...Слаще наших идеалов

Глава 7. «Сотканный падением летит выше всех»

      В голове играла знакомая мелодия. Вспомнить бы откуда она, да вот не получается. Что-то протяжное и надоедливое: эта музыка как-будто исходила от стен, словно где-то за ними стоял хор из ангелов и пел сводящую с ума капеллу прошлого. Тянется, вяжется, подобно липкому мёду — это не давало покоя. Казалось бы, обычная мелочь, а так приедается и сбивает.       — Эй, Сицеру? О чем задумался? — вскинув бровь обратился Вельфис.       — Не знаю. За короткий промежуток времени столько всего произошло. Огня добавляет ещё один факт — новое тело. До сих пор трещит голова от новинок.       Тихое хихиканье и улыбка с лёгким оскалом — что ещё можно ожидать от Вельфа? Его смешок был мягким, не задиристым, напротив. Что его так развеселило? Он и сам в похожей ситуации: тоже пережил подобный скачок в развитии.       — Не обижайся. В тебе я увидел себя двумя неделями ранее.       Высокий, статный, крепкий. Единственное, что осталось в нем неизменным, так это добрый блеск в глазах и серьёзность, которая умело скрывалась за тонким слоем наивности.       Диару все также ходил где-то поодаль, его явно не прельщала идея похода в столовую. Руки, сложенные на груди, и полное безразличие к происходящему. Что уже успело произойти в мое отсутствие? Ведь с самого начала он был более раскрепощенным. По крайней мере так казалось.       — Последнее время мне снится дурной сон. — Продолжил Сицеру. — Словно я борюсь сам с собой: сотня «меня» против одного другого «меня». Я не знаю чем это вызвано. Такая серия снов началась после твоего спасения.       — Пойдём присядем.       Компания подошла к большой деревянной арке, выполненной резным орнаментом. За ней, внутри, находилась столовая: своеобразный ресторанчик, который чем-то напоминал обеденную комнату в очень богатой избушке. Полу мрачный теплый свет от светлячковых ламп аккуратно падал на тёмные столы и создавал в просторном деревянном помещении уют.       Если пройти чуть дальше, можно разглядеть длинные столы и огромную толпу, сидящую на многочисленных банкетках с красными подушками.       Спустя несколько шагов в сторону свободного места у стены, троица присела. С приглушенным шумом Диару бухнулся на мягкое сидение, закинул ногу на ногу и с грохотом положил руки на стол, а после медленно выдохнул, оставив товарищей в состоянии лёгкого шока:       — А ты не меняешься, как погляжу.       — Я никогда не меняюсь, Сиц. — Диа положил подбородок на руку, осмотрелся, затем встрепенулся и оглянулся в сторону кухни. — Жрать охота.       — Сейчас всё принесу! — радостно отозвался Вельфис и сделал первый шаг навстречу еде.       — Стоишь! — Парень подорвался, зашёл товарищу за спину и, положив ладони ему на плечи, опрокинул вниз. — Сидишь! Вам с Сицеру есть о чем поговорить, а я пока займусь делом.       — Давайте тогда сходим вместе! Тем более, что три порции ты не унесешь. — Вейльф снова встал и его тотчас же усадили.       — Две. — Диару показал два пальца. — Две порции. Сиц не зарегистрирован, помнишь? У него нет допуска.       — Ах, точно.       — Я ушел.       Так Вельфис и Сио, поглядывая удаляющемуся товарищу вслед, остались наедине:       — Ну? Рассказывай!       — Чего рассказывать то? — Сицеру немного растерялся. — Есть сон, а есть явь. Приснилось и приснилось — ничего примечательного.       — Ты сказал, что это началось после моего спасения. Начнём с этого.       — Возможно я пережил дикий стресс, когда увидел тебя мёртвым. Сверху легла безысходность, слуга Цендэуха и он сам. Операция дала о себе знать.       — Операция?       — Ага. Эти черти нашли во мне опухоль, которую, судя по характерному шраму, уже вырезали. Мы слишком долго находились в активной зоне грибка, он через раны попал в кровь и быстро прогрессировал. А потом ещё и все это. Прошлое тянет… Вдруг оно вернется в более страшном обличии?       — Не переживай! Как я тебе говорил? Есть вещи, которые нужно понять, принять и отпустить. Прошлое — слишком тяжкий груз, чтобы тащить его за собой, а будущее… Оно лишь готовит нам приключение. Минувшему не ведомо, что такое «хорошо» и, что такое «плохо». Ой, слушай, даже мысль есть на этот счет! Это… Оно как трёхлетний ребёнок: играет с игрушками, придумывает фантастический сюжет. Нам тоже нужно почувствовать себя детьми, тоже начать играть и не задумываться над тем, что «было» и, что «будет». Просто жить настоящим.       Сио замолчал и потупил взгляд, попутно выводя пальцем невидимый на столе завиток:       — Ты не знаешь, случаем, как там Рисаки?       — Давненько ее не видел, так что, увы, не имею понятия. Тут ее точно нет.       — Скучаю по ней. Мне также не удалось ничего узнать за время пребывания в той жуткой лаборатории.       Вельфис поднял руки, потянулся до хруста в суставах и, устало выдохнув, продолжил:       — Как твой шрам, дружок? Как в целом самочувствие?       — Необычно. Словно меня замуровали под землю, потом сильно встряхнули и снова вытащили. — На лице проявилась нотка омерзения.        — Сицеру. — Прошептал Вельф и через стол потянулся к собеседнику. — Есть серьезный разговор.       Сио озадаченно огляделся и шепнул в ответ:       — Слушаю.       — Тебе Цендэух что-то о долге говорил, а мне ничего не сказал. Я слышал, в подобной ситуации за воскрешение что-то взамен просят, только никто из моих знакомых не поясняет. Так что это за долг?       — Если бы я только знал. О долге прочитал из записки и там ничего не сказано.       — Не всё так просто, как оказалось. Никто ничего не знает. — Вельфис нервно забил когтями по столу. — У тебя осталась эта самая записка?       — Осталась!       Сицеру откинулся назад и заковырялся в кармане. Между пальцев мелькнула какая-то бумажонка. Смятый сверточек был извлечен и тут же отдан товарищу. В эту же секунду Вельф ухватил послание и аккуратно его развернул, спешно пробегая глазами по строкам. Было сложно найти что-то примечательное, однако, любопытный и внимательный глаз стал улавливать что-то незримое, но оттого не менее важное. Читающий стал покачивать головой, закусывать губы.       В тихом причитающем голосе слышалось: «У тебя теперь такие проблемы из-за меня…»:       — Теперь слушай внимательно. — В пол голоса скомандовал Вельфис. — Мы…       — Разговорились, как я погляжу! — Диару звякнул посудой на двух подносах и быстро расположил их на столе. — Надеюсь не помешаю. Что тут у вас? Позвольте ознакомиться!       — Присядь. — Сицеру чуть двинулся в сторону, как бы указывая на местечко рядом. Только Диа предпочел подтолкнуть и пригнездиться к несчастному с бумажонкой, попутно читая содержимое записки прямо с чужих рук.       