Свести к концу

Он постоянно думал об этом. Нежеланные вопросы и суждения лезли в голову, их было настолько много, что сосредоточиться на работе просто не удавалось. – Кхе-кхе… — В ладони появился небольшой кровяной след. "Когда рассказать это Мораксу? В дальнейшем у меня может просто не быть сил… Назначу встречу на ближайшее время. Я чувствую, что мне осталось совсем немного." Собравшись с мыслями, Сяо продолжил идти по направлению к ближайшему лагерю хиличурлов. – Итэр? Что ты здесь делаешь? – Мм? Ах, это ты! — развернувшись, путешественник приветливо улыбнулся Алатусу. – Я увидел тут сундук с сокровищами, не смог пройти мимо. А ты как всегда, на посту? "Что это с ним? Выглядит так… болезненно…" – Что значит «как всегда»? Это мой долг - защищать Ли Юэ. В прочем, не важно. Мне нужно идти дальше. — Как только он повернулся в другую сторону, Итэр вздрогнул. – У тебя на волосах что-то… белое. – Что? — адепт притянул прядь к своему лицу и ужаснулся. Белёсая у корней, будто седая. – Это… какая тебе разница? "О нет… начались процессы изменения внешности. Очень плохо." – Не стоит лезть не в своё дело. — С этими словами, он пропал. – Но Сяо.. постой! "Я не успел… что происходит?" Алатус появился на постоялом дворе, и, быстро скрывшись за колонной, стал рассматривать свои волосы. Он достал припрятанное карманное зеркало и посмотрел на себя. Глаза. Блёклые, словно выцветшие, выгоревшие на солнце, опустошенный взгляд, большие, чёрные синяки под ними, такие, что больно смотреть. "Мне нужно скорее к нему. Это проклятье…" – Что.. с тобой? — увидев Сяо на пороге своей квартиры, Чжун Ли ужаснулся. – Нужно сейчас же поговорить. Об этом. В укромном месте, подальше от города. — Этим местом оказалась небольшая поляна в окрестностях Ли Юэ, на которой росло множество цветов. Порой, Алатус справлял тут своё одиночество, наблюдая за бабочками и вслушиваясь в пение птиц. – Расскажи, что происходит. По порядку. – Кхе-кхе… – На руке вновь оказался кровяной сгусток. — Это.. проклятье. Поэтому я практически не появляюсь в городе. Я надеялся, что всё будет хорошо, что это пройдёт и это обычная болезнь… по крайней мере, начиналось всё именно так. В бою с митачурлом месяц назад мою руку ранили. Она начала фантомно болеть, и я отступил. Он выглядел так.. странно. Эти тёмные, почти чёрные глаза… я запомнил их. Моё состояние ухудшалось с каждым днём. Я старался не встречаться ни с кем, ведь люди бы заметили. Но это не уходило. Я тут, чтобы сказать, что мне осталось совсем недолго. Ты должен знать и понимать это. – Оу. — Тяжело вздохнув, бывший архонт продолжил. – Ты желаешь расторгнуть контракт сейчас, или уже после.. своей смерти? – Сколько смогу, я ещё побуду на посту. Может, неделю. Но я не буду выходить в город. "Нет… нет-нет-нет-нет, этого не может быть. Это же всё ложь. Неправда… Нет. Сяо…" — На глазах Итэра появились слёзы. Ком в горле. Он старался не шевелиться, стоя за деревом и тихо всхлипывая. Руки дрожали, будто от холода. Но похолодело не снаружи, а внутри. – Я тебя понял. Мне жаль, что так вышло. – Не стоит. Цисин обо всём позаботятся, и о защите города тоже. Это всё, что я хотел сказать. – Что же, хорошо. Тогда, я надеюсь, мы ещё встретимся. — Адепт исчез. Итэр продолжал плакать, колени тряслись, а ладони вспотели. Внутри пробирала невыносимая боль. "Почему… почему ты не сказал мне? Какой же ты идиот, Сяо. Какой ты придурок. Как хорошо, что Паймон сейчас не рядом…" Следующий день Алатуса прошёл примерно так же. Вечные приступы кашля, навязчивые мысли и лишь одна, самая главная, никак не уходила. "Ты не должен знать об этом, Итэр, до самой моей смерти." Путешественник искал адепта повсюду, и в один из последних дней, наконец, нашёл. Его взяли за плечо. – Наконец.. наконец я нашёл тебя. – Ты… — Сяо со страхом обернулся. Почти весь побелевший, с пустым взглядом и серыми глазами. – Это всё.. правда, да? То, что ты пытался от меня скрыть. От всех. – Что ты хочешь услышать? Ты же.. и сам всё знаешь. – Проведи этот вечер со мной. Пожалуйста, прошу. Я не хочу терять тебя… — в голосе слышалась горечь. Настоящая, ощутимая горечь, что заставила ладони Алатуса вспотеть. – Успокойся. Я.. могу провести с тобой время, только не плачь. Парни молча сидели на краю обрыва, но тишину оборвал голос адепта. – Знаешь, за всё это время ты стал мне.. другом. Действительно другом. Я никогда не разбрасываюсь такими словами. Я не говорил о проклятии, ведь не хотел ранить тебя. Прости. Ты должен был узнать после моей смерти, но подслушал. – Ты идиот… — Итэр искусал губы до крови, лишь бы не заплакать, но не вышло. Горячие слёзы полились по щекам, но заботливая рука стряхнула их. – Это бы всё равно произошло. Не плачь. Спасибо тебе за этот вечер. Я рад, что.. у меня был ты. – Сяо? Где ты? Где же ты… Сяо, ты такой придурок. Сяо?! Нет… — Он подбежал к нему, лежащему на траве. – Нет-нет-нет, не может этого быть… Не сейчас, прошу, нет… Поздно. Всё тело было серым, а меланин из кожи будто исчез вовсе. Последние биения сердца. Весь мир Итэра внутри рухнул. Только вчера они обнимались, сидя на обрыве, а сейчас это осталось только воспоминанием. Больше этого не будет. Никогда не будет, ведь Алатус мёртв. Итэр начал рыдать, истошно закричав в небо, чем распугал всех птиц. Он прижался к бездыханному телу, надеясь, что что-то произойдёт, но зная, что не произойдёт ничего. Это конец. – Ты тоже стал моим другом… самым верным и понимающим меня. Я не успел тебе признаться. Прости меня. Спи спокойно. Надеюсь, ты счастлив. Я люблю тебя и никогда не забуду.