Игры в «Нарко»

      В четыре часа утра Кас забрался в горячую ванную. У него не было ни единого шанса заснуть, поэтому пришлось приводить себя в чувства. Он все еще ощущал себя грязным и мерзким. Флешбэки того, как он собирает постель, как видит себя абсолютно мокрым, эти чертовы губы Дина в воспоминаниях... Они взрывались как петарды, попутно вызывая неприятное ощущение подступающей рвоты. Не было ничего противоестественного в желаниях Каса. И дело было вовсе не в том, что Дин — мужчина. Просто это был Кас. Он винил себя за все, что выбивалось из рамок. Он стыдился себя. Всегда.       Дин подъехал к месту встречи на пятнадцать минут раньше. Новак сидел на окне, нервно докуривая бычки по второму кругу. Он наблюдал. Фары старенькой импалы были особенными. Такие не спутаешь с другими машинами. Вот и Ангел сразу спрыгнул с подоконника. Кас натянул на себя спортивный анорак черного цвета, трико, затем закинул на плечо рюкзак с дорогостоящим товаром и помчался вниз. К счастью, мать крепко спала, поэтому удалось избежать лишних расспросов. Укутавшись в капюшон, смотря себе под ноги, он пошагал по темной и морозной улице к машине. Дин встретил его без особого энтузиазма. Мешки под глазами и помятый вид сразу дали Кастиэлю понять, что лишних разговоров лучше не заводить. Новак даже выдохнул. Он и сам не знал с чего начать. Например, в голове вертелась сплошная язвительная каша из ненависти к самому себе. Его разум будто жил своей жизнью и был способен осуждать носителя. «Каково тебе сидеть с ним в машине? Не хочешь рассказать о маленьком ночном приключении? Тебе должно быть стыдно за свои мысли об этом чужаке. Что, теперь у нас встает на каждого встречного?». Губы Каса распахнулись. Но это был тот редкий случай, когда удалось удержать себя от бормотаний под нос. А так и хотелось выкрикнуть в ответ: «Да знаю я, что больной! Чего тебе от меня нужно? Завали уже рот и дай побыть в тишине». Кому? Да кто же знает. Вместо этого он сжал кулаки, болезненно впиваясь ногтями в ладони. Физическая боль отвлекала. И почему-то только сейчас он понял, что возвращается в реальность благодаря этому маленькому трюку. — Ты в порядке? — отвлеченно спросил Дин, устало наблюдая за дорогой. — Да, как видишь. — Спал? — А ты теперь мой психотерапевт? — удивился Кас. — Я же сказал, что в норме. Дин будто не заметил колкость. Он плотнее прижался к сидению, зевая. Кастиэль достал из-под своих ног рюкзак — решил отвлечься и пересчитать товар, чтобы убедиться в готовности. Машина затормозила задолго до пункта назначения. Охотник припарковался возле маленького ларька с тусклой желтой лампой. Кас мог видеть, что на стекле висят пустые пачки из-под чипсов, шоколадок, различные лотерейные билеты и прочая странная мишура. Он удивленно посмотрел на Дина. — Что? — пожал плечами парень. — Если я не выпью кофе, нам всем будет нелегко. Тебе взять? — Серьезно? — осуждающе глянул Кас. — Ты типа из тех центральных типов, которые пьют по утрам кофе и завтракают вафлями? Может, еще утреннюю газету тебе доставляют? Дин ничего не ответил. Закатил глаза и юрко выскочил из машины, аккуратно захлопывая черную дверь со светлой обивкой. Кастиэль хмыкнул про себя. Может, он и сам мечтал быть «тем типом». Может, ему и не хотелось осуждать Дина. Просто южный менталитет, в котором он варился всю свою жизнь, давал о себе знать. Каждый. Чертов. Раз. Охотник вернулся с маленьким стаканчиком черного кофе, из которого обильно вырывался горячий пар. Новак невольно сглотнул. Ноги уже околели, как и пальцы рук, несмотря на то, что он сидел в машине. Ему хоть кофе, хоть воду из канализации горячую предложи — он был бы счастлив обогреться. — Что? Я вижу как ты смотришь, — ухмыльнулся Дин. — Слишком гордый, чтобы выпить говенного кофе из старого ларька? Пацаны уважать перестанут? — Пошел ты, причем здесь это, — обидчиво фыркнул Кас и отвернулся к своему окну, пряча замерзшие руки под мышки. — А что причем? — настаивал Дин. — У меня нет денег даже на говенный кофе из старого ларька. Как тебе такое, мистер Биг? Кас нутром почувствовал, как лицо Дина расплывается в улыбке рядом с