Игры в «Нарко»

      Кастиэль сидел на кровати, постукивая ногой и бесконечно потирая нос. Зудело, кажется, все тело. Он так нервничал, что не мог сконцентрироваться. Сколько прошло чертовых ночных свиданий: пять, семь, больше? Он был даже рад не знать точное количество. Последний мужик, лет шестидесяти, был не особо разговорчив. Он не грубил и не разбрасывался грязными словечками. Зато хватал юного парнишку и хлестал по заднице так, что искры из глаз летели. Кас мог обозначить границы — ему это было дозволено, но у него закончился порошок и лучше уж было испытать физическую боль, чем подхватить эмоциональный срыв. Он думал только о боли. В какой-то момент даже надеялся, что отключится. Артур вошел в комнату, как и прежде — галантно, вежливо здороваясь, аккуратно снимая с плеч черный дорогой пиджак. Кас подлетел к нему, как к последней надежде. — Артур, блять, как же я рад тебя видеть, — признался Кас, переминаясь с ноги на ногу возле него. Новак не знал, стоит ли обнять мужчину, или пожать руку. Что в таком случае еще делают люди? У них уже было достаточно встреч, чтобы тепло приветствовать друг друга. Кажется, этот душевный порыв вызвал серьезный отклик у клиента. Артур нервно отвел взгляд, пытаясь подавить улыбку. — Что же, я тоже рад, Джимми. Как ты? — Подыхаю, — признался парень, хвостиком шагая за мужчиной. — Тот порошок... ну, что ты оставил. Он закончился. Я, блять, запомнил все, что со мной делал этот мудак престарелый. Кас хлюпнул носом, тут же небрежно вытирая его рукой. Он выглядел болезненно — Артур хмуро обернулся. Мягко обхватив за предплечье, он завел Каса в хорошо освещаемую уборную и поднял подбородок повыше, рассматривая зрачки. — Не кажется, что ты принимал слишком много? — А как я, блять, должен был это все выносить, — откидывая чужую руку, фыркнул Кас, но не ушел. Пытаясь не пересекаться взглядом с Артуром, он скрестил руки на груди. — Вообще-то я надеялся, что после стольких встреч ты будешь получать удовольствие и без допинга. Артур закатал рукава, открыл кран и начал тщательно промывать руки. Цикличный ритуал. Кас долго смотрел за ним, не зная, что ответить. Мужчина закончил процедуру, вытерся белоснежным полотенцем и вышел из ванной, задевая Каса плечом. Парень тяжело выдохнул, закатил глаза, но поплелся за ним. — Я могу получать удовольствие без допинга. С тобой, по крайней мере, мне не нужно член домкратом поднимать, — попытался отшутиться Кас, но Артур лишь покачал головой. — Вот так приятные новости. — Артур, я серьезно, — пока мужчина сидел на кровати, сцепив руки в замок, Новак опустился рядом и уложил подбородок на чужое колено. — У меня все еще есть парень, помнишь? И... я не могу выкинуть из головы его. Каким бы хорошим ты ни был. Мужчина впервые отреагировал на Каса с сожалением. Он запустил руку в каштановые пряди, мягко массируя голову. — Не понимаю, как вы так... — снова Артур нахмурил лоб. — Я бы никогда тебе не позволил этим заниматься. В лепешку бы расшибся, но придумал, как выйти из ситуации без таких жертв. Кас резко отстранился, поднимаясь на ноги и отходя к стене. Он бродил туда-сюда, и Артур позволил ему это. Не прерывал, не настаивал. Оплаченные часы тикали, но мужчина всегда был расположен к беседам или касовым душевным терзаниям. Он проникался этим мальчиком каждую встречу. — Он и не позволял, — захрипел Кас, пытаясь не удариться в слезы. — Дин... его... я не знаю, жив ли он. Его избили до полусмерти, а меня кинули в этот притон. И пока я работаю и не выпендриваюсь, мне обещают сохранить его жизнь. Артур едва смог