Сио оскорбленно покосился в сторону образовавшейся парочки и, сложив руки на груди, смирился с реалией. Диару, тем временем, прищурился в попытке разобрать слова. Чуть шевеля губами, будто разжевывая каждую буковку, он перевел недоуменный взгляд на парня напротив и склонил голову в ожидании объяснений. В прочем они тут же и последовали. Сицеру рассказал о недавних событиях: о том, как они с Вельфисом бежали от хищников, попали в подземелье, надышались опасным грибком; о том, как попали в лабораторию Цендэуха, о страшном ритуале; рассказали, как по неведомой причине попали сюда:       — Как мы все здесь очутились я уже знаю. Истории похожи, как две капли воды: пешки попадают в плачевную ситуацию, затем их ловит наёмник Тоушелл и после надлежащей медицинской обработки отправляет, собственно, сюда.       — Выходит мы забрели в одну из сетей? Мне это не нравится — Сио начал воспринимать эту информацию в штыки. А кому захочется быть в подчинении у неизвестной организации? Кто знает их истинные планы?       — Выходит так. — Диару тяжко вздохнул. — Только нельзя не заметить то, что мы до сих пор живы: нас защищают и кормят. Ты, кстати, поешь. На поднос с такой жадностью смотришь, а до сих пор ничего не стащил.       — Мы живы благодаря счастливому стечению обстоятельств. Думаю, нам не стоит обольщаться. — Всё еще с некой неприязнью или страхом отвечал парень, спешно поедая обед.       — Это да-а. Слушай, — откликнулся Вельфис, — Не строй из этого трагедию, могло быть и хуже. Диа, поддерж… Эй!       Именно в этот момент еда на подносе говорящего начала стремительно исчезать, прямиком в пасть к тому, кто сидел по соседству:       — Не зевай. — Уплетающая наваристый бульон наглая морда тут же уставилась на Вельфа, пока тот застыл не в силах придумать ответный аргумент или действие. Хотелось вмазать, да посильнее, вот только другие ишунцы рядом. Будет очень неловко. — Не волнуйся, тебе тоже достанется. Не нужно на меня смотреть как на последнюю тварь.       Вельфис рыкнул и злобно перевел взгляд на что-то менее раздражающее, на Сицеру:       — Сейчас будут занятия. Так как ты не прошел регистрацию — придется нам с тобой постоянно ходить и все рассказывать.       — Тут еще и занятия проводят?       — А ты как думал? После занятий мы тебе покажем еще кое-что, не менее интересное. Это сюрприз.       — Надеюсь это не что-то смертельно опасное?       — Ну, как тебе сказать… — Вельф скукожился.       — Что ж, уже прельщает. Кстати, кушай мою порцию. Не думаю, что смогу столько съесть. — Разумеется это высказывание было несколько преувеличено. Просто не хотелось смотреть в эти голодные милые глазки, которые только что пережили психологическое насилие со стороны одной интересной личности, что, казалось, наелась от брюха и оставила на подносе целое «ничего».       — Спасибо, звездочка. Ты спас мою жизнь от голодной смерти.       Эта ожившая радость почувствовалась мгновенно и оставила такой теплый отпечаток на душе, что голод напрочь перебило. Лишь бы наблюдать эту картину подольше.

*****

      Время обеда заканчивалось. Что делать дальше? Разумеется, идти на занятия! Вот только причиной растерянности было не это: вопрос с законностью пребывания в «вуали» все еще висел где-то в воздухе и грозился ударить в любой момент. Думать, нужно думать и прятаться.

