Горячий лед

Поттер глядел на статного фигуриста-чемпиона с невероятным восторгом. Он, конечно, ожидал присутствия на выступлениях иных людей и других известных фигуристов — все они любят смотреть и вспоминать свои первые шаги; нередко, они — уже на закате карьеры, производят своеобразный отбор будущих кадров — своих учеников, и могут забрать юных мальчиков и девочек под свое крыло, но то, что «первые коньки мира» будут смотреть на его выступление — этого он не ожидал. Куравлева холодно глядела на Виктора Никифорова; он отвечал ей тем же взором. Но и с любопытством поглядывал и на ребенка. — Очень приятно познакомиться с вами, — сказал на плохом русском* Гарри. Пепельный блондин чуть склонил голову на это. — Очень неплохо, — его голубые, словно лед над водой, глаза будто бы смотрели сквозь Поттера. — Правда, тебе чуть не хватает чувства… Но это придет… со временем… — Виктор, это мой ученик, Гарри Поттер, Англия… — Ах вот как… Виктор обошел мальчика кругом. Его рука прошлась ему легким движением, прикосновением по плечам. — Легкий и быстрый, — заметил мужчина, кидая очередной оценивающий взгляд на ребенка. — Лидия, я не прочь бы взяться за него. Поттеру потребовалась вся его выдержка — чтобы радостно не заорать во все горло. Его, обычного парня, берет под крыло его кумир! Но все зависило от того, что скажет теперь его тренер, Лидия… — Я согласна, — бросила скупо женщина, — его уровень подготовки уже превышает всех моих учеников, которых я брала ранее… Мне он не по статусу… Гарри, ты сам-то согласен перейти под крыло Виктора? — Быть… Вашим первым учеником — это великая честь для такого… как я, — чуть заикаясь, проговорил мальчик фигуристу мировой величины. — Отлично. Завтра у нас самолет. Немедленно собирайтся, прощайся с родственниками… — Это излишне, Виктор, его родственники ни разу не навестили его в этих стенах. — Сказала Куравлева. — Он, с тех самых пор, на нашем полном попечении. Раньше эти слова больно задели бы Гарри, но только не сейчас, когда его карьера, благодаря только ему самому и тренеру, пошла в гору. Ему, после одного приватного разговора с Куравлевой, стало все равно — один он, или нет. Главное, у него есть цель — победа, а все остальное не важно. — Вот и славно. Эмоции иногда вредят делу, но иногда и помогают… Я вижу, чувствую в его глазах цель, — цепкая рука холодного русского подняла голову Поттера за подбородок, заставляя чуть испуганные и потрясенные зеленые глаза мальчика скреститься с его. — Это… замечательно. С тех самых пор зелень глаз юного Поттера тоже будто бы покрылась коркой льда. *** Глядя на то, как в окне иллюминатора уплывает из виду Лондон, Поттер не чувствовал ровным счетом ничего. Он не будет скучать по этим местам — ни родни, ни друзей он так и не завел, предпочитая книги и работу на льду, и свободного времени у него было ничтожно мало. Единственный его шанс — стать лучшим. И он этот шанс не упустит…