ним. Пришлось повернуть голову, чтобы убедиться. Иии... да, он был прав. Парень уставился на Каса, чуть оголяя аккуратные зубы. — Чего лыбишься? — поворчал Кас. — На вот возьми мой, а я сейчас вернусь. Кстати, если тебе предлагают купить кофе, то тебе предлагают купить кофе. Смекаешь? — выделил Дин, вручая в холодные руки Новака горячий стаканчик. Парень с россыпью веснушек на точеном лице снова вынырнул из машины и, натягивая воротник кожаной куртки, вернулся к ларьку. Касу было совершенно неловко. Мужики не угощали его кофе. Он в принципе редко пил кофе, потому что даже самый дешевый — роскошь. В холодильнике тусовались консервы из рыбы или тушенки, на полках стояли сухие завтраки без цвета, запаха, да и вкуса. Если и пить, то воду. Можно чай. Один дешевый пакетик он мог отправить в заварник и наслаждаться напитком целых несколько дней. Сказка. А когда Кас зарабатывал чуть больше обычного, он покупал для мамы ее любимые шоколадные пончики. Это было редко. Зато приносило ощущение настоящего праздника в дом. Дин вернулся спустя минуту, но Кас уже выхлебал горелый и невкусный кофе. Хотя, это смотря для кого. Новак ощутил истинное блаженство. Как вежливый человек, Дин не стал акцентировать внимание на том, что Кас, со своей неприятной южной натурой, все-таки осушил до дна его презент. И голубоглазый был благодарен. Кажется, ситуация ободрила всех. Они добрались до точки перед самым рассветом. Это было очаровательно. Касу редко выпадал шанс замедлиться и просто наблюдать, как солнце окрашивает сначала тонкую полоску горизонта в красный, а затем вытягивает цвет в оранжевый и желтый. — Готовность пять минут, — поставил Дин перед фактом и начал расстегивать куртку, копошась во внутренних карманах. Кас внимательно наблюдал за парнем. За его уверенными и ловкими движениями. И веки — тяжелые, сонные — были расслаблены, пока рукоятка пистолета не заспойлерила сама себя. Новак несколько раз дернул головой, будто в дурной сон попал. Но нет — это было оружие. Его глаза округлились. — Это что еще за хрень? Ты взял с собой ствол? — Даже спрашивать не хочу, — лениво протянул Дин. — А ты, типа, ходишь на мутки, прихватив газовый баллончик? — Веришь — нет, Гейб не дает мне заданий, где нужен ствол! Откуда он у тебя вообще? — Поэтому у тебя и денег на кофе нет, — спокойно констатировал Дин. — И не обижайся даже. Хочешь что-то изменить? Собери свои растерянные яйца и начни работать с колумбийцами. У этих парней всегда хороший чек. — А может я не хочу? Может, мне хватает того, что я зарабатываю? — возмутился Кас. — Я не собираюсь вязнуть в этом... как ты! — Ну и что ты обо мне знаешь, умник? Считаешь себя лучше других, сидя рядом с таким же дилером? Позволь поинтересоваться, а в рюкзаке у тебя учебники по светским манерам и культуре эпохи возрождения? — фыркнул Дин и резко запахнул кожаную куртку. Кас не ответил. Отвернулся к окну, протискивая холодные пальцы между ног и снова пытаясь согреться. Иногда в нем было слишком много драмы. Не позволял он себе неприемлемых чувств, эмоций и действий. Автоматически они запрещались и другим. Вдобавок — лихо осуждались. Когда он сам поступал неразумно, мозг играл с ним в забавную игру «Найди оправдание и действуй». Что же до других — оправданий и аргументов он не знал. Да они и не были интересны. Мир либо черный, либо белый. Кас так видел. — Давай так: ты не осуждаешь меня, а я не осуждаю тебя, договорились? Нам нужно сделать сообща одно единственное дело и больше не пересекаться. Это осуществимо? — Ага, как же. Может, подыщешь мне другого мастера, который согласиться обучать профессии за мойку машин? — пробубнил Кас, все еще не отрывая взгляда от пейзажа за окном. — Что-нибудь придумаем. Меня больше первая часть предложения интересует. Ты согласен? Кас, наконец, развернулся к Дину. Он дал себе время поразглядывать его умиротворенное выражение лица. А потом лениво кивнул. Да, парень по прозвищу Охотник был, действительно, красив. Намного красивее, чем в фантазиях снах Каса. Новак снова залип, заставляя парня нахмурить брови и инстинктивно съежиться от такого внимания. Сказать, что Кас не