       Компания зашла в уборную, чтобы немного привести себя в порядок. Следовало умыться, а некоторым еще и разобраться с мыслями.       Ванная комната была намного больше, чем кабинки персонала. Оно и понятно: толпа, что буквально вваливается к раковинам, могла без каких-либо сожалений устроить давку. Троица тут же рассредоточилась по соседним раковинам.       Зеркало, что висело напротив еще раз осветило Сицеру его новый облик: Взрослое молодое лицо, без пушинок, без светоча на лбу. Вместо светоча теперь была серая повязка на правом глазу, скрывающая обширную травму. Вместо мелких зубиков теперь можно было лицезреть ряд острых клыков. Если осмотреть левую руку, можно было заметить тонкую полосочку шрама, оставленную после ритуала, криво уходящую от локтя к кисти, к этим, уже измученным запястьям. Вены на руках также выдавали себя иным цветом, некоторые участки на них были черновато-зелеными, это точно обозначало метку амулетов, что были у Сио при себе. Не только это выдавало влияние, но и то, что кожа как бы кристаллизовалась в некоторых местах, оставляя явный металлический отблеск. Без слёз не взглянешь: это все было слишком ново, не хотелось терять прошлый облик.       Милый и пушистый маленький зверек стал черт пойми кем со злобным оскалом. Раньше всё это было не так заметно, но только не сейчас, когда появилась возможность познакомится с собой вновь.       Вельфис обдал свое лицо прохладной водой и взглянул на задумчивого товарища:       — Что-то не так? Выглядишь испуганным.       — Я хотел увидеть нечто иное, но только не это. — пробурчал Сицеру. — Из меня же хищник должен был выйти, так? Красивый, опасный, полностью обновленный. Что я получил в итоге? После метаморфоза я фактически стал калекой.       — В Ишуне нет калек. Есть лишь существа со своими особенностями: ты один из них. Лишиться глаза или получить иное увечье — не значит лишиться жизни или возможностей. Тем более, что именно такой опыт делает тебя поистине сильным.       — Думаешь?       — Знаю. Ты не погиб до этого момента, как и я. Значит боги берегут нас для чего-то.       Сио снова перевел свой взгляд на зеркало и пригляделся. Отражение презрительно молчало, а потом словно бы начало выражать отвращение.       Случайный, разодетый в элитную форму «вуали», незнакомец, только зашедший в ванную, посчитал своим долгом кинуть насмешку в сторону Сицеру, который все это время продолжал таращиться в зеркало. Тот насмешки не заметил, но Диару это сделал вместо него. Это знатно воспалило: новичок разглядывает свой новый облик, что же в этом такого смешного?       — Чего смеемся?       — Да так, просто забавно выглядит. Я, вот, в свой первый приход сюда не испугался своего личного отражения. Разве вот «это» существо не странное?       — Странное существо тут только ты. Заткнись и иди мимо.       — Хах, это арена, дружок. Я не думаю, что тебе понравится.       — Вызов принят, выскочка.       — Договоримся о дуэли позже. У меня слишком забитый график.       — Вот, только не нужно павлиниться…       — Жди весточку, недоросль, и готовь мешочек для сбора выбитых зубов.

*****

Вокруг лишь разговоры. В большом зале со столами и высокой трибуной вдалеке, витал стойкий запах сирени. Все уже давно расселись по местам в ожидании начала занятий. Пока спокойно: троица нашла тихое местечко, чтобы обсудить жизнь, предстоящие планы и отпустить пару шуток про ситуацию в уборной.

      — Сегодня мы рассмотрим главные принципы самозащиты и попробуем все на практике. — В кабинет забежал уже знакомый запыхавшийся проводник. — Мне также поручили провести несколько занятий и рассказать вводный инструктаж. Давайте начнем. — Проводник смахнул со лба испарину и тут же переключился на рассыпанные по столу конспекты, просматривая их беглым взглядом.       — Я веду у вас несколько занятий базовой обороны и физической культуры. После этого вы уходите на первый этаж, к фонтану — думаю многие из вас его видели. Там располагается стенд, на котором есть расписание факультетов: их кабинет, этаж и курс. Расписание составляете себе сами в четыре окна. Можете ходить, можете не ходить — дело ваше, но БКЖ или базовый контроль выживания проходят все. Это как ваша «проверочная работа». Такие вещи проходят достаточно часто, так что, молю, ходите хоть куда-нибудь, это вам обязательно пригодится. А теперь… К делу.       Все разом устремили взгляд на подиум.       — Попрошу выйти ко мне две пары. Сначала желающие.       Пока эти самые «желающие» набирались, товарищи успели перекинуться парой слов:       — Что такое БКЖ?       — По сложности как прошлое испытание, только ты сам выбираешь какой тип БКЖ тебе сдавать. Все зависит от того, в чем ты хорошо разбираешься: магия, владение оружием, торговое дело, праздное дело, медицина и травоведенье, управление.       — Жестокость присутствует в каждом из направлений?       — В каждом. Те же торговцы должны обладать навыком лжи, хорошей ловкостью и хитростью.       — Ужасно интересно…       По подиуму прошлась короткая серия громких ударов:       — Таким образом, — воскликнул проводник, — Мы должны четко изучить слабые места и болевые точки оппонента, чтобы нанести сокрушительный удар и сбежать. На моем столе лежат таблицы. Возьмите, ознакомьтесь.       Только позднее стало понятно, что за шум раздался ранее: из пары упало по ишунцу после секундной показательной схватки. Другая пара надменно потирала кулаки и победно хихикала.       — Больше не смею вас задерживать. Первое занятие было недолгим, приготовьтесь к тому, что дальше будет сложнее.       Вещи и учебники собирать не пришлось их попросту не было. Именно поэтому все присутствующие быстро встали и прошли со своих мест: сначала к столу за конспектами, а потом и на выход. Почти никому не хотелось уходить с пустыми руками после таких речей.       Под общий говор толпы Сицеру выскочил из аудитории и, чуть зайдя за дверь, стал рассматривать полученную инструкцию. «Слишком много материала» промелькнуло в голове и, действительно, материала было неимоверно много, хоть и между ними были заметные сходства. Особенности каждого вида, уникальная анатомия — всё было непонятно и запутанно. Прошло буквально пару секунд и, тут же размышления прервали приближающиеся шаги: стремительные, явно в сторону Сио и, то были не Вельфис и даже не Диару.       — Стой на месте. — Прикрикнул проводник.       Парень замер, недоуменно косясь в сторону голоса.       — Это тебе узору вскрыли на испытании? Ты как жив остался? — Тон был требовательным, как будто эта личность пришла выписать претензию за неожиданное воскрешение.       — Ну… Возможно чистая случайность… Воля богов, так сказать.       — Глаз скрыт, один клык кривой. Ничего не хочешь мне рассказать?       — А что рассказывать то? — накал усиливался, нервы были на пределе. Лист, что был в руках, невольно начал сминаться в подобие комка.       — Билет есть? Ну, справка врачебная. Очень нужно взглянуть и свериться.       Нет билета. Что ответить? Застали врасплох, что, в прочем неудивительно при нынешних обстоятельствах. Язык сплелся, в горле пересохло:       — Я её…       — Потерял?       — Да, она не с собой у меня и…       — Если не с собой, значит давай сходим туда, где она у тебя лежит. К врачу, в конце концов пойдем.       — Браток! — Долгожданная помощь. К диалогу присоединился Вельфис. — Обещание выполнишь?       Обернувшись, проводник выдохнул и закатил глаза:       — Выполню… Выполню. С Сицеру с вашим что? У меня на руках его дела нет.       — Потом! Все потом! Пойдёмте!       Куда? Вопрос всплыл сам по себе. Отдых от суеты был бы идеальной опцией в данный момент. Сейчас точно не хотелось никуда идти, но ради Вельфа можно было сделать исключение.       — Сиц, я знаю, что у тебя в голове много вопросов. Однако, мы все это время ждали именно тебя.       — Но мне нужна информац… — продолжал причитать проводник.       — Позже обязательно решим этот вопрос. Не переживай. — Парень отвечал максимально раскрепощенно и убедительно: настоящий актер. У него был план по моему спасению? Было бы неплохо в сложившейся ситуации. Ведь позже пришло осознание, что времени на всю аферу оставалось действительно мало, а информации от мастера все ещё не было. Я тут под дулом пистолета каждую секунду. Куда она запропастилась?       Ведущий тяжко вздохнул и направил группу по коридору:       — Вот, из-за таких, как вы, я постоянно опаздываю на важные мероприятия. Сначала одному помоги, потом другому что-то организуй. Снимусь я с этой должности. Надоело уже от госпожи получать выговор.       Было заметно, что он сердится из-за своей покладистости и мягкости. Этот ишунец явно попал не на ту должность. Ему нравилось угождать и следить не столько за порядком, сколько за личным благосостоянием каждого. Как он трепещет каждый раз, когда с нами приключается что-то страшное, даже если вспомнить тот случай на испытаниях: ведет и постоянно оглядывается, как бы кого не потерять… И нет, это не из-за обязанностей, по глазам было видно эту заботу и этот страх. Так и выгореть ведь можно, жалко его.       А тем временем четверка спускалась по лестнице, спешно и шумно перебирая ногами по мрамору. Диару таки вообще спустился по перилам, съезжая как на горке и, вскоре, на пути ему встретилась дверь. Он быстро подскочил и выбил её с ноги, в каком-то элегантном развороте открыв для всех:       — Дамы вперед.       Вельфис сложил руки на груди и, на ходу, показал приятелю язык. А проводник буркнул:       — Это черный вход! Мог бы быть и потише!       — Бу-бу-бу.       Вельф забежал далеко вперед, на улицу, и остальные тут же ускорились. На воле непривычно светло: сейчас закат или восход?       — Закат продлится еще 30 минут, поторопитесь! — выкрикнул Вельфис. А вот и ответ на вопрос.       Несмотря на то, что в Ишуне чаще бывает ночь — солнце также восходит. Никто не знает зачем оно нужно, ведь только тьма является для нас уютным домом. Этот расколотый желтый шар навевает грусть, бросает в апатию и иногда жжётся. Если верить рассказам Ирицу: солнечные осколки — элементы, которые тесно слились со всем нашим миром… Изначально они были украдены Шицурой или… не знаю. Известно только то, что Верховный бог не без греха и, я считаю это правильным. А недолгие закаты и восходы — это расплата за содеянное… И все же красивая расплата.       Теперь этот пейзаж прямо перед нами всеми: открытое серебристое поле с радостно пробегающим по нему Вельфом и порывистый ветер. Покров раскинулся достаточно далеко и широким размахом обозначал величество огромного каньона: темного, глубокого, с большими заледеневшими скалами, похожими на острые пики; а по ту сторону тысячи колыхающихся деревьев на фоне багрового заката. Нет ничего чудеснее, чем вместе с легкими мурашками, ощутить эту высоту и некое господство над всем миром; хоть немного отвлечься от суеты.       — Взгляните на всё это! На несколько минут это всё — наше! — Вельфис растянулся в широкой жизнерадостной улыбке, встал спиной к заходящему солнцу и, выпрямившись, развел руки в стороны. — Всё-ё!       — Дурень. — Тихо возмутился Диару.       — Давайте к делу. Нет у меня времени долго с вами возиться.       А Сицеру стоял и не понимал, что происходит.       Все подошли к краю обрыва, осмотрелись и еще раз вдохнули этот полный гармонии воздух.       — Вельфис, это место невероятно, но зачем мы здесь?       — Ох, Сио, считай, что это маленький подарок от нас. Ты многое пропустил и…       Диа показательно кашлянул, сбив всю атмосферу: проводник тут же вышел из состояния глубокой медитации и куда-то ушёл. По его выражению было понятно, что он что-то забыл, потому и удалился спешным шагом куда-то обратно, к зданию.       Вельф раздражённо улыбнулся: его прекрасную речь снова прервали и, этим без пары секунд трупом, был один очень бесящий тип. Голова закипела, а испепеляющий взгляд так и прожигал Диару лоб. Тот, в свою очередь, не подавал виду, равнодушно таращась в ответ: видно, что ему надоело бессмысленное вытягивание времени.       