сомкнуть челюсть после услышанного. Он осторожно двинулся к Касу, крепко вжал его в объятия и позволил плакать на своей груди столько, сколько это потребуется. Спустя минут десять парень успокоился. Они уже сидели вместе возле кровати, Артур мягко сжимал плечо Каса и думал о чем-то своем. — Давай сначала, ладно? — вытирая остатки слез, пробубнил Кас. — Ты заходишь, а я весь такой рад видеть тебя. Дай мне пять минут и я буду в норме. — Джимми, если нужно, то... — Ой, да заткнись, — наиграно хохотнул Кас и толкнул мужчину в бок. Новак подорвался на ноги, голыми пятками ковыляя в ванную. Быстро сполоснув лицо и голову, он вышел к Артуру, посылая дерзкую улыбку. В одних джинсах, а по телу холодные мелкие капли. Даже с припухшими от слез глазами он был чертовски горяч. Мужчина тут же поднялся на ноги, подошел к нему, обнимая за талию и смакуя свежесть волос. — Джимми, я серьезно, — настаивал Артур, но уже сжимал чужую задницу в своих ладонях. — Только скажи. — Скажу... ты трахнешь меня? — прошептал Кас в чужое ухо и прикусил мочку. Артур отодвинулся от парня, чтобы заглянуть в глаза, что были голубее самого неба. Он мягко кивнул, уже совсем пьяно от возбуждения улыбаясь ему. Ага, Новак был ужасен. Все это выходило за рамки нормальности, но его разум был затуманен. Не было хорошего или плохого — только здесь и сейчас. Артур давал все, что нужно: утешение, успокоение и порошок. Не заставлял трахаться, когда Кас был совсем плох, но парень все равно находил, чем отплатить. Иногда он засыпал на чужой груди. Иногда запирался в туалете, спешно открывал кран, чтобы клиент не слышал, как его тошнит. Мужик в дорогом костюме на короткие часы заставлял его забыть, что он не по своей воле оказался здесь. Что у него были и другие, мерзкие и странные клиенты. Что Дин был где-то, а Каса игнорировали и не сообщали абсолютно ничего. — Мне все еще нужен порошок. — Понял, но тогда я хочу кое-что от тебя... Артур нежно поцеловал его в висок и отпустил, шагая к своему пиджаку и проверяя потайной карман. Как только порошок эфедрина показался на глазах Каса, парень тут же расцвел. Он заполз на кровать, уселся на колени и ждал команды. — Прежде чем ты это получишь, дай мне слово, хорошо? — Кас кивнул. В голове даже не возникла мысль, что этот клиент может предложить что-то сумасшедшее. — Хочу отлизать тебе. Кас склонил голову на бок, не понимая, что в этой просьбе такого необычного. — Но ты же... мы же... — Я говорю про твою сочную задницу, Джимми, — Артур едва удержался, чтобы не рассмеяться, ведь лицо у Каса мгновенно превратилось в угрюмую тучу. — Что, неосуществимо? — Ну я тебе так скажу, — Кас подполз к краю дивана и притянул Артура за галстук. — Ты не получишь моего разрешения, пока не дашь мне то, что меня расслабит. Новак, словно ласковый кот, обтерся о чужую ладонь и снова заглянул в глаза. Мужчина был задумчив. — А если ты и тогда скажешь мне «нет»? — Не попробуешь, не узнаешь. — Тогда снимай штаны и покажи мне, как ты красив... — серьезно произнес Артур и отошел от Каса, стягивая с себя белую рубашку. — Артур, — прошипел Кас. — Я же сказал условие. — Я не собираюсь лезть к тебе, пока ты не скажешь «да». Но, будь так добр, прорекламируй себя, чтобы я пошел на этот риск. Кастиэль ничего не ответил. Просто закатил глаза и начал стягивать с себя штаны. Когда он осознал, что стоит на шелковой кровати в позе миленькой собачки, а какой-то мужик оценивает его задницу, он практически начал задыхаться. Словно в «Эффекте бабочки» его отбросило туда, где еще мозги были на месте. Где он никогда в