нервничал, впервые работая с колумбийцами, — ничего не сказать. Его ладони все время потели. Сколько ни обтирай о штаны. По спине катились грозди пота, хотя тело жутко нуждалось в тепле. Он зашел в прохудившееся, одинокое и грозное одноэтажное здание. Ничего нового, кроме ощущений внутри. Кишки будто скрутило в морской узел. В висках стучало. Он то и дело болтал языком по сухому рту, чтобы вызвать хоть какую-то слюну. Кас был один — молодой, худощавый, с подростковым высыпанием на лбу — среди пятерых хмурых мужиков. Он не совсем понимал, почему его встретили не колумбийцы. Первый был похож на чеченца, второй на индуса, двое, кажется, американцев и один азиат. Тот, что азиат — самый главный. Новак понял это, когда он вышел в середину помещения и поманил мальчика пальцем. Кас осторожно приблизился. — Как дела у папы, — натянуто улыбнулся азиат в темных очках. — Как… ка… какого? А, вы про… а, Гейб… он, — парень нервно сглотнул, метая взгляд с одного мужика на другого, словно загнанный в угол олененок Бэмби, — он… отлично, сэр. — Сэээр, — протянул мужчина, искренне улыбаясь и поглядывая на своих коллег. Купцы с чувством юмора. Надо же. — Да, я удивлен, что Папа Карло отправляет на дело таких нежных и очаровательных детей. Сколько тебе, дорогой? — Двадцать пять, сэ… то есть… извините, — парень потупил взгляд. — Ангел, кажется? — уточнил мужчина, и Кас положительно кивнул. — Отлично, дорогой. Показывай, что у тебя для нас. Речь идет о кристаллах, верно? Кас снова кивнул. Открывать рот теперь казалось худшей затеей. Он принял новую позицию — если можно промолчать, то промолчи. Хрупкий Новак скинул с плеча рюкзак, размыкая молнию и афишируя содержимое. Главарь купцов кивнул одному из американцев и тот подошел к парню, нагло засовывая в рюкзак руку и вытягивая один из пакетиков. Прозрачные белоснежные кристаллы сверкнули на первом луче солнца. Этот секундный момент разблокировал воспоминание. Кольца с камнями, которые лет десять назад Кас и друзья стащили из ювелирки. Они не пошли сразу же в ломбард, а уселись в своем личном бункере и разглядывали изделия. Когда бы еще выпал шанс полюбоваться подобным? Американец высыпал пару кристаллов на стол. Резко вытащив пистолет из кобуры, он хлопнул по маленьким алмазам рукояткой. Кас задрожал. Всякое случалось в моменте передачи товара, проба — важная штука, но от резких движений и взмаха оружия ноги подкашивались. Измельчив мет до крупинок, он механично скрутил стодолларовую купюру и вдохнул порошок. На реакцию Кас смотреть не хотел. Он опустил голову, разглядывая старые ботинки и плотно смыкая челюсти. «Все будет хорошо. С тобой ничего не случится. Ты выйдешь отсюда невредимым уже через пару минут», — металось в голове. Ну хоть когда-то абьюзивный разум засыпал и просыпался другой Кас. Он пытался привести себя в чувства. Судя по довольным минам купцов — штука была что надо. К Новаку подошел индус. Он без объяснений вырвал из рук рюкзак и высыпал остальные пакетики на стол. Сердце заклокотало. Кас нервно глянул на азиата. — Полегче, Анвар, не пугай паренька, — заметив взгляд Новака, спокойно добавил главный. — Кило триста двадцать пять, — заключил индус и все пятеро зашевелились. — Вот и замечательно, — улыбнулся мужчина. — Ты свободен, Ангел, но у меня к тебе вопрос личного характера… — азиат подошел к парню и мягко приобнял за плечи. Он повел в сторону. Кас едва передвигал ногами. Он не понимал, почему сделка пошла не по плану. Обычно в его обязанности входило передать товар и забрать деньги. Состоялась лишь первая часть. Гейб ни слова не сказал, что это подогрев или вроде того. Кажется, азиата и его компаньонов все устраивало. — Мне нравится твое личико, Ангел. Ты когда-нибудь думал завязать с дилерством? — начал мужчина, вытаскивая из нагрудного кармана платок. Он ювелирно обмакнул им лоб. — Не совсем понимаю… — нахмурился Кас, все еще поглядывая в сторону товара и других купцов. — Слушай, у меня есть салон: теплый, уютный. В нем работают такие же ангелы как ты. Безопасность гарантированна и никакой тебе суеты по району с товаром или деньгами, — улыбчиво размышлял