Вельфис резко схватил товарища за шею, потянул к себе, на край, приблизился губами к его уху и, еле слышно прошептал:       — Мальчик, перебьешь меня еще хоть раз — я перебью тебя… Буквально.       Красный закат очерчивал яростный, но сдержанный лик одного и издевательски насмешливую морду другого. Не известно, во что это могло выйти, но не прошло и нескольких мгновений, как в ответ раздалось чуть слышное:       — I believe, I can fly-y!       Сицеру в недоумении шагнул навстречу сцепившимся личностям дабы разнять.       Внезапно, за фразой последовал толчок. Резкий порыв ветра. Вельф вскрикнул и сорвался вниз, успев ухватиться за осыпающийся край. Шум падающих камней. Секунда. Взмах рукой. Поймал! Поймал эту стерву за штанину! Потянул за собой. Тот упал и, зажмурившись от резкой боли, скатился к краю, успев в последний момент схватиться за руку подлетевшего Сио. Тот подался в пропасть и, чудом встретив ногами выступ, застыл:       — Вы идиоты?!       Диару сплюнул кровь после травмирующей встречи его подбородка с твёрдой поверхностью, мотнул ногой и ловким движением послал прицепившегося в пропасть:       — Ты… Что ты натворил, черт побери?!       За несколько секунд Вельфис пролетел десяток метров и, собравшись с духом… Воспарил? Да, он словно раздулся, как огромный парашют, и полетел. На его шее расправилась длинная и прочная ткань, похожая на причудливый летательный механизм. Именно эта вещь позволила скинутому буквально скользить по воздуху.       Пока Диару и Сицеру пытались выпутаться из положения, откуда-то из каньона послышался истерический визг:       — Я! Тебя! Убью!       Диа хихикнул и, посмотрев ошалевшему собеседнику в глаза, стал отряхиваться:       — Собственно… Это и был наш сюрприз.       Сио не растерялся и ответил смачным подзатыльником:       — Ауч!       — Ты меня доведешь до инфаркта! Какой к черту сюрприз?!       — Не переживай ты так, он же жив остался. Так и задумано. — Товарищ потёр затылок. — Вот, видишь? Проводник идёт. Сейчас и тебе экстрим-шоу устроим!       Глава таки подошёл и, не досчитавшись одного ишунца, округлил глаза:       — А… Этот где?!       — Он решил нас не ждать и проветриться. — выпалил Диа.       — Ясно все с вами… Одни проблемы с этим молодняком. Итак. Я принес воротник, примеряйте.       Взгляду Сицеру предстала скромная по размеру тряпочка: такую и не сразу заметишь. Она отлично подходит к мантии и совсем не выделяется.       Проводник подошёл к Сио и начал проделывать загадочные манипуляции:       — Рассказываю вкратце: воротник — средство для скольжения по воздуху: не для полёта! Вот эти крепежи предназначены для спины… Эти для плеча и предплечий… — инструктор рассказывал нудные термины, пока крепил агрегат. — Вот, этот прибор я вывожу тебе на предплечье, собственно, это твой руль. Что-то ещё? Может пробный полёт помогу провести?       Диару выхватил товарища из рук проводника и, слушая крики полные ужаса, вышвырнул того в каньон. Быстро перебегая к обрыву, приставив пальца к своему лбу, ишунец отвел их в сторону и выкрикнул:       — Благодарствую! Нам. Всё.       Затем он выпрямился и спиной вперед отправился в пропасть. Глава рванул к краю, чтобы быть в курсе происходящего.       Диа стремительно падал вслед за Сицеру, потягиваясь рукой, чтобы поймать того на лету. В голове был четкий план: ещё пару метров, схватить, оттащить, взлететь и… А этот тут откуда?       Подобно шустрой пташке, на помощь подлетел Вельфис и выхватил парня быстрее, чем Диару успел среагировать:       — Сиц, слушай внимательно! — из-за дикого порыва ветра было сложно общаться. — На ладони. Кольцо. Тянешь!       Воротник Вельфа не выдерживал вес и стремительно гнал парочку в бездну. Сио заторопился. Рычагов несколько и… Будь, что будет!       Механизм резко раскрылся, поднял обоих в воздух и резко лавировал вправо. Спаситель попытался сменить траекторию, быстро и бесконтрольно навернув полукруг. Товарищи задели каменную глыбу, встретились с поверхностью, прокатились по ней кубарем и упали лицом в снег.       На всё это, где-то сверху, смотрел проводник.