жизни бы не согласился даже показать себя чужому мужику. А он ведь делал все, что они велели. Все, о чем Дин никогда бы не попросил. Один мужик заставил зайти в душ и нассать на него. Касу пришлось выдуть много воды, потому что его мочевой пузырь просто отказывался делать это. Еще один засунул свои яйца в рот и не давал Касу вздохнуть, пока глаза не начали закатываться. Третий... фантомная боль от шлепков и хватаний все еще преследовала его. И как назло ни одного синяка. Даже жаловаться не на что. Артур не заметил короткой вспышки паники. Кас вовремя сжал кулаки, болезненно впиваясь ногтями в ладони. Это не он. Это не с ним. Это закончится, не успеет он глазом моргнуть. Под теплой ладонью, которая ласково гладила ягодицы, он вздрогнул. Но Артур тут же ответил мягким поцелуем в поясницу. Он не хотел пугать. Пройдя путь от ступней до лица Каса, мужчина протянул к его губам два пальца. — Оближи хорошенько, — попросил Артур. — Но мы же... — Джимми, я еще не выжил из ума, я помню, что обещал. Просто оближи. Кас повиновался. Он возил два крупных пальца по своему рту, огибая языком, обильно смачивая слюной и покачивая головой в такт. Клиентам нравилось видеть, как он сосал пальцы. Так они могли запомнить, как его лицо выглядит, пока он сосет их члены. Артур вытащил пальцы из его рта с мокрым звуком. Мягко улыбнувшись, он снова прошагал в конец кровати, где задница Каса была вздернута кверху. Пальцы уже не были такими теплыми, когда коснулись входа. Новак снова дернулся, но в этот раз не стал возмущаться. До сей поры чувак же не обманывал его. Эти поглаживающие, массирующие движения были приятными. Он даже немного расслабился и неосознанно начал подаваться вперед, требуя к себе большего внимания. И снова он закрыл глаза и увидел окровавленное лицо Дина. Снова он смотрел прямо в душу, разочарованно качая головой. Кас резко дернулся, раскрывая веки и ощущая, как бешено стучит сердце. — Черт возьми, ты невероятно красив, — разбиваясь на части, произнес Артур и убрал пальцы от задницы Каса. — Твоя взяла. Мужчина кинул мешочек на кровать рядом с Касом, а сам начал снимать ботинки и брюки. Это было лучшей частью дня. Новак почти судорожно открыл пакетик, высыпал короткую белоснежную дорожку на тумбочку и, ни секунды не мешкая, вдохнул в себя. Эйфория захлестнула. Все стало таким... другим. Атласные простыни — нежными, цвет комнаты — вызывающим эстетический оргазм, Артур... он был очень желанным. Он был всем, чего хотелось Касу в эту секунду. Новак практически набросился на мужчину, затаскивая к себе в постель и выцеловывая душу. Они ласкали друг друга, прижимались как можно теснее, обдавая жаром кожу. На это время Кас забыл, кто такой Дин. В этой метафорической вселенной существовал только Артур. По крайней мере на те несколько часов, пока действовал эфедрин. — Пообещай, что это последний раз, когда ты принимаешь со мной... — вдруг неожиданно вырвалось у Артура, когда он кончил на плоский светлый живот. — Я... я постараюсь, — все еще тяжело дыша, прошептал Кас и прикрыл глаза. Артур получил, чего хотел. Уже одеваясь, Кас подумал, что мужчина должен быть благодарен, что Новак просит порошка. В здравом уме он не делал бы и половины вещей. А будучи свободным — не делал бы вообще ничего. Он бы никогда не изменил Дину, которого так долго желал и не мог заполучить. Молодой эскортник все еще был немного под кайфом, прощаясь со своим спасителем. Артур выглядел неловко, когда тот подошел к нему уже одетому и собранному. Кас мягко провел ладонями вдоль груди, обтянутой белой наутюженной рубашкой, и вжался своими губами, даря развязный, возбуждающий, желанный поцелуй. Если бы Новак был трезвее, если бы обращал внимание на чужие глаза дымчатого цвета — он бы заметил в них нежность и зарождающуюся привязанность.       