Единственный

      -Цзюнь-Цзюнь! Я здесь! Го Цзычень изо всей силы махал рукой, в которой было зажато что-то ярко-красное. Казалось, он сжимал в ладони язык пламени. — Как долетел? Всё в порядке? -Все замечательно, — пробормотал Гун Цзюнь, обнимая друга. — Я нашёл тебе потрясающую квартиру, всё, как ты хотел: тихо, парк через дорогу, супемаркет недалеко. Единственный минус — окраина, но зато недорого. Хозяйка оставила мне ключи. Я сказал ей, что ты сегодня прилетаешь… — Отлично, — перебил его Гун Цзюнь. — Едем. Они пошли к выходу, и Гун Цзюня вдруг окатило удушливой волной. С огромного плазменного экрана на него смотрел Чжэхань. Весь в чёрном, он медленно вертел в руках длинную жемчужную нить… — Что такое? — Цзычень, всё это время оживлённо о чем-то рассказывающий, обернулся, заметив, что друг отстал. Гун Цзюнь с трудом овладел собой. — Ничего. Вспоминаю, куда засунул загранпаспорт. Он знал, что так и будет, но всё равно оказался не готов. Три года прошло, но по-прежнему было больно. Время не лечило. Нисколько. Цзычень, слава богу, ничего не заметил. Пока они добирались на другой конец города, он рассказывал о жене, девочках, общих знакомых. Гун Цзюнь пытался сосредоточиться, но навстречу то и дело попадались рекламные щиты. На каждом третьем был Чжэхань. Он рекламировал дорогие часы, брендовую косметику, элитный кофе… Улыбался, хмурился, задумчиво смотрел вдаль… Гун Цзюнь не видел его и ничего не слышал о нём почти три года, и теперь его шарахнуло так, что мало не показалось. К счастью, на окраине количество рекламных щитов резко сократилось и Гун Цзюнь постепенно начал приходить в себя. Квартира ему сразу понравилась. Тихая улочка. Небольшой двухэтажный дом в самом её конце. Четыре квартиры — две на первом этаже, две на втором. Окна выходят в парк, супермаркет через два дома. — Чень-Чень, ты лучший, — Гун Цзюнь хлопнул друга по плечу. — Я знаю, — самодовольно ответил тот. — С тебя ужин. Хочу свинину в кисло-сладком соусе. Ты готовишь лучше, чем моя мама, хотя даже не знаю, как такое может быть. — Не вопрос, — рассмеялся Гун Цзюнь, — если сходишь в магазин, все будет. Они связались с хозяйкой, подтвердили аренду, Гун Цзюнь позвонил маме, приготовил ужин, потом Цзычень ушел, а Гун Цзюнь еще долго сидел на кухне, пытаясь прикинуть, что нужно будет купить в его новый дом, но перед глазами постоянно всплывал экран, на котором Чжэхань медленно поворачивал голову и смотрел прямо на него, будто видел в пёстрой аэропортовской толпе, будто ждал его всё это время... Цзюнь думал, что не заснёт, в последнее время почему-то стала мучить бессонница, но провалился в сон сразу, как только коснулся подушки. Утро было солнечным и тихим, в парке щебетали птицы. Гун Цзюнь не спеша приготовил завтрак, думая, что обязательно нужно сходить в парк, в хозяйственный магазин и в издательство, сел за стол, но в дверь вдруг позвонили. Это был либо Цзычень, решивший напроситься на завтрак, либо квартирная хозяйка (больше никто не знал его нового адреса), но за дверью стоял Чжан Чжэхань, собственной персоной.