*****

И снова на высоте. Вельфис читает аннотации, а Диару стоит, слушает и посмеивается, словно ничего необычного не произошло. Сицеру в этот момент усваивал весь инструктаж проводника: стало немного понятнее, но лишь в теории, не на практике, где есть высота и дикое сопротивление ветра.

      — Всё понятно?       — Понятно.       — Хорошо. На снегу попробовали, лоб ты уже расшиб — терять нечего. Самое время полетать.       Тем временем, на фоне происходил страшный суд, Вельф уже давно перешёл к радикальным мерам: на помощь пришла палка и нарастающее желание избить клоуна напротив. Эти факторы сложились в отличное развлечение в виде догонялок, где штрафом для одного было жестокое избиение, а наградой для другого — эти избиения отвесить.       Проводник громко свистнул и, игра закончилась:       — Вельфис, подойди сюда. Твоя очередь учить. Мне спешить нужно, а Диару в преподаватели явно не годится.       — Принято!       — Тогда оставляю вас одних. Буду надеяться, что вы останетесь живы.       Главарь удалился; Диару отмахнулся и сел на край обрыва; Вельфис и Сицеру подошли к выступу.       — Расправь руки, Сио, и не бойся. Поймай эту волну.       Страх сковал, с этим ничего не поделать. Самое главное сейчас — довериться, успокоить дрожь и… и в принципе успокоиться. Стоя чуть позади, Вельфис продолжал читать свои мантры:       — Это просто. Дыши глубже. Расслабься. — Нежно проведя по спине, переходя к плечам, он неведомым образом вселял уверенность.       — Фух… Полетели…       Зеленоглазый подхватил парня под руку:       — Тогда попробуем вместе.       Оба подошли к краю и… сорвались в каньон. Адреналин, бушующий ветер, весь спектр эмоций. Падение, концентрация, взлёт. Сию секунду звон в ушах сменился на приятный шум. За спиной повиделись крылья, хотя это были вовсе не они, а лишь выстроенная по их подобию шёлковая ткань и крепкие спицы.       Хотелось достать до неба, оно так и манило своими алыми красками. А это солнце… Оно больше не слепило глаза, напротив, будто успокаивало их, а в душе зажигало новое пламя. Эти скалы внизу не выглядели, как нечто огромное и опасное: бездна внизу словно превратилась в гармоничное сочетание снега, правильных заостренных глыб и мирно колыхающихся деревьев.       Руки Вельфиса медленно отпускали попутчика, ненавязчиво даруя свободу. Ласковый голос шепнул:       — Давай.       Учитель, словно бы в последний раз, погладил ученика по голове и, пропуская ускользающие между пальцев локоны, отдалился.       «Как высоко я могу взлететь? Что же нужно для этого? Ответ очевиден: чтобы летать выше всех — нужно больше всех упасть. Лишь только ошибки даруют нам опыт, а опыт раскрепощает, позволяет совладать со стихией. Он сбрасывает оковы, что лишь тянут вниз и пытают недосягаемостью звёзд. Никто из нас не рождён летать и, никто не взлетит — это очевидно, но никто не мешает найти ту самую гору, спрыгнуть в тот самый обрыв и, левитируя на невидимой глади, обойти весь свет. Меня манит этот идеал. Я разобьюсь вдребезги, но найду свою гору, свой инструмент и свой ветер.»