Через пару дней Артур снова пришел к Касу. Новак не обещал, но он, действительно, постарался не принимать. Попросил даже не ставить клиентов за сутки перед Артуром, чтобы быть в форме. Ли, кажется, был только рад. У его Ангела появлялся такой щедрый поклонник, готовый занимать собой время. Кас валялся на кровати, листал журнал и вяло потирал глаза. Артур был прав — он принимал слишком много и теперь отсутствие амфетамина давало свою реакцию: он начал обильно потеть, голова сходила с ума, а силы заканчивались слишком быстро. Зато любовником в момент приема он был на все сто. Дин бы оценил энтузиазм кончать по несколько раз за ночь. Артур вошел совершенно несмело, будто теперь это он — шлюха, а Кас его клиент. На нем совершенно не было лица. Как только Новак заметил это, он тут же поднялся с кровати и подошел ближе. Неловко засунув руки в задние карманы, он заглянул в глаза Артура. — Все в порядке? Ты какой-то бледный. — Можем просто полежать? — не спрашивая, а уточняя произнес мужчина. Он скинул пиджак и заостренные лакированные ботинки. На него было не похоже — раскидал вещи и плюхнулся на кровать, даже не снимая белой рубашки. Кас инстинктивно собрал обувь в кучу и расправил пиджак. Когда Новак вернулся на кровать, осторожно усаживаясь рядом, тот притянул его себе под бок за талию. — Ты нужен мне, — мягко признался Артур в шею парня. — Конечно, как тебе будет комфортно. — Не... не говори как с клиентом, ладно? Хотя бы не сегодня. — Что стряслось, Артур? — Кас перевернулся лицом к мужчине и настойчиво заглянул в уставшие глаза. Долгое молчание. Его губы шевелились, будто он готов был вот-вот произнести что-то, но звук так не исходил. В отличие от Артура и Дина, которые обладали невероятной выдержкой и спокойствием, эта черта Касу была непостижима. — Может, уже скажешь как есть? Зачем тянуть кота за яйца. Я всегда говорю с тобой честно. Тебе нечего бояться, — убедил Кас. — Мне нужно уехать, — чопорно бросил Артур, но мягко уложил свою ладонь на чужую руку. — То, за чем я приехал сюда... задание завершено и мне нужно вернуться к себе. — К себе — это куда? — В Англию. Кас и сам не знал, отчего мурашки прошли по всему телу. Не те мурашки, что возбуждали или были предвестниками чего-то удивительного. Это были мурашки сбитого с толку человека. Он нервно сглотнул, все еще не отрываясь от взгляда своего клиента. Артур трахал его. Артур платил деньги за это. Он был ничем не лучше тех мужиков или дедов, которые тайком от своих жен ездили в элитный клуб, чтобы спать с молодыми мальчиками. Новак почему-то только сейчас подумал, что всегда мыслил однобоко и не задавал вопросов. А что, если Артура дома ждала беременная жена. Или у него уже было трое мальчишек, которые скучали и ждали воскресной игры в баскетбол со своим папашей. Что, если Артур — хороший друг Ли или Гейба. И вообще — это Артур подсадил Каса на порошок. За что быть ему благодарным? Что секс с ним был намного приятнее, чем с другими? Что Кас мог с ним, действительно, забыться? «Классно же тебе, мразь! А как там твой любимый Дин? Он сейчас сидит где-то в сырой конуре или вообще давно сдох. А если и не сдох, то думает об одном: как тебя мучают, насилуют и издеваются. А ты? Ты кайфуешь с чертовым британцем», — в голове Каса зажужжал старый добрый голос. — Ты здесь? Я не понимаю? — Артур