Случайности неслучайны.

      Сеул. Двадцатое марта две тысячи двадцать первого года. Два часа ночи.       Под окнами общежития известной корейской группы Stray Kids собралась толпа неадекватных фанатов. То ли они хотели поздравить ХенДжина с наступившим уже днем рождения, то ли еще чего, но на нервы они действовали конкретно. Охране и менеджерам разогнать это скопище полоумных идиотов преданных фанатов пока не удалось.       А в самом общежитии отчетливо пахло валерьянкой.              Это Чан, еще два часа назад поняв, к чему все идет, накапал себе сотку сорок капель. Потом, посмотрев на сжимающего кулаки и расплывающемуся в своей самой пакостной ухмылке МинХо, накапал и ему. Но уже полновесный полтинник. Ему нужнее. Вливать, правда, пришлось почти силой… Ладно, без «почти»… Но тут можно было сказать спасибо Берри, который никогда не любил таблетки, но, бывало, подцеплял всякую дрянь, лечащуюся только медикаментозно. Так что теперь МинХо сидел на диванчике, играл в тупенькие игрушки на телефоне и периодически фырчал на ЧанБина, обосновавшегося у него под боком и пресекающего любые попытки встать или хотя бы выйти в интернет.       Бинни с валерьянкой не заморачивался. Он сразу закинулся успокоительным посерьезнее. Потому что в такие жизненные моменты в нем просыпался реальный ДАРК. Очень недобрая личность, если кто не понял. Прям вот в крайней степени недобрая. Но Чан, еще когда разжимал челюсти МинХо, чтобы влить в него валерьянку, прошипел, что реагировать нельзя. Агрессивно реагировать тем более нельзя. Калечить никого категорически нельзя. Убивать… «Бинни, выжри валерьянки сам, я ж с тобой не справлюсь…» — пропыхтел Чан, все еще пытаясь усидеть на прижатом к полу МинХо, ногами держа руки этому поганцу. Поганец упирался, старался вывернуться и уже, кажется, хотел хотя бы укусить Чана за руку. Бинни прикинул свой вес, психологическое состояние, состояние здоровья и понял, что в валерьянке ему придется просто утопиться. А потому, пока еще держал себя в руках, сходил к себе и выгрыз из блистера две таблетки. Немного подумал, и выгрыз третью. А потом вернулся и уселся около всклокоченного, мокрого и злого, но все-таки напоенного валерьянкой (и благоухающего ею же на всю общагу) МинХо.       ЧонИн был на кухне. И увлеченно разделывал курицу (изначально целую) огромным ножом. Уже третью подряд, к слову. На выходе получался почти фарш. Большим ножом это делать было крайне неудобно, но именно в этом и была вся соль. Иначе он уже закончил бы и с оставшимися пока нетронутыми двумя тушками. А куда потом сливать свое недовольство, он не знал и знать не хотел. Потому что мысли по этому поводу были сплошь кровожадные…       ХенДжин и Хан умелись в одну из спален, забаррикадировались там, занавесили все окна и смотрели какую-то дораму. Или мультик. Или ужастик. Кто их знает, что, но что-то они точно смотрели. Потому что шума отодвигаемых от двери комода и, наверное, тумбочек, не было. К двери — было. От двери — не было. Они в комнате. Ну, Чан на это надеялся. Успокаивало то, что истерик слышно тоже не было.       «Так вот куда делся второй пузырек валерьянки…» — понял Чан.       В другой спальне сидел Феликс. Он рубился на компе в какую-то непомерно трешовую онлайн-стрелялку с фейкового аккаунта. Судя по обрывкам фраз, которые иногда проскакивали в промежутках между приглушенными ругательствами, он представился сорокалетним мужиком. И ему поверили. Ну да, голосок у него не на двадцать. А настроение у этого милого солнышка было сейчас из серии: «Хочу устроить ИМ солнечный, мать их, удар…». Так что пусть играется. Глядишь, выпустит пар и успокоится.       Чан уже было выдохнул, решив, что все нормально и никто ничего не выкинет. Но тут сидевший около окна и иногда аккуратно туда выглядывающий СынМин вдруг встал и куда-то ушел из комнаты. Затем что-то зазвенело, послышался шум воды, что-то упало, и на пороге комнаты появился СынМин. С огромным ведром в руках. Чан, аккуратно подошедший к этому, обычно самому спокойному в их общаге, человеку, заглянул в ведро и резко отпрянул. А СынМин, чуть передохнув, собрался продолжить свой путь. — СынМо… — протянул Чан. — А ты куда? — К окну, — коротко бросил парень, поудобнее перехватив ручку ведра. — А зачем тебе к окну? — Демонстрацию разгонять, — ответил СынМин, пытаясь обогнуть Чана, вставшего у него на пути и не пускавшего дальше. — Вылив на них целое ведро, простигосподи, КИПЯТКА???       Ну, с СынМином Чан справиться смог. Ведро было отобрано, его содержимое вылито, а самому СынМину сделали персональное внушение. Только вот интернет ему отрубить никто не догадался. По крайней мере, сразу…