг. Пылать лишь ради неё, лишь ради её лёгкого поддрагивания губ на своих, лишь ради касания хрупких кончиков пальчиков на своих уже трепещущих плечах. О, как же я был наивен! Пеленой покрылся разум, и сердце приняло весь удар на себя. И боль была такой пульсирующей, убивающей, что я и не заметил, как ты, мой бесстрашный и глупый Бэмби, пыталась забрать её всю, высосать без остатка, чтобы моя пустыня зацвела, дала ростки для нового начала. Но почему же, мой милый Бэмби, ты всегда забываешь про себя? Почему всегда готова жертвовать ради бастарда? Меня?..Почему готова кануть в небытие, если это даст мне свободу и счастье? Почему же, глупый Бэмби, ты мчишь быстрее меня, лишь бы убрать с моего пути все камни и иглы? Почему... когда вновь тону в твоих изумрудных глазах, вижу в них себя? Нет... Нет! Ты – не я.       Ты соткана из самых ярких красок этого мира и достойна лучшего, ты буквально достойна всего яркого и лучезарного, как твоё сердце, в этом мире. Тогда почему? Почему продолжаешь тыкаться в руины моей пустыни? Зачем каждый раз прозябаешь от холодного ветра? Я же по-хорошему прошу тебя уйти, не жалеть о будущем, так зачем ты пытаешься озеленить своими глазами эту пустошь?!       Прости, моя очаровательная Бэмби, но я устал. Устал тебя прогонять,из раза в раз причинять боль, поэтому.. прости, лучезарная, но я больше тебя не отпущу. Я всё так же хочу потонуть и забыться, но теперь в твоём румянце, жарких объятиях и нежных поцелуях,пробирающих кости и мой разум. Но страх засел глубоко, как и чертовы мигрени от смутных воспоминаниях. Но я буду бороться, ласковая Бэмби, за твою любовь, которую я не заслуживаю, но ты так щедро мне её даришь, что даже чëрствость, засевшая во мне годами, даёт трещины. Поэтому... возьми все последствия своих действий на себя, храбрая Бэмби, ведь я не ручаюсь за их масштабность.       – Подай, пожалуйста, вон ту игрушку, балбес. Балбес!       Моих плеч коснулась яркая золотая мишура, огибая их змеёй. Я поднял свою голову и через выбившуюся чёлку тëмных волос взглядом мазнул по протянутой руке девушки, стоящей на лестнице рядом с горе-ëлкой. Её изумруды как обычно были настолько полны решимости и дерзости, что так и хотелось в них утонуть. Другого я и не видел будущего для себя, глядя в её озëрца.       Её платье задралось, что открывало для непрошеных зевак вид на... на мозоли на ногах?Угораздило же глупого Бемби залезть на лестницу на каблуках. Ха... на то он и извращённый Бэмби.       Коснувшись мимолётно её горячей ладони, потянул на себя и уже через секунду на руках извивалась в своей детской строгости извращенка. Лучше бы я также ловил тебя, наивная Бэмби, а не громкословные счета после проведения по всей Обелии Нового Года. Куда приятнее и легче, чем держать лист бумаги и гусиное перо. Но о чём я...       – Ха! Если хотел помочь, то мог бы просто сказать, а не пугать всех посетителей этого уютного кафе!       Надув губки и закатив глаза, Бэмби уселась рядом с горой подарков, отточенными движениями упаковывая один за другим. И пальцами расслабила застёжки на туфлях, слегка массируя затекшие ноги.       Вздохнув, я успокоил неравномерные всплески жизни сердца. Пока не уловил усмешку на губах блондинки.       – Чего же ты ждёшь? Залезай давай, лестница предпочитает быть снизу, – вручила коробку и чеширской улыбкой сопроводила меня на путь "исправления".       – Обязательно запишу это в " Странные извращения Бэмби".       Но меня она уже не слышала: всё внимание любопытной сконцентрировалось на книге, чья обложка была весьма изысканно украшена. С каждой страницей Бэмби увлекалась в другой мир, позабыв о своей роли в сегодняшнем дне. Да и в целом о приготовлениях,к которым сама вызвалась помогать.       Закончив с игрушками, я спустился к увлечëнной Бэмби, всё ещё читавшей книгу, и, не совладав над соблазном, опалил горячим дыханием нежное ухо:       – Я кончил, Бэмби.       –Ааа.. хорошо постарался, можешь теперь помочь.. – вздрогнув, извращенка аккуратно закрыла книгу, хотела указать на последующую работу, но уши зарделись, а из груди выплеснулся крик, – что ты сказал!? Попрошу тебя не выражаться так при людях, балбес! И вообще, какая я тебе Бэмби!? Угх, лучше просто посиди декорчиком.       Вытащив из ниоткуда красный колпак с белым шариком на конце, Бэмби натянула его на меня, усадив на колени перед собой. Если бы только она знала, кого ставит на колени, то была бы столь же смела? Определённо да. И куда более напористее.       Пока она пыталась уладить ситуацию с персоналом и прочими зеваками, её ладони пытались удержать на мне глупый колпак. Пальцы невзначай блуждали по скулам, шее, от чего мурашки по коже так и будоражили сознание, что я даже и не заметил, как начал ластиться под их движения. Да и кто я такой, чтобы противиться такому обаянию Бэмби?       – С Новым годом, Бэмби, – буквально прошептал в её имбирные, казалось, сладкие ладони. Ресницы задрожали от поспешности сказанных слов, но ответом послужила её улыбка, сопровождающаяся лёгким смехом:       – И тебя с наступающим Новым годом, балбес.

Надеюсь, нас ждёт в следующем году много яркого и светлого, и ты надолго останешься со мной, чудная Бэмби, ведь без тебя моя пустыня вновь станет серой жуткой дырой.Надеюсь,ты не разочаруешься во мне, прекрасная.