тревожно навис над Касом. — Что? Что случилось? — он подпрыгнул с подушки. — Это... это наркотики на тебя так...? Я действительно подсадил тебя на это? Боже, я не могу поверить, — мужчина вскочил с кровати, хватаясь за голову и метаясь по комнате. — Чертов идиот, как я мог с тобой так поступить... — Эй, эй... полегче! — осознавая происходящее, привлек внимание Кас. — Ты не... это не твоя вина, ладно. У меня... у меня иногда... эмм... беды с башкой. Но клянусь, это не твоих рук дело. Иди сюда! Кас протянул расстроенному мужчине руку, и Артур забрался на кровать. — Ты не обманываешь? — Я же сказал: раньше не обманывал и сейчас не собираюсь. Новак утянул Артура обратно на подушку и снова заглянул в его глаза. Впервые он видел его так четко, несмотря на то, что зрение, когда ты торчишь — гораздо ярче. Впервые он заметил, сколько переживаний в этом мужчине. Возможно, Новак слишком много на себя брал, но он и правда верил в людей. Верил, что если сердце не дает очевидных сигналов — значит он может доверять. Из главного фойе послышались крики. Разлетелось битое стекло и, Кас мог поклясться, что там были выстрелы. Так много голосов: и женские, и мужские — одни кричали, другие плакали, третьи что-то бормотали. Артур мгновенно скинул Каса с кровати, а сам понесся к своей лакированной сумке. Судорога пронеслась по всему телу, парень не понимал, что происходит. А, может, это был его счастливый билет? Может, это рейд и всех находящихся здесь просто повязали бы? Тогда Кас готов был и отсидеть, лишь бы никогда не заниматься этим. Он ведь не мог сказать правду полиции. Что, попал сюда не по своей воле, а после работы на наркодилера? Вот так было бы счастье у копов. И срок гораздо интереснее. Артур вытащил из сумки пистолет и ринулся обратно к Касу. Он закрыл его дрожащее тело своим и оба сидели на полу, дожидаясь, когда к ним в комнату ворвутся. — Что ты делаешь? А если это копы? Спрячь пушку! — возмутился Кас. — Пушка у меня зарегистрирована. И это точно не полиция. — Да кто ты, блять, такой? — пробормотал Кас, но неосознанно сильнее вжался в него. Голоса стали еще четче — стрелки́ точно поднялись на второй этаж, где были комнаты отдыха. Дверь за дверью вылетала из петель, слышались все новые крики, мольбы о пощаде. Кажется, никого и не убивали. Тяжелые ботинки топали по дорогому паркету и уже через мгновение оказались у их белоснежной двери. Кас молился. Столько было насмешек над безукоризненной верой его родной матери, а теперь он сам вжимался в чужую шею и молил у Господа о спасении. — ... иду за тобой, ты меня слышишь? Где ты? Кас! Дверь вылетела моментально. Новак выглянул из-за мужчины и остолбенел. Эта сцена будто зависла в его голове — каждое движение такое медленное. Дин... это был Дин и он направлял на них свой револьвер. Артур, кажется, был в этом более опытен и уверен, потому что он держал пушку лишь одной рукой, второй — прижимал к себе дрожащее тело Каса. — Проваливай по-хорошему, парень, — ядовито прошипел Артур. — Если выстрелишь, тебе придется пообщаться с отделом нацбезопасности! — О, да что ты... плевать я хотел на тебя и твою безопасность, — отплевался Дин. За ним в комнату вошел еще один знакомый мужчина. Бобби. — Дин... — это все, что смог выдавить из себя Кас, выглядывая из-за спины Артура. Глаза Винчестера болезненно заблестели от слез. Руки с пушкой практически упали в низ от бессилия, но он тут же пришел в себя. — Сука, отойди от него! — рыкнул Дин, дергая пушкой. — Малец, передай-ка по-хорошему нам паренька. Две пушки против одной хреновая затея, — Бобби