мужчина. — Вы что, типа… вы мне… я… боже… — испуганно начал бормотать Кас. Он не знал, как оставаться вежливым в такой ситуации. Мама не рассказывала в детстве, как правильно отказывать наркоторговцам, если они намекают на проституцию. — Я не… не хочу вас… спасибо, конечно, за предложение. Но мне… мне все нравится. И так, да, правда. Мужчина тяжело вздохнул, с досадой покачивая головой. Он не ответил на сбивчивый отказ Каса, но, тем не менее, достал визитку и протянул ее в ледяные руки парня. — Это не новость. Многие отказывают в первый раз, а потом звонят дядюшке Ли с просьбой принять их в Клуб. Как решишься — я буду тебя ждать, Ангел, — натянуто улыбнулся мужчина и шагнул мимо парня. — А как же… оплата? — выдавливая слова, проблеял он. — Не переживай, голубчик, у нас с Гейбом своя связь. На этом твои полномочия закончены. Жду звонка, — подмигнул мужчина, оставляя Каса в полном раздрае. Осознав, что ему тут больше не рады, он выскочил из помещения и почти сломя голову кинулся к машине зеленоглазого. Дин ждал снаружи. Облокотился на крышу импалы и всматривался в массивные, железные и ржавые двери. Как только Новак прыгнул внутрь на сидение, Охотник последовал за ним. — Порядок? Что-то долго. Я смотрел за сделкой со второго этажа, о чем вы болтали? — хмуря лоб, выспрашивал Дин. — Я нихрена не… боже, опять… — шумно выдохнул Кас и откинулся на сидение. — Гони подальше, быстрее! Пока Новак пытался дышать, скованный внутренней истерикой, Дин не спускал с него глаз. Он сразу понял, что паренька обуяла очередная волна чего-то там, о чем он толком так и не рассказал. — Поговори со мной, пожалуйста! — бледнея, умолял Кас. — Господи, хорошо-хорошо, о чем? Дин мчал по пустынным улицам. Колодки визжали почти на каждом повороте. Он завернул в крошечный и темный парк, где оба точно могли быть в безопасности. Кас все еще тяжело дышал. Кажется, это был самый громкий звук в рассветной тишине. Его сердце колотилось. Хозяин импалы продолжал болтать о том, как Бобби случайно вчера вывалил омлет в раковину. Он пытался шутить, нервно поглядывая на паренька с приступом. Пытался делать вид, что это его нихрена не пугает. Спустя десять-пятнадцать минут Новак пришел в себя, благодарно цепляясь за плечо Дина. — Мне не отдали кэш, — наконец, заговорил он по делу. — Я ничего не понял. Звони Гейбу срочно! Если меня кинули… — Что? Не отдали? Какого же… Кас… — сокрушаясь взмолился Дин. Он вытащил из бардачка телефон и спешно заклацал пальцами, набирая комбинацию знакомых цифр. Новак внимательно наблюдал за тем, как лицо Дина меняется. Страх, растерянность, гнев сменяли друг друга. Кас практически не слышал, о чем говорили двое. Снова погрузился в пучину своих мыслей. Дин был особенным. Кас никогда не видел такого живого человека. Будто все в его мире давно превратились в гниющих зомби, а Дин как в «Я — Легенде» — единственный, способный дышать глубоко, на весь объем легких. Кем он был? О чем мечтал? Какие фильмы смотрел? Все это было недоступно Касу. Он лишь мог строить свои теории и предположения. Почему этот незнакомец был особенным? Почему именно он завладел воспаленным разумом Кастиэля Новака? — Парень, так не пойдет. Поехали ко мне, — задумчиво произнес Дин, разворачивая машину в обратном направлении. — Что? — переспросил Кас, шевеля сухими бледными губами. — Ты совсем плох. Я не понимаю, какого хрена ты свалился на мои плечи, но раз уж мы теперь в одной упряжке — хочу убедиться, что сегодня ты не выйдешь в окно случайно. — Почему я должен? — Потому что, Кас. Я тебе уже десять минут втираю про Гейба, а ты несешь какую-то тарабарщину себе под нос. И эти твои приступы… Черт возьми, если бы Бобби не отзывался о тебе с такой теплотой, клянусь, выкинул бы тебя в ближайшую канаву, чтобы не разбираться с этим дерьмом. Кас мягко улыбнулся, проваливаясь в дымчатую негу. Он уже скудно осознавал, что происходило с его телом. Где он находился. Куда его вели. — Ты бы так не поступил, — прикрывая глаза, почти прошептал он. — Тебе-то откуда знать… — фыркнул Дин. — Потому что в мире полном зомби, ты — Легенда, — пробормотал Кас и окончательно отключился.