вытащил здоровенное ружье и направил на Артура. — Не... не... Дин... не стреляйте! Прошу! Не надо! Ар-Артур... он-он помогает. Пожалуйста, — взмолился Новак все еще хватаясь за мужчину. Все четверо переглянулись. Дин подал Бобби невербальный знак и тот вышел из комнаты, запирая то, что осталось от двери. — Артур... п-п-прошу... опусти оружие. Это... — Это Дин... — обреченно произнес мужчина и тут же рука его опустилась вниз. Как только оба парня убрали пушки, Кас выскользнул из чужого плена, бросаясь на шею Дина и истошно рыдая. Они вжимались друг в друга, Дин вдыхал этот новый запах Каса. Его одежда, волосы, кожа, кажется, насквозь пропитались сексом, алкоголем и еще чем-то странным. Дин болезненно зажмурил глаза, прикусывая губу и успокаивая парня. — Дин... Дин... Я... — Тише, маленький. Тише, хорошо? Все... все позади, ладно? Я отвезу тебя к себе домой. Хорошо? Я отвезу и больше никогда не отпущу! Дин гладил Каса по волосам, по спине. Его воротник уже насквозь был пропитан слезами. Тем временем Артур хлопал глазами, наблюдая за этой душещипательной картиной. — Нельзя везти вас домой, — сухо бросил мужчина и поднялся на ноги. — Кто ты, нахрен, такой? — Артур Кетч — нацбезопасность, отдел британских посвященных, — сдержано представился мужчина и начал расстегивать пуговицы на своей рубашке. — Какого черта, нацбезопасность? Стриптиз решил устроить? — Послушай меня. Ты явно в этом новичок, поэтому делай, как говорю: берите меня и Джимми в заложники, выводите из здания и я скажу, куда нам ехать. — Да хрена с два, чувак! Почему я должен тебе доверять? И что ты тут делал с Касом? — Так тебя зовут Кас, — улыбнулся себе под ноги Артур и кинул рубашку на кровать. Новак, наконец, отлип от Дина, разворачиваясь к Кетчу и растерянно поглядывая на него. Он видел и чувствовал, как Артур был расстроен происходящим. Впервые заметил и осознал, что тот чувствовал пока, говорил про Англию. — Дин... — не отрывая взгляда от мужчины, прошептал Кас. — Он никогда не причинит мне вреда. Клянусь. Сделай, как он советует. — Что происходит, Кас? — нервно шепнул Дин, разворачивая к себе парня. Впервые Новак увидел шрамы и синяки по всему прекрасному лицу. Они отвлекали от игривых веснушек, от цвета любимых глаз. Правый белок был вовсе не белок — ужасные кровоподтеки внутри. Сердце закипело рядом с этой картиной. Но это было таким не важным по сравнению с тем, что он был жив. Его Дин был жив и пришел за ним. — Я потом тебе все объясню. Но Артур — он хороший человек. Ты же веришь мне? Челюсти Дина сжались, высматривая правду в глазах Каса. В комнату снова поступил свет и тень Бобби скользнула по стене. — Не хочу прерывать, любовнички, но у нас нет времени на выяснения. Уходить нужно прямо сейчас... Дин все еще смотрел Касу в глаза. Его лицо было напряжено и вряд ли выражало дружелюбие. Парень что-то чувствовал. Чувствовал, что все не может быть просто. Наконец, Дин перевел суровый взгляд на Кетча и ткнул на него указательным пальцем. — Клянусь, если ты нас подведешь, то первая пуля из моего револьвера окажется в твоей британской башке, ты меня услышал? Артур ухмыльнулся, но поднял ладони в знак добрых намерений. Дин больше не смотрел на Каса. И это было хуже всего. Вызывало невероятную тошноту и тяжесть в желудке. Они вышли из здания, ведя Каса и Артура впереди на прицеле. Вряд ли Дин хотел именно так выйти со своим возлюбленным, но выбора у них особо не было. Ли наблюдал за ними с балкона. Внимательно следил суровым взглядом и Кас едва удержал себя от проклятий в его сторону. Как только команда дошла до импалы, раздался первый выстрел. Тогда все четверо ринулись к дверям машины. Двигатель зарычал, колеса дернулись и в ту же секунду они ринулись с места. Импала неслась на всех скоростях. Кас сидел рядом с Дином, изучая выражение лица и не понимая, как разговаривать после того, что произошло. Винчестер был кем угодно — опасным гонщиком, преступником, может, немного алкоголиком или слегка наивным пареньком без манер, — но точно не идиотом. — Так вы трахались? — Дин, — фыркнул Бобби раньше всех. — Кас! — настаивал Дин. — Умоляю, если вы свои девичьи ревности решили разобрать, я открою дверь машины и лучше сдамся копам! — сетовал седовласый мужчина в кепке. — Черт возьми, Бобби! — зарычал Дин. — Я должен знать. — Ты и так знаешь, — спокойно произнес теперь уже бывший клиент Каса. — Артур! — завопил Кас, оборачиваясь на заднее сидение. — Вот, сука! Импала резко завизжала колодками. Дин выскочил из машины и в то же мгновение вытащил Артура на улицу, прижимая к холодному металлу автомобиля. Вряд ли британскому агенту было страшно. Скорее, такая ситуация возникала в его жизни чаще, чем он наблюдал окрестности Биг-Бена в Лондоне. Кас рванул к ним, а Бобби остался в машине, роняя лицо в ладони от стыда за этих троих. Новак пытался оторвать Дина от Кетча. Он кричал, молил остыть и оставить в покое мужчину. — Почему, а? Почему, Кас? — зашипел Дин. — Потому что между вами что-то произошло? Что он сделал для тебя такого, чтобы, черт возьми, ты утащил его с собой из проклятого порно-царства? — Дал мне порошок, чтобы я не чувствовал ничего, когда меня трахают старые ублюдки! Разговаривал со мной, пока я рыдал в подушку из-за ненависти к себе и незнания, жив ли ты вообще! — заорал Кас, вскидывая руками. — Боже, Дин! Я думал, что это никогда не кончится. Я думал, что сдохну, потому что в следующий раз какая-то мразь переборщит... — Ты думаешь, я все это время прохлаждался? — тихо и разбито произнес Дин. — Нет... нет, конечно, нет, — выдохнул Кас чуть успокоившись. — Мы оба оказались в жутких условиях. И я лучше сдохну, чем проведу еще один день в незнании — жив ты или мертв, мучают тебя или нет. Голова Дина тяжело упала вместе с плечами. Он оглядел свои руки, облокотился о машину и принялся небрежно стряхивать подступившие слезы. Кас бросился к нему, хоть и осознавал, что не получит ответных объятий. Он знал, что пройдет еще много времени, когда между ними все наладится, но все равно хотел отдать свое тепло. Утирал чужие слезы дрожащими пальцами, наталкиваясь на нервные отворачивания, но все равно продолжал. Обнимать, касаться, утешать. — Я люблю тебя, — прошептал Кас сквозь слезы. — Люблю, Дин. — Ты самый удачный момент выбрал, — разочарованно произнес парень. — Мне плевать. Может, мы сегодня не выживем. Я хочу, чтобы ты знал. Ты понял? Артур все это время стоял сзади, перетаптываясь с ноги на ногу и серьезно замерзая. Но холод ощущался не так болезненно, как слова Каса о любви, сказанные чужому мужчине. Новак прекрасно это понимал, в его фокусе были двое, но он отдавал всего себя Дину. Это он нуждался в эту секунду в спасении. Кетч, пользуясь случаем, открыл дверь машины и уселся обратно. — Садись в машину, — устало пробормотал парень и прижался губами к чужому лбу. Красавицу импалу окутала мертвая тишина. Дин снова завел мотор и двинулся вперед по дороге. Он все еще злился, все еще ненавидел Артура, и тем не менее Касу стало немного спокойнее. Он сказал самое важное, о чем думал в эти жуткие дни. — Говори, куда ехать, папик, — неохотно фыркнул Дин, и Артур указал дорогу.